***

Пять лет назад. Москва, поздняя ночь. Было жутко скучно. А глаза, как ни кстати, продрались только к ночи. Днём она зевала так, будто её до этого целый месяц тренировала в сборную по фигурному катанию сама Этери Тутберидзе. Но её соки выпивала только школа. Она посмотрела в окно и кисло вздохнула. Если бы она была диснеевской принцессой, то, глядя на страшную мощную метель за окном в конце февраля, когда уже даже масленицу отпраздновали, и вроде как снег обязан начать таять по всем правилам конона, она бы запела вместе со своими сладкоголосыми пташками что-то в духе «А за окном опять сугробы!». Но вот какая жалость: посреди зимы не найдёшь ни одной поющей птицы. Не в суровой снежной Москве, уж точно. Особенно с этими неожиданно-негаданно появившимися из ниоткуда циклонами. А что касается сугробов, то за окном уже высился десяток миниатюрных Эверестов, а искажать факты в песне диснеевской принцессы это не наш метод! Снег постепенно погружал огромный мегаполис в чересчур зимнюю погоду. Где это видано, чтобы зима задерживалась на долго?! Будто Новый Год решил, что пора переезжать из января в февраль, и одаривал серую, до этого тонувшую в хлюпающих лужах с грязными остатками снега Москву свежим запахом мандаринов и ёлки в запутавшейся в прошлом году гирлянде. Март, наверняка, смотрел на это безобразие и крутил пальцем у виска, мол, февраль совсем обнаглел! Мало того, что раз в четыре года оттяпывает себе целый лишний день, так ещё решил в этом году подсидеть своего следующего коллегу! Даже ветер завывал так, словно хотел, чтобы люди снова начали ставить ёлки и украшать окна гирляндами и снежинками из салфеток. Погода настойчиво просила повтор январских праздников, но люди, уже уставшие от морозов, снега и слякоти, плевать на это хотели. Душа просила наконец весеннего тепла. Хотя бы немного солнца, чтобы скрасить хмурые дни. После Нового года в зиме нет смысла, согласны? Но почему-то сама зима так не считала и продолжала заваливать улицы в снегу. Девушка снова взглянула скучающими глазами на метель за окном. Карие омуты, пропитанные подростковым пофигизмом, устало сузились, и она зевнула. Девушка посмотрела на экран мобильного. 2:54. Не так и поздно на самом деле. Можно ещё полчасика посидеть. Она удобнее устроилась на подушке и открыла мессенжер. Никто из контактов не был в сети. «Слабаки!» — раздражённо подумала девушка и тяжело вздохнула. Вдруг резко потянуло в сон, но она не могла так просто сдаться. Девушка, исправно зевая каждые полминуты, медленно пошла на кухню, беспорядочно ища на стене выключатель. По пути наступила на детальку легко и застыла. Ногу чуть не схватила судорога от резкой боли, и девушка прижала обе ладони ко рту, чтобы не разбудить домашних, которые вели адекватный образ жизни, в отличие от неё, и уже давно спали. Сдержав крик внутри, девушка поклялась, что утром заставить мелкую убрать всю квартиру. Она дошла до кухни и наощупь схватила ручку холодильника. Она схватила с верхней полки банку энергетика и вернулась в комнату. Сев обратно в кровать, девушка открыла банку и сделала огромный глоток, чтобы скорее проснуться. Не в её правилах было засыпать так «рано», поэтому она снова взялась за телефон. Решив, что надо помучить кого-то из одноклассников, она снова открыла мессенжер и зашла в первый попавшийся диалог, собеседник которого был в сети. Она посмотрела на имя и аватарку и недовольно цокнула. Её интуитивный рандомайзер почему-то дал сбой, и она выбрала жертвой своей бессонницы самого правильного зануду класса, главного наложника гарема Царицы Всея Наук и того самого парня, который явно в своих мечтах женился на старой ворчливой математичке, и они вместе родили нескольких детей, назвав их в честь синуса, косинуса, тангенса и котангенса. Однако этот правильный до скрежета в зубах парень был в сети, и девушка нахмурилась, теряясь в догадках. Разгадывать головоломки она любила, и ей было интересно узнать причину недосыпа этого странного индивида. Она раньше спрашивала у него домашнюю работу и объяснение, как решать какие-либо примеры, а он, на удивление, давал. У него она запросто могла списать контрольную, потому что из всего класса он общался лишь с ней. Но девушка думала, что это только из-за того, что волей классной руководительницы они обязаны делить одну парту на втором ряду. Ход мыслей этого парня она до конца не понимала, но и не собиралась вникать. Она боялась, что из-за этого станет такой же отбитой. А у этого странноватого то ли учебного наркомана, то ли клона Эйнштейна из пробирки, сбежавшего из секретной лаборатории, явно были проблемы с головой, раз уже почти девять лет в его дневнике пестрели одни пятёрки. А если у человека ни одной двойки за всю жизнь, то как у него может быть нормальное мышление? Он же не битый жизнью! Девушка тяжело вздохнула. Нет, ну только не ему писать… Кому угодно, только не этому человеку. Если бы она попала в годы Великой Отечественной Войны, и её схватили бы немецкие солдаты, то она бы сразу на допросе выдала свою обсалютную истину: она использует своего соседа по парте для получения хороших оценок. Девушка понимала, что это неправильно с моральной точки зрения, но с другой стороны, он сам давал ей списывать. И совершенно ничего не просил взамен. У них были странные отношения, очень далёкие от дружбы. Хотя она пыталась выстроить нормальное общение, даже проявляла маленькую заботу, приносила ему конфеты и фрукты. Но он нагло отказывался от них… Может, сладкое не любит? Девушка не знала. Он ей никогда не отвечал на вопросы о себе. Она хотела отплатить ему за списывание, но парень, к её удивлению, делал это совершенно бесплатно и отказывался от благодарностей. «Его не поймёшь! — вздохнула девушка и устроила подушку поудобнее. — Всё-таки напишу!» И её пальцы быстро настрочили короткое сообщение. Рада Алуева: Привет! Спишь? Даниил Верин: Ты с дуба рухнула?! Я сплю! Ложись спать, или завтра не дам списать контрольную. Рада Алуева: А почему тогда ответил? И что за точка в конце предложения? Даниил Верин: Ничего. Не отвлекай меня, не засоряй память телефона! Иди спать! И Даниил вышел из сети, решив, что его одноклассница благоразумная и повинуется его словам. Но Рада не обладала большим благоразумием и обычно никого не слушала. И в этот раз не собиралась менять свои принципы. Она раздражённо вздохнула, отхлебнула ещё энергетика и зашла в браузер. «Надоедливый! И зачем я ему написала?!» — подумала девушка, ища нужную ей вкладку. Чтобы отвлечься от мыслей о завтрашней контрольной, Рада решила почитать фанфики. Дело это она любила, да и кто из современных подростков не увлекается этим чтивом? Разве что Даниил Верин и подобные ему. Рада задумчиво закусила губу, мысленно выбирая фанфик на сегодня. Может быть, что-то из любимого и перечитанного не одну сотню раз? Или пора найти новое? «Да нет, лучше почитаю то, что знаю!» — решила Рада и вошла в свой профиль. Она начала пролистывать один из своих самых больших и любимых сборников. Если бы он был бумажным, то давно бы стёрся, столько раз она перечитывала его. Листая, она долго не могла выбрать фанфик, подходящий под ночное настроение. Всё листала и листала, и листала (желаю вам таких же бесконечных сборников с любимыми фанфиками!)