Глава 54. Обещание.

Едва не трясясь, я сидела в своей комнате. Мои мысли проносились в голове с бешеной скоростью. Неужели у меня действительно получилось? Я понимала, что не смогу поговорить об этом с Каем. Не до ближайшей миссии, а мы только вернулись с этой. «Ты сделала это», — Лютен говорил тихо, его голос не был похож на обычный властный голос. Это было что-то со смесью волнения, тревоги и ожидания. «Что мне сейчас делать? Как быть?» — я чувствовала волнение, раз за разом по моему телу пробегали мурашки. «В первую очередь тебе нужно успокоиться. Очисти свой разум, как при использовании дара. Доверься мне. У меня есть план, ты никогда не была и не будешь одна в этом, ясно?» Приложив руки к лицу, я потёрла его немного и кивнула. — Да, — я выдохнула. Видеть в зеркале своё бледное, бескровное лицо при таком волнении до сих пор было странно. Было тяжело уложить это в голове, особенно вспоминая, как я краснела раньше. «Ты дожидаешься Кая. Для него он управляет всей ситуацией, ясно? Мы выслушаем его план. Скорее всего, он хочет сделать всё своими руками, так как Аро не боится встречаться с ним наедине. И когда вы сделаете это, поговорим об оставшихся делах». Нахмурившись, я покачала головой, встала с кресла и прошла по комнате, словно измеряя её шагами. «Нет. Я хочу услышать остальное. Перестань давать мне информацию по кусочкам». В голове была почти мёртвая тишина, чего обычно не случалось. Ведь даже в обычной жизни то тут, то там прорывались голоса Ваал. Когда я уже начала думать, что Лютен решил меня просто проигнорировать, он, наконец, заговорил. «Ты не готова это услышать». «Я хочу знать хоть что-нибудь. Чёрт побери, в конце концов, я единственный исполнитель от вас здесь. Думаю, я имею право знать больше». «Она права, — заговорил Лео. — Предполагаю, можно сказать один факт. Тот самый». Замерев, я вслушивалась в то, что говорят остальные. Можно было различить тихие голоса обычно молчащих вампиров. «Всё равно она никуда не денется», — кто-то сказал беспечным голосом. Лютен ответил ему с раздражением. «Каждый должен знать свою часть плана. Это сделано для безопасности, я не просто так это придумал. Если я скажу ей, она может начать себя вести по-другому». Перестав ходить по комнате, я прислонилась бедром к столешнице. И выдохнула, беря для себя паузу. Мой мозг усиленно работал, размышляя, что мог такого скрывать Лютен, отчего я бы могла даже поменять своё обычное поведение. Боже, да что может быть серьёзнее, чем убить Аро?! «Ты видел, я стала хороша в сокрытии эмоций, я могу контролировать себя», — я попыталась убедить его. «Да, именно поэтому, первое, что я услышал, это твою панические мыли с вопрошанием что же делать», — Лютен ответил с сарказмом, явно не впечатлённый моей попыткой убеждения. «Лютен, — прозвучал голос Иман. Как всегда, когда она говорила, все сторонние голоса, бурчащие на периферии, замолчали. — Я тоже за то, чтобы рассказать ей. Она — такой же член клана, как и мы. Неотъемлемая часть». Послышался вздох Лютена, и он помолчал, видимо, обдумывая её слова. Над её предложением он думал гораздо дольше, чем над моим или над словами Лео. Понятно, кто любимица в семье, подумала я и ухмыльнулась. «Давай так. — наконец, Лютен заговорил. — Когда вы с Каем договоритесь о плане, я расскажу остальное. До того как вы исполните план, хорошо?» На секунду мне показалось, будто в его голосе промелькнула теплота, но это ощущение быстро исчезло. «Хорошо, — я понимала, что с его стороны это уже большой компромисс, и давить дальше не было смысла. — Но я хочу знать всё». Лютен пообещал сдержать свои слова, и я, наконец успокоилась. Следующие два месяца, как назло, не было никаких заданий. Поэтому, чтобы хоть немного успокоить свои мысли, я каждый день ходила на тренировку, каждый день старалась медитировать, чтобы успокоиться, и чтобы подготовиться к решающему удару. Мы с Каем в основном виделись только в коридорах. И всё, что я ему говорила было официальное: «Добрый день, господин», на что он кивал и шёл мимо. С Джейн я виделась гораздо чаще. Она, по возможности, ходила со мной на охоту, иногда даже рисовала, когда у нее было настроение. В каждый из этих моментов, я чувствовала, как Лео замирает в моей голове, впитывая в себя эти мирные моменты. В этот раз, сидя на скале, после охоты, Джейн, наконец, решила показать мне свой альбом. Она показывала мне портреты своего брата Алека, портреты Аро, Кая и Маркуса. Как ни странно, больше всего она рисовала именно Маркуса, сидящего на троне, задумчивого и печального. Даже в карандашных набросках было видно горе, которое он испытывает. «Ох, даже не думай жалеть его, — отрезала Иман. — Знаешь, сколько вампиров нашего клана убил? Даже хорошо, что он остался жив, пусть мучается всю свою бесконечную жизнь». — Мне нравится его рисовать. В отличие от остальных правителей, у него видны настоящие эмоции, — пояснила Джейн. Видимо, увидев, как пристально я смотрю на рисунок с ним. Кивнув, я заговорила. — Да, тебе, как художнику, важно запечатлеть искренность. Когда Джейн перелистнула на следующую страницу, надпись «Лео» под портретом сразу бросилась мне в глаза. С акварельного наброска на меня смотрел молодой человек с золотистыми кудрями и озорной улыбкой. Одна сторона его губ была приподнята выше, чем другая, добавляя асимметрии и глазам. Интересно было то, что она закрасила ему один глаз ярко-алым, отличительный признак вампира, пьющего человеческую кровь, а второй был кристально-голубым. — Кто это? — спросила я, мне было интересно, что она ответит. Джейн, казалось, застыла на несколько секунд и перевернула страницу, где был карандашный набросок Феликса. — Это… — наконец она подала голос. — Мой друг. Он погиб. Я не хочу об этом говорить. Всем своим телом я чувствовала, как Лео внутри моей головы застыл, неспособный сказать ни слова. Её тон стал жёстче, однако даже в таком искусственно суровом голосе проступал отголосок боли. — Феликс у тебя получился слишком радостным, — я ткнула на рисунок и усмехнулась. Джейн бросила на меня быстрый взгляд, замечая, что я перевела неудобную для нее тему и слегка улыбнулась. — О, он тогда выиграл пари у Алека. А так да, это выражение, не свойственное для него. Обычно он не улыбается, а ухмыляется. Среди набросков был даже портрет Карлайла, на что Джейн лишь пожала плечами. — Что? У него интересная фактура. В его глазах, после стольких лет не угасает надежда и доброта. Я нахожу это забавным. Когда мы вернулись в замок, у дверей нас встретил Феликс. — Вы, красотки, что-то припозднились, — он усмехнулся, оглядывая нас, а затем переведя свой, как всегда, намекающий на развлечение взгляд на меня. — Господин Кай тебя заждался. Для вас появилась работа. Поспеши, куколка, он довольно злой, когда его заставляют ждать. Это было правдой, а, учитывая наши обстоятельства, я могла только представить, как он кипит. Поэтому на вампирской скорости я побежала к нему в кабинет.