Часть 18

Джулия спускалась по лестнице, когда увидела троицу, входящую в здание храма Лин Куэй. Впереди уверенной походкой шел Саб-Зиро, за его мощной спиной маячил Би-Хан, а рядом с мальчиком шёл незнакомый ей внушительного вида мужчина с пепельными волосами. "Неужели, Смоук?" - подумалось женщине. Такой дымчатый цвет волос не часто встретишь, сомнений быть не должно. Джулия сбежала вниз по оставшимся ступенькам и стремительно кинулась им навстречу. Би-Хан заметил мать и обогнал Саб-Зиро. Поравнявшись с сыном женщина сжала его в крепких объятиях. - Мам, ты меня задушишь, - сказал Би-Хан неловко, пытаясь вырваться из цепких женских объятий. - Что, в окружении мужчин мать больше для тебя не авторитет? - засмеялась Джулия, отпуская сына. Понятное дело, её мальчик уже начинает стесняться мать. Ничего не поделаешь, растёт. Она взъерошила его тёмные волосы и взяла за руку. - Мам, познакомься, это Смоук, - Би-Хан указал ей на статного незнакомца. Женщина протянула Смоуку руку для рукопожатия. - Я - Джулия. Рада знакомству с лучшим другом Саб-Зиро, - сказала женщина, почувствовав крепкое мужское рукопожатие. - Я тоже очень рад знакомству. У тебя замечательный сын, - сказал по простому Смоук, словно они были знакомы множество лет. Что ж, человек, который был другом Куай Лиенга, непременно станет и ее другом! Женщина устремила свой взгляд на Саб-Зиро и встретилась с его взглядом. Он улыбался и явно был доволен тем, как в итоге все обернулось. Сына он вернул, да ещё и лучший друг был теперь с ним рядом. Она улыбнулась ему широкой улыбкой, но говорить ничего не стала, для этого у них впереди будет целая ночь...Джулие безумно хотелось заключить его в объятия, как и Би-Хана до этого, но реакция сына ясно дала понять, что при членах клана этого делать не стоит. - Идём, я приготовила для тебя комнату, - сказала женщина, утягивая сына к лестнице, ведущей наверх. Джулия начала подниматься по каменным ступенькам, но не удержалась и остановилась на мгновение, поворачивая голову и ещё раз глядя на Саб-Зиро. Его и Смоука уже обступили воины. Кто-то хлопал грандмастера по плечу, кто-то здоровался за руку со Смоуком. Наверняка, все слышали про него, но новый Лин Куэй не был ранее знаком с одержимым эненрой. И вполне естественно, вновь прибывший в эти стены вызвал волну ажиотажа. Что ж, это даже хорошо. Пока они будут знакомиться и обсуждать Смоука, глядишь забудут про неё и Саб-Зиро. - Мама, ты идёшь? - Би-Хан потянул женщину за руку, заставляя отвести взгляд от любимого и последовать за сыном. Джулия привела Би-Хана в свою бывшую комнату. Здесь уже было готово все для комфортного жилья ребёнка. Она позаботились о том, чтобы здесь было место для обучения сына, тут появился учебный стол, ноутбук с беспроводным выходом в интернет. Джулия попросила прибить несколько лишних полок на стену, для книг и учебников. Она вовсе не собиралась давать сыну спуска, пусть не думает, что его жизнь теперь связана будет только с кланом и единоборствами! - Я думала, что сойду с ума, не зная где ты, - сказала Джулия сыну. - Я знаю, мам, и тоже за тебя переживал, - с какой-то особой заботой в голосе произнёс Би-Хан. - За меня? - удивилась женщина. - А за себя? - Ну, со мной же был Смоук, - Би-Хан пожал плечами. - Я рада, что теперь мы вместе, - улыбнулась Джулия сыну. - Теперь это будет твоя комната. Я надеюсь, ты понимаешь, что с уроками вовсе не покончено? - Понимаю, - почему-то тяжко вздохнул Би-Хан и на его лице появилось угрюмое выражение. Джулия не сдержалась и рассмеялась в голос. Дети и есть дети, что поделаешь. - Ма-ам, - протянул парнишка, - ты же не будешь жить здесь со мной, я надеюсь? Джулия растерялась. Она поняла своего ребёнка. Он уже сейчас начал считать себя частью клана. А