… Внезапно ей пришло уведомление о новом отзыве на её недавнюю работу. Рада, конечно, не была мегапопулярным автором, но каждый отзыв был для неё отдушиной на сердце. Сразу становилось так тепло, так трепетно, что хотелось расцеловать этого неравнодушного человека, который не поленился оставить отзыв, а ещё подписаться, лайкнкнуть и нажать на «жду продолжение»… Сколько эмоций в такие моменты испытывала Рада! Порой её пробивало на слёзы после тёплого, как какао с зефирками, отзыва, а если он ещё и развёрнутый… Всё, это уже соразмерно с истерикой! Рада готова была прыгать до потолка от счастья, потому что её некудышные, никому не нужные, блеклые, как она считала, фанфики, оказывается, нравятся людям. Хотя эту работу Рада особенно не любила, потому что с каждой главой ей становилось всё понятнее, что фанфик выйдет неимоверно длинным. Она даже боялась предположить сколько ещё месяцев будет корпеть над ним. Количество страниц давно перевалило за пятьсот, и Рада нервно кусала ногти: ей казалось, что читатели бросят её из-за такой «тянучки» в истории. Нет, она хотела, как лучше, залатывала все сюжетные дыры, которые допустила в самых первых главах, пыталась красочно прописать развитие отношений между главными героями, но… Отчаянно боялась, что длинный фанфик не будет пользоваться популярностью. Это же так долго читать… Рада не знала, накручивает она себя или нет, но, по крайней мере, думала, что её писательство за три года зашло слишком далеко. Она никогда не писала таких длинных работ, и опасалась негативных отзывов. Но пока что все они излучали искреннюю поддержку читателей, и Рада облегчённо выдыхала. Всякий раз она боялась увидеть, что кто-то пишет что-то плохое про её фанфик. И вот, снова отзыв. Рада напряжённо уставилась на иконку отзыва на верхней панели. Сердце стало отбивать бешеный ритм. «Ох, посреди ночи… Кто-то тоже не спит, как и я!» — подумала она и выключила экран. Она положила телефон на грудь и громко выдохнула, прогоняя предательскую дрожь в пальцах. В последнее время ей казалось, что скоро к ней прилетит негативный отзыв. Где-то на просторах Фикбука явно должен быть тот, кто смело напишет, какой из неё посредственный писатель. Рада, наверное, как и любой трудный подросток, очень остро воспринимала свои труды. Для неё все было не так: и как она одевается, и что ест, и что пишет на Фикбуке… Всё это было так не идеально, неправильно, глупо и странно, что порой Рада удивлялась, как люди читают то «дерьмо», вышедшее из-под её неопытного пера. Она не любила себя и так же не любила свои работы, но упрямо продолжала писать, иногда даже рыдая ночами из-за внезапно ушедшего вдохновения. Рада хотела получить всеобщее признание и популярность: она даже подумывала связать свою жизнь с писательством. Но каждый раз во время долгих раздумий, доходя до этого момента, останавливалась и говорила себе: «ничего не получится. Ты зря тратишь время на эти фантазии. Ты не умеешь писать». А потом снова начинала писать очередную главу, преданно ждать тёплых отзывов и смотреть, как увеличиваются цифры рядом с надписью «жду продолжения». Рада любила эту часть своей жизни, которая была плотно вплетена в фанфики. Перестать писать их было для неё равносильно смерти. А как же ей жить, если начнут появляться негативные отзывы? Рада вновь включила телефон и зашла на Фикбук. «Нельзя бояться этого… Это должно случиться. Кто-то должен меня не любить. И вообще, я поступаю глупо! Это же никак не повлияет на мою жизнь! Я могу просто удалить отзыв… Или не могу?..» — девушка раздасованно вздохнула. Нет, ну кого она пытается обмануть? Не повлияет? Да ещё как повлияет! Должно повлиять! У неё же слабая психика, как сказал психолог. Она обязана сломаться после негативного отзыва. Во всяком случае, так считала сама Рада. Она много думала обо всём, и в каждую секунду в её голове мелькали сотни мыслей, возможно, в этом и была её главная проблема. Рада часто думала, что думать-то как раз ей стоит поменьше и больше действовать интуитивно. Но это был какой-то замкнутый круг. Рада собралась с мыслями и нажала на иконку отзыва. Вся она вытянулась, как струна, ожидая всего на свете… Быстро пробежала глазами по отзыву и закрыла их. Мозг за секунду обработал полученную информацию, и Рада аж вздрогнула. «Быть не может! — подумала она, снова читая отзыв. — Что?!» Здравствуйте, автор, я хотела спросить, могу ли я взять за основу сюжет и персонажей из фанфика сестра и создать из этого новую историю. Я очень прониклась этим фанфиком и хотела бы написать свой с использованием ваших персонажей. Буду очень благодарна если разрешите. (вы и представить себе не можете мою реакцию в тот момент!) «Разрешить чё? — Рада нахмурилась и снова перечитала. Потом до неё окончательно дошло. — Ого… Охренеть! Это серьёзно?! Прям реально?! Я… Я что, такая старая, раз по моему произведению фанфик пора писать?! Так я же… Ох, как это вообще возможно?! Я же плохо пишу!» Отзыв, как говорится, попал в самое сердце. Странное тепло растеклось по всему телу, и Рада наскоро вытерла выступившие слёзы. «О Боже! О БОЖЕ! ЭТО ПО-СТОЯЩЕМУ! КОМУ-ТО НАСТОЛЬКО ПОНРАВИЛОСЬ?!» Рада широко улыбнулась и зашла в профиль автора, оставившего отзыв. Пока ни одного фанфика. Только его отзывы, ник и аватарка. «Ты не представляешь, как осчастливил меня!» — Рада погладила аватарку кончиком пальца и зашла в сообщения. Она