56. Противостояние

Итан выдохнул горячий воздух в руки и растёр их, пытаясь согреть. Хоть было и лето, но ночью в лесу было достаточно холодно, несмотря на надетую ветровку. Он никогда не любил леса и походы. Отец всеми силами пытался вызвать у него любовь к природе, но ещё ребёнком Итан понял, что его стезя – городские удобства, начиная душем и заканчивая бакалейными лавками. Ему пришлось изменить все свои привычки и планы на будущее из-за одного единственного вечера. Тогда он шёл домой после беззаботных часов в пабе. Друзья посмеивались над ним из-за его неудачного флирта с местной красавицей, а он лишь со смехом отмахнулся. Погода была тёплой, ласковый ветерок ласкал его кожу, и он решил пройти через парк. Кто же знал, что там окажутся оборотни? Кто же знал, что оборотни существуют? Вспоминая тот роковой день, Итан коснулся плеча, на котором остались шрамы от укуса волка. — И опять он спрятался ото всех и сидит угрюмый. Парень повернулся на голос и неловко улыбнулся. Эммелина была единственной, кому он вообще мог быть рад в этом чёртовом лагере. «В стае»,— мысленно поправил он самого себя. Несмотря на то, что прошло достаточно времени с того момента, как он присоединился к оборотням, ему странно было ассоциировать себя с волками. С бессердечными зверями, которые лишь рады были отдаться инстинктам и с нетерпением ждали следующего полнолуния. — Терпеть не могу шуточки Рика,— сказал Итан и немного подвинулся на сваленном стволе дерева, молча приглашая девушку сесть рядом. — И как ты его выносишь?— усмехнулась она. Когда она оказалась рядом, Уолш заметил, что её что-то волновало. Её тонкие брови были нахмурены, а губы – плотно сжаты, вместо привычной усмешки. — В чём дело, Лина? — В лагере завёлся предатель,— тут же ответила она, словно ждала этого вопроса. — Что?— глаза Итана распахнулись. — Я слышала разговор Николаса. Он говорил с Риком. — Предатель? Но кто?— парень чувствовал, как паникует,— С чего они вообще это взяли? — Точно не знаю... Мне только немного удалось подслушать. Кому вообще могло прийти в голову предать стаю? Сивого?— Эммелина разочарованно покачала головой,— Никогда бы не подумала, что у нас может завестись крыса. Итан сглотнул, слегка кивая. Хоть он и питал к ней тёплые чувства, она не слишком отличалась от остальных оборотней. В ней не было той жестокости и жажды невинной крови, но в отличие от Уолша она никогда не пренебрегала компанией других оборотней и полнолуние ожидала с готовностью, а не с ужасом и тревогой. — Пойду обратно,— сказал Итан и поднялся на ноги, отряхивая штаны,— Будешь кофе? — Теперь моя очередь хандрить в одиночестве,— Эммелина покачала головой с лёгкой улыбкой и осталась сидеть, любуясь редким спокойствием Запретного леса. Уолш сдерживался, чтобы не побежать к своей палатке со всех ног. Надо срочно что-то придумать до того, как всё вскроется. Он не может позволить, чтобы кому-то стала известна его работа на Министерство магии. От страха за свою жизнь у него подкатила тошнота, и он быстро проскочил в палатку. Неизвестно, насколько быстро могут развиваться события. Порой на выявление шпиона могла длиться месяцы, но иногда оборотни устраивали публичную порку в стае, предупреждая всех сомневающихся в их деле. Несмотря на то, что оборотни презирали всё, что связано с волшебниками, они совсем не брезговали пользоваться их благами. Например, эти палатки, в которых спали, они украли у волшебников-туристов в лесах на пути сюда. Хотя "украли" не самый лучший термин в этом случае. Можно ли украсть что-то у группы разованных в клочья людей? Итан прошёл к своей койке и присел на неё, вцепившись в её край до белых костяшек. Он попытался дышать ровно, как учила его Иоланта. В тишине и одиночестве ему удалось немного охладить панику. План родился на удивление быстро. Парень прислушался к звукам, чтобы удостовериться, что никто не идёт, и достал свой рюкзак. Он вытащил термос, наполненный зельем. Именно благодаря этому вареву он может подчинить зверя в полнолуние. Иоланта находит разные способы доставлять зелье Итану в обмен на любую информацию, которую он может достать. Возможно, кому-то обмен может показаться не самым справедливым, но парню было этого более чем достаточно. Уолш взял полотенце соседа по палатке и подошёл к ведру с чистой водой. Он совсем ничего не знал о том, как именно оборотни распознают запахи, и поэтому хотел перестраховаться. Он сполоснул термос и вытер его чужим полотенцем, а потом и вовсе со всех сторон обтёр его грязной рубашка Рика. Он нерешительные взглянул на грязную посуду с кашей. Итан открыл крышку и коснулся краем грязной ложки. Он закрыл термос и спрятал подальше в чужом рюкзаке. Запах Уолша наверняка остался на этой вещице, но ведь он был соседом Рика, так что это не должно показаться слишком подозрительным. Итан вышел из палатки, нервно оглядываясь. Сердце стучало с безумной скоростью, а щёки немного покраснели от нервов и адреналина. — Николас!— он ринулся в сторону взрослого мужчины. — Чего тебе, Волчонок?— с ехидной усмешкой спросил он. Парень немного поморщился от прозвища. Товарищи так обозвали его из-за его неопытности, нерешительности и мягкости. Если к первому качеству они могли проявить снисхождение из-за его магловского происхождения, то остальное они высмеивали. — Я... хотел потолковать кое о чём. Если... если можно. Николас внимательно на него посмотрел, прищурившись, но потом кивнул и мотнул головой в сторону. Итан с небольшим облегчением последовал за ним, оглядываясь на остальных. Они продолжали травить байки у костра. Николас появлялся редко в их лагере и никогда не задерживался дольше пары дней. Уолш совсем ничего не знал о нём. Никто не знал, даже Эммелина, которая всегда всё знала, вплоть до самого сомнительного слушка. Единственное, что было очевидно, – Николас был одним из ближайших к Сивому оборотней и был главным не только в их стае, но и в других. Многие его уважали. — Чего ты хотел? Только быстро. У меня и без твоего нытья дел хватает. — Я...— Итан сглотнул,— Я знаю, что где-то в лагере предатель. Мужчина немного скривился. Слухи разбрелись быстро, даже слишком. — Кто тебе сказал? — Эммелина,— честно ответил он. Иоланта велела ему говорить столько правды, сколько необходимо. Если от этого могут как-то пострадать другие, это необходимые жертвы, хоть и печальные. Куда важнее укрепить доверительные отношения. Николас на это хрипло рассмеялся и покачал головой. Он прислонился к дереву позади и скрестил руки на груди, поглядывая на девушку неподалёку. — Так и знал, что эта сучка снова сунет нос не в своё дело,— он усмехнулся. Итана едва не стошнило от того, каким грязным и липким взглядом оборотень её обвёл, когда она наклонилась подкинуть веток в костёр. — Я... Я просто хотел сказать... — Быстрее,— рыкнул Николас. — Мне кажется, это Рик. — И почему тебе это кажется, сопля? Я знаю его не один год, он хороший парень. Если у тебя есть доказательства – валяй, если нет – пойди, сделай что-нибудь полезное. — Мне показалось странным что-то в его рюкзаке,— сказал Уолш,— Запах... непонятный. Рик как-то пошёл в лес с пустыми руками, а вернулся поздно ночью с этим... — С чем этим? — Я не знаю! Не буду же я в его вещах копаться. Но запах... какой-то неестественный. Николас молча перевёл взгляд на костёр. Было видно, что он не верит парнишке, но Итан заметил мелькнувший блеск сомнения в его глазах и попытался его не упустить. — Рик часто в лесу пропадает, а когда возвращается, на нём чужие запахи. Я не думал, что это что-то может значить, но раз вы заметили, что у нас что-то не так... — Давай, проваливай отсюда,— Николас отмахнулся,— Надоел твой скулёж. Итан поспешил ретироваться. Он сделал, что мог. Увёл подозрение от себя. Избавился от улики. Если его и схватят, то у него даже был план побега. Иоланта просила использовать его в самом крайнем случае. «Надеюсь, это будет не сегодня», подумал Уолш, присаживаясь рядом с Эммелиной. — Я пришла, ожидала горячий кофе, а ты лясы точишь,— она улыбнулась, толкая его в плечо. — Во-первых, ты говорила, что не хочешь,— парень закатил глаза с улыбкой. — А во-вторых? — А во-вторых, у меня нет других оправданий. Девушка рассмеялась и нагнулась над маленьким котелком, который кипел над костром. Запах дешёвого кофе расползался по круге, и Итан с грустью вспомнил о родителях. Они тоже любили выпить кофе, но предпочитали его в зёрнах. Разумеется, не самый дорогой, они были не слишком богатыми, но в доме Уолшей каждые выходные устраивали почти церемонию, заваривая кофе в турке. Они сидели по утрам за завтраком и обсуждали всё подряд: слухи, новости, планы на будущее, посто разную чепуху. «Надеюсь, они продолжают делать это без меня» — Будешь?— спросила Эммелина, наливая себе в кружку горячий напиток. Итан просто кивнул и протянул ей кружку, стоящую рядом. Девушка вылила в сторону остатки остывшего кофе и налила новый. Краем глаза Уолш заметил, как Николас зашёл в их с Риком палатку. Сердцебиение немного ускорилось, но Итан встряхнул головой и попытался отвлечься. Нельзя выглядеть подозрительно. — Лина? Можно спросить? — Ответ не гарантирую,— усмехнулась она, откидывая с плеча густые чёрные локоны. — Ты... Я правильно понял, что ты раньше была волшебницей?— спросил парень. Эммелина еле заметно нахмурилась и отвела взгляд. Итан тут же пожалел, что спросил. Она явно не любила говорить об этом. Он должен был догадаться. Оборотни не особо любят рассказывать о своей прежней жизни. — Прости, я... — Да, я из семьи волшебников,— немного резко заявила она и смягчилась, посмотрев на собеседника,— Всё нормально. Я понимаю, что тебе интересно. Итан думал, что она что-то добавит, но в последний момент она поджала губы и отвернулась. Рык из палатки заставил вздрогнуть всех оборотней здесь: — Рик, мать твою! Итан и Эммелина шокированно переглянулись и вместе с остальными поспешили на голос Николаса. Мужчина стоял у кровати Рика, на которую вытряхнул содержимое рюкзака: какая-то одежда, пара тряпок, зубная щётка, несколько походных ножей, пара банок тушёнки и тот самый термос. — Какого хрена, Ник?— возмутился владелец вещей, выходя вперёд. — Я долго закрывал глаза на твои выходки. — Какие ещё выходки? — Чем ты на самом деле занимаешься во время своих отлучек, а?— вожак угрожающе сделал несколько шагов навстречу, гневно сверкая глазами. — Не думал, что трахать деревенских баб – преступление,— в ответ рыкнул Рик, сплёвывая в сторону. Итан сглотнул, затаив дыхание, и сам не заметил, как нервно вцепился в руку подруги. Эммелина не стала отстраняться, тоже внимательно наблюдая за происходящем. Николас и Рик были друзьями. Вернее, чем-то близким к этому понятию. Всё же Николас всегда держался особняком, несмотря на редкое дружелюбие к избранным. — Объясни мне, что это,— он схватил термос и сунул Рику под нос, открыв крышку,— Не знаешь, да? Это Волчье противоядие, грёбанное ты отребье! На кой хрен оно тебе? Оборотень растерянно посмотрел на вожака. Тот бросил бутылку в сторону, разливая содержимое, и схватил Рика за ворот рубашки. — Это не моё! Ник, Ник! Ты же меня знаешь, я... — Да, я знаю, что ты самый пронырливый здесь,— прорычал мужчина и бросил Рика на землю. Николас взял его за шиворот и потащил в сторону костра, невзирая на протесты и попытки вырваться. Итан продолжал стоять в стороне с остальными, наблюдая за происходящим. Никто не смел вмешиваться в то, что творил вожак. Уолша одолевали странные и даже противоречивые чувства: облегчение от того, что предателем считают не его, но вместе с этим абсолютный ужас от действий оборотней. Мужчина, которого сейчас обвиняли, все считали своим товарищем. Он вульгарный, самодовольный и грубый, но они путешествуют вместе не один месяц. Рик сейчас в страхе елозил по земле, пытаясь вырваться. Картина была настолько невероятной, насколько вообще возможно. Несмотря на всю их грызню, Итан не чувствовал никакого удовольствия от того, что же происходило с обидчиком. — Ты виделся с волшебниками?!— зарычал Николас и схватил ковш, выливая содержимоев сторону,— Отвечай! — Нет, нет, я... Рик не успел договорить, как расколённый металл оказался у него на лице. Николас твёрдой рукой прижимал ковшик к его лицу, а потом ударил им же в нос, из которого тут же хлынула кровь. — Клянусь, я не предатель! — Тогда откуда ты взял зелье?!— вожак тряхнул его и снова ударил по лицу. Рик закричал от боли, вызванной скорее огненной поверхностью ковша, чем ударом. Уолш почувствовал слабость в ногах и захотел уйти, но Эммелина крепко удержала его на месте и покачала головой, смотря почти со страхом. Когда Николас расправляется с предателем, все должны смотреть. — Хватит, прошу! — Откуда у тебе зелье?! Ты сдаёшь нас волшебникам?— мужчина отшвырнул пыточный инструмент прямо в огонь и схватил Рика за рубашку, приближаясь к его лицу,— Или ты начинаешь отвечать, или следующие свои слова будешь орать из пламени. Даже стоя в нескольких метрах от них, Итан видел сомнения на обожённом лице Рика. Он имел гордость, чтобы продолжать настаивать на своей невиновности, но стоило ли оно того? Николас никогда не шутил и не преувеличивал в своих угрозах. — Я... Я просто купил его у торговца,— выдавил оборотень, тяжело дыша на земле,— Клянусь, у меня и в мыслях не было предавать вас... Николас со всей силы ударил его несколько раз, попадая то в скулу, то в глаз, то в челюсть. От звука хрустнувших костей у Итана прямо к горлу подкатила тошнота. Вожак откинул оборотня на землю в сторону и плюнул к него: — Если бы ты купил зелье, то знал бы каких денег оно стоит. Откуда бы у тебя столько, а?— он ударил Рика ногой в живот,— Конченный ты дебил, Кейси... Избитый мужчина хрипел на земле, пытаясь вдохнуть воздух. Он корчился и стонал от боли. Лицо Рика было залито кровью, но некоторые синяки начали проявляться уже сейчас, а на левой стороне был свежий ожог. Хотя оборотни были выносливее обычных людей, удары проходили по ним также и причиняли не меньше боли. — Он решил продаться!— Николас перешагнул через замученное тело,— Продаться волшебникам за котёл зелья!.. — Я ничего не говорил, клянусь! Я... я даже не знаю имени торговца! — Совсем ничего?— презрительно спросил мужчина, наклоняясь к нему. — Он даже не знает, что я в стае!— уверил его Рик. Даже Итан почти поверил его признаниям. Если бы не он сам всё подстроил, то с лёгкостью бы поверил в вину Кейси. «Рик Кейси», мысленно повторил парень. Они редко сообщали друг другу что-то, кроме имён, а иногда даже их скрывали за прозвищами или брали новые. Уолш старался запоминать так много информации, сколько вообще мог. — Я думал, что ты хитрец,— Николас покачал головой почти с разочарованием, его рука схватила оборотня за волосы на затылке,— А ты просто тупой. Резким движением он достал из кармана кинжал и полоснул им по горлу Рика. Из тонкого разреза хлынула кровь и Кейси беспомощно прижал руки к нему, пытаясь остановить поток. Но алая густая жидкость продолжала литься беспрерывно и быстро. — Вы знаете, что стая всегда будет на вашей стороне,— громко заговорил Николас, вытирая клинок о куртку Рика и вставая на ноги,— Мы защищаем друг друга, несмотря ни на что, и мстим, когда надо. Но если вы отворачиваетесь от своих товарищей, ставите свои интересы выше других и выбираете волшебников,— он скривился,— Мы вас не простим. Стая не простит. Рик не просто подвёл нас всех, но и поставил под угрозу наши жизни. Он... Николас всё говорил и говорил, но Итан слышал лишь предсмертные хрипы Рика и звон в ушах, когда они наконец затихли. Кейси погиб из-за него. Он практически собственными руками толкнул его на смерть. Вероятно, после такого все подумают, что предатель найден, и Николас прекратит поиски, если вообще их вёл, не просто пустил слух, чтобы всех всполошить от скуки вокруг. Уолш знал, что придётся идти на жертвы. Миссис Морган говорила, что шпионить на Министерство – задача сложная и опасная не только для самого Итана, но и окружающих его людей. Но раньше ему не приходилось жертвовать кем-то ради своей тайны. Парень очнулся лишь когда Эммелина усадила его на край его кровати и сунула чашку с водой. Она присела рядом и что-то говорила, успокаивающе поглаживая его по плечу. Итан же мог только крепко сжимать чашку в руке, повторяя про себя, что если он сейчас сделает глоток или просто откроет рот, его точно вырвет.

