Глава 7: Давай, когда-нибудь, поговорим ещё раз

В тот же момент, когда Амон проснулся, он застонал. Он нервно моргнул и вздохнул, когда почувствовал болезненную, пульсирующую боль в висках. - Какого? - Его голос дрогнул, и он закашлялся, прочищая горло, прежде чем попытаться заговорить снова. Голос, все еще, был хриплым, несмотря на приложение усилия. - Что случилось? Мы же не... пили прошлой ночью... Шинохара? - Почему ему казалось, что сейчас он испытывает худшее похмелье в мире? Амон изо всех сил попытался вспомнить хоть что-то, что он пил, что даже отдаленно могло считаться алкогольным. - Амон? - спросил Шинохара. Его голос был несколько невнятным ото сна. - Что ты делаешь на полу? - Хах? - Сбитый с толку, Амон осмотрелся и обнаружил, что Шинохара оказался прав. Он рухнул на пол рядом с кроватью и хоть убей не мог вспомнить, что до этого произошло. Взгляд Амона мрачно переместился на часы, его глаза расширились, когда он увидел сколько сейчас времени. - 16:00?! - Они проспали уже все утро и почти половину дня! Почему Канеки их не разбудил? В поле зрения Амона появилась рука, и он радостно принял, предоставленную ей, помощь, - Спасибо. - Без проблем. Как ты себя чувствуешь? - спросил Шинохара, обеспокоенный тем, что Амон слегка покачнулся на ногах. - Как будто я слишком много выпил прошлой ночью. А так все нормально, - честно ответил Амон. Беглый взгляд на комнату выявил явное отсутствие какого-то седого полугуля. - Где Канеки? - Амон подошел к дивану, который Канеки объявил своим, и Шинохара встал рядом с ним. Очевидно, диван был пуст. Остались только одеяла и пальто Амона. Амон провел кончиками пальцев по серой ткани своего старого пальто, вспоминая ночь, когда он одолжил его одноглазому гулю. - Амон… он здесь, - сказал Шинохара, стоя рядом с диваном, указывая на что-то, находящиеся за ним. Увидев полугуля на полу, Амон слегка удивился. Два разных глаза немигающим взглядом смотрели в потолок, один глаз был похож на клубящееся серое облако, контрастирующее с черной дымкой в ​​глазу рядом с ним. На его лице без маски появилась тревожно-умиротворенная улыбка. -Канеки? - обеспокоенно спросил Амон, присев рядом с седовласым мальчиком. Нет ответа… Амон махнул рукой перед остекленевшими глазами Канеки и щелкнул пальцами. … Даже не моргнул - Как ты думаешь, что с ним случилось? - спросил Шинохара, мягко подталкивая полугуля ногой. - Должно было что-то случиться. Не только у тебя смертельная головная боль, Амон. - Да… должно быть, случилось что-то серьезное… но что? - Амон задумался, его взгляд метнулся к неопрятно лежащему на боку чемодану, наполовину открытому, как будто он пытался схватить его, внезапно попав в засаду гуля. Хм? Он всегда хорошо заботится о своем куинки, он никогда не оставил бы сумку для него в таком состоянии. Он слишком дорого для него. Внезапная атака... Кто-то напал на них... … Кто? Где-то в глубине разума Амона вспыхнула искра, а затем все встало на свои места, когда воспоминания быстро пробежали перед его широко раскрытыми глазами. Он вспомнил. Механический синий глаз останавливается, глядя на их спящие тела. Он почувствовал его пронзительный взгляд. По спине пробегает дрожь. Его инстинкты кричат. Двигайся! Он бросился к своему портфелю, имена Шинохары и Канеки застыли на кончике языка. Его пальцы сжимают холодную ручку. Невидимая сила толкает его в грудь, и он напрягается, чтобы сохранить равновесие. - Канеки! Шинохара! - Наконец-то, он кричит, но ни один звук не раздаётся. Заклинание заглушило его голос. Второе заклинание мчится к нему слишком быстро, он не сможет увернуться. Краем глаза Амон заметил, как Шинохара бесшумно кричит. В глазах его друга промелькнул ужас, когда Амон почувствовал, как заклинание достигло его, мгновенно высасывая энергию из его тела. Когда мир начал растворяется во тьме, Амон замечает злобный блеск ликования в глазах Грюма. Он отдаленно чувствует, как его колени подкашиваются, а затем возникает ощущение невесомости его падающего тела. - Это… это был Грюм. Шинохара, это он сделал! - прорычал Амон. - Что? Зачем ему делать это с нами? Что он получит от этого? - спросил обеспокоенный Шинохара. - Я не уверен. Это то, что нам нужно выяснить, - мрачно ответил Амон. Их охватила задумчивая тишина, тяжелая и гнетущая. Когда створка палатки открылась, казалось, что тяжелая атмосфера, давившая на них, выскользнула наружу, как застенчивый ребенок, тихо проскользнувший через щель в двери. - Вы все встали? - Они услышали громкий голос Хагрида, прежде чем увидели, как высокая фигура вошла в палатку. - Это будет большой день для всех! - Особый класс? - предположил Шинохара, обменявшись взглядами с Амоном. - Нет, конечно, нет! Разве вам уже не сказали? - Увидев их пустые выражения и нахмуренные брови, добавил Хагрид. - Третье задание Турнира Трех Волшебников начинается сегодня на закате! - Что?! - синхронно воскликнули Амон и Шинохара. - Оно начнется через несколько часов, поэтому нам нужно перенести Глазную повязку на поле для квиддича, до того, как все прийдут. Обычно мы готовим все до начала задания, как и с другими волшебными существами, которые используются в Третьем задании, но поскольку мы - Мы использовали гуля на уроках, мы оставили его напоследок, - весело сообщил Хагрид. А как насчет их плана побега?! - Есть ли способ замаскировать портключ, так чтобы никто не заподозрил? - спросил Амон у золотого трио перед ним. - Портключи часто являются объектами, которые маглы - я имею в виду людей без магии - считают мусором. Например, проколотый футбольный мяч, ржавая ложка, старый грязный ботинок или… - Пустая бутылка, - перебил Гарри, добавляя к списку Гермионы очередной мусор. - Обертки от еды, - подсказал Рон. - Как насчет разорванной книги? - поинтересовался Шинохара. - Да, и это возможно… - подтвердила Гермиона, задумчиво шепча, затем ее глаза загорелись, и ее осенило. - О! Понятно! Поскольку в последнее время я приносила с собой так много книг, то не было бы ничего подозрительного, если бы я принесла вам портключ в виде книги. - Шинохара кивнул. - А как насчет защиты? - спросил Глазная повязка, потирая лоб от фантомной болью, вспоминая тот случай, когда он сбежал и врезался лицом в невидимый магический барьер. - Эти обереги созданы не для того, чтобы помешать магам войти или выйти. Они созданы, чтобы удерживать маглов и гулей, - объяснила Гермиона. - Портключ без проблем проведет вас через них. - Похоже на план, - с ухмылкой прокомментировал Амон. Амон и Шинохара ничего не могли поделать, кроме как наблюдать, как «План А» рушился у них на глазах. Могут ли они положиться на «План Б»? Улыбка исчезла, лицо Амона стало мрачным и серьезным. - А как насчет нашего запасного плана? Мы не можем положить все яйца в одну корзину». - Единственный способ пройти через чары - это если Дамблдор позволит это: в день Третьего Задания. Это рискованно… но… - Гермиона замолчала, ее глаза горели пламенной решимостью. - Глазная повязка, вас скорее всего, привел бы туда на цепи... если бы вы держали ее, мистер Амон, все, что вам нужно было бы сделать, это ... - Отпустить… - закончил Амон. - Мы встретимся где-нибудь в другом месте, например, в Запретном лесу, тогда я могла бы дать вам портключ, - предложила молодая ведьма.

