Год 2. Расследование

      По хмурому лицу директора сразу стало понятно, что ничего хорошего ждать не стоит. Дамблдор относился к неприятностям очень легко, и если уж сейчас он был мрачен, значит случилось что-то действительно ужасное. Пэнси на всякий случай отставила стакан с какао и навострилась. Все в Зале притихли, недоумённо переглядываясь. Гарри Поттер всё ещё находился в Больничном крыле, поэтому остальные участники Золотого Трио заметно встревожились. Они как никто другой знали об умении Поттера находить неприятности на свою задницу абсолютно всегда и везде. — Дети! С прискорбием спешу сообщить, что сегодня ночью был атакован студент Гриффиндора Колин Криви! Его повергло то же проклятие, что и Миссис Норрис. Мальчик будет находиться в Больничном крыле до тех пор, пока наша уважаемая мадам Помфри не приготовит лекарство. Настоятельно прошу вас соблюдать осторожность и не разгуливать по коридорам в одиночку. В случае чего, защищайте себя и своих товарищей и без промедления докладывайте обо всём кому-нибудь из преподавателей… — директор продолжал свою речь ещё какое-то время, но Пэнси его уже не слушала. Она не была знакома с Колином, да и не удивительно: Криви — магловская фамилия, но ей было искренне его жаль. И ещё это нападение означало, что наследник Слизерина не успокоился, как думали некоторые, а лишь затаился на время. Кто знает, когда он нанесёт следующий удар? И кто станет его жертвой? Что-то подсказывало Пэнси, что их будет ещё немало… — Всё сходится! — словно злой гений, потёр ладони Драко. Несколько слизеринцев с других курсов подозрительно покосились на него, и он заговорил тише, склонившись ближе к столу. — Криви с начала года таскается за Поттером со своей жалкой версией колдоаппарата и донимает его вопросами. Очень удобно получается: избавиться от докучливого прилипалы, скинув всё на некого наследника Слизерина. Вы так не считаете? Блейз с сомнением повёл бровями: — Ты уверен, что говоришь о Поттере? Наш Золотой мальчик и жабы не обидит, что уж говорить о гриффиндорском маглорождённом ребёнке. — Неужели? Профессора Квиррелла он тоже и пальцем не тронул, да? — оскалился Драко. — Ну ты и сравнил: тёмного волшебника, угрожавшего Хогвартсу, и мальчишку, угрожающего только собственным нервам Поттера. Если ты не заметил, что странно, учитывая то, что ты знаешь о Криви, Избранный — самый настоящий альтруист. И это не лечится. — Альтручто? — почесал за ухом Крэбб, сидящий по другую сторону от Драко. Малфой отмахнулся от него и склонил голову обратно к Блейзу. — А ты не думал, что это может быть всего лишь образ? Грамотно составленный стариком Дамблдором. Поттер совсем не беззащитная овечка, как многие ошибочно полагают. — Это уже паранойя, дружище. У него по глазам видно, что он — гриффиндорец. А они патологически не склонны ко лжи и притворству. Драко насупился, не найдя ответных аргументов, и попросил Тео напротив передать ему шоколадный кекс, заканчивая тем самым разговор. Блейз тихо усмехнулся и принялся за свой какао, многозначительно переглядываясь с Ноттом. Пэнси открыто не поддерживала ни одну позицию, хотя всё же сомневалась в способности Поттера к какого-либо рода жестокости по отношению к маглорождённым. В конце концов, его лучшая подруга — одна из них. Глядя на этих двоих, язык не поворачивался сказать, что это всё только для отвода глаз. Дамблдор вернулся за преподавательский стол и начал о чём-то тихо переговариваться со Снейпом, который только сухо кивал головой, недовольно поджимая губы. Как позже узнала Пэнси, директор убеждал его проводить совместно с Локонсом занятия Дуэльного клуба.