***

Грейс взглянула на мужчину напротив, скучающе нанизывая вилкой листья салата. Грубое, но в то же время не лишённое каких-то изящных черт лицо было покрыто шрамами. Мелкие, еле заметные, прятались в щетине, а большой разрез пересекал левый глаз. Интересно узнать об их происхождении, но спрашивать прямо было невежливо и, к тому же, вероятнее всего, ответа не будет. — Так ты интересуешься Тёмной магией?— спросил Август Руквуд. — Да, сэр,— просто ответила Грейс. — Если бы не её познания в этой области, может, меня бы сейчас не было,— добавил Стивен, указывая на шрам на лице,— Она помогла вылечить меня тогда. — Не знал, что всё было так серьёзно,— сказал невыразимец, с любопытством поглядывая на лицо собеседника. — С Тёмной магией всегда всё серьёзно,— Морган бросил взгляд на дочь,— Не хотели наводить панику в газетах. Сам знаешь, сейчас они хватаются за каждую чушь, лишь бы написать сенсацию первее всех. Грейс взглянула на него, пока мужчины продолжили развивать тему назойливых журналистов. Конечно, она читала недавний выпуск «Ежедневного пророка», в котором среди прочих фигурировал её отец. Она пока так и не решилась спросить его, является ли правдой описанное там. Иоланта вернулась на своё место, сверкая элегантными серьгами. Она со свойственной ей лёгкостью тут же подхватила разговор. — Мистер Руквуд, уж вам-то абсолютно не на что жаловаться!— улыбнулась миссис Морган, делая глоток белого вина,— Невыразимцы всегда непикосновенны. — Я готов поспорить,— он усмехнулся,— Наш отдел – просто кладезь для самых смешных теорий заговора. — Например?— вырвалось у Грейс. Август в ответ загадочно улыбнулся: — Не могу ничего рассказать, девочка. Специфика работы в Отделе тайн: мы не можем ничего ни подтвердить, ни опровергнуть. О невыразимцах известно очень мало, впрочем, как и о том, чем же именно они занимаются в Отделе Тайн. Никто не знает ни их должностей, ни круга их обязанностей, ни объектов исследования или интереса – абсолютно ничего. Грейс знала, что родителям известно почти всё происходящее в Министерстве магии, но даже они не имели понятия, что же происходит на девятом уровне здания. Когтевранка вспомнила, как Морна с удивлением рассказывала о случае, произошедшем всего столетие назад. Радольфус Лестрейндж, который был министром магии в середине XIX века, принял решение о расформировании Отдела тайн, но сотрудники проигнорировали его указ. Они продолжали свою работу, несмотря на все запреты. Это одновременно восхищало и пугало. Если сам министр магии не имеет над ними власть, то кто же у них всем заведует? — Любой отдел в Министерстве будет рад заполучить такую талантливую волшебницу, мисс Морган,— сказал Август в конце ужина, пожимая на прощание руку девушке,— Впрочем, и за его пределами вас оторвут с руками и ногами!— хохотнул он. — Спасибо, мистер Руквуд,— Грейс вежливо улыбнулась, хотя и чувствовала себя немного странно от его последней фразы. «Возможно, невыразимцы вообще не имеют чувство юмора», подумала она, «Или же только мне так повезло». Когда Морганы трансгрессировали домой после ужина, Грейс села на диван, устало снимая туфли. Каблук был небольшой, но тонкие ремешки неприятно впивались в кожу ног весь вечер. — Надумала что-нибудь?— рядом с ней присела Иоланта,— Руквуд недвусмыслено дал понять, что двери Отдела тайн открыты для тебя. — Не знаю,— девушка скрестила руки на груди и со вздохом откинулась на спинку дивана,— Невыразимцы... Они же все немного чудаки. — Вовсе не все!— мать с улыбкой покачала головой,— Но это очень удачная возможность для тебя заниматься тем, чего и сама хочешь. Старые книжки, магические артефакты и Мерлин знает что ещё... Грейс неуверенно повела плечами. Конечно, Иоланта была по-своему права, но... стать невыразимицей? Она не сможет рассказать кому-то о своих успехах или неудачах, не получится спросить совета у друзей, её повсюду будут преследовать секреты, о которых она не сможет поведать близким. Таинственнось самого Отдела тоже не завлекала: что представляют из себя её потенциальные коллеги и начальник? — Подумай об этом, Грейс,— вздохнул Стивен, ослабляя галстук на шее,— Не теряй возможность только из-за нерешительности и трусости. Твои навыки могут пойти на пользу, если ты захочешь ими воспользоваться во благо,— с намёком сказал он и вышел из гостиной. Иоланта вздохнула и с улыбкой взглянула на дочь, приобнимая её за плечи. — Не обращай внимания, он не слишком любит Руквуда,— сказала она. — Понимаю, почему,— фыркнула Морган в ответ,— Странный он. Он что, моё имя не запомнил? Сколько раз за ужин он назвал меня девочкой? — Пятнадцать. Я считала,— усмехнулась волшебница. — И какой он?— с нетерпением спросил Маттео, распахнув глаза,— Крутой, да? Я слышал, все невыразимцы совсем ничего не могут рассказывать о своей работе. Но вам-то он что-нибудь сказал? Он уселся рядом с Грейс и уставился на волшебниц, переводя любопытствующий взгляд с одной на другую. — Ничего он не сказал,— девушка закатила глаза. — Ты же сам сказал, что они ничего не могут никому рассказать,— Иоланта улыбнулась,— Мы – не особенные. Нам тоже не положено знать об их работе. Мальчик разочарованно вздохнул. Девушка усмехнулась, качая головой, и решила его немного подразнить: — Что там вообще может быть интересного? Я имею ввиду, тайные артефакты, забытые всеми рукописи и непонятные устройства, а может, и существа, поражающие воображение... Кому такое может быть интересно? С каждым словом глаза Маттео становились всё шире и восторженннее. Конечно, это всё волновало его не меньше, чем саму когтевранку. — Грейс!— Иоланта попытался сказать имя дочери строгим тоном, но не сдержалась от улыбки,— Прекратите с этими глупостями. — Это же не глупости!— возразил Макфэйр,— Они же наверняка всем этим и занимаются... Девушка, чувствуя лёгкую усталость от бесконечной болтовни вокруг, пошла в сторону своей комнаты, держа в руке свои туфли. Стивен только поднимался наверх, возвращаясь из кабинета с какими-то бумагами в руках. Грейс сразу подумала о том, как мама отправит их за дверь спальни, когда узнает, что он принёс работу ещё и в постель. — Пап? — Да?— Морган обернулся на лестнице, с усталостью смотря на волшебницу. Она неуверенно закусила нижнюю губу, но всё же решилась задать вопрос, который терзал её уже некоторое время: — Ты правда использовал Круциатус? Лицо Стивена вытянулось в удивлении, а сам он не нашёлся с ответом сразу. Конечно, он не ожидал услышать это от дочери. Вернее, он надеялся не услышать. — Грейс... В его глазах возникло такое сожаление, что Морган тут же пожалела о своих словах. Ему было неприятно и больно говорить об этом, но соврать ей он не мог, особенно когда его выражение лица и глаз говорили сами за себя. Стивен хотел наконец что-то сказать, но тут из гостиной выскочил Маттео и встал перед волшебницей. — Ты обещала, что мы посмотрим твою книгу про драконов!— сказал он,— Ты уже вот-вот уедешь, а мы так и не посмотрели! — Дай мне хотя бы переодеться, противная ты заноза,— беззлобно сказала Грейс, растрепав его волосы. Мальчик фыркнул, но также бодро направился на кухню и, судя по звукам, принялся заваривать какао. — Всё нормально,— сказала девушка отцу, легкомысленно отмахиваясь, и скользнула в свою комнату, которая в отличие от остальных спален располагалась на первом этаже недалеко от кабинета Стивена. Мужчина сжал одной рукой перила и продолжил подъём. Тяжело считать хорошим знаком то, как быстро Грейс решила не получать ответ. Враньё всегда давалось Стивену с лёгкостью, но почему-то дочери было сложнее всего лгать. Вероятно, всё было и так ясно без слов. Мракоборец тихо выругался себе под нос, чувствуя, словно его окунули в грязь. Всего четверть часа спустя Грейс и Маттео устроились в её комнате прямо на полу. На кровати перед ними располагалась красивейший атлас драконов, а на полу рядом с волшебниками стояли две кружки с какао. — Ну какой он?— спросил мальчик, до сих пор едва ли не взрываясь от любопытства. — Суровый,— Морган продолжила говорить о Руквуде, складывая руки на краю кровати,— С бородой и шрамами. Один на левом глазу сверху вниз, а ещё полно маленьких внизу лица. — Может, осколками задело?— задумчиво сказал Макфэйр, представляя невыразимца в голове. — Да, я тоже подумала об этом,— волшебница улыбнулась, даже немного удивляясь его сообразительности,— Так, хватит уже. Мы тут собрались ради драконов. Маттео закатил глаза, но когда Грейс открыла книгу, тут же заинтересованно зарылся носом в страницы. Они быстро пролистали вступление, дающую общую информацию об авторе, и открыли первый раздел. — Всего десять видов? Я думал, их намного больше... — Их больше, если считать гибридов,— кивнула когтевранка,— Но основных видов – да, десять. Мне больше всего нравится Антиподейский опалоокий. У него перламутровая чешуя и многоцветные глаза. — Ты его видела в живую? — Нет... А ты? Видел какого-нибудь дракона? — Только на колдографии в газете,— Макфэйр покачал головой. Он дотронулся до рисунка бедно-серого яйца опалоокого и удивлённо охнул: на ощупь это была не бумажная страница, а словно настоящая скорлупа, гладкая и твёрдая. — Вот бы увидеть Украинского сталебрюха,— сказал он, разворачивая рисунок на следующей странице. На волнах покачивалось небольшое парусное судно, но тут подлетел огромный по сравнениюс ним дракон с чешуёй серо-стального цвета и красными глазами, схватил его и улетел за пределы страниц. Другой парусник всплыл из воды на поверхность, покачиваясь, и всё началось сначала. Маттео сложил рисунок и принялся рассматривать яйцо дракона. Оно сильно отличалось от прошлого: скорлупу покрывали острые твёрдые чешуйки голубовато-зеленого цвета, а острые кисточки тянущиеся с верхних чешуек больно кололись. — Ай!— мальчик отдёрнул руку. — Было бы это яйцо настоящее, то ты бы только что заразился ядом,— усмехнулась Грейс,— Сталебрюхи так охраняют свои яйца от хищников и браконьеров. Ещё они, кстати, одни из самых опасных драконов. Макфэйр слушал её с неподдельным интересом, вызывая у неё улыбку. В такие моменты он был чуть менее раздражающий, чем обычно. — Огнешар!— почти с благоговением выдохнул он, рассматривая следующую страницу. Китайский огнешар имел гладкими алыми чешуйки по всему телу, тупорылую морду, обрамленную бахромой из золотистых шипов, и глаза навыкате. Из-за последнего он выглядел почти смешным, но не стоит забывать, что данный вид – один их самых свирепых. Дракон на рисунке бесшумно, но несомненно яростно зарычал и выпустил из носа пламя грибовидной формы, которое и дало ему такое название – огнешар. — Он тоже нравится?— спросила Грейс,— Я смотрю, ты предпочитаешь самых злобных. Маттео просто пожал плечами в ответ. Он не специально выбирал таких в любимчики, но впервые заметил закономерность, которая касалась не только драконов, но и других зверей. — Ты завтра уедешь? — Да,— ответила девушка, бросая взгляд на собранный чемодан в углу. — А у тебя есть ещё книжки про драконов? Хочу почитать. — Пойдём поищем в библиотеке,— Морган поднялась с пола,— У нас точно что-то должно быть.