- Что, если ты еще не закончишь? Что тогда?

- Этого не произойдет, я позабочусь об этом.

Нет... Это не сработает. Теперь уже точно нет. Во всяком случае, пока Глазная повязка в таком состоянии. Как они могут сбежать сейчас?

***

Транспортировка Канеки к месту проведения Третьего Задания была нелегким делом, как быстро выяснили Амон и Шинохара. Каждое слово, которое они говорили теперь уже полу-гулю в маске, оставалось неуслышанным, поскольку Канеки стоял как вкопанный на ковре палатки, тупо уставившись себе на ноги. Когда Амон легонько дернул мальчика за руку, Канеки тут же рухнул на пол. -Канеки?! Эй, Повязка. Вставай, нам нужно идти. - Не дожидаясь ответа от беловолосого упыря, Амон приобнял Канеки за плечи, прежде чем снова поднять мальчика на ноги. Когда Амон сделал шаг вперед, он понял, что ноги Канеки волочатся по земле, как будто он забыл, как ходить, что сделало задачу следователя вдвое сложнее, чем она должна быть. Видя, что его друг попал в затруднительное положение, Шинохара вздохнул и подошел, чтобы помочь Амону поддерживать Канеки, взяв мальчика за другую руку. - Нужна помощь? - предложил Шинохара, забавляясь, что он уже держит гуля. - Спасибо, Шинохара, - поблагодарил Амон. Все трое направились к выходу из палатки и присоединились к ожидающим волшебникам. - Добрый день, следователи, - поздоровался Дамблдор. - Аластор, Рубеус и я проводим вас в лабиринт. Это заклинание позволит тебе пройти через обереги сегодня, - как и ожидалось, волшебник изящно взмахнул палочкой, что породило яркую вспышку света. - Пожалуйста, следуйте за мной. Как только Дамблдор повернулся к ним спиной, Амон и Шинохара обменялись взглядам. Если Грозный Глаз и заметил их пристальный взгляд, то не показал этого, вместо этого он резко повернулся к ним лицом. - Не отпускай эту цепь. Я узнаю, если ты это сделаешь, - предупредил Грюм, постукивая своим протезированным глазом, который был прикован к обмякшему телу Канеки. Над группой повисла напряженная тишина, заставившая обоих следователей чувствовать себя неловко и неуверенно. Не помогало и то, что Амон чувствовал, как стеклянный взгляд Грюма впивается ему в затылок, пока они с Шинохарой тащили обмякшее тело Канеки через лес. Амон заметил, что дорога, по которой они шли, сильно отличалась от той, по которой они шли в замок. Как только они добрались до опушки леса, их ожидало другое, но все еще очень мистическое, видение. Стадион, мало чем отличающийся от японских футбольных стадионов, с которыми были знакомы и Амон, и Шинохара, был высоким и внушительным. Окружающий их туман был густым и защищающе окутывал стадион, как будто мог скрыть его от взглядов. Амон почувствовал, как по спине пробежала дрожь, инстинкты подсказали ему развернуться и прямо сейчас бежать обратно в безопасное место, как можно дальше от сюда. - Сюда, быстрее, у нас мало времени, - поторопил Дамблдор, выводя голубей из оцепенения. Они последовали за волшебниками через вход на стадион только для того, чтобы столкнуться лицом к лицу со стеной листвы, которая простиралась высоко в темнеющее небо над ними. - Что это? - прошептал Шинохара, задыхаясь. - Разве здесь не должно быть игрового поля? - Как правило, да, но для сегодняшней задачи мы перепрофилировали его, - сердечно объяснил Дамблдор, ведя их к открытому месту рядом с проломом в живой изгороди. - Именно здесь чемпионы будут входить в лабиринт. А пока давайте уведем гуля внутрь до того, как соберутся зрители. Рубеус покажет, куда его положить. -У меня как раз есть место, куда его посадить, - прогремел Хагрид, - Держись поближе ко мне, мы не хотим, чтобы вы заблудились. В ту же секунду, как они ступили в лабиринт, мир стал зловеще тихим. С обеих сторон над ними возвышалась стена темных листьев, и в голове Амона быстро нарастала клаустрофобия, безмолвно душившая его своим удушающим присутствием. Что-то здесь не так... это… это небезопасно… - ...мон? Ему нужно выбраться оттуда. - ...эй...ты...в порядке? Он должен вывести с собой Канеки и Шинохару, пока не поздно. - Амон! - крикнул Шинохара, прерывая нарастающее беспокойство Амона. Амон поднял голову, чтобы встретиться с обеспокоенными взглядами Шинохары и Хагрида. - Все в порядке? - Да. Я в порядке, не волнуйся, - успокоил Амон, выражение лица Шинохары показало его недоверие к ответу Амона, что побудило его продолжить. - У меня просто... плохое предчувствие по этому поводу, вот и все. - Его пальцы вцепились в черный рукав Канеки, костяшки пальцев побелели. Шинохара кивнул, на его лице появилось понимающее выражение. Мадо Курео всегда говорил, что нужно доверять своим инстинктам. Они сделали несколько извилистых поворотов, три раза налево и четыре раза направо, пока не остановились на полпути по одной из длинных дорожек. - Вот мы и пришли, - сердечно объявил Хагрид. - Положите его сюда. Присев на корточки, Амон и Шинохара осторожно опустили безвольное тело Канеки, позволив ему соскользнуть на травянистую землю, когда они освободили его от своей хватки. Канеки только тупо смотрел на них с того места, где он лежал на влажной траве, его какуган был затянут таким же маревом, как туман, окутавший лабиринт. - Канеки... Очнись, нам все еще нужна твоя помощь, чтобы сбежать, - пробормотал Амон, бросив на полу-упыря последний обеспокоенный взгляд, прежде чем встать и присоединиться к остальным в их обратном пути.

