Глава 2. Часть 2. Цепи

      Запястья больше не ныли. Руки уже почти онемели от неудобного положения, и даже такое движение как поворот кисти вызывало серьёзные трудности. Массивные кожаные наручники сжимали её руки не слишком сильно, по крайней мере, следов не должно было остаться. Но на них приходился весь её вес, а положение высоко над головой усугубляло ситуацию. Валери чувствовала, как напряжены её плечевые суставы. Она предполагала, что завтра они будут безумно болеть. А прямо сейчас у неё была проблема посерьёзнее.       Её колотило, как в лихорадке. Валери сцепила зубы и с шипением выпустила воздух. Во рту стоял горький вкус алкоголя после поцелуя с Майком. Он никак не проходил, и Валери была уверена, что как только она избавится от него, Майк сделает это снова. Он всегда любил делать всё ей назло. Именно поэтому он стоял напротив неё, привалившись к омерзительно бордовой стене, и просто смотрел. Молча позволял своему другу трогать свою девушку. Если их встречи можно было назвать отношениями. Скорее, взаимная зависимость. Но сути это не меняло.       Если бы не Колиса, которую она должна была вытащить любой ценой, Валери не позволила бы Марку коснуться себя и пальцем. Их ненависть друг к другу ни для кого не была секретом, и поэтому от своего заключения девушка ожидала всего самого ужасного. Марк тоже умел быть монстром. Чудовищем с ласковой улыбкой.       Жар чужого дыхания опалил шею, и девушка почувствовала на плече влажные горячие губы. Валери шумно выпустила воздух сквозь крепко сжатые зубы. Она дёрнула руками, и цепи оглушительно зазвенели, но наручники по-прежнему крепко удерживали её запястья, и отчаянный порыв никак не ослабил их. Марк уткнулся носом в острый позвонок на её шее и провёл по коже губами. С самого начала Валери обещала себе, что из её груди не вырвется ни звука, но не сумела сдержать жалкий всхлип.       Марк низко засмеялся. Он прижался пахом теснее, и горячий твёрдый ствол скользнул между ягодиц и замер, зажатый между двумя телами. Руки мужчины плавно очертили ключицы, прошлись по рёбрам и свойски сжали талию, притягивая ближе. Ей пришлось выгнуть спину, подставляя ягодицы и сильнее ощущая вдавливаемую в них эрекцию.       Марк был непривычно немногословен, и слушать его тихое дыхание, не зная, что происходит в его голове, было страшно. Марк был слишком нежен и обходителен с ней, и Валери боялась того, что последует за этой прелюдией. Ненависть этого человека к себе она знала прекрасно, как знала и то, что он не упустит возможности не только унизить её, но и растоптать в пыль её достоинство.       Он обвил руками её талию и устроил голову на затылке, ласкаясь щекой. Марк был максимально близко, он имел полную власть над её телом. Только эта мысль заставляла нутро сжиматься от холода.       От стены оттолкнулся Майк, окинув её взглядом исподлобья, и распрямил руки вдоль тела, доселе совершенно крышесносно сложенные на груди. Сильные, рельефные, с отчётливо проступающим узором вен. Она обожала его руки.       Майк поднял её голову за подбородок и приблизился к припухлым губам, разглядывая её зардевшееся лицо чёрными, как сама бездна, глазами.       Марк стиснул её в объятиях сильнее и двинул бёдрами. Головка дразняще мазнула по девственному анусу, заставив его судорожно сжаться, и вернулась на прежнее место.       – Малышка Вэ-эл, я чувствую твоё тело как своё собственное, – тихо, растягивая слова, пролепетал он, касаясь губами её уха. – Ты так реагируешь на Майки, мне даже завидно.       Майк потянул её подбородок вниз, открывая рот, и тут же скользнул языком внутрь, углубляя поцелуй. Горький вкус его губ вскружил голову в один момент. Как и всегда до этого, впрочем. Она обожала его. И ненавидела не менее страстно.       Марк с негромкой усмешкой цапнул Валери за живот и обратил своё внимание на её полную упругую грудь, сжимая её в ладонях.       