***

Иоланта поджала губы и прошла мимо группы волшебников в дорогих мантиях, пытаясь сдержать эмоции. Неприятная горечь растекалась внутри, требуя восстановления справедливости, этого не случится. Она смогла смириться с тем, что её должность отошла Малфою, но то, что это избалованное дитя ещё и нос воротит, вызывало в ней бурю эмоций. Если бы он действительно хотел эту работу, было бы гораздо проще смириться с собственным переводом в другой Отдел, но Морган уже не в первый раз слышит, как Люциусу скучно. Что это вообще значит? Не мог же он ожидать ежедневной экзальтации? Проходя мимо газетчика, внимание Иоланты привлёк громкий заголовок, сообщающий об очередной смерти магла. С усталостью она пробежала глазами по первому абзацу. ...Фрэнк Гленн был убит Пожирателями смерти, о чём свидетельствовала Чёрная метка в небе над трупом. Погибший был обнаружен патрульными-маглами на руинах бывшего дома... Волшебница тихо охнула, но решила идти дальше к лифту, пока не опоздала на важное заседание. Она видела мистера Гленна совсем недавно. Он рассказал ей о своей погибшей семье, хотя Морган и так знала, что произошло. Она должна была стереть из его памяти всё, что связано с миром магии, но в итоге он уговорил её этого не делать. «Может, поступи я иначе, он смог бы скрыться?» с горечью подумала Иоланта, заходя в пустой лифт. Лифт остановился на втором уровне, а когда двери открылись, Морган увидела мужа. Он был напряжён по понятным причинам, но немного расслабился, когда увидел Иоланту. — Доброе утро,— он улыбнулся уголками губ, вставая рядом, и заметил её потерянный вид,— Что-то случилось? — Помнишь того магла из Дублина?— она поджала губы,— Его убили недавно. — Мне жаль,— искренне сказал Стивен, ласково касаясь её руки,— Пожиратели нашли бы его в любом случае. Они предпочитают... убивать сразу целые семьи. Ты бы этого никак не предотвратила. Женщина слегка кивнула и встряхнула головой, сжимая его руку. Вероятно, он прав, Пожиратели бы не оставили Гленна в живых просто из принципа, но Морган не могла перестать думать о том, что могло бы быть, если бы она поступила как следовало. Возможно, имей Министерство больше возможностей и людей, они бы смогли его спрятать в безопасносное место. — Не будем об этом,— сказала она,— Сейчас это неважно. Ты как? Волнуешься? Мракоборец помедлил с ответом, но всё же согласно кивнул. Всё было очевидно и без этого вопроса. Ему предстояло доказать свою правоту на заседении по делу Корвуса Лестрейнджа VI, который погиб от его руки. Всё пройдёт в закрытом режиме, и это единственное, что немного успокаивало. Не будет репортёров или злорадствующих коллег. Выйдя из лифта в очередной тёмный коридор, супруги выпустили руки друг друга – они предпочитали не выражать свои чувства на работе, за исключением коротких касаний и едва заметных улыбок. — Всё будет хорошо,— твёрдо сказала Иоланта,— Победа у нас в кармане. — Знаю. Волшебники молча шли по пустому коридору до нужной двери. Перед тем, как войти, Стивен задержал взгляд на жене, будто бы молча передавая тайное послание. — И я тебя,— шепнула Морган, улыбнувшись, и открыла дверь. В небольшом кабинете, предназначенном как раз для таких закрытых заседаний или совещаний, уже находился Бартемиус Крауч, Гарольд Минчум и Ралстон Стоук, член Визенгамота. Увидев подсудимого, они перестали тихо переговариваться и поздоровались кивком, лишь министр пожал руку Стивену. — Миссис Морган?— нахмурился Крауч, делая пометки в документе,— Вы остаётесь здесь? — Вы сами сказали, что я могу привести защиту,— ответил мракоборец, садясь напротив за круглым столом,— Какая защита может быть сильнее жены, не так ли, мистер Крауч? Волшебник ничего не ответил, недовольно хмыкнув себе под нос и делая новую пометку. — Можем начинать?— спросил Стоук, оглядывая присутствующих,— Хорошо. Итак, Стивен Морган, вы обвиняетесь в превышении должностных полномочий и убийстве Корвуса Лестрейнджа VI, уважаемого члена магического сообщества, чья принадлежность к Пожирателям смерти не доказана... Несмотря на внешнюю уверенность, Стивен ощущал, как внутри всё замерло в ожидании приговора, несмотря на то, что заседание только началось. Он вспомнил, как совсем недавно на его месте сидел Мэйсон Дрейк, его бывший подчинённый, и страшно нервничал, заикаясь и потея. «Самому бы ненароком не устроить такую сцену»,— мрачно подумал Морган. Такого удовольствие Краучу он не принесёт. Несмотря на то, что они продолжали работать бок о бок, напряжение между ними росло. Знаки, предвещавшие это, проявлялись давно, и слушание над Мэйсоном Дрейком лишь было тому подтверждением. После того, как Флимонта Поттера взяли под стражу, Бартемиус Крауч-старший и вовсе нацелился на Стивена, мысленно причисляя его к Пожирателям. Ведь если вину Поттера докажут, то его свояк и начальник обязан был что-то подозревать. Впрочем, в то же время нельзя сказать, что между ними была неприязнь. Крауч и Морган придерживаюсь рабочих отношений – строгих и без намёка на любезность. —... Он никогда не был замечен в злоупотреблении полномочий,— говорила Иоланта, протягивая рекомендации от французского Министра магии,— К тому же, нам известны обстоятельства, при которых Стивену пришлось применить... Непростительное заклинание. Вот показания и отчёт Келли Брумсток, она готова подтвердить свои слова лично. От звука нажатия клавиш заколдованной печатной машинки начинала болеть голова, хотя с начала не пришло и четверти часа. — Я думаю, ситуация более чем ясна,— сказал Минчум, оглядывая коллег,— Нам не нужно больше тратить времени на это. — Я считаю, что стоит задать несколько вопросов мистеру Моргану,— твёрдым тоном возразил Ралстон. — Да, конечно, я с вами согласен,— добавил Крауч,— Мистер Морган, когда вы предположили, что господин Лестрейндж является одним из Пожирателей смерти? — Это есть в моём отчёте, прикреплённом к делу,— сухо ответил мужчина,— Если вы не читали его или забыли содержимое, то мы с Брумсток выследили дементора, напавшего на невинных людей. Лестрейндж с ним спорил. — Вы уверены, что он именно спорил?— Стоук смотрел на него, не моргая,— Не может ли быть такого, что он был агрессивно настроен по отношению к дементору? Возможно, он пытался его спугнуть. — Спугнуть?— Стивен скептически вскинул бровь. — Не все способны сотворить Патронус. — Они были заодно,— вмешалась Иоланта,— Это подтверждается показаниями Келли Брумсток... — Мисс Брумсток – его подчинённая,— прервал её Ралстон,— Можем ли мы вообще принять её показания? — На что вы намекает, мистер Стоук?— с вызовом спросил Стивен,— Вы обвиняете меня в том, что я давлю на своих работников ради показаний? — У нас нет причин думать таким образом,— высказался Гарольд, доставая платок, чтобы вытереть пот со лба. Самый главный его недостаток как Министра магии – наглядность всех его волнений и переживаний. Неудивительно, что из него плохой игрок в карты. — Согласен с мистером Минчумом,— наконец заговорил Крауч. — Важно заметить, что согласно обоим отчётам квалифицированных мракоборцев,— чётко произнесла волшебница,— Лестрейндж первым выпустил атакующее заклинание. — Прежде чем напасть в ответ,— Ралстон вновь сверлил взглядом обвиняемого,— Вы убедились, что Корвус Лестрейндж не находился под влиянием Империуса? — У него отсутствовали все признаки,— ответил Стивен, сжимая челюсть. — И как вы это определили, мистер Морган? — Каждое его действие было незамедлительным. Невозможно контролировать кого-то и реагировать так быстро... — Да, это должен делать достаточно сильный волшебник. Сами-Знаете-Кто мог бы сделать это, как вы считаете? — Мы должны опираться на факты, мистер Стоук,— резко сказал Крауч,— У Корвуса Лестрейнджа была Чёрная метка и нет никаких указаний на то, что он мог находиться под заклятием Империус. — Двум мракоборцам пришлось сразиться с дементором и Пожирателем смерти,— сказал Минчум,— Это вовсе не так просто даже для самых опытных волшебников. Мистер Морган сделал всё, чтобы спасти жизнь себе и своей напарнице. Как я и говорил, это дело не стоит того, чтобы его рассматривали всерьёз. — Любое дело должно быть рассмотрено в установленном порядке,— почти механически проговорил глава Отдела правопорядка. — Если у семьи возникли претензии, то мы обязаны проверить,— кивнул Стоук. Когда Стивен наконец вышел из зала, с его плеч пропал груз, давивший на него не один месяц, но липкое и неприятное ощущение осталось. Его оправдали, на что он и рассчитывал, но на протяжении всего заседания ему казалось, что итог будет другой. Ралстон Стоук был дотошен почти до бешенства оппонента, подвергал сомнению каждое слово Моргана и своим упрямством мог посоперничать с Краучем. Бартемиус, впрочем, в очередной раз доказал свою беспристрастность и не показал ни намёка на какие-то личные конфликты со Стивеном. Впрочем, скорее дело в том, что Пожирателей смерти он не выносил больше, чем кого-либо. — Я думала, что придушу Стоука его же галстуком,— покачала головой Иоланта, сидя в кабинете у мужа и начальника в одном лице. — Если я ещё раз услышу это имя, то вышвырну тебя из кабинета,— беззлобно произнёс Стивен, откидываясь в кресле. Ему не раз доводилось иметь дела с членами Визенгамота, но они всегда ограничивались парой фраз или же коротким обсуждением рабочих вопросов. После нескольких часов заседания во главе со Стоуком хотелось лишь одного – стереть себе память к чёртовой матери. Самое отвратительное, что Ралстона нельзя было обвинить в чём-то. Он был резок, что не является чем-то криминальным, но задавал верные вопросы и вызывал сомнения даже у самого Стивена. Это правильно. Безоговорочно не должны верить никому, даже начальнику Штаба мракоборцев. Морган мысленно отодвинул свои чувства насчёт случившегося на задний план и выпрямился в кресле. Он окинул беглым взглядом разложенные на столе бумаги, словно вспоминал свои обязанности, и постучал пальцами по деревянной поверхности. — Зайди к Элеазару Шумсби,— сказал Стивен,— Он должен был явится, но не отвечает на письма и в музее не появлялся. Возьми Эдварда. Иоланта слегка кивнула, наблюдая за мужем. На лице была привычная строгость, плечи – напряжены, но в глазах читалось облегчение. Она знала, что его с высокой вероятностью оправдали бы по делу Лестрейнджа, но возможность того, что Стивена могли отправить в Азкабан, тяготила их обоих. Пусть это и было чем-то труднопредставимым, но в это непростое время возможно всё. — Как Флимонт?— спросила волшебница. — Мне так и не дают переговорить с ним,— Стивен покачал головой,— Надеюсь, его отпустят сегодня. Они не смогли найти хоть что-то против него. Иоланта понимала, насколько всё было неоднозначно. В её вере Поттеру не было слабых мест, но со стороны он справедливо выглядел подозреваемым. Флимонт не в первый раз самолично готовил Сыворотку правды для нужд Министерства и только он имеет доступ к некоторым ядам. Впрочем, отравление подозреваемых в зале суда не было похоже на обычный яд. Но имеет ли Флимонт достаточно знаний в Тёмной магии, чтобы создать нечто подобное? Конечно, нет. Была вероятность того, что кто-то отравил зелье уже после его изготовления, но доказать это было не так просто. Стивен уже знает, что где-то среди мракоборцев есть лазутчик, но вывести его на чистую воду, не имея Сыворотки правды, было почти нереально. — Есть идеи, кто это мог быть?— спросила Иоланта. — Слишком много людей, надо сократить список,— задумчиво ответил мракоборец,— Зельевары расслабились, следует их всех проверить,— он провёл рукой по лицу и поднялся на ноги,— Поручу это Брумсток. У меня сегодня рандеву с оборотнями в Запретном лесу. Обойдя стол, Стивен остановился рядом с женой. Она улыбнулась, вставая с кресла, и взяла его за руку. — Будь осторожен,— сказала она,— Я тоже буду ждать тебя на рандеву. Мужчина слегка усмехнулся, сжимая её руку в ответ. Все его тревоги не ушли в один миг, но в груди разлилось приятное тёплое чувство. Возможно, им и правда удастся устроить вечер для двоих. Грейс отправилась во Францию, а пристроить куда-нибудь Маттео не составит труда. — Отправляйся прямо сейчас,— сказал Стивен,— Эдвард должен быть на своём месте. Иоланта кивнула и мягко поцеловала его перед выходом. Она старалась отогнать мысли о том, что это может быть их последний поцелуй. В последние недели женщина думала о таком слишком часто, хотя ничего не предвещало беды. — Миссис Морган!— Скотт закрыл папку с бумагами при виде неё,— Мы должны проверить Шумсби, он... — Да, я знаю,— кивнула волшебница,— Пойдём? Она нечасто работала с ним, обычно она действовала в одиночку, что ей нравилось. Не надо переживать о напарнике и о том, что он может где-то напартачить. Эдвард, однако, не был из тех, кто всё портит, иначе бы не стал правой рукой Стивена. Они не спешили в дом мистера Шумсби, сначала решили осмотреться вокруг, но ничего примечательного не обнаружили. Поблизости находился антикварный магазин, чьи посетители являлись и маглами, и волшебниками, но и там Элеазар не появлялся последние дни, хотя обычно не пропускал распродажи в счастливые дни месяца. Несмотря на всю странность ситуации, было облегчением, что над домой волшебника не было Чёрной метки. Едва Иоланта и Эдвард ступили внутрь небольшого двухэтажного дома, они поняли, что всё странности были вовсе не случайным совпадением. Напротив входа была видна столовая, где на полу покоилась разбитая тарелка и остатки пищи. Судя по виду и запаху, никто не убирал беспорядок несколько дней. Всё остальное же выглядело совершенно обычным, за исключением небольшого слоя пыли на полках. Откуда-то из комнат сверху донеслось сдавленное рыдание и всхлипы, что заставило Иоланту и Эдварда обеспокоенно переглянуться. Они покрепче сжали палочки в руках и, слегка кивнув друг другу, осторожно направились на источник звуков. Комната, из которой доносилось рыдание, находилась почти напротив лестницы. Морган неуверенно посмотрела на напарника, но тот лишь неуверенно пожал плечами, тогда она потянулась к приоткрытой двери и осторожно толкнула её вперёд. Волшебники осторожно вошли внутрь. В отличие от остальной части дома, тёмной и холодной, здесь, судя по всему, горел камин. Тёплый свет огня освещал мужчину, сидящего на ковре в центре комнаты. Это уже был не счастливый и воодушевлённый хозяин музея, а измученный пытками человек. Его грязные волосы прилипали к потному лбу, засохшая кровь алой дорожкой стремилась вниз к шее и пачкала воротник рубашки. Усы, которые всегда были аккуратно закручены вверх, сейчас были в таком же беспорядке. Бледное лицо с тёмными мешками под глазами старило Элеазара намного сильнее седины. — Миссис Морган!— заикаясь и рыдая, воскликнул он и из последних сил подполз к спасительнице,— Помогите, прошу! Иоланта опешила, позволяя схватить себя за свободную руку. Эдвард шокировано осмотрел Шумсби, но когда поднял взгляд на вторую фигуру в комнате, охнул и в ужасе шагнул назад, поднимая дрожащую руку с палочкой. В кресле рядом с камином сидел мужчина в чёрной мантии. Он был едва различим в тёмной комнате, но было невозможно не узнать неестественные черты лица и сверкающие глаза с красными белками. Волан-де-Морт. Элеазар забился в угол позади Иоланты и Эдварда, словно ребёнок, напуганный байками о монстрах в шкафу. Морган тут же вскинула вверх палочку, твёрдым шагом проходя дальше внутрь комнаты, хотя внутри всё сжималось от страха. Он словно маленький зверёк с цепкими когтями пробирался по позвоночнику. — Люблю неожиданных гостей,— произнёс Тёмный Лорд холодным и безразличным тоном,— Так всегда... интереснее. Волшебница поджала губы, крепче сжимая палочку. Эдвард встал рядом с ней, но невооружённым глазом было видно, как он испуган. Не самое лучшее качество мракоборца. Ужасное, если быть точнее. Ужасное и опасное. — Что ты здесь делаешь?— спросила Иоланта. Что было нужно Волан-де-Морту от Элеазара? Всё указывало на то, что хозяина дома мучили здесь не один день. К тому же, Волан-де-Морт явился сам, а не послал своих Пожирателей. Пока всё складывалось в загадочную и неприглядную картину. Тёмный Лорд лишь презрительно усмехнулся и медленно поднялся с кресла. Несмотря на то, что он не был чересчур высокого роста, он выглядел внушительным. От него исходила мощная энергия, что всегда сопровождает сильных волшебников. Иоланта редко чувствовала нечто подобное – магов такого уровня можно пересчитать по пальцам, но сейчас ей впервые было настолько страшно. Волан-де-Морт был не просто одним из сильнейших волшебников, а её врагом. Они были на противоположных сторонах в войне, которую начал он многие годы назад. Иоланта прижала свободную руку к бедру, пытаясь нажать крошечную кнопку на наручных часах. Это должно дать Стивену знак, что ей незамедлительно нужна помощь. Не было никаких сомнений в том, что он придёт или хотя бы пришлёт подмогу. Если в этом мире и был человек, который жизнь положит на её защиту, то это безусловно Стивен, если, конечно, не брать в расчёт её сестру. Конечно, это движение не ускользнуло от красных глаз Реддла. Он усмехнулся, зная, что ему не сможет причинить вред даже несколько отрядов мракоборцев. — Я задала вопрос,— сказала Иоланта. — Я не намерен отвечать,— Волан-де-Морт осмотрел её сверху вниз с видом присущим королевским особам,— Грустно смотреть на то, во что превратилась твоя семейка, Хардвин. Если ты одумаешься и... исправишься, то я готов простить тебе твой брак с грязнокровкой. — Иди ты нахер, Реддл,— чётко процедила Морган сквозь зубы. Эдвард с распахнутыми глазами посмотрел на неё, удивлённый её словами. Неужели она посмела так говорить с самим Тёмным Лордом? И как она его назвала?.. — Я предоставил тебе выбор,— холодно проговорил Волан-де-Морт, доставая свою палочку.