значит он был воином, который, естественно, не мог жить с матерью. Джулие это показалось забавным, но ни один мускул не дрогнул на её лице. Она могла бы поддразить сына и сказать, что тогда ему следует спать в общей спальне. Но ничего такого она не стала говорить. Возможно, когда он станет взрослее он и сам не захочет отрываться от коллектива. Но сейчас он будет жить здесь. - Нет, не буду, - успокоила женщина Би-Хана. - А где будешь? - спросил мальчик. Джулия почувствовала, как запылало её лицо. Ей было неловко признаться сыну, что между ней и Куай Лиенгом вновь вспыхнули былые чувства. Как он отреагирует на это? - Ну-у, - протянула женщина и неловко заломила руки за спину, - я буду жить в комнате грандмастера. Джулия прикусила нижнюю губу, ожидая, какой будет реакция сына. - Помирились, да? - Би-Хан как-то уж слишком пристально всматривался в лицо матери, щеки которой были покрыты румянцем. Женщина коротко кивнула, все ещё чувствуя неловкость момента. - И когда это вы успели. Что ж, я рад за вас, - сказал добродушно Би-Хан, словно именно это и надеялся от неё услышать. Джулия облегчённо вздохнула и обняла сына. Джулия зашла в комнату и увидела Куай Лиенга сидящего со Смоуком за столом. При её появление их разговор внезапно прервался. Смоук кивнул ей, приветствуя, потом бросил понимающий взгляд на друга. - Ну, я пойду, пожалуй, обследую наш новый Лин Куэй, - сказав это Томаш спешно встал из-за стола и вышел. Джулия ещё не до конца понимала, как стоило вести себя с Лиенгом. Вроде как их отношения были очевидны. Но она уже не была в том возрасте, когда молодые девушки порывисто кидались на шею своим возлюбленным. Да, ей хотелось поступить именно так, но почему-то этот холодный криомант заставлял её робеть перед ним. Странные ощущения... Поэтому она с деланным спокойствием прошла в комнату и опустилась на кровать. - Я не вовремя, да? - спросила она, глядя на Куай Лиенга. - Всё в порядке, мы просто вспоминали прошлое, - с грустью в голосе произнёс мужчина. - Спасибо тебе за Би-Хана, это так много значит для меня, - с жаром сказала Джулия. Саб-Зиро встал и тяжёлой поступью проследовал к окну. Он смотрел словно куда-то вдаль, но его цепкий взор отмечал каждое движение в клане. Вот мастер Ченг оттачивает навыки с группой учеников. Вот девушки и парни сгрудились кучкой, пялятся в смартфоны и что-то бурно обсуждают. Саб-Зиро подавил улыбку. Сколько бы он с ними ни боролся, отчитывая каждый раз за эти глупости, они никак не могли побороть эту вредную привычку. А может оно и к лучшему. Его нынешние ученики имели свободу воли и выбора. Их никто ни к чему не принуждал и не третировал. Были ли они слабее, чем те воины, что вышли из старого Лин Куэй? Да, безусловно были слабее. Но в них не было страха, который был у него. Не было тех сомнений и противоречий, что когда-то терзали его и остальных линкуэйцев. Здесь они были по-своему счастливы... А он? Был ли он счастлив все эти годы? Конечно, возрождение клана было делом не простым, но оно приносило чувство наполненности и удовлетворения. Но все же ему чего-то не хватало... или кого-то. Он отвернулся от окна и посмотрел на Джулию. Его взгляд потеплел. - Не благодари меня за Би-Хана. Я тут не при чем. Это все Смоук...