За волосы удерживая её голову, Майк не дал ей отстраниться. Язык обожгло острой горчинкой. Валери не сразу поняла, что причиной этому крохотный твёрдый кристаллик, как Майк оторвался от её губ и грубо зажал ей рот. Наркотик быстро растворился, оставив после себя нестерпимую горечь, и даже щипки за соски отошли на второй план. Девушка с ужасом уставилась на своего бойфренда.       Прокатившаяся по телу мелкая дрожь была навеяна отнюдь не страхом и отвращением. Девушка зажмурилась и взвыла. В тот же миг Майк убрал руку, и Валери поспешила выплюнуть эту дрянь. Но жар на коже ясно дал понять, что это не имело никакого смысла.       – С-с-сволочи… – рыкнула она, часто моргая, чтобы не заплакать. – Мы же договаривалось, что никакой наркоты! Тварь! Ублюдок!       – Грэ-эмси, Грэмси, не кипятись. Ты не в том положении сейчас, чтобы ставить условия. К тому же, я на двести процентов уверен, что тебе понравится, и ты попросишь добавки. А теперь улыбнись, деточка, зрителям незачем видеть злость на такой прелестной мордашке.       – З-зрителям?.. – похолодела Валери, и Марк услужливо повернул её голову за подбородок, показывая стоящие на штативах камеры по углам. – Ты… Да как ты посмел, как в твою гнилую голову пришла мысль делать запись! Если это кто-то увидит…       – Запись? Ну что ты, обижаешь, Грэмс. Это – прямая трансляция. Улыбнись в объектив, дорогая, – улыбнулся он, вжимаясь губами в её щёку.       – Мразь… – выдохнула девушка и тихо простонала, когда Марк сжал её соски между пальцами и осторожно покрутил. Кожа вмиг вспыхнула, низ живота задрожал, и лоно в момент увлажнилось. – Ненавижу… Ненавижу вас обоих…       – Охотно верю. Но, видишь ли, договор заключён, и тебе никуда не деться. Хотя, могу тебя обрадовать, чтобы ты не расстраивалась так сильно: раз уж ты девушка Майки, я буду работать исключительно с твоей попочкой, чтобы избежать случайной беременности. Я же буду у тебя первым там? – сладко мурлыкал он на ухо, лаская грудь Валери. Она не заметила, как, разомлев под препаратом, подавалась бёдрами назад и выгибалась под чуткими шершавыми ладонями. Лишь ощутив два пальца на нежной коже ануса, она вздрогнула и дёрнулась, но руки и ноги были привязаны крепко. Ей не удалось скрыть от внимательного взгляда Майка испуг, и он ответил ей кривой усмешкой. – Грэм-си, отвечай, – с нажимом потребовал Марк, играя с тугой дырочкой. Он массировал её круговыми движениями, проталкивая внутрь подушечку среднего пальца.       – Д-да, – выдохнула она и закрыла глаза. Марк был ей отвратителен, и она ненавидела его всем сердцем, но наркотик стимулировал возбуждение, а Марк как самый умелый любовник безошибочно угадывал каждое желание её тела. Потому и пощипывал твёрдые соски, как ей того хотелось, а анус приглашающе сжимал его пальцы.       Валери ненавидела ублюдка.       – Боже, Грэмси, ты так дрожишь и мнёшься, что я почти поверил, что ты девственница. Но, конечно, это не так. Всё равно это очень мило. Никогда бы не подумал, что Ледяная Грэмси такая чувствительная, – подначивал он. Майк тем временем коротко цапнул её зубами за ухо и спустился к шее, втягивая её кожу в рот. Марк отзеркалил его действие, и Валери простонала в полный голос, закатив глаза.       Рука Майка скользнула по лобку и надавила на клитор. Валери поморщилась: Майк в постели никогда не думал о партнёрше и делал только то, что доставляло удовольствие ему. А причинять боль ей будто было его фетишем.       Он ввёл три пальца и быстро задвигал ладонью, чёрными пустыми глазами разглядывая выражение её лица. Марк не стал отставать и, отстранившись на несколько мгновений, приставил скользкую головку к сжатой дырочке.       – Ты же была послушной девочкой, Грэмси, и растянула себя, как я просил? – весело спросил он, чуть надавливая на вход и вновь отступая.       – Да, – выдавила девушка сквозь зубы, неотрывно глядя в чёрные омуты её мужчины.       – Вот и славненько, – заключил Марк.       В следующий миг он надавил сильнее и одним рывком ворвался в её попку во всю длину.       Валери вскрикнула с принялась рвано дышать через рот.       – Теперь мы с тобой одно целое, – прошептал он ей на ухо и вернулся к изучению груди, замерев внутри неё и не делая попыток двинуться.       Несмотря на то, что Валери потратила так много времени, чтобы растянуть себя и подготовиться к – она была уверена – долгому марафону, ей всё равно было ужасно больно. Мышцы резало от невозможности сжаться до конца, а длинный член – гораздо больше, чем у Майка, к которому она была привычна, – словно разрывал изнутри. Она совсем не так представляла себе анальный секс. И худшее, что могло случиться, – это Марк в главной роли для её растления.       – М-м, моя… Ты моя, слышишь? Ты в моих руках, и только от меня зависит, будешь ты кричать сегодня от удовольствия или от боли. Но я дам тебе выбор. Что скажешь, Грэмси?       Стимулируемое пальцами Майка влагалище хлюпало и истекало соками, напрочь перебивая всю боль пряным наслаждением. Валери протяжно застонала, непроизвольно сжимаясь.       – Грэм-си-и, – позвал нетерпеливо Марк и вышел из неё. Анус сжался, и свободные от вторжения мышцы приятно расслабились. Но мужчина не дал ей привыкнуть и ворвался обратно, раздвигая стенки кишечника как буром. Валери закричала, и Марк вышел вновь, до конца.       Он делал так снова и снова, мучая непривыкшие к активной работе мышцы и терзая тугой сфинктер.       – Хватит! Твою мать, хватит, Марк! – завизжала Валери и задёргалась, но привязанные к столбикам щиколотки не сдвинулись ни на дюйм, оставляя девушку всё такой же беззащитной и открытой для проникновения.       Майк задвигал рукой усерднее, заставив ноги пленницы дрожать от приближающегося экстаза, и Марк сжалился, замерев внутри и перехватив её тело одной рукой поперёк талии.       – Я жду ответа, Грэмс. Всего лишь жду твоего ответа, – выдохнул мужчина, плавно покачивая бёдра восьмёркой. – Мне продолжить делать так? Или ты предпочтёшь начать сначала?       Валери зарычала. В груди всё сжималось от осознания своей ничтожности. Все её физические ощущения зависели сейчас от желания Марка, и врождённое упрямство кричало ей послать подонка к чертям и перетерпеть, но ни за что не склониться. Вот только афродизиак жёг её вены, и он требовал принять в себя их обоих, получить наслаждение и не упустить ни единой возможности ощутить эйфорию от игры в подчинение. Но это не игра. И бороться с наркотиком, ни разу в жизни не имев с таким дело, Валери не могла.       – Я… не надо… – совершенно жалко выдавила она.       – Изъясняйся яснее, ты же умеешь, – ровным голосом ответил Марк и с тихими размеренными шлепками принялся двигаться.       Валери заскулила и опустила голову. Вещества заставляли её чувствовать удовольствие даже от болезненных движений Марка. Она сходила с ума.       – Я хочу… м-мх… Хочу продолжить… так…       – Здорово, хорошая моя. А почему, не поделишься?       Майк толкнулся пальцами последний раз, и лоно девушки начало бешено сокращаться. Она сжала и член Марка, и громко застонала, безвольно повиснув на наручниках. Проклятое вещество усилило её оргазм в несколько раз, и девушка едва не лишилась сознания.       – Оставляю её тебе, – где-то на периферии сознания прозвучал безразличный голос её любимого. – Это будет полезно для неё. Развлекайся.       – Ты очень любезен, друг мой, – ответил весело Марк. – Слышала, Грэмси? Нам с тобой некуда спешить, так что давай постараемся, ладно? Как там, попочка уже попривыкла? В любом случае, отказаться ты всё равно не можешь, дорогая. Майки, будь добр, дай ей ещё один кристалл. Хочу, чтобы она умоляла меня оттрахать её.       – Без проблем.       Знакомая горечь под языком, быстрые толчки сзади вперемешку с разрывающей болью и жгучим желанием кончить поскорее. Вот только дверь за Майком захлопнулась, а Марк и не думал прикасаться к её клитору или текущему влагалищу. Он всецело сконцентрировался на анусе, разрабатывая его для себя и вдалбливаясь с хриплыми стонами.       Валери тихо плакала и жалостливо скулила, не в силах помочь себе и хотя бы на минуточку коснуться себя там, где это было необходимо.       – Грэмси, Грэмси, Грэмси, Грэмси… – как в бреду рычал ей на ухо Марк, вколачиваясь на пределе своих сил. Член скользил быстро и тяжело, сжимаемый тугими стенками.       Он рывком выдернул свой член, и между ягодиц из растянутого отверстия потекла сперма. Валери крупно дрожала и извивалась, пытаясь хоть как-то надавить на зудящую промежность. Сзади щёлкнула зажигалка.       – Чтобы ты понимала, Грэмси. Майки обожает анальный секс. Его прямо прёт от этого. А ты ему отказываешь. Нет ничего страшного в том, чтобы подставить свою прелестную круглую попку мужчине. Это нормально. Это естественно. И нет ничего зазорного, если ты от этого кончишь. Понимаешь, а, Грэмси? – усмехнулся он и затянулся сигаретой. – Я научу тебя. Убью хоть всю ночь, но ты сегодня кончишь подо мной и не раз. Чтобы Майки потом мог насладиться полноценным сексом, да и ты в накладе не останешься, наверное. Здорово, а? – подмигнул задорно Марк и бросил недокуренную сигарету в пепельницу. – Вот что, я хочу видеть твоё лицо, когда буду брать тебя. Значит так, сейчас я отстёгиваю цепи, но руки свяжу за спиной. Попробуешь рыпнуться или ударить меня – про Колису можешь забыть. Идёт?       – Идёт, – прошипела девушка и с неприкрытой злобой посмотрела на Марка. Тот улыбнулся ей и вогнал в свою вену очередную дозу.       – Вот и прекрасно.       Руки всё ещё не успели вернуть чувствительность, как их стянули за спиной. Валери едва удержалась на ногах, когда щиколотки освободили, но Марк заботливо поддержал её, не дав упасть.       Он отступил на шаг и с поразительной грацией опустился на ковёр. Приглашающим жестом указал на свой вновь стоящий колом член и улыбнулся самой располагающей улыбкой.       Ей просто жизненно необходима была разрядка. Внутренности сводило от напряжения, и сведённые тесно бёдра никак не избавляли её от наркотического возбуждения.       – Хей-хей, Грэмс, не отвлекаться, у нас куча дел, – строго поторопил Марк. Валери выпустила из лёгких весь воздух и опустилась на колени, зависнув ровно над лиловой головкой. – Умница. Поначалу я тебе немного помогу, чтобы ты знала, что нужно делать, а потом продолжишь сама, идёт?       Он направил пенис к ещё не закрывшейся дырочке и рывком насадил девушку на себя.       Придерживая за бёдра, он быстро подавался тазом навстречу. Валери звонко вскрикивала и кусала губы. Каким бы потрясающим ни считал себя Марк, она не могла кончить без стимуляции влагалища. И Марк будто прочитал её мысли, потому что спустя миг с лукавым прищуром он похлопал её по набухшему клитору. Девушка завизжала и выгнулась дугой, сотрясаясь от оргазма.       – Иди сюда, – проворковал мужчина и уложил её на себя. Он смотрел на Валери, как на хтоническое божество. Член оставался в пульсирующей дырочке, пока Валери переводила дыхание. Даже омерзения от близости самого ненавистного человека в мире она больше не испытывала. Только отвратительное желание организма повторить эти ощущения. Неважно с кем. Пусть и с Марком. Ещё. Больше. Сильнее. – Принцип ты поняла. Если хочешь снова кончить, придётся постараться, – быстро и жарко шептал он в ухо, оглаживая талию и упругие ягодицы. – Впрочем, если будешь работать достаточно активно, сможешь потереться об меня своей жемчужинкой и приблизить оргазм. Всё, дальше сама.       