***

Сириус с мрачным видом бросал мяч в стену, развалившись на стуле. Мячик отскакивал от пола и стены, возвращаясь в ловкую руку. «— Я не знаю... хочу ли я чего-то между нами» Слова Грейс до сих пор отзывались горечью во рту и не переставали крутиться в мыслях. Блэк не ждал от неё незамедлительных признаний в любви, но ожидал услышать что-то более обнадёживающее, что-то, что не заставляло бы всё внутри сжиматься от боли и отчаяния. Бросок. Пол. Стена. Рука. Блэк написал несколько писем Морне, но они остались без ответа, что совсем неудивительно. Идея отправиться к ней, как это сделала Грейс, конечно, могла оказаться самой действенной, но у него на пути было слишком много препятствий: отсутствие галлеонов на такое путешествие и родители, почему-то ставшие следить за ним и его безопасностью. Бросок. Пол. Стена. Рука. Сириусу хотелось вырваться из этой мрачной клетки, особенно из-за того, что ему несколько недель запретили покидать дом из-за его побега к Флинн. Как только ему удавалось осторожно пробраться к порогу, так его тут же разворачивал кто-то из родителей. Вероятно, за ним следил не только Кикимер, но и портреты, которые лишь притворялись спящими во время его попыток побега. Был необходим план. Бросок. Пол. Стена. Рука. Вдруг дверь резко распахнулась и показался разгневанный Регулус. — Прекрати швырять свой чёртов мяч!— рявнул он. — Что такое, братец?— невинно спросил гриффиндорец, хлопая ресницами, и снова бросил мяч,— Неужели я тебе мешаю? — Да! Да, мешаешь! Я его запихну так глубоко в твой зад, что... Сириус просто фыркнул и взмахнул палочкой, резко закрывая дверь прямо перед лицом младшего брата. Регулус ударил ногой дверь и, судя по шагам, вернулся в свою комнату, что была по соседству. Впрочем, броски мячика ему намому наскучили. Парень в последний раз кинулся мяч в стену и со вздохом упал на кровать. — Сохатый?— негромко спросил он, достав зеркало. — Просто дурдом,— сразу начал Поттер, словно выжидал друга, сидя над своим куском зеркала,— Они так и держат его там. Что, если им взбредёт отправить его в Азкабан? — Ведёшь себя, как напуганная девчонка,— поддразнил его Сириус,— Хочешь, на коленки посажу? — Ага, и поцелуй в лобик,— фыркнул Джеймс, закатывая глаза,— Меня просто бесит всё это. Видел газеты? Друг просто кивнул в ответ. Сову Джеймса он получил раньше, ещё ночью, поэтому не слишком удивился громким заголовкам: "Поттеры примкнули к Пожирателям смерти?", "Зельевар-отравитель", "От «Простоблеска» до массового убийства" и прочим в таком же духе. — Всё будет хорошо, Сохатый, вот увидишь. — Если он сегодня не вернётся домой, то я сам пойду в Министерство магии. — Я с тобой,— Сириус слегка улыбнулся,— Забросаем Крауча тухлыми яйцами. — Не, лучше навозными бомбами,— рассмеялся Поттер. — Всё, чего твоя душа пожелает. Пусть они и шутили, но и в этом была своя доля правды. Блэк пойдёт на всё, чтобы помочь друзьям, и Мародёры это знали. Какова была вероятность того, что они и правду забросают главу Отдела правопорядка навозными бомбами, знали только эти двое. — А сам ты как, Бродяга? — Не так плохо, как могло быть. Впрочем, здесь он не соврал. По своим собственным меркам, он справлялся не так уж и плохо. Беспрерывное уныние от несколько раз разбитого сердца – не самое страшное, что могло произойти. — Отстой, что так всё закончилось. — Я сам в этом виноват,— вздохнул Сириус и усмехнулся,— Не притворяйся, что не хочешь сказать мне что-то вроде "я же говорил". — Но я правда говорил!— шутливым тоном повторил Поттер, но потом вновь посерьёзнел,— Это не значит, что я не считаю всё это отстоем, знаешь... — Знаю,— кивнул друг,— Но если я подумаю об этом ещё минуту, то повешусь. — Лучше на гриффиндорском галстуке,— усмехнулся парень, откидываясь на стуле и подбрасывая в воздух снитч,— Может, твою мать удар хватит напоследок. Блэк рассмеялся и положил зеркало себе на грудь. Заведя руки за голову, он выдохнул. Да, если бы не Поттер, он бы точно сошёл с ума в этих четырёх стенах. — Грейс пока не писала,— сказал Джеймс,— Держать тебя в курсе новостей или... совсем про неё не говорить? Сириус помолчал некоторое время, раздумывая над вопросом. Одна часть хотела, чтобы вокруг него не было ни единого упоминания об этой девушке. Возможно, если сделать вид, что её не существует, что она вовсе не поселилась у него в голове на круглосуточной основе и что Блэк вовсе не мечтает оказаться вновь в той зимней ночи у Чёрного озера, когда Грейс была так близко, что можно было услышать тонкий аромат её парфюма и рассмотреть её тёплые карие глаза, немного красные от долгого чтения, то чувства рано или поздно утихнут. Но как показала практика, это работает вовсе не так. — Да нет, всё нормально,— сказал Сириус,— Держи меня в курсе, как у неё дела. Джеймс обернулся, прислушиваясь к звукам на первом этаже, и поспешно попрощался с другом. Он спрятал зеркало и направился вниз. Юфимия усадила Флимонта за стол и взмахнула палочкой, чтобы налить горячий напиток в кружку. Она присела рядом с мужем, беря его руки в свои, что-то негромко ему нашёптывая с обеспокоенным видом. При виде отца Джеймс и сам заволновался. Флимонт выглядел таким уставшим, будто не спал все несколько дней, которые провёл в министерской тюрьме. — Папа!— выдохнул гриффиндорец и плюхнулся на стул рядом,— Наконец-то! — Привет, Джеймс,— Флимонт улыбнулся и положил руку ему на плечо, приободряюще сжимая. Волшебница тихонько охнула, вдруг опомнившись, и поспешила сделать несколько простых бутербродов. — Ну!— юноша нетерпеливо поёрзал на стуле. — Дай ему вздохнуть спокойно, сынок,— Юфимия поставила тарелку на стол и покачала головой, взъерошив его волосы, которые и так пребывали в обычном беспорядке. — Всё нормально, дорогая,— усмехнулся Флимонт и сделал несколько больших глотков кофе,— Как вы поняли, меня отпустили. Для нас это всё закончилось. — Они так и не нашли виновника?— спросила Поттер, вновь садясь на своё место. — Нет,— мужчина покачал головой, почёсывая щеку, на которой успела появиться щетина,— Я немного поболтал с мракоборцами, когда меня отпустили. Они думают, что это мог быть кто-то из моих коллег-зельеваров. Юфимия вздохнула и взяла его за руку. По крайней мере, её мужа признали невиновным в убийстве тех обвиняемых. Остальное уже не так важно. — А что всё это время с тобой было? Тебя допрашивали?— спросил гриффиндорец, мрачно хмурясь,— Судя по тому, что пишет "Пророк", они и Непростительные к заключённым используют... — Джеймс!— мать выразительно на него посмотрела,— Не верь всему, что пишут в газетах, особенно из-под пера Скитер. Парень в ответ слегка кивнул, пожимая плечами, но неприятное ощущение его не покидало. Конечно, он, как и все, прочёл ту статью, где упоминался Стивен Морган и то, что он использовал Круциатус на задержанном, но ни с кем это не обсуждал. Грейс тут же перевела разговор в другое русло, когда Джеймс неуверенно упомянул статью и больше они эту тему не поднимали. Мог ли Морган действительно пытать кого-то? Сложно сказать. Хотя у Джеймса остались приятные воспоминания из детства, когда они все проводили время вместе и Стивен хоть и казался весёлым и добрым, но даже тогда в нём была какая-то строгость и лёгкая угрюмость. Сейчас, годы спустя, Джеймс с трудом мог представить, как мистер Морган просто беззаботно смеётся их с Грейс проделкам, а не хмурится, с усталым видом уставившись в газету или документы. — Меня допросили один раз и всё,— ответил Флимонт,— Хотели дать Сыворотку правды, но не стали рисковать: остальные бутылочки могут быть тоже отравлены. — И что, тебя там даже не кормили?— скептически спросил юноша, смотря как отец почти в два уксуса съел бутерброд. — Кормили, но мне не хотелось. Дементоры портили всю атмосферу. — Дементоры? Тебя охраняли дементоры? От этой новости и у сына, и у жены защемило в груди. Провести несколько дней в заточении – это одно, но делать это под присмотром дементоров... Они могли не находиться с Флимонтом в одной комнате, но их влияние ощущалось сквозь любые стены и двери. Эти существа высасывали счастье, радость и любые другие положительные эмоции. Быть запертыми с ними несколько дней – настоящая пытка. — Они тебе Азкабан устроили?— сердито спросил Джеймс,— Совсем что ли ох... — Так, Джеймс!— Юфимия несильно стукнула по столу, чтобы просто привлечь его внимание,— Перестань сейчас же, а то наверх отправлю. Хотя её тон и был угрожающим, глаза оставались такими же добрыми и взволнованными. Ей не слишком были интересны подробности задержания Флимонта или же она знала, что вот-вот не стерпит эмоций и взорвётся сама. — Мать права, Джеймс,— сказал Флимонт,— Просто оставим это как страшный сон. Ни к чему это мусолить.

***

— Было непросто решить, что делать,— Грейс скрестила руки на груди, неторопливо шагая по каменной тропе,— Я думала, так будет лучше. — Почему не сказала мне с самого начала?— спросил Томас,— Возможно, я бы как-то помог... — Я... Я просто не хотела рассказывать тебе про Сириуса,— протянула девушка,— Ну... Понимаешь... ты – парень и всё-такое... На самом деле она не хотела как-то ранить его чувства. Морган знала, что он был к ней неравнодушен, они даже ходили на свидание в начале шестого курса, и говорить с ним о чувствах к другому казалось чем-то жестоким, несмотря на их продолжительное близкое общение. — Я в первую очередь твой друг,— заявил Макклейн,— И всегда помогу советом. — Спасибо,— Грейс слегка улыбнулась и друзья немного помолчали,— Я продолжаю писать Морне, но не знаю, есть ли в этом смысл. — Попробую её спросить что-нибудь в следующем письме,— сказал слизеринец,— До этого она ничего не упоминала про это всё. — Она писала тебе? — Да. Она предупредила, что не нужно ей писать в ближайшее время, потому что она поедет к родственникам-маглам. — К тёте, наверное...— тихо сказала Морган, чувствуя себя ещё больше разбитой из-за того, что ей-то Морна ничего такого не писала и уже не напишет. Длинная тропа привела их через сад к ротонде у реки. Изящное строение чем-то напоминало клетку для птиц и то, что внутри сидела Аскелла, казалось чем-то ироничным. — Наконец-то,— хмуро сказала Блаунт, откладывая книгу в сторону. — И тебе доброе утро,— усмехнулся Томас, присаживаясь напротив. Грейс с улыбкой кивнула слизеринке и села рядом с Макклейном. Аскелла выглядела как всегда элегантно: прямая осанка, немного отстранённый вид, аккуратно сложенные на коленях руки и даже лёгкий летний ветер не растрепал её прямые светлые волосы. — Мы должны детально продумать, как попадём в библиотеку Шармбатона,— заявила она. — Вы ещё не передумали?— волшебник нахмурился, поправляя очки,— Это безумная идея и нет никакой гарантии на успех... Грейс молча поджала губы. Несомненно, Томас был прав. Проникнуть в школу другой страны и остаться незамеченными – что-то невероятное и до сумасшествия рискованное. — Вообще-то гарантия есть,— возразила Аскелла и на секунду в её глазах мелькнул опасный огонёк,— Перед поездкой я приобрела Феликс Фелицис в Лютном переулке. — Жидкую удачу?— удивилась Морган. — Что? Как тебя пропустили с этим зельем?— с возмущением спросил Макклейн,— На таможне у меня едва не забрали «Мышек-ледышек»! — Какая разница?— слизеринка пожала плечами,— Важно лишь то, что удача будет на нашей стороне. Нам нужен только план. Грейс, только ты из нас знаешь, как попасть в Шармбатон. — Нам точно придётся использовать наши анимагические формы,— ответила она, думая про все возможные препятствия на их пути,— Но мне нужно время, чтобы лучше всё продумать. — У тебя было время!— нахмурилась Блаунт,— Ладно, придумай что-нибудь. Библиотека вообще далеко от входа? — Она в самом сердце Шармбатона, но необязательно идти внутри замка. — Это хорошо. — Это всё ещё ужасная идея,— заговорил Томас, скрестив руки на груди. — Не будь таким нудным,— Блаунт закатила глаза,— У нас всегда всё получается, а в этот раз с нами будет Госпожа Фортуна. — Всегда всё получается?— скептически повторил парень,— Ты о том разе, когда прислала мне сову с настоятельной просьбой срочно прийти, потому что Грейс, возможно, умирала на твой кровати? — Не преувеличивай. — В этот раз никто умирать не будет,— заверила друга Морган,— И у нас есть зелье... — Точно, зелье!— Макклейн вновь перевёл взгляд на слизеринку,— Ты уверена, что оно сработает? Лютный переулок забит шарлатанами и продаваемым ими шлаком... — Продавец проверен,— резким тоном ответила Аскелла,— Хватит вести себя, как трус, Томас. Парень посмотрел на неё, явно начиная выходить из себя. Как только он открыл рот для едкого ответа, Грейс тут же поспешила потушить распаляемый огонь ссоры: — Хватит, перестаньте. У нас есть время, чтобы продумать план. В этот раз мы будем осторожными и продумаем всё наперёд. — В таком деле невозможно продумать всё! — Значит, мы сделаем невозможное,— уверенно заявила Блаунт. Томас фыркнул, качая головой. — Я подожду у ворот,— сказал он когтевранке и ушёл, не попрощавшись с Аскеллой. Морган подождала, когда он отойдёт достаточно далеко, а потом заговорила с подругой: — Я хотела кое-что сказать тебе. Слизеринка с любопытством посмотрела на то, как Грейс встала и подошла к перилам, явно волнуясь. Морган рассказала ей о разговоре с отцом за пару дней до её отъезда. — Я знала,— Аскелла усмехнулась и встала рядом с ней,— Чувствовала, что всё не так чисто. Это вполне благоприятное развитие событий. — Я бы так не сказала,— мрачно произнесла подруга,— Отец не шутил. Мне следует быть осторожнее. — Надеюсь, ты имеешь ввиду, что он просто ничего не должен знать. — Вроде того,— Грейс слегка улыбнулась, посмотрев на Блаунт,— Но возможно, Томас прав. Затея с Шармбатоном слишком рискованная, даже если не считать вероятный международный скандал. Девушка с раздражением закатила глаза, вздыхая. Ей явно надоели нерешительные личности в лице друзей. — Начни придумывать план, а дальше оценим все риски,— ответила Аскелла, сдерживая тон в общении с Грейс, чего никогда не случалось в разговорах с Макклейном. — Ладно,— подруга кивнула, поджимая губы и хмурясь,— Ещё увидимся. Томас меня ждёт.

