Глава 24. Как в первый раз.

      Ино закрыла магазин, когда уже совсем стемнело. Она проплакала несколько часов, разрываясь между долгом и чувствами. К груди девушка прижимала пакет с продуктами, мысль о встрече сокомандников уже не казалась такой заманчивой, хотелось снова запереться дома в одиночку подальше от всех проблем.       Ино включила свет, поставила пакет на стол и вернулась в прихожую, чтобы повесить пальто. Почти сразу дверь тихо приоткрылась, и вошел Шикамару.       — Я тебе кричал, но ты не реагировала, — недовольно сказал он, снимая куртку.       — А, прости, я задумалась. Трудный день, сам понимаешь.       Шикамару сделал вид, что поверил в ее слова. Он притянул девушку к себе и поцеловал. Ино вцепилась пальцами в его плечи, растворяясь в чувствах, накрывших ее полностью.       — Чоуджи не придет, его отправили на задание.       — Как всегда вовремя, — вздохнула девушка, — значит поужинаем вдвоем.       — Можем куда-нибудь сходить?       — Не сегодня, — она улыбнулась, — приготовим ужин вместе.       — Как парочка?       Ино кивнула.       Этот день был настоящей катастрофой, чтобы немного отвлечься, девушка достала старое радио и включила его. Заиграл джаз, и кухня немного ожила. Шикамару нарезал овощи, пока Ино, погрузившись в себя, мыла посуду. Она не замечала цепкого взгляда, как и своих снова опущенных плеч. В голове была только одна мысль, что же ей делать дальше? Наплевать на клан и стать госпожой Нара? Или же порвать с Шикамару, найти себе безкланового парня, рассказать о перспективах стать ее мужем, родить наследника, желательно мальчика, и провести всю жизнь с нелюбимым человеком, с сожалением оглядываясь назад и избегая любого контакта с любым, кто носит фамилию Нара?       Нежный поцелуй в макушку, теплые ладони, коснувшиеся плеч, уже въевшийся под кожу запах табака… Разве она сможет отказаться от всего этого?       Шикамару развернул ее к себе, обнимая за талию. Она положила руки ему на плечи, плавно покачиваясь в такт джазовой мелодии. Приемник немного хрипел, на окне медленно тлели свечи, отбрасывая тени на лица двух влюбленных. Прикосновения Шикамару обжигали даже сквозь растянутый свитер, он поглаживал талию, спину, тяжело дышал возле самого уха. Его губы коснулись шеи — вверх и вниз, затем снова вверх к линии подбородка, вправо к мочке уха, руки скользнули по бедрам — игриво, будто дразня. Ино поддалась вперед, откидывая голову назад и вжимаясь в него всем телом. Она дрожала, голова кружилась, ее пьянила эта, с ни с чем не сравнимая, нежность.       Шикамару поцеловал ее в скулу, висок, почти коснулся губ. Его глаза горели, притягивали. Это был уже непросто танец, вдруг вышедший из-под контроля, это был язык жестов, где каждое прикосновение кричало о любви. Ино очертила пальцами его плечи, ключицы, оттянула ворот водолазки, царапнув кожу, потерлась носом о колючую щеку, вдыхая родной запах. Шикамару прижал ее к тумбочке, впиваясь голодным, но тягуче-медленным поцелуем в ее губы. Время остановилось, и все проблемы отошли куда-то на задний план.       Ино стянула с Шикамару водолазку и кинула ее на пол, провела ноготками по очертанию пресса, обжигаясь об загорелую кожу. Ее свитер полетел в раковину к недомытой посуде. Джаз продолжал окутывать своей мелодией два сердца, бьющихся в унисон. Шикамару растегнул застежку лифчика, целуя ключицы, особенно ямочку между ними. Его язык, чуть шершавый, как у кота, ласкал грудь, вырывая протяжные стоны из грудной клетки. Ино зарылась пальцами в его волосы, растрепывая извечный хвост. Она почти задыхалась, плавилась, наслаждаясь этой сладкой пыткой.       Шикамару подхватил ее и, продолжая покрывать поцелуями шею, понес в гостиную, где их уже ждала темнота и разложеный старый диван, громко скрипнувший под весом двух тел.       Ино стянула с себя перевернувшуюся юбку, не отрываясь от поцелуя. Она кусала его губы, дразнила их своим языком, тихо-тихо шептала имя напарника, лучшего друга, возлюбленного. Ловким движением она оказалась сверху, прогибаясь в спине. Ее глаза вглядывались в горящий взгляд Шикамару, ее грудь прижималась к его груди.       — Я же… у тебя…       — Нет, — Ино хитро улыбнулась.       — И кого мне убить? — усмехнулся Шикамару.       — Себя. За то, что долго соображал. Столько времени потерял… — девушка игриво повела плечом.       — Так значит я зря эти дни от тебя прятался? — прошептал он ей на ухо.       — Я же говорила, что не такой уж ты и гений, как все считают.       — Одна ты меня идиотом называешь, — он приподнял ее бедра.       — Чтобы… ах… не расслаблялся.       Ино закусила губу от удовольствия. Слова оказались лишними, ненужными. Были только поцелуи — жаркие, нежные, смазанные. Было трение двух тел и тяжёлые, рваные вздохи. Был голос Ино, эхом стоящий в ушах, были мурашки от ее стонов, были красные полосы от ее ногтей по всему телу.       Было желание, так долго сдерживаемое и, наконец, вырвавшееся наружу.