Часть 3

Эггси издалека наблюдает за Рокси и Персивалем. Его всегда поражало взаимодействие этих двоих. Внешне они были абсолютно не похожи, даже не скажешь, что родственники. Маленькая яркая блондинка Роксана с ее заливистым смехом и страхом высоты разительно отличалась от высокого, худого, невероятно занудного и абсолютно бесстрастного (как казалось Эггси) Персиваля. Но когда Мортоны оказывались на расстоянии вытянутой руки, с Персиваля тут же слетала вся бесстрастность, и во взгляде на девушку появлялась мягкая улыбка. Роксана же будто становилась выше ростом (это физически невозможно, но как отделаться от впечатления) и смотрела на дядю не менее нежным, пусть и немного лукавым, взглядом. Эггси понимает, что пялится. И внутренний голос, который подозрительно похож на голос Гарри, предлагает прекратить разглядывать Мортонов. Но как это сделать, если при одном взгляде на них у Эггси в груди пронзительно ноет от тягучей боли и в то же время пылает от … злости? ревности? Он и сам бы не мог назвать точно чувство. Но каждый раз, глядя на Персиваля и Рокси, Эггси думает о своей семье. Да, его мама любила и любит его, но после появления Дейзи, болезненного нежного комочка, перенесла все свое внимание на дочь. И глядя на то, как нежно Перси поправляет прядь у лица Роксаны, он понимал — это зависть. Не черная, от которой желаешь зла предмету своего чувства. Это скорее осознание невозможности обладать тем, что видишь прямо перед собой. Через минуту после того, как Эггси все же удается отвести взгляд, его окликает Рокси. — Эй, Эггси, ты на сегодня уже свободен? — спрашивает она. — Мерлин сегодня будто задался целью свести меня в могилу со своими бумажками, но да, сейчас я уже свободен, — отвечает Эггси. — Тогда, молодые люди, приглашаю вас прокатиться со мной на природу, — раздается голос Персиваля. Эггси на мгновение теряется. Это первый раз, когда Персиваль (Алистер, поправляет себя он) обращается к нему не холодно, с чопорным видом и по сугубо деловому вопросу, а с легкой симпатией в голосе. — Агент Бедивер, никаких отговорок. Сейчас вы собираете свои вещи, если вам это необходимо, и идете с нами! — шутливо приказывает Рокси. — Есть, мэм! — Эггси шутливо кланяется, берет девушку под руку и салютует Персивалю. — Я готов! Выйдя из ателье, они садятся в такси, и следующие два часа до графства Гэмпшир проводят весьма увлекательно. Алистер оказывается интересным собеседником. Он явно со знанием дела рассказывает историю графства. Иногда его рассказ превращается в нудноватую лекцию, но в такие моменты племянница острым локотком толкает того в бок, после чего дотошное перечисление исторических дат тут же заканчивается. Их машина останавливается напротив очаровательного поместья. — Добро пожаловать в часть семейной истории Мортонов! — торжественно объявляет Рокси. — О Боже, только не говори, что мне сейчас придется знакомиться с твоими родителями! — с притворным испугом говорит Эггси. — Нет, нет, Эггс, не делай такие большие глаза. Это не наш семейный особняк. Это часть наследства, которую отписал прадедушка моему любимому дядюшке, — смеется она. — И приехали мы сюда потому, что Роксана жить не может без бедняги Филиппа, — ворчит Алистер. — Филипп? О боже, любовь моя, ты что, мне изменяешь? Срочно покажи мне Филиппа, я должен лично убедиться, что это парень достоин такой потрясающей девушки, как Ланселот, — с суровым видом заявляет Эггси, чувствуя, как в нем включается режим старшего брата. Через 20 минут он вместе с Мортонами оказывается в просторной конюшне, где Рокси показывет на красивого гнедого коня в стойле и заявляет: — Знакомься, это Филипп. Ну что, насколько достоин? — после чего достает из своей сумки яблоко и протягивает гнедому. А дальше начинает ворковать над жеребцом. — Все, Роксана для нас потеряна. Давай-ка приглядим и тебе коня, — говорит Персиваль. — Так, эта рыжуля — Астория, и она моя любимица. Потому прости, знакомить вас не буду. А это Орион, Рафаэль и Целеста. Целеста оказывается небольшой серой в яблоках лошадкой. Она косит на Эггси хитрым черным глазом и поворачивает в его сторону бархатные уши. Он заинтересованно смотрит на кобылу, но не знает, можно ли подойти ближе. Потому только растерянно топчется на месте и не знает, что делать дальше. — Эта красотка любит морковку, держи, — и Персиваль протягивает ему сочную морковь. — Осторожно протяни руку ладонью вверх и угости Целесту. Эггси все делает ровно так, как говорит Алистер. Лошадь хрустит морковью, после чего начинает обнюхивать его руку. Не зная, стоит ли отдернуть руку или же нужно подождать, пока Целеста не закончит, он вздрагивает. — Ей нужно запомнить твой запах, чтобы потом различать его среди других. И поверь мне, она тебя уже никогда не спутает с кем-то, — продолжает поучать Персиваль. — Так, а теперь можешь погладить ее. Эггси ласково треплет кобылу по шее, чувствуя под рукой нежный шелк ее шерсти. Животное же всем своим видом выражает удовольствие от этой ласки. Не отнимая руку, он поворачивает голову и встречается с мягким взглядом Алистера. Тот стоит в стороне и едва заметно улыбается. Сердце Эггси наполняется теплом.