быстро напечатала текст и отправила. Привет. Спасибо, что ты читаешь мои работы, и за твои тёплые отзывы (я минут 10 пялилась на экран не веря). Что касается того, можно ли тебе взять мою историю за основу своей, то я даю согласие. Мне самой будет интересно почитать твои произведения. Удачи и вдохновения. Рада выключила телефон и легла, накрывшись одеялом с головой. Сердце радостно грохотало в груди, улыбка лезла чуть ли не на уши, а душа трепетала и рвалась в полёт, чтобы излить всё свое счастье. Рада повернулась на бок, обняв подушку и радостно хихикнула. По её фанфику напишут фанфик! Это так волнительно! Раде пятнадцать, и она думает, что этот автор, который так неожиданно ворвался в её жизнь, просто чудо. Через несколько дней она получила ответ. Было так же волнительно открывать сообщение. Вдруг передумал?! Вдруг она не тому написала?! А стоит ли смотреть?! Но любопытство грызло сильнее, и Рада открыла чат. Спасибо большое, если честно, то сама намного дольше пялилась, когда увидела ваше сообщение. Вам тоже удачи и вдохновения, буду продолжать читать ваши фанфики. «Ой! Это так мило! Господи-Господи-Господи! Когда же я увижу первую часть фанфика?!» — Рада была вне себя от счастья. Надо признать, её больше волновал фанфик по её фанфику. К ней официально обратились за разрешением… Её назвали на вы. Должно быть, тот малыш, скрывающийся за ником, думает, что она жутко взрослая и важная… Приятно. Поэтому Рада снова написала письмо благодарсности и с улыбкой выключила телефон. Всё было так прекрасно… Вышла первая часть. Рада бегом читать. Сразу взгляд цепляется за море грамматических и пунктационных ошибок, но ей это не важно. Главное, что это фанфик по её фанфику. Её любят. Её ценят. Её уважают и обращаются к ней на вы. Сердце трепещет лишь от одного осознания, что кто-то настолько её превозносит, что пишет этот фанфик. Выходит вторая часть, третья… Рада настолько счастлива, что оставляет под каждой комментарии. На её комментарии автор отвечает. Это стало их маленькой традицией. Вернее, это Рада так считала. Каждый раз через день после выхода новой главы она заходит на Фикбук и видит знакомую иконку ответа на её отзыв. Это вызывает у неё сияющую улыбку. Фанфик становится её опорой и поддержкой в трудные времена. Она часто перечитывает его ночами. Потом новое сообщение от автора. От её «путеводной звезды», как про себя говорила Рада и тихо хихикала. У автора нехватка поддержки за пределами Фикбука. У Рады тяжело сжимается сердце. «Я обязана тебя поддержать, — думает она, печатая новое сообщение. — Тот, кто пишет фанфик по моему, не должен страдать! Ты слишком хороший, чтобы бросить потом всё!» Для Рады теперь приоритетом стал чужой фанфик, а не её собственный. Она боялась потерять ощущение значимости. Если автор будет в депрессии, то всё… Её эра, как писательницы закончится! Нужно что-то делать! Нужно что-то предпринять и быстро! «Нужно написать что-то милое в знак поддержки!» — решила Рада. Но через несколько месяцев их общение стало другим. Рада снова увидела сообщение автора. У неё снова замерло сердце, а душа трепетала и заливалась краской от смущения. Автор хотел нарисовать арт с её персонажами и спрашивал более подробное описание! Рада ахнула и перечитала сообщение снова. «Это похоже на сон… Я же не сошла с ума?!» — она ущипнула себя за щеку и поняла, что это происходит в реальности. «И фанфик продолжится!» — Рада всё ещё думала о фанфике автора по её персонажам. Напечатала длинное сообщение… Ей ответили. И вдруг Рада наконец поняла, что автор, её таинственный покровитель, — это девочка. Такая же, как она, может, даже младше. Но будущую жизнь Рады решило следующее сообщение автора… И раз уж такая тема, то я бы рассказала чуть-чуть о себе. С твоим творчеством я познакомилась очень странно. Я просто искала интересные фанфики… У них завязался обычный диалог, который бывает у всех. Самый простой и житейский, тёплый и спокойный. Рада с удовольствием печтала ответы и осмелела настолько, что начала задавать вопросы. Автор ей отвечала. Они обсуждали всё, что угодно. В основном, их фанфики. Рассказывали друг другу, как им пришла в голову идея сюжета, сколько было вариантов развития событий… Раду завлекло это общение. Давно она не общалась так легко и открыто с кем-то, кого так мало знает. Девушка вздохнула и улыбнулась. Как же было хорошо, вот так вот болтать сообщениями с такой же ученицей такого же класса, с такими же проблемами. И вдруг Рада зацепилась взглядом за такое пронзительное предложение в сообщении. «Я начала воспринимать тебя, как подругу.» — так писала автор. Или Лера, как она уже успела рассказать. Рада снова перечитала эту строчку. Сердце кольнуло и по телу разлилось уже знакомое тепло. А были ли у неё подруги? Считали они её подругой? Рада вдруг кое-что осознала. Из своего окружения она никого не может назвать своей подругой. Она мало знает своих одноклассниц, почти ничего. Какие они тогда подруги? О Лере, о своей путеводной звезде, Рада знала гораздо больше сокровенного. В этот момент она внезапно почувствовала насколько она одинока. И насколько она хочет стать лучшей подругой для Леры. Фанфик отошёл в сторону, вернее, совсем исчез. Теперь Раду интересовало совершенно другое — человек, который когда-то написал ей отзыв с просьбой дать разрешение на написание фанфика по её сюжету. Рада постаралась обратить все свои переживания в слова и отправила Лере, в душе тайно надеясь, что она примет и поймёт её. «Прошу, пусть я не надумала себе ничего! Пусть всё происходящее будет правдой, какой она мне кажется!» — попросила она у неба, сложив руки в молящем жесте. Ответом Леры было короткое, но такое сильное сообщение, наполненное волной чувств и эмоций: Я тебя понимаю. Рада улыбнулась и почувствовала, как её сердце впустило нового человека, который точно скоро станет для неё самым родным и нужным. Взяв себя в руки, она отправила сообщение: Спасибо, что тогда написала мне тот отзыв, Лер! А Лера на том конце провода тоже радостно улыбалась и напечатала: А тебе спасибо, что ответила на него! Их дружба только начиналась в тот вечер. *** 27 декабря 2023 года. Рада Алуева: Эу! В каком вагоне мне искать твою грешную душонку? Лера Суркова: О, всемогущий Жнец, заберите меня на первом пути из 10 вагона! Рада Алуева: Трепещи, смертная! Я