***

— Попрошу вас уделить нам немного внимания, если вы, конечно, хотите остаться целыми к окончанию сегодняшнего дня, — язвительно начал Снейп, забираясь на помост для сражений. Рядом с Локонсом, одетым во всё светлое и сияющим своей дурацкой улыбкой, профессор зельеварения смахивал на вампира. — Я знаю, что вы в предвкушении, мне и самому не терпиться начать, но давайте прежде ознакомимся с правилами безопасности, нарушив которые, вы немедленно будете исключены из Клуба, — взял слово Локонс, с присущим ему (и очень надоедливым) воодушевлением. Снейп озвучил ряд правил, смотря своим угрюмым взглядом, вызывающим мурашки, на учеников в упор. Зато все точно запомнят, чего делать не стоит. — Теперь мы с… профессором Локонсом, — Пэнси обрадовалась, что не ей одной сложно принять заносчивого писателя, как преподавателя, — продемонстрируем вам ход сражения поэтапно. Для начала, необходимо поклониться своему противнику… Мужчины проделали указанное действие и замерли друг напротив друга. Рука Локонса, в которой была зажата палочка, еле заметно дрогнула. В следующую же секунду в него прилетел Экспеллиармус, который он не сумел отбить. Снейп едва сумел спрятать злорадную усмешку, всплывающую на его лице, пока он шёл к своему коллеге, чтобы подать ему руку. Они спустились с помоста и стали распределять учеников по парам, записывая их на пергамент. Драко приступил к исполнению плана: — Я хотел бы сразиться с Гарри Поттером, если это возможно, сэр, — обратился он к Локонсу. — Ну конечно! — профессор очень любил, когда ученики проявляли активность на занятиях. Тем более, на занятиях, организованных им. Он быстро внёс в список: «Г. Поттер — Д. Малфой». — Тогда давайте вы первыми и попробуете. Прошу на помост. Поттер растерянно хлопал глазами. Он и не заметил, как за него уже всё решили. И отказаться теперь тоже не представлялось возможным. Особенно под испытующим взглядом профессора Снейпа. — Э-э, хорошо… Пэнси выжидающе наблюдала за тем, как мальчики принимают нужную стойку, выставляя волшебные палочки перед собой. Они поклонились, не скрывая презрения на лицах. — Начали! — хлопнул в ладоши Локонс. В ту же секунду два луча столкнулись ровно по центру. Пэнси не разобрала какие это были заклинания, потому что дуэлянты выкрикнули их одновременно. Внезапно, Драко опустил палочку, уворачиваясь и выставляя щит. Поттер выстрелил в него ещё двумя заклинаниями подряд. — Ну, давай же, — прошептал Блейз, стоявший рядом с Пэнси. Драко, словно услышав друга, убрал щит и выкрикнул почти никому из присутствующих неизвестные слова. Поттер даже замер, видимо прикидывая, чем можно будет отбить эти чары. Его зелёные глаза вспыхнули от страха, когда перед ним появилась огромная змея с переливающейся чешуёй. Пэнси ошарашено переглянулась с Блейзом, когда Избранный мальчик вдруг подался вперёд и зашипел. Змея покачнулась и кинулась прочь с помоста, прямо в толпу застывших от ужаса учеников. Но добраться до детей она не успела — Снейп уничтожил её одним резким взмахом палочки. Все обратили трепещущий взор на Гарри Поттера и не заметили, как на лице Драко расплывается победная ухмылка. Снейп схватил своего студента за плечо и стащил его с помоста для сражений. Пэнси, Блейз и Тео кинулись к другу. — Либо это массовая галлюцинация, либо Поттер и правда Наследник, — тихо выдохнул Блейз, а затем пожал Драко руку. — Прости, что не верили тебе, приятель. Драко только отмахнулся, но его буквально распирало от самодовольства. — И что нам теперь со всем этим делать? — шёпотом спросил Тео, оглядывая толпу. Новость о Поттере-змееусте разлетится по двум факультетам уже к вечеру, а завтра о ней будет знать и вовсе весь Хогвартс, включая даже завхоза Филча. — Доказать виновность Поттера в «окаменении» Криви и Миссис Норрис и узнать, кто оставил ту надпись на стене. — Это был риторический вопрос, — хмыкнул Тео, но никто не обратил на это внимания, погрузившись каждый в свои мысли. Пэнси всё ещё не могла до конца поверить в то, что за всем этим переполохом стоит двенадцатилетний мальчик. Будь он хоть трижды Избранным — нет, не может такого быть! В этот момент она приняла решение провести своё собственное расследование. Пэнси понимала, что результат её навряд ли обрадует, но бездействие — ещё хуже.