***

Морна наблюдала за меняющимся пейзажем за окном машины. Городские улицы быстро сменились на бесконечные поля и равнины, а лес то и дело выглядывал из-за горизонта, но почти сразу прятался назад. — Пока мы не приехали,— заговорил Пол, покосившись на дочь,— Может, поговорим? — О чём? — Думаешь, я совсем ничего не замечаю? Признаться, Флинн и правда надеялась на это, но понимала, что поменялась после расставания с Сириусом. Она почти не получает и не пишет писем, поддерживая связь лишь с Марлин и Лили, в ней почти не осталось прежнего энтузиазма вообще к чему-либо, а угрюмое настроение стало обыденным. Перемены ей не нравились, но они были неизбежными. — Что случилось?— спросил мужчина, краем глаза видя, как дочь снова ушла в свои мысли,— Ты поссорилась с друзьями? — Вроде того,— негромко ответила она, играя пальцами с пуговицей кардигана. — С Сириусом? На этот вопрос Морна просто промолчала. Не хотелось признаваться ему в том, что он был прав, когда предупреждал её об отношениях с Сириусом. Конечно, он не ставил ей жёстких условий, но пытался вразумить её не встречаться с таким, как Блэк. — Я не пытаюсь давить на тебя, знаешь... Когтевранка вздохнула и покрутила ползунок громкости радио, явно не собираясь хоть как-то поддерживать разговор. Она скрестила руки на груди, откидываясь в кресле, и почти с вызовом взглянула на отца. Пол лишь усмехнулся, качая головой, хотя и продолжил волноваться за неё. Чем ближе они приближались к ферме, тем отчётливее Морна понимала, что зря согласилась на поездку. Лучше сидеть дома и "коллекционировать" письма от Грейс, не вскрывая конвертов, чем проводить несколько дней в компании раздражающих кузенов, куриц и бесконечных грядок. Девушка провела пальцем по уголку книги, лежащей на коленях. Это был учебник по Истории магии для следующего года, но Морна и Пол весь вечер переклеивали обложку, чтобы он выглядел как обычная магловская книга. Подумав о том, что ей надо будет растягивать чтение, она спрятала учебник в свой рюкзак. Спустя время они всё же доехали до фермы. Борясь с желанием рвануть назад в Дублин со всех ног, Морна вышла из машины и пошла в дом следом за отцом. Дом был очень старый, он принадлежал ещё предкам Уилана, о чём он не забывал вспоминать при каждом удобном случае. Здание было не слишком большим, но крепким и обещало служить семье ещё долгие годы. Пол, не стучась, открыл входную дверь и вошёл. Едва когтевранка перешагнула порог, она почувствовала себя лишней в суете этой семьи. В гостиной громко работал телевизор, а Дункан, мальчик десяти лет, стучал по нему сверху, пытаясь убрать полосы на экране. Четырёхлетняя Кара собирала башню из кубиков, а когда они все разлетелись по ковру, восторженно вскрикнула. Тётя Айла готовила на кухне, крутясь на ней словно волчок. — Дункан!— строго сказала она, закидывая полотенце на плечо,— Хватит ломать телевизор, иначе я тебе тресну! — Я пытаюсь починить!— проворчал мальчик, но всё же отошёл и сел на диван, надувшись. — Привет, сестрёнка,— усмехнулся Пол, поставив на пол свой рюкзак с вещами,— Помочь? — Я ни черта не успеваю!— раздражённо сказала женщина, качая головой и торопливо начищая картофель,— Морна, давай, бери фартук и дуй сюда. Девушка выразительно посмотрела на отца, но не стала огрызаться тёте и пошла мыть руки. — Добавь в масло трав и натри им индейку,— дала распоряжения Айла,— Ну, рассказывай, как у тебя дела? Встретила какого-нибудь мальчика? Флинн переглянулась с отцом, рассеянно завязывая фартук. Он не рассказывал им про Сириуса. Это хорошо. Но вопрос всё равно вызвал лишь раздражение и скрежет зубов. Неужели нельзя спросить что-то ещё, кроме наличия молодого человека? — Нет. Тётя покачала головой, вздыхая, и резким движением перехватила завязки за спиной Морны. Девушка охнула и немного ослабила тугой узел, когда Гаррет отвернулась. Морна взяла веточки базилика и розмарина и принялась рвать листочки в миску со сливочным маслом. — Как у тебя дела в школе?— спросила Айла, отправив почищенную картофелину в большую кастрюлю,— Дункан едва не завалил экзамены... — Мам! — Неужели стыдно стало?— фыркнула женщина. — Нормально,— поспешила ответить Флинн, чтобы ссора даже не думала разгораться,— У нас в этом году были только контрольные. Они продолжили готовить ужин для всех, пока Пол занимал играми Дункана и Кару. На Морну всё время сыпались советы про то, как же важно иметь твёрдое мужское плечо для упоры и как сохранить отношения, из-за чего ей хотелось что-нибудь ударить. Мечтая о том, как она разобьёт все чёртовы окна в этом доме, Флинн отправила намазанную ароматным маслом индейку в духовку. — Спасибо за помощь, Морна,— Айла улыбнулась, приобнимая племянницу,— Я бы одна не управилась. Когтевранка лишь улыбнулась, скрипя сердцем, и пошла мыть руки. Эта искренняя благодарность выводила из себя ещё сильнее, чем ненужные советы про парня и отношения. Пока тётя переключилась на Пола и своих двух младших детей, Морна взяла рюкзак и проскочила на второй этаж в комнату, где всегда оставалась, ночуя здесь. Раньше в этом доме были лишь большие помещения, но отец Уилана построил несколько стен, увеличивая число комнат. Для большой семьи это было почти необходимостью. Гостевая спальня была совсем небольшая. Она вмещала в себя только полуторную кровать у окна, старый шкаф для одежды и не менее старые стол со стулом. Морна легла на кровать и достала свой учебник. История магии всегда могла её отвлечь и занять. Несмотря на то, что многие считали этот предмет скучнейшим в Хогвартсе, а в этом определённо была заслуга профессора Бинса, для Флинн он до сих не был просто предметом. Сложно считать это обычном уроком, когда учебник являлся ещё и мистическим детективом, и фэнтезийным приключенческим романом, и многим другим. Морна открыла книгу на главе, посвящённой работе Министерства магии по защите маглов. После принятия Статута о секретности волшебникам пришлось приложить немало усилий чтобы обезопасить маглов от разных проявлений магии. Было время, когда маглы стали чащи сталкиваться с боггартами. Хотя они могут видеть эти приведения лишь в редких случаях, они все ещё могут ощущать их присутствие. Маглы английского городка Кентерберри обнаружили боггарта в одной из пещер неподалёку. Вернее, они считали его сумасшедшим отшельником-каннибалом. На самом деле это был просто боггарт, довольно маленький представитель этого вида приведений, но он ловко научился использовать эхо, чтобы наводить страх. Как можно нечто подобное считать скучным? Это ещё не считая искренний интерес Морны к обычным историческим событиям и их влияние на мир маглов, ведь смотреть на историю с разных углов – очень... — Ну привет,— парень вошёл в комнату, скрипнув дверью, и лениво оглядел девушку на кровати. «Даже не постучал», с раздражением подумала Морна, поднимая взгляд со страниц учебника. Броуди, казалось, совсем не изменился характером с детства. Он оставался нахальным, грубым, громким, ленивым и раздражающим, словно летающий над ухом навозный жук. Внешность у него была под стать фермерскому сыну: грубые и чёткие черты лица, небольшая щетина, руки с мозолями и шрамами, а нос был сломан несколько лет назад в подростковой драке. — Ага,— Флинн нехотя отложила книгу и посмотрела на него, скрестив руки на груди,— Зачем пришёл? — Поздороваться со своей милой кузиной,— усмехнулся Броуди и немного прошёл в комнату, слегка толнув ногой в сторону её рюкзак,— А вообще ужин готов. — Замечательно,— пробурчала девушка и пошла в коридор, задевая кузена плечом. Он на это лишь усмехнулся, качая головой, но она почувствовала нотку удовлетворения, дав волю эмоциям. Однако, она тут отдёрнула саму себя, встряхнув головой: «Нет, я не буду такой же импульсивной и ведомой на эмоции, как Грейс»