задушу тебя и сломаю все рёбра! Лера Суркова: Разочарую тебя, но я тоже собралась убить тебя объятиями Рада отправила улыбающийся смайлик и выключила телефон, убрав его в карман пуховика. Она посмотрела на табло прибывающих поездов дальнего следования, прищурившись из-за сильного мороза, который так покусал её щёки и веки, что при одном взгляде на девушку можно было подумать, будто она только с пьянки. В этом году зима в Москве выдалась очень снежной и красивой, но мороз стоял действительно кусачий. Особенно это чувствуешь, когда на дворе кромешная темнота по случаю восьми утра и лёгкий снегопад, а под ногами что ни шаг — всё лёд. Рада выглядела слегка сонной, потому что чирикала по телефону с Лерой до двух ночи, пока той соседи по поезду не сделали выговор. Из-за недосыпа под глазами выросли жуткие синие мешки, а естественный цвет лица за красными следами мороза был серым и бледным. Ей очень хотелось закрыть глаза и заснуть желательно в своей тёплой постели. Но деваться некуда: Рада сама слёзно умоляла Леру, чтобы та разрешила ей встретить её. И подруга милостиво дала согласие, в душе радуясь, что Рада, как опытный гид по Москве, приведёт её точно, куда надо, а именно — в съемную квартиру самой Рады. Девушка специально копила деньги целых пять лет, чтобы потом позволить себе жилье рядом с институтом и просто хвалиться этим перед однокурсниками. Ну и конечно, впустить в квартиру лучшую подругу, которая уже год собиралась приехать к ней на праздники. Лера всё готовилась к тому, чтобы поменять вуз, и вот, перед Новым Годом подала документы в институт Москвы. К её большому счастью, Леру быстро приняли, и она, быстро собрав вещи, рванула в Москву под охи и вздохи родных, которые волновались, как она будет жить в столице. Но у Леры была Рада, которая только этого и ждала. Рада сунула руки в перчатках в карманы и пошла согласно табличкам с указателями. Через несколько минут прибывал поезд с Лерой. Сердце радостно билось в предвкушении долгожданной первой встречи. Целых пять лет виртуального общения наконец закончились, и начиналась новая глава их крепкой дружбы. Это был их первый Новый Год вместе, первые совместные приключения и ночёвки… Рада уже вся изнывала от желания скорее обнять лучшую подругу. Она взобралась на нужную платформу и стала ждать объявления о прибытии. Рада задумчиво поскребла ботинком прилипший к стене снег и громко зевнула, выпустив облако белого пара, чем привлекла внимание других встречающих. Девушка сурово нахмурилась под их любопытными взглядами и пнула ледышку. Она звонко стукнулась об стену. Кто-то, стоящий рядом, поморщился от резкого режущего обсалютную тишину звука и отошёл от Рады на шаг. Девушка даже не обратила на него своё внимание. Она снова зевнула, почесав красный полный соплей нос. Шмыгнула и недовольно поморщилась: сопли попали в горло. Рада прокашлялась и почувствовала, как мороз добрался до пальцев ног. Она вздрогнула и сгорбилась от холода. «Да где ж этот поезд?! Откуда он едет, из Хогвартса, что ли?!» — постепенно раздражение брало верх. Рада начала бить ногой об ногу, чтобы хоть немного согреться. Она уже не чувствовала щёк и губ. «Ну нахрена она купила билет на утро?! Будет оплачивать мне лечение!» Наконец, спустя пять минут по перрону прокатился сонный недовольный голос женщины, которая говорила гнусаво и в нос. Кое-как прислушавшись, Рада уловила слова «скорый поезд», «Краснодар-Москва» и «прибывает». Обрадовавшись, что скоро её бренное дрожащее тело попадёт в тепло, девушка улыбнулась. Люди вокруг, казалось, тоже оживились и воспряли духом. Рада полной грудью в последний раз вдохнула колючий запах мороза и вокзала и увидела огни поезда, который стремительно приближался. Она отошла назад, чтобы не чувствовать сильной вибрации от него. Рада всегда ощущала себя неуютно, когда поезд останавливался перед ней. Она обняла себя руками и сделала ещё шаг назад. Только наткнулась спиной на человека, который что-то уронил из-за столкновения. Рада резко развернулась и, пытаясь перекричать поезд, села на корточки: — Простите! — Всё нормально! — Парень тоже сел на корточки напротив неё, и их ладони в перчатках одновременно схватились за букет красных роз, который уронил парень. Рада виновато отдёрнула руку и резко встала. Парень тоже встал с букетом и посмотрел на неё. Рада неловко улыбнулась, зачем-то сделала реверанс и поклонилась. Парень смотрел на неё, как на ненормальную, тоже решил поклониться и сказал: — Да ладно вам. Вы в порядке-то? — Это надо у букета спрашивать, — Рада тихо хихикнула и пошла догонять свой вагон. — Ой, простите! Мне пора! «Знакомое лицо…» — промелькнула у неё в голове странная мысль, но она тут же о ней забыла. Десятый вагон стремительно уезжал от неё, хотя и останавливался. Рада пробежала ещё метров пятьдесят и наконец остановилась, нагнувшись и уперев руки в колени. Бежать по льду было тем ещё испытанием! — Не… Бег это не моё! — выдохнула она и выпрямилась. Из вагона высыпали люди, которые сразу подбежали к своим встречающим. Все вокруг радостно кричали, смеялись и обнимались. В воздухе образовалась праздничная атмосфера, которая заставляла пока ещё тёмное небо сверкать от тёплых улыбок и лёгкого счастливого смеха. Даже снег, казалось бы, засиял под тусклым грязным светом фонарей ещё ярче, поддерживая людей в эти редкие минуты. Новый Год почти пришёл в Москву, вот он, у порога стоит и улыбается всему городу, его глаза блестят озорством и праздником, а багряные щёки светятся, как фонарики гирлянды на ёлке. Рада с трудом протиснулась мимо обнимающихся после долгой разлуки людей поближе к выходу из вагона. Она лихорадочно выискивала глазами подругу, хотя и не представляла, во что та одета. Может, она узнает её по волосам? Да нет, отдёрнула себя Рада, в таком освещении вряд ли можно увидеть рыже-русые патлы Леры. «Да ладно! — подумала девушка. — Подожду, когда все уйдут, а кто останется, значит, моя!» Тут Рада увидела, как прямо у края перрона стоит девушка в длинном оливковом пуховике, в высоких толстых чёрных сапогах и огромной по сравнению с головой белой пуховой ушанкой. Рядом с ней стояло два чемодана, а сама она смотрела куда-то на другую сторону перрона, тряся руками в карманах, чтобы отогреть их. «Странная она… — Рада удивлённо уставилась на девушку. — На улице всего