***

      Этим же вечером она отправилась в библиотеку. Для начала ей нужно было найти любую информацию о Парселтанге, легенде про наследника или чудовище из Тайной комнаты. Хоть кто-то до неё ведь должен был заинтересоваться чем-то из этого. Время летело с огромной скоростью, часы показывали скорое приближение отбоя. Библиотека практически опустела, за исключением нескольких старшекурсников, по всей видимости, готовящихся к экзаменам в конце года. Пэнси отложила очередную книгу, весом которой, при желании, можно было кого-нибудь убить, и опустила голову на сложенные на столе руки. Её глаза устали и отказывались читать ещё хоть строчку. Да и толку-то в этом, если писали только то, что она и так уже знала. Наверное, в Запретной секции обязательно что-нибудь есть, но ей вход туда запрещён, так что можно и не надеяться. — Пэнси? Не пора ли отдохнуть? — раздался участливый голос из-за её спины. Пэнси резким движением обернулась, не ожидая, что к ней могут обратиться. Она расслабленно выдохнула, когда увидела бледноватое лицо Трейси с большими круглыми глазами, внимательно глядевшими на неё. — Да, точно, — тихо сказала Пэнси, поднимаясь и раскладывая все книги по стопкам, чтобы разложить их по местам. — Давай помогу? — предложила Трейси и, не дожидаясь ответа, взяла одну из стопок. Она взглянула на обложку верхней книги и задумчиво нахмурила брови. — Что ты хотела найти? Этим книжкам самое место в Запретной секции, их только чудом пропустили сюда. Пэнси немного поколебалась, не зная, стоит ли делиться своими мыслями с Трейси. Дэвис казалась надёжным человеком, одной из немногих слизеринок, кому можно было что-то рассказать и быть уверенным, что это останется между вами. Но всё же она была очень скрытной и невозможно понять, что творится у неё в голове. — Знаешь, я не уверена, что Поттер наследник только потому, что он — змееуст, — начала Пэнси, тщательно подбирая слова. — Я решила провести что-то вроде собственного расследования, чтобы доказать или опровергнуть это. Но мои друзья ничего об этом не знают. Трейси кивнула, но её эмоций было не распознать, так как она стояла лицом к стеллажу и раскладывала книги. — Я так же подумала, что мне стоит лучше узнать историю легенд о наследнике прежде, чем называть их суть ложной или, наоборот, правдивой, — Пэнси огляделась вокруг, убеждаясь, что никто не слышал её слов. — Что скажешь? — Ты права, — пожала плечами Трейси, оборачиваясь. Она говорила так, словно они обсуждали домашнюю работу по Травологии, а не безопасность всей школы. — Нельзя вот так вот обвинять кого-то, полагаясь только на чьи-то слова. Знаешь, я могу помочь тебе и с твоим… расследованием. Мне кажется, вместе мы добьёмся больших успехов. Пэнси уловила в её интонации «я вижу, что у тебя ничего не получается». Ну, на самом деле, помощь ей действительно не помешала бы. — Я буду очень благодарна, — устало улыбнулась она. Глаза уже совсем слипались. — Возвращаемся в гостиную? — Да, как раз должны успеть к отбою, — Трейси кивнула на часы. До отбоя оставалось не более десяти минут. Даже старшекурсники уже начали собирать свои вещи со столов. Девочки покинули библиотеку, пожелав мадам Пинс доброй ночи. Главное, успеть спуститься в подземелья до выхода Филча на дежурство. Он не принимал никаких оправданий и относился ко всем ученикам одинаково — то есть с ненавистью, и мечтал дать отработку подольше и попротивнее. К счастью, в гостиную Слизерина они вернулись без приключений. После пустынных и тихих коридоров здесь было непривычно людно и шумно. Пэнси с деловым видом кивнула в ответ на приветствие Пьюси, который сидел в компании своих однокурсников. Они переглянулись между собой, а один даже ткнул Эдриана локтём. Но они поостыли со своими шутками, когда узнали, что Пэнси только на втором курсе и ей, вообще-то, всего тринадцать. Её день рождения был в начале ноября, но его празднование, как и у остальных членов их компании, перенесли на лето. Они с Трейси прошли в их комнату, тихонько прикрывая за собой дверь. Дафна уже спала, так как после десяти было время «сна для отдыха кожи». Мили возилась с Бальтазаром — родители как раз недавно прислали ей целый набор игрушек для кота, чтобы он не скучал, пока у девочек были занятия. Теперь она пыталась заставить его обратить внимание на какую-то плетёную фигурку, которую «Бальти» успешно игнорировал, находя ленту для волос хозяйки более интересной. Пэнси пригласила Трейси на свою кровать, они задёрнули полог и принялись перечитывать заметки, сделанные сегодняшним вечером и шёпотом обсуждать их. Как ранее было сказано, ничего особо нового и интересного Пэнси не нашла, но по крайней мере, начало было положено. Любопытная Мили с нескрываемым интересом смотрела на то, как Трейси возвращается на свою кровать, а Пэнси прячет исписанный пергамент в ящик тумбы. У неё не хватило наглости спросить, что это, да и Дафну будить не хотелось, поэтому Булстроуд осталось только положить кота в корзинку и улечься спать самой, терзая себя догадками.