Глава 18. Потерять или упустить?

«Края бездны сомкнулись, дышать нечем. Стоишь на дне и понимаешь — слишком поздно.»

– Смотрителей? – Сатана, казалось бы, смакует это слово. – В легенде сказано, что мальчика из башни спасла демоница, а вы так печётесь об Уокер младшенькой. Дьявол несколько секунд смотрит прямо на серафима, ехидно улыбаясь. – Или вам есть, что скрывать, Уокер старшенькая? Зал наполняется хрустальной тишиной, мама нервно ведет щекой, постукивая кончиками пальцев по столу, хоть ни один мускул на её лице не дрогнул. – И вправду, – ворчит Фенцио, опустив голову. – Дело не в этом, – мама обеспокоенно бегает глазами по залу. Я лишь медленно пожимаю плечами, сфокусировавшись на одной точке – пустой картинной раме на стене в дальнем углу. Люцифер молчит, всеми силами стараясь показать как ему скучно. – И какое тогда оптимальное решение? – встревает Кроули, осматривая каждого присутствующего и немного задерживаясь взглядом на сыне Сатаны. Страх тяжёлым грузом опускается прямиком в пятки, я складываю ногу на ногу, сильнее сжимая руки под столом. – Цитадель! – вдруг выпаливает Ребекка. – Что?! – нарушает своё молчание Мисселина, заметно беспокоясь. Мама с дерзкой улыбкой смотрит на учительницу, потом переводит взгляд на пустое место между мной и демоном. – Цитадель, – радостно повторяет, улыбаясь как-то безумно, дико. – Где бы ещё он скрылся, как не в тусклом ангельском городке с кучей крохотных домиков, в которых царит серость? Правитель Преисподней громко хихикает, подпирая подбородок приоткрытой ладонью. – Как умело ты оскорбила это место, – ухмылка появляется на лице мужчины. Люцифер тоже улыбается краешками губ. – А тебе, молодой человек, – с пренебрежением проговаривает серафим, специально делая акцент на последнем слове. – Я не рекомендую так нагло улыбаться, потому что в Цитадель отправитесь вы с Викторией. Мисселина тихо ахает, поджимая губы, Геральд тяжело вздыхает, а Фенцио взмахивает рукой и молча поднимается со стола. – Совещание не окончено, – мама пытается остановить учителя, но тот лишь ускоряет шаг. – У тебя уже мания величия, – фыркает ангел и удаляется. Сатана тоже не собирается задерживаться, он в последний раз кидает довольный взгляд на Ребекку, облизываясь. – Хорошей дороги! – дьявол слабо наклоняет голову в нашу сторону, с неким уважением рассматривая выражение моего лица, а после поднимается со своего места. – Благодарю, – фыркает сын Сатаны, даже не смотря в мою сторону. Секунда – и правитель Преисподней просто растворяется в воздухе, оставляя после себя клубок едкого дыма. Ни водоворотов, ни входных дверей. Он просто испарился, исчез. – Что ж… – Геральд пытается обратить на себя внимание, но Ребекка его будто не слышит, в её глазах начал выстраиваться алгоритм. – Прошу прощения, – перебивает Мисселина и быстро поднимается со своего места, боясь даже взглянуть на Кроули. – Мне необходимо отлучиться. Тонкими пальцами крохотных женских рук учительница приподнимает полы платья, спеша добраться до входной двери и укрыться за её массивной строгостью. Старший серафим прожигает в её спине дыру непонимающим и слегла приземлённым взглядом. Молчит. – Серафим Кроули, вы… Мама пытается сказать хоть что-нибудь, но тут вновь встревает Геральд, будто нарочно перелистывая страницы книги, даже не смотря в неё: – Слишком мало присутствующих, чтобы обсудить смотрителей. – Достаточно, чтобы обсудить Цитадель, – Ребекка громко отодвигает стул, на котором она сидела, грозно поднимаясь со своего места. – Дайте мне книгу, Геральд. – Но… – Дайте. Мне. Книгу, – женщина разделяет каждое слово, нервно вздрагивая, когда подушечки её пальцев касаются поцарапанной старинной обложки. – Не сопротивляйтесь, – Кроули тяжело вздыхает, устало потирая одной рукой переносицу. Демон мнётся, в глазах читается сомнение и дичайшие недовольство. Он сдерживает себя, но немного ослабляет хватку, и начинает казаться, что книга сейчас улизнёт сквозь пальцы и растворится в воздухе, как это уже сделал дьявол. – Какое шоу, – шепчет Люцифер, едва дотрагиваясь своим коленом моего. Я слабо пожимаю плечами и киваю в сторону двери, ненавязчиво спрашивая этим жестом, сможем ли мы уйти сейчас. Потому что именно этого мне и хотелось. Всё время, что я провела здесь. – Нет, – Кроули шумно выдыхает, словно отвечая на мой вопрос, а после пристально всматривается в мои глаза. Всё хорошо. Всё хорошо. Нет. Мама выхватывает книгу из рук Геральда, победно ухмыляясь и разворачиваясь к нам. Её выражение не сулит ничего хорошего, оно говорит о серости и сырости. Да, Цитадель. И Цитадель была не вариантом, не идей и не попыткой запугать. Это был план. – Вы