и мой брат. Джулия сильно удивилась. Он видел, как её брови взметнулись вверх. - Твой брат, Би-Хан? - Да. Кано привёл нашего сына к Нуб Сайботу, чтобы тот присмотрел за ним. Не знаю, понимал ли он, кем приходился тот Би-Хану... Нуб Сайбот отпустил сына со Смоуком и просил передать, что это совсем не значит, что он меня любит. Джулия слегка улыбнулась и произнесла: - Он солгал, верно? Криомант неопределённо пожал плечами. Мысли о брате всегда тяжкой ношей давили на него. Почему так вышло? Какая тьма засела в душе старшего криоманта, позволившая Куан Чи сваять из него тёмное зло? И вот, вроде только вчера, Куай Лиенг, будучи мальчишкой, заглядывал в эти любимые и любящие глаза. Но видел, что с каждым годом они смотрят на него все холоднее и холоднее. А потом его не стало в жизни Тундры. И никто не хотел говорить ему правду... Грандмастер знал, что Куай Лиенг пойдёт искать ответы, но не успел его задержать. А потом, случилось так, как случилось... - Может какая-то часть его души все ещё помнит... - тяжко вздохнул криомант. Джулия видела, что мысли о брате причиняют Куай Лиенгу сильную боль. Она ничего не могла с этим поделать и облегчить боль никак не могла. Это то, что будет преследовать его неотступно всю оставшуюся жизнь. Саб-Зиро, наконец, отошёл от окна и подошел к женщине. Он присел рядом. Джулия сидела прямо напротив Куай Лиенга и внимательно всматривалась в его, не самое красивое, но самое любимое лицо. Морщинки меж бровей, после последних событий, стали казаться ещё более глубокими. Она поцеловала их, словно желая разгладить. Взгляд как всегда хмурый, даже когда он был с ней. Уродливый шрам, который, возможно, многих отталкивал от него, делая непривлекательным в чужих глазах, был для неё его неизменной частью. А потому она поцеловала и шрам над бровью, и на щеке. А губы... Так редко она видела его улыбку, казалось, что это действие было запретным в его жизни. Лишь в счастливые мгновения близости, она видела его улыбающимся. Джулия коснулась его губ своими. Он ответил лёгким касанием в ответ. Она прервала поцелуй, снимая повязку со лба и запуская руки в темные волосы. Куай Лиенг чуть отстранился от неё и встал, она встала следом. Мужчина отстегнул пояс с оружием, кладя на пол. Джулия, ловко справившись с кожанными застежками, сняла с него узорчатые наручи, помогла снять тяжёлые наплечники. Потом опустилась на колени, снимая кожаные таби с его ног. - Я схожу сначала в душ, - он протянул ей руку и помог подняться, потом слегка коснулся её мягких губ своими. Джулия почувствовала касание его обветренных губ, а следом её тело бросило в жар. Куай Лиенг прервал поцелуй и Джулия с сожалением, раскрыла свою сжатую ладонь, отпуская его руку и задержаваясь кончиками пальцев на его пальцах. Саб-Зиро быстро снял остатки вещей, и ушёл в ванну. Джулия собрала одежду с пола и аккуратно разложила все по своим местам. Потом вспомнила, что он не взял полотенце и в ванной его тоже не было. Взяв полотенце она тихонько зашла к нему. Он стоял под душем, подставив лицо струям горячей воды, стекавшей по его идеально сложенныму телу. Было видно, что он, наконец, впервые за долгое время, смог расслабиться и наслаждался покоем. Джулия прислонилась к стене, наблюдая и чувствуя как внизу ее живота стало разливаться тепло. Она откровенно любовалась им. Он напоминал ей ледяную скалу, такой же внушительный, суровый и непробиваемый. Она помнила, какой мощью обладали эти сильные крепкие руки. И помнила их нежность...и жар объятий. Рядом с ним Джулия казалась себе маленькой девочкой. Куай Лиенг и тогда, в прошлом, казался ей недосягаемым. Криомант - словно древнее божество, совершенно невероятный и притягательный! Он открыл глаза и заметил её, а она как девочка смутилась, будто он застукал её за чем-то постыдным. Впрочем, вот так рассматривать обнаженного мужчину и вправда неприлично, усмехнулась Джулия про себя. Она подавила в себе порыв присоединиться к нему, показала ему полотенце, положила на стул и с дико бьющемся сердцем вышла. Долго он не заставил себя ждать. Его полуобнаженная фигура появилась в дверях, лишь бёдра были скрыты материей. Кожа была ещё влажной и блестела, а волосы мокрыми. Джулия, сидя на кровати, протянула ему руку, приглашая подойти к себе. Он сжал её ладони в