Часть 10

Малфой опустил брыкающуюся Гермиону на землю и перевел дух. Только сейчас он увидел, что девушка стояла перед ним в одном полотенце…       Ее рот все еще зажимала мужская ладонь, а перед глазами стояла картина, как этот самый парень, который находится рядом с ней, избивает своего лучшего друга. Мерлин, во что она опять ввязалась!       -Поклянись, что если отпущу, ты не убежишь и дашь спокойно все объяснить. Представляю, как это абсурдно звучит, но я не собираюсь никому причинять вред. И не кричи, иначе нас могут услышать.       Драко хотел поскорее отойти от девушки – то, как плотно ее тело прижималось к его груди вызывало слишком знакомый жар внизу. Сейчас совсем неподходящий момент.       -Вторая просьба за день, от самого слизеринского принца? Потом назовешь меня грязью и снова уйдешь? Мне так это надоело! Можешь уже наконец объяснить, что происходит?!       Ее раздраженный шепот возбуждал парня еще больше. Лучше бы он разрешил ей кричать… Драко старательно не смотрел в сторону Гермионы, но она не могла смириться с тем, что он отводит глаза. Девушка встала прямо перед ним и скрестила руки на груди. Каштановые волосы мягко опускались на плечи и спину. Глаза яростно смотрели прямо в лицо слизеринца. По шее стекало несколько капель воды. Привычным жестом, Грейнджер прикусила губу. Как зря.       В штанах стало слишком тесно. Если бы они еще не были сырыми после купания в озере, возбуждение можно было бы скрыть легче, а сейчас… если гриффиндорка опустит взгляд вниз, то поймет, как действует на него…       Драко отшатнулся от нее, словно от прокаженной, и прыгнул в ванную, наполненную пеной – единственный путь спасения.       -Резко поплавать захотелось, Малфой? От объяснений не убежишь, ну в твоем случае, не уплывешь.       Она села рядом, на край бассейна и свесила ноги в воду.       -Рассказывай, что происходит в твоей дурацкой голове!       Деваться было некуда. Драко начал с плана Маклаггена по поводу игры. Сказал, что тот изменил ее под себя и хочет в конце убить Гарри. Упомянул, что еще Кормак любит Гермиону и из-за невзаимных чувств решил, что ее смерть тоже доставит ему удовольствие.       -Я вспомнил, что в лесу наш компьютер и побежал спасать его, - Малфой не горел желанием геройствовать перед девушкой. Тогда ему пришлось бы объяснять, почему он решил ее спасать. А этого он и сам не понимал.       Пожар, идея Полумны, аппарация к Моргане.       -Вот именно фея Моргана и рассказала нам обо всем. Она помогла мне с перемещением во времени. Благодаря маховику я смог тебя спасти.       -Допустим. А Забини то тут причем? Зачем ты его избивал? – Гермиона с сомнением покосилась на парня.       -Его похитил Маклагген. Не смотри на меня так, это правда. Блейз все узнал. Я сначала хотел его освободить, излечил раны, но потом мы поняли, что тогда Кормак быстро догадается, что я в курсе его плана. И мы потеряем преимущества.       -Малфой, ты реально переобщался с Полумной. Хотя такого бреда я даже от нее не слышала… Маклагген – коварный убийца, встреча с ведьмой из детских сказок. Придумал бы что-нибудь более похожее на правду.       -Черт, Грейнджер, это и есть правда! – Он зло взглянул на гриффиндорку, но тут же осознал свою ошибку.       Ее ноги с бархатистой кожей были слишком близко, покачиваясь в воде. А полотенце настолько короткое, что одним «неловким» движением руки запросто можно было его сдернуть. Как только он представил эту картину – по всему телу снова разлилось тепло. Его взбесило, что она не ощущает того же. Захотелось смутить ее...       -Кстати, мы целовались, - если до этого Грейнджер в какой-то степени верила словам слизеринца, то теперь она просто расхохоталась.       -Мерлин, Малфой! Еще скажи, что это я тебя поцеловала!       -Вообще-то ты.       -Да я бы в жизни не стала целовать такого, как…       Он резко притянул к себе ее лицо и легонько коснулся губ, доказывая обратное.       Гермиона отпрянула. И в замешательстве уставилась на парня.       -Ч…что ты делаешь?       -Разве ты сама не чувствуешь этого? Желания, которое переполняет тебя, разрывает каждую ебаную клеточку?       -Вообще-то нет… - Гриффиндорка все еще удивленно смотрела на Драко, понимая, что тот, скорее всего спятил, - Давай мы сейчас пойдем к Мадам Помфри. Может у тебя жар?       -Грейнджер, твою ж мать, это похоже на жар? – Он поднял ее за талию и перенес в воду, усадив к себе на колени так, чтобы она почувствовала то, что чувствует он.       От быстрого движения полотенце распахнулось и осталось лежать на каменном полу, больше не защищая свою хозяйку от нахальных глаз парня.       Она забрыкалась, но он продолжал удерживать ее. Девушка глубоко вздохнула, она еще никогда не было настолько близко с представителем мужского пола. Теплая вода, пена, нежные прикосновения Драко, обнимающего ее сзади. Сначала было страшно, но сейчас это даже казалось приятно, начинало нравиться. Она закрыла глаза, боясь пошевелиться. Гермиона понятия не имела, чего еще ждать от этого человека.       Малфой удивленно смотрел на девушку. Еще никогда он не видел такой странной реакции на свои действия.       -Эм, Грейнджер, ты напряжена, как струна. Можешь немного расслабиться. Я не собираюсь ничего делать без твоего разрешения, ладно?       Гермиона удивленно приоткрыла глаза. Это явно не то, что она ожидала услышать. Но стало гораздо легче, будто его слова каким-то чудом придали ей уверенности.       