***

Стивен осмотрел лес впереди и, выставив палочку, махнул мракоборцам идти за ним. Запретный лес был недружелюбен к гостям, но всё же не мешал в их деле. В непроглядной тьме не было видно ничего дальше вытянутой руки, но нельзя было использовать Люмос – мракоборцы тут же станут лёгкой мишенью для всех тварей, живущих здесь. Сейчас же они крались мимо зарослей, словно бесшумные тени. Вдруг один из мракоборцев вскрикнул, отпрыгивая в сторону, и в его сторону направилась целая дюжина палочек его коллег. Парень неловко кашлянул и поправил мантию, которой задел ветку. Стивен посмотрел на него убийственным взглядом и они пошли дальше. «Когда-нибудь я сам их и прикончу»,— с усталостью подумал Морган, нагибаясь, чтобы не удариться о толстую ветвь дерева. Услышав глухой удар и резкий вдох позади себя, он сдержался, чтобы не заскрипеть зубами. Мракоборцы, которые отправились на эту миссию, прошли тщательную подготовку годы назад и не понаслышке знали, что такое сражение, риски и смерть, но иногда создавалось впечатление, что они просто колония неуклюжих пингвинов. Вскоре они нашли свою цель. Небольшой лагерь оборотней находился в достаточном отдалении от гнезда акромантулов, что, безусловно, хорошая новость. Можно было не бояться навести шума. Стивен, пригнулся за кустом, разглядывая лагерь. Оборотней было немного, едва ли больше, чем мракоборцев с ним. Они совсем не были чем-то взволнованны, а просто делали свои дела: кто-то бросал ветки в костёр, поддерживая тёплый огонь, рядом несколько мужчин и девушка чистили и нарезали овощи, неподалёку болтала ещё маленькая группа. Застать их врасплох не составит труда. Морган собирался взмахнуть палочкой, но почувствовал лёгкую вибрацию на запястье и взглянул на часы. Помимо обычного циферблата на них умещался совсем маленький с надписью "Иоланта". Стрелочка крутилась словно безумная, а потом остановилась, указывая на слово "опасность". Это могло означать только одно. — Коннор,— тихо шепнул Стивен,— Ты за главного, мне срочно надо идти. Мракоборец удивился, но кивнул, немного нервно сглатывая. Морган хлопнул его по плечу и тихо, но быстро направился обратно. Надо было вернуться немного назад, чтобы трансгрессировать в нужное место. Сначала он крался, а потом побежал со всех ног, не обращая внимания на звуки позади. Волшебники не стали выжидать и просто напали на лагерь. Морган бежал так быстро, как только мог. От больших ветвей он уворачивался, но более мелкие было даже не разглядеть на бегу в такой тьме и они больно хлестали по лицу. От бега жгло лёгкие, а ноги так норовили оступиться или споткнуться, но медлить было нельзя. Иоланта бы не стала пользоваться часами без необходимости. Что-то происходило за миллионы миль отсюда, и Стивен не собирался оставлять это на самотёк. Выбравшись из Запретного леса, он тут же трансгрессировал и оказался прямо перед домом Шумсби. Мужчина покачнулся, тяжело дыша, и на секунду припал к забору. В ушах до сих пор стучал пульс из-за продолжительного бега, но вспышка заклинания в окне тут же его отрезвила. Он достал палочку и ринулся внутрь. По лестнице с видимым трудом спускался Элеазар, почти повисая на перилах. Увидев Стивена, он лишь охнул, указывая наверх трясущейся рукой, но мракоборец даже не обратил на него внимания. Эдвард пролетел почти через всю комнату и, ударившись о стену, упал на пол. — Акцио палочка!— прохрипел он. Иоланта отпрыгнула в сторону от зелёного луча Авада Кедавры и выпустила обезоруживающее заклинание в ответ. Стивен, ещё даже не войдя в комнату, взмахнул палочкой. Стекло большого окна превратилось в мелкую крошку и вихрем обрушилось на противника. Когда мужчина встал рядом с женой, он наконец увидел, против кого они с Эдвардом сражались. Волан-де-Морт. Только вот это уже был не боггарт из пыльного шкафа в офисе мракоборцев, а самый настоящий кошмар многих волшебников Великобритании. Реддл отмахнулся от крохотных осколков стекла словно от назойливый комаров, даже глазом не моргнув. — И это вся подмога, Хардвин? Как самоуверенно,— безразличным тоном сказал он и взмахнул палочкой. Иоланта оттолкнула в сторону Эдварда и в стену позади, ударил луч заклинания. Он походил на молнии, которые часто колдует Стивен, но он был чёрным. При попадании в стену он словно растворился в ней, и тёмные пучки проклятия расползлись в разные стороны. — Авада Кедавра!— Стивен взмахнул палочкой. Он и не думал, что Непростительное заклинание попадёт в противника. Надежд на то, что им троим удастся обезвредить Лорда Волан-де-Морта здесь и сейчас, не было совсем. Они это не обсуждали, но думали об одном и том же: главная их задача сейчас – выжить. Тёмный Лорд лишь сделал шаг в сторону, чтобы увернуться, и его лицо исказила гримаса презрения. Его не трогали жалкие попытки его убить, но то, что грязнокровка использует Непростительное заклинание против него, злило его сильнее, чем вообще можно было представить. — Круцио! Морган упал на колени, задыхаясь от боли. Заклятие подействовало на него намного сильнее, чем месяцы назад в театре. Тогда он и подумать не мог, что боль может быть сильнее, но сейчас она была настолько мощной, что на мгновение у него мелькнула мысль: «я умру, если он не прекратит», после чего весь его разум стал заполнен лишь одним – неистовой болью. Иоланта вскрикнула и застыла от ужаса на несколько секунд. Она никогда не видела собственными глазами, как работает Круциатус, но сейчас это заклинание применяли на её муже и надо срочно что-то предпринять. — Конфринго!— она взмахнула палочкой, направляя взрыв в Волан-де-Морта, но волшебни с лёгкостью отбил его щитом. — Остолбеней!— Эдвард выпустил несколько заклинаний подряд. — Импедимента! Экспеллиармус! Бомбарда! Вдвоём они осыпали заклинаниями Тёмного Лорда. Пусть они и сталкивались о щиты, но Реддл уже не мог концентрироваться на Круциатусе в полной мере. Иоланта в панике пыталась вспомнить уроки Защиты от Тёмных искусств. Она знала много заклинаний, но все они были слишком простыми для Волан-де-Морта. Всё же она не была мракоборцем и не была опытной в бою, даже если сравнивать её с новобранцами. Скотт перешёл на невербальную магию, колдуя заклинания. Внутри него всё сжималосьот страха. Он не мог просто сбежать, но и боялся выступать против Тёмного Лорда. Если он вдруг навредит ему... страшно представить, что его ждёт в наказание. Бездействовать было нельзя – это тоже выглядело бы подозрительно. Терзаемый противоречиями, Эдвард всё же отправлял в противника заклинание одно за другим. Волан-де-Морт с раздражением скривился и опустил палочку. Иоланта поспешила поднять Стивена на ноги. Он тяжело дышал, опираясь на жену. Горло больно саднило от криков, а со лба капал пот. Однако, он призвал свою палочку обратно в руку и выставил её вперёд, хотя всё его тело ещё дрожало. Мышцы продолжали пульсировать, будто с ужасом ожидая новую волну боли. — Мне почти наскучило,— негромко сказал Реддл,— Империо! Скотт охнул, запрокидывая голову назад. Медленно он перевёл взгляд на Морганов и поднял палочку нетвёрдой рукой. — Эдвард,— сказал Стивен, непроизвольным движением закрывая собой Иоланту,— Борись с заклинанием. Я знаю, ты справишься. Парень зажмурился, качая головой и что-то бормоча себе под нос. Потом он резко распахнул глаза и ловким движением руки выпустил заклинание: — Остолбеней! Стивен отбил его щитом и сделал несколько в сторону Тёмного мага. Иоланта всё поняла без слов и стала прикрывать его от заклинаний Эдварда. Он сыпал ими без остановки. В его глазах не читалось абсолютно ничего. Борьба с подчиняющим заклятием провалилась, Эдвард был в полной власти Волан-де-Морта. — Экспульсо!— Морган направил палочку в Реддла. Тот с лёгкостью отбил заклинание в сторону, не прекращая контролировать мракоборца. Стивен сжал челюсть и начал колдовать невербальные заклинания. Так отбить их намного сложнее. Хотя Тёмный Лорд и был силён, ему должно быть сложнее держать сильные щиты и колдовать Империус одновременно. Иоланта «Диффиндо!» со злостью произносил в мыслях Стивен. Он начал вспоминать всевозможные способы разбить щитовые чары. Было несколько мощных заклинаний, но сейчас не было времени для них. Важно было не сбавлять темп, не давать противнику вздохнуть спокойно. Выпустив с дюжину режущих заклинаний, наконец одно из них пробило защиту. Волан-де-Морт замер и медленно коснулся своей скулы. На бледных пальцах осталась капля крови. Его лицо исказил гнев. На несколько секунд Эдвард замер, но его взгляд всё ещё выдавал марионетку Тёмного Лорда. Если внутри него и шла борьба с Империусом, то ничто на это не указывало. Реддл взмахнул палочкой, и в Морганов полетело заклинание сразу от двоих волшебников. — Авада Кедавра!— хором произнесли Скотт и Волан-де-Морт. Стивен оттолкнул Иоланту в сторону и сам увернулся от зелёного луча. Едва он выпрямился, ему пришлось снова уворачиваться от этого же заклинания. Перед глазами то и дело мелькали зелёные лучи. Впервые за долгое время Морган не представлял, что же делать дальше. Волан-де-Морт был злее, чем прежде, и не собирался останавливаться. — Верёвки!