***

Амон и Шинохара обыскали пустые трибуны стадиона в поисках лучших мест, сидений, которые были достаточно высокими, чтобы обеспечить им вид внутри лабиринта, а также стратегически расположены рядом с проходами для легкого побега. Найдя подходящие места, они с тревогой принялись ждать начала Третьего Задания. Вскоре появился первый ученик, и оба следователя были приятно удивлены, увидев, что к ним шла Гермиона. - Вот вы где, я беспокоилась. Мы все время следовали за вами по лесу, но вы не пытался сбежать, - Они наблюдали, как Гермиона порылась в своей сумке и достала оттуда книгу. - Послушайте, я закончила с портключом. Он не активируется, пока я не закончу заклинание на нем. Когда вы будете готовы, я включу его таймер, так вам троим будет легче схватить его до того, как он исчезнет. - Благодарю вас, мисс Грейнджер, за помощь, - искренне сказал Амон. Гермиона широко улыбнулась в ответ, на ее щеках проступил легкий румянец. - Не за что, мистер Амон. Надеюсь, вы благополучно вернётесь домой. - Затем она тихо выдохнула: - О! Я только что вспомнил, что вы, возможно, захотите воспользоваться ими, - Молодая ведьма снова начала рыться в своей сумочке, прежде чем вытащить, как им показалось, два странных бинокля. Вручая по одному каждому из следователей, она объяснила, - Они называются омниокулярами, похожи на маггловский бинокли, за исключением того, что омниокуляры также могут замедлять и ускорять воспроизведение во время игры. - Звучит полезно, - прокомментировал Шинохара, когда они с Амоном осматривали магические предметы, которые им дали. Они наблюдали, как чемпионы прибыли на сцену с группой взрослых, у каждого из которых на мантиях была светящаяся красная звезда. Прошло несколько минут, прежде чем прибыла остальная часть толпы. Возбужденная болтовня наполнила воздух, когда студенты заполнили трибуны. Вскоре к ним присоединился Рон, заняв место рядом с Гермионой и одарив их всех нетерпеливой улыбкой. Громкий, усиленный магией голос прервал оживленные разговоры зрителей, привлекая всеобщее внимание к волшебнику, стоящему перед трибуной. - Дамы и господа, третье и последнее задание Турнира Трех Волшебников вот-вот начнется! - Это Людовик Бэгман, он глава Отдела Магических игр и спорта, - услужливо сообщила Гермиона. - Позвольте мне напомнить вам, как обстоят дела в настоящее время! Первое место, по восемьдесят пять очков у каждого, - мистер Седрик Диггори и мистер Гарри Поттер, оба из школы Хогвартс! - Приветствия толпы шумно прозвучали в ушах следователей, почти оглушительные по своей громкости, - На втором месте, с восемьюдесятью баллам - мистер Виктор Крам из Дурмстранга! - Другая часть толпы, одетая в малиновые цвета, на другой стороне трибун гордо приветствовала эти слова. - И на третьем месте - мисс Флер Делакур из Академии Шармбатон! - За заявлением Бэгмена последовали новые аплодисменты, на этот раз с синей части трибун, - Итак...по моему свистку, Гарри и Седрик! Три, два, один... Бэгмен коротко свистнул, давая знак двум чемпионам Хогвартса войти в устрашающий лабиринт. Амон был потрясен, увидев, как изгороди сдвинулись, чтобы закрыть брешь, как только Гарри ступил в лабиринт, поймав четырнадцатилетнего подростка внутри. Поднеся омниокль к глазам, Амон осмотрел магический лабиринт в поисках одноглазого гуля, ища предательские белые волосы Канеки. Густой туман заслонил большую часть его обзора путей лабиринта, превратив то, что должно было быть быстрой и простой задачей, в нечто более сложное. Смутно Амон услышал вторую пронзительную ноту свиста, когда он, наконец, нашел полу-гуля. Когда прозвучал третий свисток, Амон увидел, как Канеки поднялся на ноги. Третье задание Турнира Трех Волшебников началось.

