2. О веселых вечерах и тяжёлой ночи

— Спиногрозы! — прогремел голос Поллукса.       Сириус вздрогнул и едва не выронил ящик огневиски. Потом, скукожившись, он на цыпочках, будто так дед его развидит, прошмыгнул в гостевую комнату. — Мы возместим, честно! — высунулась из двери уже весёлая побитая физиономия Регулуса. — Хочешь присоеди…       Закончить он не смог — его затащили обратно в комнату и явно заткнули рот. Умные парни, однако. — Нет уж, спасибо, — хмыкнул Поллукс и ушел к себе, даже не надеясь, что комната останется в том же идеальном виде, в каком была.       Сириус водрузил ящик на хлипенький стеклянный стол и плюхнулся в кресло. Барти подтащил диван и два кресла к маленькому столу, и Регулус до сих пор не понимал, зачем, если можно было по-человечески посидеть за столом на кухне или за барной стойкой. Хотя за барную стойку их Поллукс вряд ли бы пустил…       Регулус закрыл дверь и сел на диван возле Рабастана. Оглядев двух Лестрейнджей, Барти и Сириуса, он вдруг понял всю нелепость ситуации. Никогда бы раньше он не думал, что Сириус будет мало того, что сидеть и выпивать с ними, так еще и сам это предложит. Тот факт, что они пили свящённую воду (бухло) Поллукса, веселил получше самого алкоголя. — За что пьём? — Да ладно, полгода уже пьём почти каждый день просто так, и поводы были не нужны, — усмехнулся Регулус. — Это мы пили за то, что ещё не померли, — отсалютовал ему стаканом Сириус. — И сегодня за это.       Потом они пили за здоровье, любовь, нервную систему Поллукса, повязку Кричера, голову матери Кричера и магглов в обличии Лестрейнджей. Что происходило дальше — все, кроме Барти, который благоразумно пропускал каждую вторую рюмку, помнили смутно.       В какой-то момент к ним пытался вломиться Поллукс, орущий, что ему не дают спать, но почему-то Сириусу показалась весёлой идея дотолкать до двери огромный шкаф. Нет, хрен с ним, с Сириусом, у него всегда было странное чувство юмора, но вот почему она всем, в том числе и ему, показалась весёлой — Регулус на следующий день не понял.       Шкаф они едва дотолкали, сами попадали раз по шесть, напрочь забыв о магии, а после устало плюхнулись обратно на места, всё ещё посмеиваясь над своей шалостью.       В какой-то момент всем показалось, что на этом их посиделка закончится, и все они так и вырубятся, сидя в кружке, но Сириус, который пил словно не в себя, пнул засыпающего Рудольфуса по ноге. Лестрейндж упал на плечо Барти, Барти, который, несмотря на свой гениальный план, тоже был уже хорошим, упал на колени Рабастана. Рабастан уже начал клониться в сторону заторможенно курящего Регулуса с пустым взглядом. Решив не прерывать эту странную цепочку домино, Регулус начал падать на диван и вдруг уткнулся во что-то твёрдое. Поллукс поднял его со своего плеча за ухо. Поморщившись и разлепив глаза, Регулус поморгал, протер глаза, снова поморгал и наконец заорал. — Твою мать, дед! — завопил с конца их цепочки Сириус, и все подскочили, путаясь в ногах и руках. — Ты как сюда попал? — Через окно, — пожал плечами Поллукс и налил себе остатки огневиски. — Вот свиньи, всё вылакали. — Это ж третий этаж, — икнул Барти. — Четвёртый вообще-то, не преуменьшай моих заслуг, — цокнул Поллукс. — А теперь вставайте и убирайте за собой всё. Домовикам я дал выходной.       Они переглянулись и медленно перевели расфокусированные взгляды на напевающего что-то себе под нос Поллукса. — Выходной? Эльфам? Блэковским? — сонно пробормотал Рудольфус. — И как вы без слуг будете? — Как без слуг? — притворно удивится Поллукс и начал копаться в карманах мантии. — Ах да, забыл кое-что. Вот вам костюмы на Хэллоуин.       Швырнув каждому в лицо непонятную серую ткань, он встал и вышел в окно. — Нам стоит вызвать врачей? — неуверенно предложил Рабастан и наконец понял, что у него в руках. — Нет, хрен ему, а не врачи.       Барти обреченно уронил голову на спинку дивана. — Он же несерьёзно? — спросил у Блэков Рудольфус и повертел в руках набедренную повязку для домовиков. — Он серьезно. — Я серьезно. — Бля, он там всё-таки живой.