— сказала волшебница и направила палочку в Эдварда:— Экспеллиармус! — Инкарцеро!— одновременно с ней воскликнул Стивен. Заклинание Иоланты попало прямо в грудь Скотта, выбрасывая его прямо в окно, а невидимые верёвки опутали его с ног до шеи. Иоланта и Стивен встали бок о бок, направляя палочки в Волан-де-Морта. Он ничуть не расстроился, что числовое преимущество не на его стороне, а лишь усмехнулся. — Хватит этих игр, Реддл,— сказал Морган. В красных глазах снова мелькнула сталь. Очевидно, Тёмный Лорд не выносил любого упоминания его прошлого. — Да, хватит. Волан-де-Морт взмахнул палочкой вокруг себя. Кирпичи здания затряслись и начали левитировать, кружась, словно в вихре. Была видна улица, дома неподалёку, деревья и парк... Вскоре не стало всего второго этажа, кирпичи и некоторая мебель плавно кружили вокруг комнаты. Тёмный Лорд резко опустил палочку и кирпичи один за другим стали с невиданной силой бросаться в Морганов. Стивен отбивал крупные снаряды, пока Иоланта пыталась навредить Реддлу, бросая в него заклинания. Все они разрушались о его щиты. — Иоланта,— мужчина взглянул на неё, держа вокруг них щит,— Твоя сторона – восток. Морган посмотрела на него, сначала собираясь спорить, но потом поджала губы и кивнула. Она трансгрессировала во двор дома. У крыльца сидел Элеазар и растерянно осматривал связанного мракоборца. Эдвард тихо постанывал, будучи раненым и дезориентированным. — Уходите!— крикнула Иоланта,— Сейчас же! Стивен твёрдо направил палочку в Волан-де-Морта, бормоча заклинание. Из палочки вырвался огненный дракон. Сначала он показался не больше феникса в размере, но он вырос в разы в считанные секунды. Раскрыв крылья, он спикировал на Тома Реддла и тут же обратился в змею, охватывая волшебника в кольцо. Тёмный Лорд посмотрел на оппонента со жгучей ненавистью и тут же исчез. Морган трансгрессировал на улицу в противоположной стороне от Иоланты. Он не был полностью уверен, что она выполняет свою часть, но всё же направил руку в воздух: — Фините! Из кончика волшебной палочки вырывались нити магии, постепенно становясь куполом вокруг дома. Стивен с облегчением заметил, что стены купола растут и с другой стороны. Золотистые нити магии сплетались, образуя надёжную стену, которая способна выдержать широкий спектр заклинаний. Теперь было видно, как огромная змея буквально поглощает дом в своём огне. Пламя начало обретать и другие формы: химера, василиск, дракон, снова змея... Адское пламя постоянно менялось, но его разрушающая сила лишь росла с каждым поглощённым предметом. Стивен заметил в небе ещё один луч, но не стал обращать на это внимание, а начал немного направлять стены защитного купола, чтобы он уменьшался. Его золотистые стены были надёжным барьером, но даже в нескольких футах от него мракоборец ощущал палящий жар. Пламя внутри губило всё на своём пути, и Морган прикладывал усилия, чтобы сдерживать щит. Сейчас хорошо бы ещё пару волшебников, но останавливаться нельзя, иначе огонь мог вырваться наружу и начать разрушать уже соседние дома и людей в них. Купол становился всё меньше. Адское пламя стало биться о его стены. Было бы это живое существо, можно было сказать, что оно действовало со злостью и отчаянием, но это был лишь огонь, пусть и куда опаснее обычного пожара. Когда купол прижал огненную змею к земле, она обратилась в дракона, пытаясь зарыться под землю, но вскоре исчезла с громким хлопком. Стивен закашлялся и, прикрывая локтем лицо, ринулся сквозь дым и пепел. Иоланта тоже кашляла, пытаясь рукой отогнать дым от лица. Позади неё на земле лежал Эдвард, а совсем неподалёку стоял Шумсби. У него в руках была палочка Скотта. Он устало присел на траву, смотря на место, где раньше стоял его дом. Сейчас это была лишь гора пепла. — Ты в порядке?— волшебница подскочила к мужу. Он просто кивнул и взмахнул палочкой, освобождая Эдварда. Мракоборец тут же попытался встать, но покачнулся. — Не торопись,— сказал Стивен и присел перед ним на корточки,— Ты в норме? Парень осмотрелся вокруг с рассеянным видом и нерешительно заговорил: — Я... Я применял... Авада Кедавру против вас. Я... простите... — Это был не ты,— заверила его Иоланта, идя в сторону Элеазара,— Тяжело противиться Империусу, особенно от такого Сами-Знаешь-Кого... Шумсби поднялся на ноги с её помощью и подошёл ближе к тому месту, где раньше стоял дом. Он трясущимися руками дотронулся пепла, но тут же отдёрнул их – кожу жгло невероятно. — Простите, мистер Шумсби,— неловко сказал Стивен. Мужчина покачал головой и вздохнул: — Сами-Знаете-Кто ушёл. Это главное. Я не думал, что у вас вообще есть шансы против него. — Ну спасибо,— Морган не сдержал усмешку, поднимаясь на ноги,— Мы не просто так кресла в Министерстве просиживаем. Элеазар усмехнулся следом и вновь перевёл печальный взгляд на пепелище. К счастью, у него не было семьи, которая могла погибнуть здесь, но несколько особо ценных картин и элементов антикварного фарфорового искусства искренне жаль. — Почему Сами-Знаете-Кто был здесь, мистер Шумсби?— спросила Иоланта. — Он...— волшебник повернулся к ним, хмурясь, вспоминая последние дни, полные пыток и приказов,— Он хотел, чтобы я что-то сделал в Министерстве магии... Я... Я не помню что. — Нам придётся допросить вас, сэр, когда вы придёте в себя,— сказал Стивен,— А сейчас вам не помешает отдых. Все четверо трансгрессировали в Министерство магии. Элеазара Шумсби отправили в корпоративную квартиру Министерства под охраной двух мракоборцев. Сомнительно, что Волан-де-Морт покажется в ближайшие дни, но всегда лучше перестраховаться. — Скотт, иди домой, не заставляй меня отвешивать тебе пинок под зад,— с раздражением и усталостью сказал Стивен, заходя в камин. Последний раз угрожающе взглянув на своего упрямого заместителя, он и сам отправился домой. Иоланта уже сидела в его кабинете. Её лицо не выражало абсолютно ничего, а её спина, как всегда, была прямой, словно она сидит на чаепитии, а не после сражения с сильнейшим волшебником последних десятилетий. — Ты как?— спросил Морган, присаживаясь рядом с ней. Он взял её за руку и женщина взглянула на него почти удивлённо, словно вовсе не заметила его присутствия. — Он был там,— прошептала она, качая головой. — Да,— Стивен слегка кивнул,— И он ушёл. Он неуверенно сжал её руку, не зная, что сказать. Пусть сегодня они и бились с Тёмным Лордом, но это несильно отличалось от любых других дней. Мракоборцы почти на каждой миссии сталкивались с Пожирателями смерти и другими опасностями. Для Иоланты же это было в новинку. Обычно она действовала в одиночку, разыскивала кого-то или искала информацию, стараясь избегать открытых конфронтаций. — Не думала, что ты применишь Адское пламя. Стивен усмехнулся в ответ: — Я тоже. Не был уверен, что мы сможем остановить его. Адское пламя невозможно контролировать после его создания. Оно обрушивается мощной стихией и уничтожает всё на своём пути. Заклинание относилось к Тёмной магии из-за того, что может причить разве что разрушения и гибель. Самое необычное в нём то, что сотворённый волшебником огонь обладает собственным умом, но даже несмотря на это, ему безразлично, кого убивать: создателя или врага. Это и делало его таким опасным. Стивен ни за что бы не стал обращаться к этому заклинание, если бы не Волан-де-Морт. Убить бы его не удалось в любом случае, но надо было найти способ избавиться от него и Адское пламя – не самый плохой вариант. Волшебник поманил небольшую баночку с целебным бальзамом. Когда она покачнулась в воздухе на середине пути, Морган понял, сколько же сил ушло на удерживание защитных чар. Его не волновала физическая усталость, но такое истощение магических способностей не было лучше. — Я видел, ты обожглась,— сказал Стивен и приподнял руку Иоланты, рассматривая. — Да, немного,— рассеянно ответила она,— Жар пробился даже сквозь щиты. Мракоборец немного задрал рукав и начал по немногу покрывать мазью свежий ожог. По тому, как Иоланта совсем не дёргалась и не жаловалась на боль, можно было догадаться, что она уже использовала какое-то зелье или заклинание. — Что это?— спросила она, положив голову на плечо мужа. — Что-то, что изготовила Грейс,— ответил он и поморщился, когда резкий аромат трав достиг его носа,— Должно помочь. Мазь исцелила мой синяк за час. — Правда?— с интересом спросила Иоланта и улыбнулась, слегка толкая волшебника в бог,— Она умница, правда? Стивен слегка кивнул. Хотя он и испытывал гордость за дочь, он не мог не беспокоиться за неё. Грейс часто вела себя безрассудно, совершенно не думая о возможных последствиях, а это крайне опасно в магии. Если она не научится держать в руках свой авантюризм и легкомыслие, то ничем хорошим её жизнь не кончится. — А как всё прошло с оборотнями?— спросила Морган, поднимая голову. — Все мракоборцы живы и целы, а это значит, что всё может подождать до завтра. Иоланта улыбнулась и привалилась к мягкой спинке дивана. Стивен тоже вздохнул и расслабился, не выпуская её руки.