***

В затуманенном сознании Канеки все спокойно. Он чувствует себя умиротворённым, как будто может отпустить все свои обязанности и заботы. Ему не нужно беспокоиться о том, чтобы защитить их. Ему не нужно ни о чем думать. Ему нужно только погреться в этом чудесном, расслабляющем ощущении. Где-то в дальнем уголке его пустого сознания голос Грозного Глаза нарушил его покой. Атакуй чемпионов... атакуй чемпионов... атакуй чемпионов… Бездумно Канеки начал повиноваться голосу, бросившись вниз по тропинке, преследуемый манящим, сладким запахом человеческого мяса. - С чего бы мне это делать? - подумал Канеки, резко затормозив у развилки в лабиринте. Он не хотел никому причинять вреда. Атакуйте их! - приказал голос Грюма, и Канеки почувствовал сильное желание подчиниться. Схватившись за волосы, он попытался сопротивляться приказу. - Нет! - Он закричал. Атакуй их! СЕЙЧАС ЖЕ! Туман, окружавший его разум, сгустился, мгновенно стирая из его сознания каждую мысль о сопротивлении. Канеки рассеянно отметил, что его тело снова взлетело, бросаясь за каждый угол и мчась по травянистым коридорам, когда его нос определил источник ближайшего человеческого запаха. Ближе всего к источнику, восхитительный аромат переполняет его, заставляя пускать слюни. Канеки лишь отдаленно осознавал, что он прыгнул, его тело онемело от ощущения плоти, борющейся в его руках. - Сначала тебе нужно расстегнуть маску, Канеки. Тогда ты сможешь откусить большой кусок этого восхитительного мяса, - посоветовал второй голос, подозрительно похожий на голос Ризе. ДА… он должен. Канеки медленно поднял руку к молнии своей маски. - Нет! Это человеческое мясо! Что я делаю?! - подумал Канеки, когда вспышка паники пронзила бесконечный туман. Это прояснило его разум достаточно надолго, чтобы мельком увидеть испуганное выражение лица Гарри. - Я не хочу есть Гарри! - внутренне закричал Канеки, встревоженный. - Не лги себе, Канеки. Мы оба знаем, что это неправда. Прошло так много времени с тех пор, как ты пробовал его... эту мягкую сладкую человеческую плоть. Посмотри на эти сочные бедра, разве ты не хочешь перекусить? - Голос ворковал. - Продолжай. Ешь. Это все твое. - Да... это все мое… Это мясо все МОЕ! - Прорычал Канеки, громко хихикая и расстегивая маску. - НЕ СМЕЙ! Канеки замер. Это был голос Грюма. Оставь Гарри Поттера в покое. Не нападайте на него! Не ешь его! УХОДИ! - Не слушай этого безумного дурака, Канеки. Ты ведь хочешь этого мяса, верно? Не позволяй ему остановить тебя, - возразил второй голос. Не смей есть Гарри Поттера! Вперед! Иди и атакуйте других чемпионов! СЕЙЧАС ЖЕ! - Не есть Гарри Поттера? - Эта мысль эхом отозвалась в его пустом мозгу. - Гарри... - Канеки вспомнил эти широко раскрытые испуганные зеленые глаза и мгновенно отпрянул от человека, которого он поймал, испытывая отвращение от того, как близко он был к тому, чтобы съесть подростка. УХОДИ! На этот раз Канеки был слишком возбужден, чтобы повиноваться, и побежал дальше в туманный лабиринт.

***

Амон и Шинохара в замешательстве наблюдали с трибун, используя свои омниокуляры. С тех пор как они проснулись, Канеки вел себя странно. Сначала он был ошеломлен и не реагировал, теперь он мчался по лабиринту, как голодный гуль. Это не похоже на Канеки. Зачем он это делает? Сидевший рядом с ним Амон услышал, как Гермиона ахнула. Он снова обратил свое внимание на лабиринт и с беспокойством наблюдал, как Канеки загнал Седрика Диггори в тупик. Между одним мгновением и следующим, полу-гуль схватил одну из рук чемпиона и вывернул ее. Даже со своего расстояния на трибунах они могли слышать полный боли крик, вырвавшийся из горла Седрика. Гуль в маске наклонился к шее человека, прежде чем отстранился и потянул себя за белые волосы, как будто он боролся с самим собой. Амон и Шинохара расслабились на своих местах, вздохнув от облегчения, когда увидели, как Канеки умчался, оставив мальчика в живых. Несколько мгновений спустя Гарри прибыл на место происшествия и послал дождь красных искр, чтобы Седрика можно было забрать, оказать столь необходимую медицинскую помощь, которой он заслуживает. Где-то на другой стороне лабиринта они услышали далекий крик. Покрутив несколько медных ручек на омниокуляре, Амон приблизился к месту, откуда доносился шум, и осмотрел тропинки. Чемпионка, Флер, отчаянно бросала заклинания в крадущегося полу-гуля. Каждая вспышка света безвредно отскакивала от непроницаемого тела Канеки, к растущему ужасу чемпионки. Когда две пульсирующие конечности ринкаку вырвались из спины Канеки, Флер закричала. Через несколько секунд полу-гуль сломал палочку чемпионки вместе с ее запястьем, прежде чем скрыться в тумане, удаляясь от сцены. - Приди в себя, Канеки... - Амон нахмурился, прослеживая путь полукровки к чемпиону Дурмстранга. Он мог только надеяться, что, что бы ни заставляло Канеки вести себя подобным образом, с этим можно бороться. Если это возможно… Амон знает, что Канеки сможет победить его.

