Жан Кирштайн\ОЖП\Райнер Браун

Ты слишком далеко от Жана, но он почти слышит, как твоя рука касается пальто Брауна, и он ловит тебя в поцелуе в свои объятья. Стирает с твоих щёк голубоватые снежинки, начавшие таять, тёплой рукой и глотает ощущение, что это слёзы кого-то далёкого, того, кто где-то там, почти призрак, но совсем близко… записывает его ласки и любовь к тебе в своей душе, ревностной, жаждущей тебя. Райнер уже не озирается по сторонам, не прикрывает глаза, чтобы развидеть Жана, не ищет смерти и не ждёт в холодном поту того утра, где ты скажешь ему что-то о любви к Жану, что-то мерзко-извиняющееся, и исчезнешь навсегда. В Марли светит ясное белое солнце, пахнет летом, наряженным в снег и мороз. Браун разжигает камин, садится подле тебя и…

***

Жизнь Жана 1000 и 1 приключение, ясная голова днём, запутанные сны, приходящие из темноты, знакомыми руками гладящие ниже и выше дозволенного: светло, тепло и не по-настоящему. Жан подбрасывает новую порцию дров в походный огонь, делает два глотка крепкого поила, что выдают военным в морозы, и пристраивается поудобнее к теплу, закрывая глаза.

***

…Райнер садится подле тебя и требовательно-играючи вытягивает поцелуй, запуская руки под свитер, оглаживает кожу до мурашек, сладко.

***

Кирштайн не видит сегодня фантазий о тебе, ему вспоминается всё, что с вами было впервые… У Жана стиснуты зубы, его руки тяжестью накрывают твои ладони, продавливая свои пальцы между твоих. Дыхание ровное, громкое, толчки размеренные. Он видит тебя со спины, каждую клеточку тебя. Хочет видеть и твои глаза, но в такой позе для этого желания сплошь неудобства, потому ему остаётся прижаться к тебе плотнее.

***

Просыпаешься, когда ещё темно, разлипая глаза, удивляешься своему сну. – Жан…- любовь, которую пришлось упустить. Отряхиваешься от сонного озноба, сползая с дивана, на котором вчера заснула. И всё же у тебя в голове сильное сердцебиение Кирштайна. Выглядываешь в распахнутые перед зимой двери, понимая: погода портится, Жан уходит, но ты остаёшься.