***

Грейс обеспокоенно обернулась, но, разумеется, за ними никто не шёл. Лес казался почти мёртвым по сравнению с тем, что окружал Хогвартс. Запретный лес был заполнен магическими созданиями, от лечурок до кентавров, не менее разнообразными растениями и, конечно, насекомыми, которые стрекотали без умолку. Лес вокруг Шармбатона был неподвижен. Не было слышно уханья или ночной возни птиц и мелких зверьков, а ветер не осмеливался трогать ни единую веточку. От такой тишины можно с лёгкостью сойти с ума. «— Не думаю, что мы сможем войти в него анимагами,— качала головой Морган, расхаживая по комнате,— Лес заколдован. Магия в нём... не существует. — Как вы его пройдёте?— спросил Томас, с хмурым видом разглядывая наброски карты, что выполнила Грейс. — Ножками, Томас,— в своей ядовитой манере ответила слизеринка,— Топ-топ» Аскелла шла рядом решительным шагом, совсем не беспокоясь о том, что кто-то может их обнаружить. Её глаза сверкали в предвкушении. — Грейс?— девушка посмотрела на подругу, ловко перешагивая через корни деревьев,— Ты ничего странного не чувствуешь? Я имею ввиду твою магию. — В смысле? — После того, как забрала её у моей бабушки. Ты ощущаешь что-то, помимо того, что стала сильнее? — К чему ты клонишь, Блаунт?— когтевранка подозрительно прищурилась. — Ни к чему,— она просто пожала плечами, но на лице появилось задумчивое выражение. — Говори. — Не считаешь странным, что она жила так долго? — Ты говорила, твоя бабушка была сильной волшебницей,— ответила Морган,— Магия сильно влияет на продолжительность жизни волшебников. Кто-то проживает столетия. Хруст сухих веток под ногами казался громче из-за тишины вокруг. Тьма окутывала лес, слабый лунный свет совсем не освещал путь. Наступая на очередную ветку или сухие листья, Грейс невольно вздрагивала словно ожидала спрятанной мины. Аскелла же шла легко и уверенно, будто бы это она несколько лет училась в школе, скрывающейся за лесом. — Да, я знаю,— кивнула она,— Но... Что-то с ней было не так. Грейс резко остановилась, сверля её затылок взглядом, пока она наконец не повернулась к ней. — Какого хрена ты говоришь мне это только сейчас?— когтевранка подошла к подруге и ткнула пальцем ей в грудь,— И с чего ты вообще взяла, что с ней было что-то не так? — Есть некоторые основания,— отрезала Аскелла и пошла дальше,— Давай же, у нас не так много времени. Морган хотелось выругаться на неё самыми грубыми словами, а потом бросить всю эту затею с Шармбатоном и пойти домой. Почему Блаунт решила заговорить об этом сейчас? Несмотря на свои сомнения, Грейс сжала руки в кулаки и пошла следом. Достать чёртову книгу, о которой она грезила не один месяц, было ей гораздо важнее, чем очередная грызня со слизеринкой. Сквозь тишину леса прорвался звук ручья, и Морган немного ускорилась, желая наконец сбежать из этого жуткого места, где любое проявление магии подавляется. «— Потом мы упрёмся в скалу,— рассказывала девушка, указывая карандашом на нарисованную карту,— Её не преодолеть без Стражей... — Стражей?— задумчиво переспросила Аскелла. — Самое главное, что о них следует знать: Стражами может управлять только директор школы,— пояснила Грейс,— Но нам они, возможно, и не понадобятся. В скале есть лаз. — Лаз?— удивился Томас,— И с ним ничего не делают? — Никто из преподавателей и не знает,— девушка усмехнулась,— Мы с друзьями нашли его, но не пробовали пробираться, но, думаю, мы с Аскеллой сможем протиснуться» Морган бодро пропрыгала по камням через небольшую речку и огляделась по сторонам. Впереди была высокая скала, на которую ни за что не влезть. Впрочем, у девушек и не было этой цели. Грейс пошла вдоль каменной стены, внимательно высматривая лаз внизу. Она никогда не видела его снаружи, но он должен быть заметен. Она случайно обнаружила его вместе с друзьями на четвёртом курсе. Они просто бродили по замку, особо не надеясь найти что либо, но вдруг в подземелье наткнулись на скрытый люк. Он полностью сливался с каменным полом, что делало его незаметным. Юные волшебники из-за своей неуклюжести разлили сливочное пиво, и жидкость вместо того, чтобы растечься по полу, затекла в щель люка. Они много раз порывались тайком сбежать хоть на пару часов, но страх наказания и легенды, ходящие про окружающий их лес, всё же перевесили. — Ты уверена, что лаз ещё есть?— с ноткой скепсиса спросила Аскелла, идя следом. — Замолчи, я всё ещё злюсь на тебя,— ответила Грейс, пытаясь в темноте найти хоть что-то. — Злишься?— усмехнулась подруга,— За что? За то, что поделилась опасениями? — За то, что эти твои опасения всплыли только сейчас! Ты говорила, что всё подготовила. Ты должна была проверить... — Во-первых, это нельзя проверить наверняка,— Блаунт встала перед ней, скрестив руки на груди,— Во-вторых, ты должна быть благодарна. — Благодарна? — Да, благодарна,— она опустила руки и подошла ближе, почти вплотную,— Ты присвоила себе чужую магию, стала сильнее, чем раньше. Я устроила тебе всё, а с твоей стороны было только само заклинание. Если бы не я, у тебя бы ничего этого не было. — Да, спасибо, что позволила быть твоей подопытной крысой,— ровным голосом с ноткой сарказма сказала Морган. Аскелла еле заметно в темноте усмехнулась и молча пошла вперёд, что почти вывело Грейс из себя. Она ненавидела, когда слизеринка вела себя подобным образом: что-то целенаправленно утаивала, на вопросы отвечала загадочной усмешкой, а любой конфликт заканчивала своим молчанием. — Да, без тебя бы у меня ничего получилось, но это не значит, что... — Хватит,— отрезала слизеринка и присела на колени,— Я нашла проход. Она откинула в сторону несколько веток и немного разгребла листья в сторону, после чего нагнулась к земле, заглядывая в туннель. — Ни черта не видно, но, думаю, мы сможем пролезть. Грейс молча наблюдала за тем, как Блаунт ложится на землю и протискивается внутрь прохода, а затем обернулась на лес. Он всё ещё оставался тёмным и безмолвным, но сложно было отделаться от мыслей, что деревья словно наблюдали за ними. — Морган, шевелись,— послышался глухой голос Аскеллы,— У нас не так много времени. Когтевранка нахмурилась, но тоже опустилась на землю и поползла в туннель вслед за Блаунт. Проход был таким узким, что острые углы камня неприятно царапали кожу и впивались в тело. Скала была холодной, и вскоре Грейс почувствовала, как кончики пальцев немеют от холода, а по всему телу бегут мурашки. Какое-то время они, тихонько охая и натужно вздыхая, ползли по земле, но потом лаз немного изогнулся вверх и теперь их окружал только холодный камень. Почувствовав, что пространство стало немного шире, Грейс остановилась и смахнула пот со лба, судорожно дыша. Каменные стены сжимались вокруг ледяной тьмой, воздуха сильно не хватало и девушка несколько раз врезалась в ботинки Аскеллы. Морган несколько раз вздохнула, но ничего не могла поделать с нервной дрожью во всём теле. Она невольно подумала о Сириусе, вспоминая тот случай, когда он повёл её через очередной тайный проход. Они тоже оказались в настолько узком проходе, что у Грейс невольно началась паника. «— Эй, ты чего?— Блэк остановил и посмотрел на неё,— У тебя клаустрофобия? — Нет,— ответила она, немного ёрзая на месте,— Но до этого я не оказывалась замурованная в стене. — Ну извини,— пробормотал он, немного стыдливо отводя глаза,— Давай, ещё совсем немного. Гриффиндорец ускорился, уже не заботясь о чистоте собственной мантии. Морган почувствовала, как он крепко взял её за руку, и в этот раз даже не думала противиться. Тёплая уверенная ладонь приятно отвлекала от этого жуткого путешествия в стенах Хогвартса в самом буквальном смысле. Сириус ударил коленом по стене, после чего распахнулся проход в которой когтевранка едва не прыгнула, чувствуя облегчение. Пока спутник закрывал обратно картину, которая служила дверью, ей удалось отдышаться. У Грейс и правда не было боязни замкнутых пространств, но этот чёртов проход вызовёт неприятные ощущения даже у самых стойких. — Ты как?— Блэк повернулся к ней, изучая её озабоченным взглядом. — Нормально,— девушка выдохнула, смотря себе под ноги. — Уверена?— он положил руку на её плечо, немного сжимая» Он тогда дал ей свою мантию, потому она поплелась за ним в пижаме, даже не подумав захватит что-то, что может прикрыть чёртовых сов на её штанах. Обычный кусок ткани с запахом Блэка дал ей столько комфорта чувства безопасности, сколько определённо не должен был. — Ты там остановилась что ли?— пропыхтела Аскелла, остановившись где-то впереди,— Давай, осталось немного. — Осталось дохрена,— процедила Грейс, но продолжила протискиваться. — Я пытаюсь тебя поддержать. — Не надо меня поддерживать. Морган упёрлась рукой в очередной подъём и проползла вверх. Острый угол скалы поцарапал ей спину, заставляя её шикнуть себе под нос. Кто вообще проделал этот туннель? С какой целью? Неужели кто-то из студентов настолько не любил Шармбатон, что предпочёл выдалбивать проход в скале в свободное время? — Грейс,— послышался обеспокоенный голос Аскеллы,— Кажется, тут тупик. Когтевранка остановилась, дотронувшись до её ботинок, и почувствовала, как воздух почти выбило из лёгких. — Толкай сильнее,— проговорила она, пытаясь сохранять спокойствие,— Крышка люка должна быть тяжёлая. — Ты не поняла,— Блаунт медленно, но судорожно вздохнула,— Здесь просто камень. Ничего, что вообще может быть люком. Напряжение в спёртом воздухе тут же возросло в разы. Обе волшебницы прекрасно понимали безвыходность нынешнего положения: назад им уже так просто не вернуться. — Мы далеко от подземелий? — Я не знаю,— Грейс заёрзала. Холодный камень втыкался со всех сторон, а к напряжению прибавилось безнадёжность. — Можешь отползти назад?— Аскелла закряхтела, ёрзая,— Я взорву... — Мы не хотели взрывать! — У тебя есть другие идеи? Я с радостью выслушаю! Морган тихо выругалась себе под нос и не без усилий отползла назад. Однако, совсем скоро она упёрлась в тупик. Не скрывая паники, она пошарила ногами, но это определённо была просто скала без какого-либо намёка на проход. — Туннель исчез,— дрожащим голосом произнесла Грейс,— Мы в ловушке. Вполне возможно, что тайного лаза никогда и не было. Туннель мог быть простой ловушкой для нарушителей. — Скорее всего, сюда уже кто-то направляется. — Значит, точно взрываем,— сказала слизеринка, но в конце её голос тоже дрогнул, выдавая неуверенность. «— В крайнем случае просто взорвём проход,— с лёгкостью сказала Аскелла, словно в этом не было ничего особенного,— Быстро его починим и уйдём с места преступления. Если в замке кто-то и есть, то шум их привлечёт, пока мы займёмся делом. Грейс и Томас хмуро переглянулись, думая об одном и том же: на словах всё звучало проще, чем потом может оказаться на самом деле» Блаунт после нескольких минут возни наконец достала свою палочку и направила вперёд: — Бомбарда Максима! Грейс, хотя и находилась за ней, но инстинктивно прикрыла голову. Громкий взрыв заложил уши, в воздух поднялась каменная пыль. Девушка не успела опомниться, как Аскелла схватила её и она обе вылетели вперёд с помощью отталкивающего заклинания. Морган нащупала свою палочку в кармане и торопливо взмахнула ей: — Репаро. Обломки камня мягко скользнули обратно в проход, словно слизеринка его никогда не взрывала. Опасения Грейс подтвердились: вместо прохода была простая скала. Вероятно, он был каким-то образом заколдован, чтобы ловить тех, кто хочет пробраться в Шармбатон или же выйти из него. Несмотря на это, волшебницам удалось пробраться внутрь. Блаунт сунула подруге флакон с зельем, из которого уже сделала глоток. Жидкость цвета расплавленного золота переливалась в стекле, так и заманивая выпить. На вкус оно оказалось чуть сладковатым, но не приторным. Грейс поборола искушение выпить жидкую удачу до дна и поднялась на ноги. Обе девушки были покрыты землёй и пылью, а на лбу Аскеллы была небольшая царапина – острый угол в туннеле и на ней оставил след. — Чувствуешь?— прошептала она и расплылась в усмешке. Морган слегка кивнула, ощущая лёгкое головокружение то ли от взрыва, то ли от зелья, но помимо этого её переполняла... уверенность. Она знала, что у них всё получится. — Пойдём, пока нас не нашли,— тихо сказала Грейс и обернулась в свою анимагическую форму, что сделала и Аскелла. Пустельга неспешно летела по коридору, а змея с белоснежными чешуйками ловко ползла по мраморному полу, не отставая и на фут.