минус двадцать, чего она так вырядилась? На север собралась?» А потом, когда девушка повернулась в её сторону, и они встретились глазами, Рада поняла, что это её долгожданная лучшая подруга. Девушка пулей подбежала к подруге и, широко улыбаясь, сказала: — Лера?! Лера широко раскрыла глаза: — Рада?! Это ты?! — Нет, блин, призрак, который пугает заблудившихся приезжих! Я, конечно! — Рада рассмеялась. — Ты чё так экипировалась? — Да я всё думала, как ощущается минус двадцать, блин! Совсем меня запутала! У вас так холодно! Я щас превращусь в ледышку! — Неженка! — фыркнула Рада и притянула подругу к себе. — Наконец-то ты приехала! — Эй, Жнец, ты обещала мне кости переломать… — хихикнула Лера и обняла её в ответ. — Я так скучала! — Ага, как же… — Я серьёзно! — Ты тренд «Рашн гёрл» подхватила? Чё за ушанка? — Это была единственная тёплая шапка дома! Тётя её с Сахалина привезла. — Блин, да тут всего-то столица, Сахалин вон где! Сколько на тебе свитеров? — Ну… Три… И пуховик толстый. Рада посмотрела на Леру и, не сдержавшись, засмеялась. Она взяла её за плечи и, уткнувшись лицом в грудь, сказала: — О Господи… Ты чё, Валерия… Ха-ха-ха-ха… Решила свариться заживо? — Да мне холодно! — Лера неловко улыбнулась. — Ну серьёзно… — Эх ты, краснодарская душа! Привыкла к жаре у себя! Ну ничего, Москва тебя закалит! — Рада отпустила её, взяла один чемодан и указала назад. — Пошли! Я тебе квартиру покажу! Добрались до дома они, на удивление Рады, без особых приключений. Хотя она до самого порога ждала какой-нибудь подлости от госпожи-судьбы, и внутренне была готова к чему угодно. Но проблема появилась там, где её и не должно было быть. Рада спокойно вставила ключ в замочную скважину, повернула… Не вышло, ключ не поворачивался… Дверь не открылась. — Хах, это, наверное, от мороза, — ляпнула первое, что пришло в голову, Рада. Хотя она не знала, почему от мороза ключ может застрять в скважине. Она неловко улыбнулась Лере, пытаясь убедить подругу, что всё в принципе нормально. Лера ободряюще кивнула, стуча пальцами по ручке одного из чемоданов. На самом деле, она уже почувствовала, что проблемы только начинаются, и дальше будет что-то намного хуже. — Чушь какая-то… — Рада ещё раз дёрнула ручку, но она снова не поддалась. В глазах девушки промелькнула паника. Нет, девять утра, только рассвело, Лерку, наверняка, тянет в сон после ночи в поезде, а дверь… И что, Новый Год придётся встречать на лестничной клетке?! «Так, эту блаженную беспокоить не стоит!» — решила для себя Рада и осторожно скосила глаза на Леру, которая стояла, окружённая чемоданами, прислонившись к стене, и молча залипала в телефон. — Эй! — Рада даже возмутилась. Она тут стоит, войти в квартиру не может, а этой хоть бы хны! — Может, поможешь?! — Ключ вытаскивается? — Лера подошла к подруге, положив телефон в карман. — Щас узнаем, — Рада дёрнула ключ, но вместо того чтобы вытащить его, сломала ноготь. Она взвизгнула и сунула палец в рот. — Ой бли-и-и-ин! — Ты как ноготь сломала? — удивлённо спросила Лера и сама подёргала ключ. Он слабо двигался в скважине, и поэтому она решила, что надо приложить больше усилий. И в следующую секунду её пальцы соскользнули с ключа, и она по энерции отшатнулась назад, ударилась поясницей о тонкие перила, едва не улетев вниз. — Да твою ж дивизию! — вскрикнула Лера и посмотрела на теперь уже собственный сломанный ноготь. — Лерка, ты долбачка ненормальная! — всё ещё тряся рукой, чтобы унять пульсирующую боль в пальце, Рада подошла к подруге и треснула её по голове. — Решила сломать себе позвоночник?! — Аааа! Рада, ты с ума сошла?! — Лера вцепилась второй рукой в перила и подула на свой сломанный ноготь. — Больно же! — Не будешь лезть куда попало! — фыркнула Рада. — Слава Богу, я на маникюр вечером пойду! А то с таким ногтём… Боже, как больно! Ммм! — Во-о-о-от! — мстительно кивнула Лера, сама пытаясь унять боль в ногте. — Карма настигла! Девушки посмотрели друг на друга и вдруг, поняв комичность ситуации, громко рассмеялись. — И что будем делать с ключом? — спросила Лера, покусывая губы от нервов. Они с Радой посмотрели на торчащий из замочной скважины ключ, который словно издевался над ними, ярко сверкая при свете мигающей белой лампочки на потолке. — Рад? — тихо спросила Лера. — Ась? — Мы что, Новый Год будем тут встречать? — А до тебя только допёрло? — Что?! Реально здесь?! — Ну, придётся… Дверь же не открывается. — А с кем? — Ну не знаю, других таких идиоток во всей Москве на найти! Прямо перед Новым Годом остаться без крыши! Одни будем! Лера шокированно уставилась на подругу и нахмурилась: — Так, погоди… А твои родители? Ну, мы же сможем поехать к ним, если что? — Они скажут, чтобы блудная дочь возвращалась в свою прекрасную взрослую жизнь, раз сбежала от них два года назад в общягу, — вздохнула Рада и подошла к двери. Она дёрнула ключ ещё раз. — Хочешь второго ногтя лишиться? — фыркнула Лера и, подойдя, тоже начала дёргать ключ. — Да ты тоже этого жаждешь! — парировала Рада и залезла в браузер. — Может, в этот раз нас спасёт Яндекс? — Нас спасёт взломщик дверей, Рад… — Это не моя квартира! Меня хозяйка убьёт за то, что я дверь ей выломала! Только позавчера въехала, ты чё! — Тогда мы попали… — Так, спокойно! Выход найдётся! — Эм… Может, я смогу помочь? — раздался мужской голос на лестнице. Девушки разом вздрогнули и медленно, будто находились в триллере, повернулись и увидели высокого парня в домашней одежде с надвинутыми на нос очками. Его тёмно-каштановые волосы были растрёпаны и завивались на концах. Карие глаза смотрели с интересом на двух удивлённых девушек со сломанными ногтями и одинаково растерянными лицами. Щёки Рады вспыхнули от смущения, когда она его узнала. Это был парень с вокзала, у которого она выбила из рук букет роз. Рада снова с какой-то стати сделала поклон и тихо сказала: — Да, было бы неплохо… Умоляю, простите за цветы… — Да что вы прицепились к ним! Всё нормально! — парень отмахнулся и зашёл в свою квартиру, которая находилась прямо у лестницы. — Я сейчас вернусь. Он захлопнул дверь, и девушки удивлённо переглянулись. — И чё теперь? — истерически хихикнула Рада. — Нам помогут, не грузись, — ответила Лера и вдруг хитро прищурилась: — Ра-а-ад? — Да? — Рада похлопала себя по щекам, чтобы прогнать красноту с них. — Что ты натворила, пока ждала