Валери всхлипнула ему в шею и неуверенно двинула бёдрами вверх, позволяя члену выскользнуть на половину длины. Обратно садилась она уже увереннее и сладостно всхлипнула, когда клитор задел лобок. Валери двигалась медленно, осторожно, боясь причинить себе боль и стараясь найти такое положение, в котором получала максимум удовольствия от пытки. Она изгибалась, как настоящая кошка, и Марк не отводил он неё взгляда. Его лицо было одухотворённым, будто он смотрел на самое прекрасное создание на свете. На ненавидимую им всем сердцем девушку. И чёртов маньяк наслаждался этим.       Скользящие прикосновения с намёком на нежность кружили голову. Они не были противны, если забыть о том, что её касался именно Марк.       Её потянули за подбородок для поцелуя, и девушка покорно открыла губы. Лишь запоздало она поняла, что делает это для Марка. Ведь с ним она ещё не целовалась, пусть он и осквернил её тело.       Подмахивая бёдрами, он задавал новый темп, удобный ему. Губы его, горькие от сигарет, целовали медленно, тягуче, и это было даже приятно.       Новый оргазм забрал остатки её сил, и девушка расслабилась в сильных руках ненавистного мужчины, изредка вздрагивая от отголосков бурной развязки. Марк перебирал её волосы и плавно, лениво покачивал тазом, массируя разработанный задний проход. Валери тихо стонала, пока её сознание плавилось и растекалось жгучей магмой.       – Не знаю, смогу ли и дальше воспринимать как положено твоё сердитое личико после того, как ты так сладко стонала с моим членом в заднице, милая Грэмси.       В ответ она зло зашипела. Что ещё оставалось? За ядовитые реплики без сомнения последует наказание, которого она всеми силами желала избежать. Ударить, встать и уйти Валери тоже не могла – после стольких мучений бросить всё из-за чёртовой гордости и оставить сестру двум садистам она себе никогда бы не позволила. Поэтому смолчала, с закрытыми от утомления глазами млея на горячей крепкой груди Марка, пока его член неспешно двигался внутри неё. От каждой фрикции по коже жаркой волной бежали мурашки. Странно ли, страшно или ещё какое подходящее здесь определение, но девушка не хотела даже шевелиться, чтобы разрушить момент блаженства.       Дверь рывком распахнулась и захлопнулась, впустив ушедшего целую вечность назад Майка. Он окинул парочку безразличным взглядом и бросил пиджак на спинку стула.       Марк погладил ягодицы девушки, приподнимая её над собой и вновь насаживая. Валери тихо застонала ему в шею, не размыкая губ. Мужчина улыбнулся. Растянутое отверстие принимало его жадно, в нём было горячо и тесно, и в награду за послушание Марк не останавливался, наполняя девушку, уделяя ей каждую крупицу своего внимания.       – Развлекаетесь?       – О, мы с Грэмси прекрасно провели время. Правда, милая?       – Угм, – сонно пробормотала она в ответ. Майк усмехнулся и вытащил из кейса пакетик с ярко-зелёными кристаллами. Повертел его в руках и бросил на стеклянный кофейный столик.       – Рад за вас.       – Хочу сказать, дружище, Грэмси очень старалась и готова показать тебе всё, чему успела научиться.       Майк по-птичьи наклонил голову вбок и через секунду, налюбовавшись видом расслабленной после секса девушки, вдруг ухмыльнулся. Марк вскинул брови.       – У меня есть идея получше.       Пакетик со стола перекочевал обратно в его руки, и тяжёлой поступью Майк подошёл к Валери. Он сунул ей в рот сразу два кристалла и держал его закрытым до тех пор, пока бедняжка не перестала жалобно пищать. На её коже появились мурашки, и со счастливым видом Марк ссадил девушку на пол. Он кивнул другу и перебрался на диванчик, похлопал по бедру и цокнул языком.       – Расслабились немножко, пора и поработать, хорошая моя. Давай-давай, не отлынивай, я знаю, как сильно тебе сейчас хочется, но нужно немножечко потерпеть. Это же ради Колисы.       