***

Атакуй чемпионов... атакуй... атакуй… - Убирайся отсюда! Убирайся! УБИРАЙСЯ! - кричит Канеки голосу в его голове. Атакуй... атакуй... возвращайся... лиши ее сознания… возвращайся... атакуй… - Заткнись! Заткнись! Убирайся из моей головы, или я тебя съем! - Он угрожает, рассеянно отмечая еще одного человека, прижатого к земле под ним. Оставь Крама... тебе не нужно нападать на него... уходи... уходи… - Не слушай его, Канеки. Ты можешь перекусить, если хочешь. Эти бедра выглядят восхитительно, разве ты не хочешь попробовать их на вкус? - Промурлыкал второй голос. - Нет! Убирайся! Убирайся! - закричал Канеки, его кагуне дико бился позади него, разрывая большие участки лиственных изгородей, которым не повезло оказаться в пределах досягаемости кагуне. Слушай меня... Слушай меня... Слушай меня… - Нет! Не буду! Не буду! Уходи! - Он взревел, желая, чтобы голос оставил его в покое. Повинуйся мне... Повинуйся мне… ПОВИНУЙСЯ МНЕ… Канеки почувствовал сильное притяжение, которое заставило его подчиниться, отступить. Повиноваться. Он чувствовал, как его власть над своим разумом ускользает и рушится, пока он боролся, чтобы удержать ее. Повинуйтесь мне! - Нет! Лица его друзей промелькнули перед глазами Канеки. Хиде… Тоука... и все в Антейку… ...Амон и Шинохара. - Канеки... Очнись, нам все еще нужна твоя помощь, чтобы сбежать. - Слова Амона эхом отдавались в его голове, рассеивая и разгоняя туман. - Я им нужен... Канеки упал на колени, когда мир вокруг него стал резким и сфокусированным. Роса пропитала его одежду, когда он задрожал, все еще не оправившись от шока, вызванного заклинанием, под которым он находился. Когда он встал, покачиваясь на дрожащих ногах, Канеки почувствовал, как в нем вновь вспыхнула решимость. Он сложил большой палец поверх указательного и хрустнул им. Канеки без усилий взобрался на высокую живую изгородь, пока не взгромоздился на нее, оттуда он, перепрыгивая с живой изгороди на живую изгородь со скоростью, возможной только для гуля, направился к трибунам. - Мне нужно их предупредить.