свободны, Геральд, – голос серафима набирает каких-то истеричных ноток и пафосного официоза. – Спасибо за книгу и за информацию. Учитель игнорирует женщину, с осторожностью оглядывается назад, а после переводит взгляд на нас с сыном Сатаны. Я могу ошибаться, но в его глазах виднеется что-то больно похожее на сочувствие. Демон тихо хмыкает и направляется к двери, вскоре оставляя нас на растерзание двум серафимам. – Вики, – мама крепче сжимает книгу с легендой в руке и медленно подходит ко мне, касаясь вороника моей рубашки. – Сними это, когда будешь лететь в Цитадель. Надень что-нибудь удобное. Я опускаю голову, изо всех сил стараясь не нагрубить и не послать это собрание к самому чёрту, даже если он собственной персоной недавно был здесь. – И что-нибудь своё, – добавляет Ребекка, словно намекая на то, что знает где и с кем я была. – Всё продумано до таких мелочей? – Люцифер пытается сказать в той манере, в которой себе позволяла говорить с нами серафим. Несколько секунд молчания. Ощущение жуткого напряжения и негодования. Две абсолютно разных энергии по сторонам, но такие похожие в своей четкости и остроте. – В Цитадель вы отправитесь сегодня, – когда-то родная мне женщина отходит на прежнее расстояние. – Серафим Кроули позаботится о том, чтобы проблем с пропусками занятий не возникло. Старик лишь молча кивает. – Обыщите каждый уголок, докопайтесь до самой незначительной, на первый взгляд, мелочи, и вернитесь тогда, когда будете готовы отвечать на вопросы касательно мальчика из башни, – мама присаживается на стул, откладывая книгу на край стола, но оставляя на ней раскрытую ладонь. – Ну, или касательно его пропажи. Я смотрю на Люцифера, и понимаю, что его терпение на пределе: в глазах застыло пламя, каждая мышца напряглась, от неутолимой ярости кончики крыльев подрагивают настолько, что я ощущаю лёгкую вибрацию своим коленом, что соприкасается с его. Я наклоняюсь ближе к столу и укладываю руку на колено демона, медленно касаясь выступающего участка на коленной чашечке пальцами. Это его озадачивает на несколько секунд. – Можете быть свободны, – наигранно улыбается Ребекка, указывая свободной рукой на дверь. – Надеюсь, вы справитесь, – Кроули переводит взгляд куда-то в сторону, словно задумываясь о последствиях своих решений. Я быстро поднимаюсь без лишней помощи, расправляю плечи и гордо направляюсь к выходу, несколько раз подглядывая на маму с вопросом а-ля «Ну и как ты могла?». Сын Сатаны громко отодвигает стул, потом так же громко задвигает его, будто стараясь выиграть игру на нервах. Тщетно. Ему не остаётся больше ничего, кроме как догнать меня за дверью и не менее громко закрыть её за нами. – Ты чокнулась, блять, Уокер? – этого стоило ожидать. – Да, с того момента, как попала сюда, – я разрешаю себе поднять тон и без объяснений устремить шаг в сторону заброшенной части школы, где мы и оставили Бонта. – Почему ты считаешь нормальным тот факт, что твоя мамаша может нагнуть всех раком? – Если ты не заметил, то меня она нагнула в первую очередь. – Тогда почему молчала? – А ты-то тоже язык проглотил. Или засунул в одно место. – Кому? Вопрос застаёт меня врасплох своим характером. Чувствую, как слабый румянец накрывает мои щёки, отдавая слабым жаром. Отмахиваюсь от разговора рукой и немного ускоряюсь. Сын Сатаны идёт следом. – Что я должен был сделать? Сказать, чтобы Ребекка взяла огромную лупу и присмотрелась хорошенько к тому, что её дочь – сущий ангелочек? – демон никак не уймётся, стараясь снова выбить из меня хоть что-то, или же просто поссориться. – Что легенды врут только среди человеческой возни, а на небесах всё иначе? Что, Вики? Снова назвал по имени. Я разворачиваюсь к нему и мы останавливаемся, как будто застывая во времени. – Нет, Люцифер, нет. И тебе не понять, – я долго смотрю на него, наблюдая, как все возможные оттенки красного сменяют друг друга в глазах напротив. – Поэтому нет смысла чесать языком, когда это неуместно. – Почешу языком, когда это будет уместно, – надменный бархатный голос, знакомая ухмылка. – Я ведь это так хорошо делаю. Снова. Я снова краснею. Стараюсь прикрыть лицо рукой, но Люцифер опережает меня, обхватывая мои выступившие скулы двумя руками и дерзко целуя. По коже проходит ток, и я несколько секунд стою, как вкопанная, а после таки поддаюсь и медленно сминаю чужие губы в ответ, после кусаю мужчину за нижнюю губу. Он в недоумении отстраняется. – Бонт… – Что? – мутно-красные глаза расширяются до размера пяти копеек. – Бонт совсем ничего не знает о планах мамы, – я шепчу сыну Сатаны в губы, замечая облегчение на его лице. – А мы совсем не знаем, что делать с Бонтом, но встретиться сейчас крайне необходимо.