Это имя будто отрезвило помутневший разум Валери. Она вскинула голову, расфокусированным взглядом обвела мужчин и, переваливаясь и болезненно морщась, направилась к Марку. Соски напряглись, требуя участия к себе, клитор бешено пульсировал, и никакое давление бёдер не снимало этого невозможного томления, от которого ноги едва держали.       Валери села на колени между широко раздвинутых ног Марка и втянула его стоящий каменный ствол в рот. Она постаралась расслабить горло, чтобы не спровоцировать тошноту. Колотящееся в груди сердце, шум крови в ушах, чёртово возбуждение, от которого ничто не спасало, – всё навалилось разом, и от отчаяния и злости, сквозь слёзы, Валери яростно насаживалась глоткой на член, хлюпая и чмокая, и сосала так, будто от этого зависела её жизнь.       – О-охо-хо! Вот это энтузиазм!       Марк низко застонал и откинул голову на спинку дивана. Он погладил макушку девушки и махнул другу.       – Присоединишься?       – Не сегодня, – он зевнул и вольготно развалился в кресле. – Сегодня Вэл полностью в твоём распоряжении. Ей не помешает поучиться послушанию и банальной вежливости.       По щекам Валери бежали слёзы. Челюсть заныла, а вкус своего тела на языке вызывал отвращение и желание отплеваться. Оттого, поняв, что милости ей ждать не стоит, девушка замедлилась, работая ртом вяло, без прежнего фанатизма.       – Грэ-эмс, дорогая, разве ты не хочешь вернуть сестрёнку? Усерднее, давай-давай.       Дыхание перехватило, и девушка застыла, и только живот дрожал от напряжения. Марк закатил глаза и обеими руками направил голову пленницы для более глубокого минета. Валери попыталась рвануться назад, но мужчина удержал её. Сжав голову в тисках широких ладоней, он подвигал тазом из стороны в сторону, устраиваясь на диване удобнее, и ворвался в её глотку, набирая самый быстрый из возможных темп.       Связанные за спиной кисти дёргались, но больше никаких попыток помочь себе Валери не делала, чтобы не усугубить всё ещё сильнее.       Ей казалось, что вся кровь в её теле собралась в её промежности, потому что ничем иным объяснить эту сумасшедшую пульсацию она не могла. Смазка неприятно щекотала покрытую мурашками кожу бёдер. И даже душащий её ствол в горле ничуть не умалял желания тела.       – Хей-хей, Грэмс – хах – чему ты удивляешься? Да, мы с самого начала знали, кто такая Колиса. Разве это такой уж секрет? По-честному, именно твоё внимание к ней – чёрт возьми, да! – подстегнуло меня нарушить твоё право неприкосновенности выбора и увести твою девочку. А-ар-р-р, дьявол! Вот так! Глубже бери! Уф… Ах… Тогда же я вспомнил, что уже видел эту девочку. Вернее, её фото. В твоём личном деле, – с довольным оскалом продолжал Марк, вбиваясь в горло девушки. Она задыхалась, по-прежнему не сопротивляясь. Ради сестры. – Так что я быстренько сделал выводы, прикинул свою выгоду и увёл у тебя сестричку. Тебе назло. Всегда тебя ненавидел, высокомерная ты дрянь! – прорычал он, бурно кончая ей в рот. Марк крепко держал её волосы в кулаках, не позволяя отстраниться ни на дюйм. – Это было делом времени, когда ты прибежишь спасать её. И ты оправдала все ожидания.       Он рассмеялся и откинул голову на спинку. Вспотевшие длинные пряди упали на плечи, открыв его блестящее от пота лицо. Валери хватала ртом воздух, пытаясь насытиться кислородом, с языка к подрагивающему пенису тянулась белая нить вязкой слюны.       Ей было плевать, когда её подняли за волосы и вернули в изначальную позицию: прикованную меж двух столбов с разведёнными ногами и руками над головой. Наплевать на холод на раскрытой горячей промежности и острое неудовлетворение.       Вернуть Колису будет мало. Она отомстит. За сестру, за унижения. За чёртову наркоту в её крови и включённые по углам комнаты камеры. За то, что бросили её одну, привязанную, с львиной дозой афродизиака в теле.       За то, что конченые мрази. За всё.       Они сдохнут.