***

Напряженная тишина, воцарившаяся в толпе, была нарушена, когда Амон увидел, как Канеки вырвалась из лабиринта в вихре листьев, заставив зрителей закричать от страха. Канеки приземлился в аккуратной позе у подиума, две из его четырех конечностей ринкаку помогли ему сохранить равновесие, соприкоснувшись с влажной травой под ним. Амон и Шинохара уже были на ногах, когда волшебники окружили полукровку, предупреждающе направляя палочки. С близкого расстояния Амон смог разглядеть резкий блеск в какугане Канеки и с облегчением обнаружил, что туман, который раньше окутывал его, исчез. Он сделал это… Заметив следователей, взгляд Канеки остановился на них, когда он объявил: - Грюм поместил меня под. Он принудил меня нападать на чемпионов против моей воли! Волшебники перешептывались и переглядывались друг с другом, неуверенные, услышав обвинение гуля про аврора. - Не слушайте гуля! Разве вы не видите, что это ложь? Он только хочет, чтобы вы ослабили бдительность, чтобы он мог съесть вас! - прорычал Грозный Глаз. - Лжец, - прорычал Канеки холодным и безразличным голосом, глядя на волшебника, когда тот щелкнул вторым пальцем. Затем он подпрыгнул в воздух, уклоняясь от летающих заклинаний, направляя свой кагуне на предателя-волшебника. - Глазная повязка! - рявкнул Шинохара, блокируя ринкаку полу-гуля куинке. - Уйди с моего пути, Шинохара. - Голос Канеки был низким, а его тон мрачным, наполненным обещанием боли. - Грюм заставлял меня причинять им боль. А теперь уйди. Левый глаз Канеки расширился от чего-то за плечом Шинохары за мгновение до того, как следователь почувствовал, что его прижимают к влажной земле. Вспышка света пронеслась над ними, рассекая воздух там, прямо там где раньше стоял Шинохара. - Круцио! Второе проклятие Грюма попало гулю прямо в глаз, заставив Канеки корчиться и визжать, когда его кагуне бесцельно метался вокруг него, в то время как он царапал землю под собой. - Круцио! - воскликнул Грюм, ликуя при виде страданий гуля. Заклинание попало в одно из ушей Канеки, заставив его задохнуться и забиться в конвульсиях, когда вторая волна боли, не похожая ни на одну пытку, которую он испытал от рук Джейсона, пронзила его насквозь. Что-то бурлило в том месте, где обитал какухоу полу-гуля. Они смотрели, как ринкаку Канеки крошится и трескается, когда он пытается встать. На уже скрытом лице Канеки появилась знакомая маска, заставившая глаза Шинохары расшириться от ужаса и узнавания. - Сороконожка... Два похожих на многоножку кагуне вырвались из какухоу Канеки, дико извиваясь, когда они присоединились к четырем малиновым ринкаку. Гуль запрокинул голову назад и рассмеялся, безумно маниакальо. - С-Сороконожки... - Полу какуджа пробормотал искаженным голосом, наклонив голову так, чтобы его глаз мог зафиксировать фигуру Грюма. Еще один хриплый, безумный смех. - Я ч-чувствую, как это... ползет в м-моих... У-ушаах! Встревоженные, волшебники начали стрелять в гуля градом заклинаний, но каждое из них было заблокировано непроницаемым сегментированным кагуне. - Тысяча минус...с-семь? - спросил Сороконожка по-японски, его глаз злобно сверкнул. Хруст. Исчезнув в размытом пятне слишком быстро, чтобы даже опытный следователь смог проследить за ним, наполовину какуя атаковал. Вновь появившись позади Грюма, упырь вонзил два кагуне в спину волшебника, сильно впечатав его в землю. Что-то разбилось. Смеясь, Сороконожка вонзил по одному из своих малиновых ринкаку в каждую конечность волшебника. - Т-тысяча... - Гуль замолчал, наклонившись ближе к выведенному из строя аврору, чтобы спросить: - ...т-тысяча минус с-семь...? - Многоножка угрожающе поднял незанятую кагуне над Грюмом и приготовил их для удара. - П-Пальцы... рук и н-ног...в в-ведро... Тело гуля содрогнулось, когда он захихикал, его кагуне задрожал. - Н-начинай...