мой поезд, а? — Блин, ты вот становишься умной, когда не надо… — Ну так и? Что там за история с цветами? — Да я просто толкнула его, и он уронил букет! Я помогла поднять и ушла… И извинилась, естественно! Лера со мешком помассировала лоб: — В таком случае, что это был за поклон султану? Тебя переклинило, что ли? — Нет, просто… Ты же знаешь, как я отношусь к таким ситуациям! Мне от любого казуса неловко! Я думала, мы больше не встретимся, а он, блин, живёт рядом со мной! Ещё и лицо знакомое… А вдруг, он учится со мной в одном универе?! Поэтому кажется мне знакомым! Я буду видеть его потом каждый божий день… — Рада, успокойся! — Лера ущипнула её за нос. — Ты вроде такая смелая по жизни. — Легко быть смелой с людьми, которых никогда больше не увидишь! — ответила Рада и вздохнула. — Теперь мне будет ещё более неловко! Мы на одном этаже живём, жесть какая-то… — Да не переживай ты! Это просто парень. — Тебе легко говорить! Я ему испортила букет! — Я уже много раз говорила это, но… Ты ненормальная. — Да знаю. Парень вернулся с небольшой баночкой с жидкостью непонятного назначения. Он подошёл к двери, взял пипетку и влил несколько капель в скважину с ключом. Парень посмотрел на внимательно наблюдавших за его действиями девушек и улыбнулся: — Надо подождать десять минут и снова провернуть ключ. Тогда дверь откроется. Возможно, замок заржавел от старости. — Ага, ясно, — Рада благодарно кивнула и улыбнулась. — Ещё раз простите за цветы! — Да говорю вам: всё нормально! Не извиняйтесь, — парень снова отмахнулся. Он неловко почесал шею, отведя взгляд. Чтобы как-то прервать смущающее молчание и завести первого нового друга в Москве, Лера решила взять дело в свои руки, и пока они ждут действия жидкости против ржавчины, она протянула руку парню: — Меня зовут Лера. — Эээ… Я Даниил, — парень пожал ей руку и протянул Раде. Она тоже пожала её и сказала: — А я Рада. — Чему? — не понял Даниил. Он недоумённо похлопал глазами, глядя на неё. — В смысле?.. А! Я забыла, что у всех такая реакция, — Рада рассмеялась. — Это моё имя. Меня зовут Рада. — Да?.. Постой… Алуева? — Да. Откуда вы знаете? — Ну… Я из-за твоего розового цвета волос тебя не сразу узнал… Мы за одной партой сидели. — ВЕРИН?! Рада даже отшатнулась от него, не веря своим глазам. Лера ловко схватила её за рукав куртки и взяла под локоть. Видя, что у подруги наивысшая степень шока, и надо как-то спасать ситуацию, она спокойно спросила: — А вы Раду всю школу знали? — Да… Как она к нам перешла в восьмом классе, так и знаю, — Верин слегка опасливо поглядывал на всё ещё отходившую от шока бывшую одноклассницу. — Ого… А расскажите про неё какую-нибудь позорную историю! — издевательски улыбаясь Раде, попросила Лера. — Лерка! — Рада удивлённо уставилась на подругу. — Эй, я сама сейчас расскажу про тебя кучу позорных историй! — Мы с тобой впервые за пять лет видимся, таких историй ещё нет! — резонно заметила Лера. — Ты сама мне рассказывала их! В чате! У меня специально сделаны скрины, чтобы всё доказать. — Что?! — теперь настала очередь Леры краснеть. — Алуева… Ты этого не сделаешь! — Ооо! Ещё как сделаю! — клятвенно пообещала Рада и достала телефон. — Так, Леркин позор намбер ван!.. — Рада, хорош! Я же для шутки спросила! Ну не-е-ет! — Лера повисла на руке подруги, чтобы как-то разжалобить. — Умоляю! — Умоляешь? — Рада довольно улыбнулась и убрала телефон в карман. — Ладно, пойду тебе на встречу в этот раз. — Да у Рады не было никаких позорных историй в школе. Я бы всё равно ничего не смог рассказать, — хохотнул Даня, смотря за милой, на его взгляд, перепалкой подруг. — Не ссоритесь, девочки. Рада и Лера, обняв друг друга за плечи, переглянулись с хитрыми улыбками и посмотрели на парня: — Мы никогда не ссоримся! И не надейся! — Разве что шантажируем друг друга! — добавила Лера и ткнула подругу под рёбра. — Да, Рад? — Да. Исключительно вежливый шантаж! — кивнула Рада и потрепала Леру по голове. — А так мы живём душа в душу! — Ну, ясно, — с улыбкой кивнул Даня. — Кстати, десять минут уже прошли. Пора открывать. Парень сел на корточки рядом с замком и осторожно повернул ключ, который со скрежетом поддался. Дверь открылась. Даня осторожно вытащил ключ, вытер его об штаны и отдал Раде. — Замок стоит поменять. Скажи об этом хозяйке, ладно? — парень постучал по двери указательным пальцем. — Ладно. Спасибо тебе большое, Верин!.. То есть… — Рада неловко улыбнулась. — Мы же уже не в школе… Как мне тебя назвать? — Даниил, — хохотнул Верин и выпрямился. — Хорошо. Спасибо тебе, Дань! — (Даня тактично промолчал о том, что ему больше нравится обращение Даниил) Рада пропустила в квартиру Леру с чемоданами и вдруг сказала: — Ой, Дань, погоди! Она исчезла в квартире. Даня услышал, как они с Лерой тихо смеются. Потом Рада вышла к нему с авоськой мандаринов. — Держи, — она отдала авоську ему. — Это за спасение! Если бы не ты, мы бы здесь долго куковали! С наступающим! — И вас! — кивнул Даня, держа в руках подарок. — Ну, пока! — Пока! *** Лера с каким-то трепетом осматривала маленькую уютную квартиру, до сих пор не веря, что теперь она будет здесь жить вместе со своей лучшей подругой. На душе было тепло и радостно. Наконец-то её мечта исполнилась. Она будет учиться в Москве, как и хотела после знакомства с Радой. Оставив чемоданы в большой комнате, Лера прошла на кухню и посмотрела в окно. Было необычно видеть заснеженный внутренний двор многоэтажном дома. Сама она жила до этого в частном, и было так ново жить теперь в квартире. Да и огромные московские сугробы очень впечтатлили девушку. Сама Лера была родом из жаркого Краснодара, где снег расценивался, как дар свыше. Он был настолько редким, что она завидовала Раде, ведь та каждую зиму слёзно жаловалась на гололёд и метель. А Лера жаловалась на полное отсутствие новогодней сказки за окном. Но теперь за окном настоящий снег. Лера улыбнулась. Происходящее до сих пор казалось каким-то невероятным сном. Неужели она в столице? — Лер, ну что, как тебе квартира? — в кухню зашла Рада и недоумённо уставилась на блаженно улыбающуюся у окна подругу. — Лер, ты чего? Снегу нарадоваться не можешь? — Да вообще… Вся ситуация в целом! — радостно ответила Лера и улыбнулась ей. — Боже, я так рада, что приехала! — Я тоже. Ну, иди сюда, хоть обнимемся нормально! — рассмеялась Рада и