своих и сел рядом. - Я скучала по тебе, - почему-то смущенно произнесла Джулия. - Меня не было всего лишь несколько дней, - удивился мужчина. - Но я тоже скучал по тебе... - он обнял её, вызывая в ней прилив любви и нежности. Джулия чувствовала его горячее дыхание у своего виска. Женщина не стала уточнять, что имела ввиду вовсе не последние дни, но все свои одинокие годы, в которых Куай Лиенг был всего лишь ярким воспоминанием. Джулия обвила руками мощную спину Куай Лиенга и поцеловала его в шею. Он судорожно втянул воздух и его прохладные пальцы проникли под тёплую кофту Джулии и опустились на горячую спину. Кончики пальцев прошлись по её позвоночнику, вызвав сладкую дрожь в женском теле. Как долго ей этого не хватало! Даже его лёгкие касания заставляли пылать её душу и сердце! Он стянул с неё кофту, потом расстегнул лифчик, отправив вещи на пол. Горячие губы Саб-Зиро нетерпеливо покрывали поцелуями тонкую шею, а сильные ладони настойчиво сжимали и гладили нежные груди. Джулия протяжно вздохнула и закрыла глаза, наслаждаясь его завораживающими ласками. Куай Лиенг же едва сдерживался, чтобы не повалить её на широкую кровать не медля. Но сегодня ему не хотелось торопиться. В прошлый раз все произошло слишком быстро и спонтанно. Теперь же, он хотел в полной мере прочувствовать каждый поцелуй, каждый глубокий вдох и слышать каждый её стон, что будет невольно срываться с мягких губ. - Ох, Куай... Она произнесла имя низким тембром, страстно, с придыханием, чем вызвала приятную дрожь во всем его теле. Ее ласковые ладони опустились на его рельефный живот и поглаживали, словно дрязня и обещая нечто большее. Потом плавно стали спускаться ниже. Он на мгновение замер и перестал дышать, в ожидании. Она распахнула полотенце на нем и пальцы скользнули в завитки чёрных жёстких волос. Найдя желанную цель, ладони обхватили, жаждующую её, плоть, лаская и даря чувственное удовольствие. Два сердца бились в унисон, разделяя одно страстное желание на двоих. Джулия ощущала, что её тело превратилось в расплавленный воск, огонь внутри неё разгорелся, как никогда раньше. Его рук ей было слишком мало. И губ было недостаточно. Она хотела его всего, целиком. Джулия толкнула Куай Лиенга на кровать и он, согласный на все, покорно откинулся на подушки. Словно зачарованный, он смотрел как она стояла перед ним и не спеша снимала с себя штаны, обнажая округлые бедра. Жадным взглядом он следил за руками, которые плавным движением стягивали кружевные трусики, открывая его взору сердцевину её женственности, что так его манила. Видя его заинтересованный взгляд, она встала, обнажённая, перед его взором в полный рост. Ее робость и стеснительность вмиг куда-то испарились. Кровь, стучавшая в висках, лишала способности здраво мыслить, а сердце бешено колотилось, словно у птицы, пойманной в силки. И лишь жажда осталась в ней, жажда любви, которую способен был утолить лишь этот мужчина, рассматривающий её с таким огненным пылом. Её собственная ладонь легла на грудь, сжимая, и лаская дрожащими пальцами набухший сосок. Это действие, казалось, возбудило его даже сильнее, чем если бы он сам прикасался к ней. - Тебя это заводит, да? - спросила она, видя внимательный взгляд и слыша его сбившееся дыхание. Он ничего не ответил, лишь коротко кивнул. Ее вторая ладонь последовала по белому животу и легла вниз, между ног, проводя по влажным складкам. Куай Лиенг судорожно втянул воздух, боясь потерять контроль над собой, и невольно вытер вспотевшие ладони о прохладную простынь. - Ты была другой, - едва выдохнул он. Она оторвалась от своего занятия и чуть улыбнулась ему, глядя в горящие желанием тёмные глаза. Потом сделала короткий шаг вперёд, взобралась на кровать и медленно села сверху на Куай Лиенга, ощущая как он постепенно наполняет её естество собой. Сдавленный стон сорвался с мужских губ. - Какой я была? - прошептала она, покрывая поцелуями его лицо. У Лиенга во рту пересохло, но он произнес: - Смущенной... Джулия чуть отстранилась и соблазнительно улыбнулась, не прекращая при этом неспешных и ритмичных движений. Её руки упирались в его грудь, а голова была откинута назад. Стоило ли ему признаться, что это уже стало для неё привычным? Так стыдно...