считать....т-тысяча минус...тысяча минус с-семь...П-Продолжай считать... К их ужасу и замешательству, кожа Грюма начала пузыриться и превращаться. Узловатая рука тщетно дергается из-за запястья, прокалываемого насквозь кончиком ринкаку, тянущегося за чем-то, чего там не было. Ярко-голубые глаза беспорядочно вращаются в глазнице, прежде чем остановиться на сломанной фляжке, ее вязкое содержимое сочится между треснувшими осколками. Через несколько секунд фальшивый глаз выскочил, когда его заменил настоящий, в то время как деревянный протез Грюма упал с громким стуком, чтобы на его месте выросла нога из плоти. Длинные седые волосы стали короткими и соломенного цвета, а покрытая шрамами кожа стала гладкой и бледной. Толпа ахнула. - Пригнитесь! - воскликнул кто-то, узнав истинную форму волшебника. - Барти Крауч-младший! - Сороконожки...У меня в ушах... - Сороконожка склонил голову набок, безумно хихикая. - С-Семь...тысяча м-минус семь...с-считай...считай! - Видя, что волшебник-теперь известный как Барти Крауч-младший-отказывается считать, Сороконожка напряглась, готовясь нанести удар. - КАНЕКИ! Полукакуджа замирает, услышав, как Амон выкрикивает его имя, и в его какугане мелькает узнавание. - А-А...мон? - Крючковатая маска Канеки рассыпается, когда его кагуне рассеивается, и он моргает, когда к нему возвращается рассудок. Он отскакивает от Крауча и приземляется рядом с двумя сыщиками. - Амон... Амон открыл рот, чтобы ответить, но замер, увидев Гермиону и Рона, которые махали им, указывая на книгу в ее руках. - Похоже, наш билет домой готов. - Он положил твердую руку на плечо Канеки, отсекая любые извинения, беспокойство или вопросы, которые мог бы озвучить полукровка. Амон похлопал Канеки по плечу. - Да ладно тебе…давай выбираться отсюда. - Не дайте им сбежать! - приказал Людо Бэгмен, побуждая других волшебников к действию. Амон и Шинохара едва успели поднять свою куинку вовремя, чтобы блокировать надвигающийся залп заклинаний, которые неслись за ними. Они были слишком далеко от Гермионы. Как они теперь доберутся до портключа? Амон мог только с ужасом наблюдать, как одно из красочных заклинаний устремилось к его открытому боку. Он не сможет заблокировать его вовремя. Их снова захватят в плен, и для них все будет кончено. С таким же успехом он мог бы попрощаться со своими воспоминаниями сейчас. Что-то красное и знакомое мелькнуло перед его глазами, защищая его от чар. Это был один из ринкаку Канеки. - Спасибо, - сказал Амон с благодарностью, бросив короткий взгляд через плечо как раз вовремя, чтобы поймать кивок Канеки. Краем глаза Амон увидел, как Гермиона бросила им портключ. Книга кружилась в воздухе, страницы трепетали при каждом ее вращении. - Что она делает?! Это не сработает! - Амон видел, что полет книги уже был на несколько метров ниже их досягаемости. Он все равно не смог бы поймать её, не с тем, как обе его руки были заняты его куинки. К удивлению и облегчению Амона, как раз перед тем, как книга смогла даже коснуться земли, ветка ринкаку ударила ее в воздухе. -Амон! Шинохара!- отчаянно закричал Канеки. Амон стиснул зубы, когда одно особенно мощное заклинание врезалось в его куиинку с силой тарана. Не сводя глаз с волшебников, Амон отскочил назад, вслепую выбросив вперед руку и надеясь, что успеет вовремя коснуться портключа. Когда палец Амона коснулся острого угла книги, Шинохара ударил ладонью по пыльной обложке всего за несколько секунд до того, как все трое ощутили толчок в пупок. Мир превратился в водоворот цветов, закручивающихся вокруг них в головокружительном тумане, крутясь и вращаясь по спирали в бесконечном кругу. Когда волна тошноты накрыла его, Амон закрыл глаза, зная, что, когда он откроет их снова, они будут в Токио.