притянула подругу к себе. — Мне тоже не верится… Разбирая Лерины вещи, они начали болтать обо всякой новогодней чепухе. Когда речь дошла до приглашения гостей, то Лера не смогла удержаться от шпильки в сторону Рады: — А давай пригласим соседа напротив? — Что? Зачем? — Рада заторможенно посмотрела на подругу. — Что, блин, за ухмылка?! — Кажется, он заинтересовал тебя, — хихикнула Лера. — Как парень? Да что ты! Нет, кто угодно, но не Верин! — Почему? Вроде симпатичный! — Ну… Мы были одноклассниками. Мало того, за одно партой сидели… — Почему ты отсекаешь всех, с кем училась раньше? Я тебя никогда не пойму. Ну и что, что вы парту делили? Почему ты не хочешь влюбляться в одноклассников? Рада с улыбкой бросила в подругу её штаны и ответила: — Не знаю. Просто не хочу больше вспоминать прошлое. И людей оттуда тоже. — Так они ведь ничего тебе не сделали. А Даня даже помогал, я же помню! — Лера тяжело вздохнула и в ответ запустила в неё носками. — Ну, у нас и хороших-то отношений не было. Я пришла к ним в восьмом классе, уже в сформировавшийся коллектив, я там привыкла, но не прижилась. А Верин и сам был белой вороной из-за идеальных оценок. И мы с ним не дружили, — Рада удивлённо нахмурилась. — Он отвергал все мои попытки наладить контакт. Как ещё узнать умудрился? — Значит, ты ему запомнилась! — хохотнула Лера и подошла к подруге. — А вдруг он любил тебя и не знал, как сказать о своих чувствах? И вот встреча спустя пару лет… — Лер, я всё ещё жалею, что подсадила тебя на дорамы. Ты после этого в каждом видишь сюжет типичного лакорна! — Ты сама заставила меня смотреть «Выходи замуж за моего супруга». Мне очень понравилось, как все злодеи умерли! — Господи… Я знала, что ты кровожадная, Лер. — Так ты тоже! Отрицаешь? — Нет. Мне нравится мой плохой характер. Подруги тепло рассмеялись и продолжили разбирать вещи. — Слушай, Лер, — с хитрой улыбкой сказала Рада и посмотрела на подругу в упор. — А давай мы отметим Новый Год в клубе с моими однокурсниками. Может, и у тебя бабочки в животе запорхают! Лера даже выронила из рук очередные свои штаны, так и не положив их в шкаф. — Что?! Нет! Ну Рада! — Ну Лера! — громко рассмеялась Рада. — Да успокойся. Не буду я тебе парня искать. Но тогда мы не зовём к нам Верина, идёт? — Ох, ну… Ладно. Да я же ради шутки ляпнула про него, чего ты сразу шантажировать? — Ты слишком серьёзно говорила! — Ой, ну тебя, Алуева! — И тебя, Суркова! Но планы весело отметить праздник в компании друг друга с треском провалились о слабый иммунитет одной из подруг. Через несколько дней, прямо двадцать девятого декабря Лера заметила, что Рада как-то странно ведёт себя. Девушка с самого утра так и не вставала с кровати, тяжело дышала и была ненормально красной. Розовые волосы растрепались по подушке, а веки были настолько тяжёлыми, что Рада не могла открыть глаза хотя бы на секунду. Лера, вернувшись к обеду из нового института, куда она носила недостающие документы, удивленно застыла посреди гостиной. Рада тяжело ворочалась на диване, накрывшись тремя одеялами. — Рад?.. — Лера стянула с себя шапку и перчатку. Она приложила руку ко лбу Рады и ахнула: — Да ты горишь! — Ммм… — слабо ответила подруга. — Да поняла я… Всё, вызываю скорую! У тебя, кажется, под сорок! А врач, приехав через час, громко жалуясь на московские пробки, осмотрел нашу больную и со вздохом заключил: — Ну, голубушка, тут всё ясно. Грипп. — Чего?! — шокированно посмотрела на него Лера. — Как грипп?! Новый Год уже послезавтра! — Ну, не совсем послезавтра, а через два дня, — многозначительно поправил её врач и встал с дивана, на котором спала Рада. — А тут температура вон какая! Давайте-ка её в больницу, чтобы побыстрее встала на ноги. — А как же… Праздник? — выдохнула Лера. — Ну как? В больнице будете отмечать, значит! — пожал плечами врач. — Да и то не факт. Щас эпидемия этого нового гриппа пошла. Многие больницы закрываются на карантин, и гостей к больным не пускают. *** Всё-таки Раду действительно свалил сильнейший грипп, как подтвердилось в больнице. Лера не могла поверить своим ушам. Грипп? Рада в больнице, которая объявила карантин?! Она будет одна в Новый Год в душной палате в окружении таких же больных?! На ватных ногах, пребывая где-то в прострации, Лера шла до квартиры, даже не надев шапку. Ветер нещадно трепал её волосы, а мороз кусал лицо и уши. Лера шмыгнула носом и сунула дрожащие руки в карманы. Хотя ей и было холодно, она предпочитала не замечать этого. На сердце было тоскливо и тяжело. Словно из неё вырвали душу, прожевали, разрезали и неаккуратно запихали обратно. Со всех сторон на девушку давили радостные улыбки прохожих, их громкий смех и атмосфера, которую они создавали своим настроением. Воздух искрился, переливался волнами счастья, долгожданных встреч, любви и спокойствия. У одной Леры было плохо и одиноко на душе. Она смотрела по сторонам и видела довольных людей, которые не смотря на жуткий мороз гуляли по улицам новогодней Москвы. Вот парень с девушкой. Они идут по тратуару, радостно раскачивая взад-вперёд сплетенные руки, что-то говорят друг другу и иногда целуются, не обращая внимания на прохожих. А вот старушка куда-то спешит с пакетом продуктов, едва не подскальзывается, но ей помогает её маленький внук, и вместе они идут домой. На другой стороне улицы прыгают и бегают школьники, совсем не боясь льда на дороге. Лера грустно улыбнулась. У всех них был кто-то рядом, а у неё уже не было. Раду положили в больницу с сильнейшим гриппом, и Лера, как будущий врач, понимала, что с такой болезнью подруга нескоро выйдет на улицу. Будет чудом, если её отпустят домой посреди новогодних каникул. Глубоко погрузившись в свои мысли, Лера сунула руки в карманы, опустила голову и шла, не видя перед собой ничего. От неё веяло одиночеством и отчаянием. Вот эта одинокая и отчаянная девушка и врезалась в человека… Подскользнувшись, Лера со всей силы врезалась головой в грудь парня, неловко размахивая руками. Парень сам не удержался и упал спиной на лёд, больно ударившись головой. Рядом послышался звук разбивающегося стекла в его пакете. На белый притоптанный снег медленной струёй полилось шампанское. Сама Лера больно ударилась носом об твёрдую грудь парня и упала вместе с ним, придавив его к земле. Она резко зажмурилась и замычала от боли. Сквозь шум проезжающих