и так грязно... Но последние годы ей оставалось лишь это - ласкать саму себя и шептать в ночной тишине его имя. Лишь собственные руки и воспаленный мозг, который не желал выкидывать из ее головы Куая. - Ох... Куай... О чем ты говоришь?.... Я тебя... одиннадцать лет ждала... Её слова потонули в стонах, давно ею сдерживаемых. Он потянул её на себя, обнимая, и перекатился, что бы быть самому сверху. - Так не честно! - она шлепнула его по упругим ягодицам, - но тут же замолчала, отдавая ему доминирующее положение по праву. Так будет всегда - он всегда будет главным, а она ведомой. Нельзя приручить этого криоманта, ему можно только подчиняться...и получать от этого удовольствие... Он навис над ней и подарил долгий страстный поцелуй, заставив задыхаться от нехватки воздуха. Эта женщина, что делала она с ним! Джулия стала наваждением, которое не покидало его многие годы. И сейчас, с ней, он забывал обо всем. "Прогони тоску, отринь прошлое, Лиенг" - мысль пролетела в его собственной голове и тут же её прогнали эмоции. Наслаждение! Как давно этого не было в его жизни. Он ощущал себя не льдом, но огненным вихрем. Сладкое напряжение в теле разливалось горячими потоками. Он закинул её ноги на свои плечи, желая быть в ней так глубоко, как только это было возможно. Ему хотелось слиться с ней навечно, быть единым целым, чтобы разделять все радости и беды, чтобы поддерживать друг друга...и любить. Любить каждую ночь, любить всю оставшуюся жизнь, любить и быть, наконец, любимым. Он покрывал поцелуями стройные ноги, касался языком внутренней стороны бёдер и чувствовал аромат любимой женщины, сводивший его с ума. Страсть гнала его к вершинам блаженства, он тяжело дышал и думал, что сердце в какой-то момент не выдержит. Она же сама, с силой насаживалась на него, желая быть единой с ним не меньше, чем он сам. Джулия видела, что лоб его покрылся испариной. Капельки пота покидали лоб и сбегали по вискам, щекам, теряясь в густой щетине. Ни один бешеный и дикий бой не распалял того огня, который распаляла в нем эта близость! Оба старались сдерживать стоны, срывавшиеся с губ, понимая, что здание наполнено людьми, жаждущими встречи с вернувшимся грандмастером. "Пусть все подождут, пусть весь мир подождёт, сейчас ты только мой!" - мысль в голове Джулии так и осталась невысказанной, зато затуманенные глаза говорили все за неё. Волны наслаждения стремительно накатывали на неё, заставляя биться в сладостной агонии. С губ невольно срывались стоны и всхлипы. Куай Лиенг осыпал поцелуями её лицо и тихонько шептал слова любви. На вершину экстаза они взошли вместе, соединенные в тот миг телами и душами. Обессиленные, они лежали рядышком в обнимку, тяжело дыша. Куай Лиенг думал о том, что он в ней отчаянно нуждался, и как сильно ему не хватало Джулии эти годы. Лишь теперь он в полной мере осознал, какую ошибку допустил тогда, позволив ей уехать. А Джулия, продолжая нежно гладить любимого, думала о том, что её возраст позволял родить и воспитать еще одного ребёнка. Ей хотелось, чтобы Куай Лиенг в полной мере познал счастье отцовства, которого она его лишила. А у Би-Хана всегда рядом был бы близкий человек, способный разделить с ним все радости и тяготы жизни. Так, нежась в объятиях любимого и мечтая об их будущем, она погрузилась в безмятежный сон.