***

Их прибытие в Токио прошло незамеченным в предрассветной темноте, когда они больно врезались в твердый бетонный пол грязного переулка. Застонав, Амон оторвал щеку от грязного пола, стараясь не слишком задумываться о том, какую грязь накопил переулок за годы своего существования, особенно если им не повезло попасть на кормовую базу гуля. Амон моргнул, когда в его затуманенное зрение вошла рука, его глаза поднялись, чтобы сфокусироваться на мягком серебристом глазе Канеки. Схватившись за него, Амон позволил поднять себя на ноги и пробормотал благодарно: - Спасибо, Канеки, - Полу-гуль пошатнулся, все еще дезориентированный портключом, и Амон почувствовал тяжесть руки, обнимающей его за плечи, когда Канеки оперся на него. Амон наблюдал, как Канеки поднес свободную руку к своей вечно ухмыляющейся маске, которая была сдвинута набок из-за путешествия, и поправил ее. Позади них раздался ворчливый стон, когда Шинохара поднялся с того места, где упал возле переполненного мусорного бака. - Ааа… - Шинохара поморщился, стряхивая что-то скользкое со своего подбородка. Амон сжался от сочувствия к дилемме своего друга. - Чего бы я не отдал за то, чтобы еще раз понежиться в той волшебной ванной... - Ну... теперь по крайней мере, мы добрались сюда со всем, что осталось нетронутым, - заметил Амон, когда небо цвета индиго постепенно превратилось в полотно бледно-голубого и желтого, сигнализируя о приближении рассвета. Амон почувствовал, как рядом с ним напрягся Канеки, обеспокоенный, он спросил: - Что случилось? Ты не ранен? - Нет. Я в порядке, - честно ответил Канеки. Амон заметил, что полукровка уставился на вход в переулок, и проследил за его взглядом, только чтобы найти его пустым. - Я слышу, как некоторые люди направляются сюда, чтобы провести расследование. Похоже, они слышали нашу аварийную посадку. Канеки выскользнул из рук Амона и начал пятиться в тень переулка. - Канеки! - крикнул Амон, привлекая внимание полу-гуля. Его взгляд встретился с единственным серебряным глазом, поблескивающим в тусклом освещении переулка. - Давай как-нибудь еще поговорим. - Я буду с нетерпением ждать этого, Амон, - под знакомой маской Амон знал, что теплая улыбка украсила губы Канеки, соответствуя довольному блеску в его глазах. Грациозным прыжком Канеки выскочил из переулка и скрылся из виду. Несколько ударов сердца спустя они услышали знакомый голос, кричащий: - Следователь Амон! Следователь Шинохара! - Такидзава Сейдо, Мадо Акира и Судзуя Дзюдзоу бросились им навстречу. - Где вы были, ребята? Ты пропал больше месяца назад! - воскликнул Сейдо. Амон и Шинохара обменялись взглядами. - Ты не поверишь, если мы тебе скажем, - смущенно улыбнувшись, сказал Шинохара. Быть похищенным группой волшебников и вести занятия с детьми... даже если они ежедневно имеют дело с гулями, кто в это поверит? - Сначала расскажи нам, а потом мы решим, верить вам или нет, - бросил вызов Сейдо, когда все пятеро направились к выходу из переулка. Как раз перед тем, как Амон ступил на залитую солнцем улицу, он в последний раз оглянулся через плечо. Там, на крыше, освещенная яркими лучами рассвета, с белыми волосами, развевающимися на раннем утреннем ветерке, стоял Глазная повязка. Амон поднял руку на прощание, и Канеки ответил ему тем же, прежде чем исчезнуть в свете. - Если бы только мы могли встретиться вот так... снова...

Конец