Драко закатил глаза, понимая, что она не сможет от шока сейчас ни слова сказать. Спустил ее с колен и встал, разминая затекшие мышцы.       Футболка облегала тело так, что спина была видна девушке во всей ее красе. Раньше она не понимала, как ее подругам могли нравиться мужские тела. Она не раз видела Рона и Гарри, это было кошмарно. Теперь поняла…       Взгляд медленно скользнул дальше по торсу, и при виде того, как сильно один ее вид действовал на парня, по телу пробежала волна возбуждения и внизу живота стало жарко. В голове промелькнула шальная мысль – если он сдержит свое слово и не тронет ее, то бояться нечего. Она сможет проверить, насколько легко получится управлять своим врагом через его тело.       Гермиона облизнула нижнюю губу и, хитро улыбаясь, встала рядом. После теплой воды ее тело тут же отреагировало на холодный воздух – соски набухли, по коже побежали мурашки. Однако тут же появилось осознание, что изменения в теле произошли не столько от холода, сколько от близости Драко. Она поняла, что будет испытывать на прочность не только его, но и себя.       Малфой приблизился к девушке и тыльной стороной ладони провел по чувствительной коже. Каждая клеточка отзывалась покалыванием на его прикосновения. Легкий поцелуй в шею… дыхание перехватило, отчего Гермиона слишком громко выдохнула, когда он отстранился.       Драко самодовольно ухмыльнулся. Ему нравилось то, как он действует на гриффиндорку. Такой податливости он совсем не ожидал.       Грейнджер не могла просто так это оставить. Пока преимущество было явно на стороне слизеринца.       Она приблизилась так, что между ними оставалось несколько сантиметров, нагло посмотрела прямо в эти серые глаза, которые сейчас были практически черными от ширины увеличенных зрачков, и запустила руки под футболку, царапая пресс, наслаждаясь тем, что не у нее одной стало учащенным дыхание.       Малфой прижал девушку к себе, впиваясь в эти злосчастные губы, изучая ее рот, то нежно прикасаясь, то кусая до крови. Этого казалось чертовски мало. Руки дотронулись до горячей груди и таких манящих сосков. Он начал с ними играться, оттягивая, сжимая, доставляя невероятное удовольствие стонущей в его губы Гермионе.       Девушка зарылась руками в шелковистые волосы, притягивая к себе.       Ладонь парня опустилась на мягкий живот, а после еще ниже. Тут осознание происходящего резко пробудило дремлющий рассудок девушки. Она отпрянула и со страхом потянулась к полотенцу.       -Драко, зачем мы это делаем? Разве вы не встречаетесь с Пэнси? У тебя много других девушек. Мы же даже не пара! Я так не могу.       -Гермиона, - он впервые назвал ее имя. Вслух. Так, что оно зазвенело в ушах. Это было слишком прекрасно. Почему он раньше называл ее только по фамилии? Точно, потому что они были чертовыми врагами, - С Паркинсон у меня ничего нет. У нас были серьезные отношения, но давно. Ни с кем сейчас ничего нет. Поверь, за то время, что я тебя спасал, ты стала единственной, кто мне нужен. Не знаю, почему ты считаешь меня бабником, это не так. Ты первая, кого я целую после Пэнси.       -Ты правда не причинишь мне боль? – ее глаза с надеждой и сомнением смотрели прямо на него.       -Никогда, - Драко взял ее руку и прижал к своей груди, - Чувствуешь, как бьется мое сердце? Это из-за тебя.       Гермиона доверительно кивнула и приблизилась к парню, откидывая прочь полотенце.       Их тела слились в одно.       Боль. Оцепенение. Расслабление. Наслаждение.       Они двигались, утопая друг в друге, будто их тела имели в жизни только одно предназначение – доставлять это невыносимое удовольствие как себе, так и партнеру.       Пальцы Малфоя слегка прикоснулись к клитору, заставляя девушку вскрикнуть. Он начал увеличивать темп, при этом поглаживая, играясь с ее эрогенными зонами. Это было восхитительно.       -Оу, молодой человек. Вас уже заждалась моя сестрица, - голос донесся со стены, где висела картина русалки.       Драко не обратил никакого внимания, продолжая входить в девушку.       Гермиона же резко отпрянула, смущаясь. Чтобы кто-то смотрел на нее, занимающейся любовью – ну уж нет! Она посмотрела на Драко, в надежде, что он что-то предпримет, но тот, казалось, застыл. Русалка же не унималась.       -Разве не ты ее сегодня целовал? Точно ты! – Она рассмеялась, наблюдая за тем, как меняются их лица.       Гермиона скептически улыбнулась. Она знала, что русалки славились своим желанием обмануть, испортить отношения и так далее. Но уточнить все же стоило.       -Драко, это же чистой воды ложь! Ты только что мне утверждал обратное, так?       -Прости, - он не мог ее обманывать. Малфой совершенно забыл про этот поцелуй, который ничего для него не значил. Но оправдываться сейчас будет худшим решением.       Гермиона в ужасе смотрела на слизеринца. Он ей солгал. Ее даже поразил не тот факт, что Малфой целовал кого-то, а эта наглая ложь. То, с какой уверенностью и преданностью он уверял ее... Только сегодня он целовался с какой-то чертовой русалкой! Она закрыла глаза и отстранилась.       Сжав руки, чтобы немного прийти в себя, девушка вновь посмотрела в эти серые глаза. В них читались боль и отчаяние. Так ему и надо.       -Видеть тебя больше не могу, - процедила она сквозь зубы.       Глаза наполнились горькими слезами. Этого еще не хватало! Чтобы он видел, как унизил ее, какие страдания ей причинил! Она отвернулась. Быстро накинула на себя полотенце и вышла из ванной старост.