***

В панике хожу кругами по комнате, в которую буквально при мне зашёл Бонт после того, как мы добрались до заброшенной части школы, радуясь его освобождению. Но сейчас здесь пусто. Что ещё хуже? Пусто во всем заброшенной коридоре, и ни одна другая комната не выделяется признаками присутствия хотя бы кого-то. Ни души. – А на что ты рассчитывала, спасая его? – Люцифер резок в своих выражениях, но на его лице красуется разочарование. Демон стоит за моей спиной, оперевшись о пыльный дверной костяк и скрестив руки на груди. Всем телом чувствую, как взгляд его пронзительных красных глаз направлен на мою спину, пока я стараясь общупать каждую полку, переставить с места на место стул и ещё раз посмотреть под кровать, струсив одеяло вместе с небольшим слоем пыли, что уже успела осесть. Раздумывая над ответом, открываю шкаф в третий раз, пересчитываю двадцать три тремпеля, закрываю, словно совершая какой-то ритуал. – Я надеялась, что поступаю правильно. На несгибаемых ногах подхожу к ванной и распахиваю дверь, но в отличие от нашей с Мими, эта комната здесь пустует, даже полотенца не развешаны. – В который раз? – голос мужчины, на удивление, сохраняет спокойствие. – Что? – В который раз ты заглядываешь сюда? Или в который раз я хочу поступить правильно, не так ли? Я нервно отхожу от только что открытой двери, с явной тревогой присматриваясь и оглядываясь, а после делаю несколько широких шагов назад. Ничего не изменилось. На пятках разворачиваюсь и встречаюсь с глубиной медно-красного цвета, в которой даже сейчас, будучи растерянной и растоптанной, готова утонуть. – Только без слёз, – сын Сатаны будто читает меня как открытую книгу. Я лишь киваю, обреченно подглядывая в сторону коридора. Несколько секунд стою на одном месте, желая что-нибудь придумать, а после, почти теряя надежду, плюхаюсь на кровать. Облачко пыли поднимается в воздух, пружины в кровати неприятно скрипят, из-за напряжения становится очень душно. – Послушай, – Люцифер делает шаг по направлению ко мне, прикусывая губу. – Нужно что-то делать, он не мог испариться, ты это понимаешь. – Естественно, – я показательно закатываю глаза, хотя прекрасно понимаю, что злиться могу только на себя. – Будь это кто-то из присутствующих на собрании – от нас отпали бы подозрения, потому что их птичка была бы в ловушке. Да и нас было бы незачем посылать в Цитадель. – А ведь это действительно идея! – демон широко улыбается, чёртики играют в его глазах. Я приподнимаю одну бровь, немного в недоумении приходясь взглядом по рубашке мужчины. Отличная точка концентрации. – Бонт не может быть здесь, его бы сразу нашли, как только он бы покинул заброшенную часть школы и разгуливал где-то на территории. Значит, он не в здании школы – это большая вероятность быть пойманным, – сын Сатаны касается указательным пальцем верхней губы, задумываясь. – И вряд ли он где-нибудь поблизости, серафимы точно подняли на уши стражников. Значит, Бонт скрылся, и, возможно, ещё сразу после прибытия сюда. – Хочешь сказать… – Да, Цитадель – место, где такие создания, как он, смогут найти ответ на любой вопрос, – бордовые крылья расправляются от предвкушения. – Ну а мы… Во-первых, прогуляем несколько ненужных занятий. Во-вторых, побываем в Цитадели и докопаемся до правды касательно Мальбонте, да ещё и с вероятностью отыскать нашу пропажу. У демона отлично работает готова. Признаться честно, его план восхитительный. В любом случае путешествия в Цитадель нам не избежать по одном простой причине: мы под прицелом моей мамы, а она не настроена доброжелательно. Ещё один плюс: возможность получить приблизительные ответы на вопросы о Винчесто или касательно матери Дино. Люцифер, кажется, улавливает ход моих мыслей, кивая головой: – Переодеться нам действительно не помешает. В Цитадели сыро и дождливо. Я слабо улыбаюсь уголками губ, хотя внутри меня разрывает на части от несправедливости. Я так устала, что просто хочу исчезнуть. – Дай мне несколько минут, Люци. Он закусывает губу, на момент прикрывая веки. – Встретимся у обрыва, где Непризнанные проходят испытания. Я моргаю – и мужчины нет в комнате, настолько быстро он решился на такой отчаянный поступок, несмотря на то, что это прихоти Ребекки. Осознание этого немного успокаивает, однако тоска и тревога занимают свои не менее значительные места. Какой кошмар, и это только начало.