мимо машин и гул людей, Лера услышала тихий стон прямо над ухом. «О Боже! Я его убила?! — она быстро подняла голову и со страхом выдохнула. — Да нет, дышит… Не хватало ещё сесть в тюрьму под Новый Год!» Девушка поднялась и села на колени рядом с парнем, который, похоже, потерял сознание. «Так, ну я же врач… Два года учусь как-никак!» — успокоила себя Лера и потрясла парня за плечи. — Эй! Молодой человек! Очнитесь! — Лера похлопала его по щекам. — Алё! — Ммм… Я в порядке… — парень неохотно открыл глаза и хмуро поинтересовался: — Зачем бить? — Чтобы понять в обмороке вы или нет… — облегчённо выдохнула Лера и протянула ему руку. Парень с пренебрежением посмотрел на неё и, немного пошатываясь, встал на ноги. Он поднёс к своему лицу мокрый из-за шампанского пакет и угрюмо обратился к Лере: — Ты должна мне за разбитую бутылку. — Да, конечно! Сколько она… — Лера испуганно начала шариться по карманам в поисках кошелька. Парень недовольно осмотрел пакет со всех сторон, словно надеялся, что ему просто кажется. Он даже пощупал его, но с шипением отдёрнул руку поранившись осколками. Лера испуганно вздёрнула голову и увидела кровь на его руке. — Чёрт! — выругался парень и сжал зубы. — Пойдёмте, — Лера схватила его за вторую руку, которая держала пакет, и повела в квартиру, до которой оставалось всего лишь пройти один двор. — Что?! Никуда я с вами не пойду! Просто отдайте деньги за бутылку и всё! — парень остановился и дёрнул Леру на себя. Она снова подскользнулась, врезалась в него спиной, но ему удалось устоять на месте. — Мой дом рядом. Я должна обработать вашу рану! — Лера разозлённо уставилась на него. — К тому же, у вас может быть сотрясение… Парень нахмурился и наклонился к её лицу. Его серо-голубые глаза вдруг стали сосредоточенными. Раненной рукой он взял её за подбородок и поднял чуть вверх. — Ты разбила нос, — констатировал парень. — Чего?.. — Лера дотронулась до своего носа и тут же зажмурилась от боли. На пальцах остались капли крови. — Что за?.. — Где там твой дом? — спросил парень и сам взял её за руку. — Повезло тебе, что я врач. «Я вообще-то тоже!» — хотела возмутиться Лера, но промолчала. Она отметила, что парень выглядит старше неё, и возможно, уже закончил университет. Значит, он опытнее неё и умнее. Лера тяжело вздохнула, сетуя на свою удачу, и повела его к нужному подъезду. Скоро они оказались в квартире, где она вспомнила, что Рады здесь нет, и снова повеяло одиночеством. Лера тоскливо вздохнула и повела парня на кухню, где всё ещё стояла открытая аптечка с выпотрошенным блистером жаропонижающего на столе. Парень сразу снял с себя обувь, куртку, бросил в коридоре пакет с разбитым шампанским и прошёл на кухню. Лера, смотря на устраиваемый им беспорядок, медленно закипала. Как он смеет так делать в её квартире?! — Эй! — рявкнула она. — Пакет в мусорку положил! — А ты быстрее иди сюда. А то кровь в носу застынет и дышать нормально не сможешь. — Да ты… — Лера грозно протопала на кухню, желая дать ему хорошую затрещину. — Я тебя сейчас придушу! — Ага, — парень дёрнул её за руку и усадил на стул. Он опустился перед ней на колено и, на ходу промачивая ватку в перекиси водорода, осторожно засунул её в кровоточащую ноздрю. — Как ты умудрилась так сильно удариться? — Ты сам на меня налетел! — запыхтела Лера и встала со стула. — А тебе надо обработать руку! — Я справлюсь, — парень посмотрел на свою рану и неудовлетворительно нахмурился. Осколок очень глубоко задел кожу. Кровь уже испачкала рукав его свитера. Парень накрыл второй рукой рану и кисло улыбнулся: — Тебе лучше не смотреть. Тут и мясо видно. Зашивать надо. — Это и ежу понятно. Садись! — Лера подтолкнула его к стулу, а сама быстро помыла руки в раковине. К счастью, в аптечке были и иглы, и нити, которые она привезла с собой, как настоящий медик-параноик. — Ты врач? — удивлённо спросил парень, смотря за её чёткими действиями. — Да, — быстро ответила Лера и села рядом с ним на колени. — Дай руку, господи! — Я Кирилл, — сказал парень, взъерошив второй рукой свои тёмно-каштановые волосы. Он внимательно смотрел, как она сосредоточенно зашивает его рану. — А ты? — Какая разница? Мы видимся один раз в жизни. — Ну… Я просто в районной больнице работаю. И может быть, ты когда-нибудь попадёшь ко мне в отделение с травмой… — В районной? — Лера закусила губу. В голове появилась идея. — А в Новый Год работаешь? — Да, я дежурю всю ночь. Смотрю за больными. У нас карантин… А ты зачем спрашиваешь? — напрягся Кирилл. Лера закончила зашивать, налепила пластырь и победно улыбнулась: — Ты не мог бы… — Отпраздновать с тобой? — Кирилл, аки ловелас, улыбнулся девушке. — Что?! Да Боже упаси! — Леру аж передёрнуло. Она помотала головой и продолжила: — Я хочу попасть в одну палату, чтобы отметить с подругой Новый Год. Кирилл разочарованно вздохнул, явно рассчитывая не на это, и сказал: — Нет, я тебя не пущу. У нас карантин. Всё строго. Но идея уже родилась в голове Леры, и она лихорадочно продумывала план. Она посмотрела в окно. На подоконнике пестрела авоська спелых мандаринов. — Я, пожалуй, пойду… — буркнул Кирилл, уходя в коридор. — С наступающим. — Ага… И тебя, — ответила Лера, погружённая в свои мысли. Её взгляд так и застыл на мандаринах. *** 31 декабря, 23:34 Лера Суркова: Какой этаж? Рада Алуева: Третий. Мои окна выходят на парковкуЛера Суркова: Ок. Жди! Лера убрала телефон в карман пуховика, застегнула молнию и осмотрела тихую парковку около больницы. Почему-то зима сегодня решила, что если Новый Год, то снега нужно ещё больше. Поэтому он сейчас и шёл. Огромными пушистыми хлопьями, сугробы росли, как на дрожжах. Ещё и температура опустилась до невероятного для девушки с Кубани минуса. Но Лера вооружилась несколькими свитерами, шарфом и тёплой ушанкой, в которой она и приехала. В чёрном рюкзаке за спиной была бутылка шампанского, стаканчики и авоська мандаринов. — А ты уверенна, что всё получится? — тихо спросил у неё Даня, которого она тоже впутала в эту историю. Как Лера и подозревала, похоже, у Дани были кое-какие чувства к её подруге, раз услышав о её болезни, он сразу согласился на опасную авантюру. — Да, уверена! Как может быть иначе?! — Лера кисло посмотрела на него. — Не бойся. Я замолвлю за тебя словечко перед Радой. Она тебя наконец заметит. — Ты только помалкивай перед ней про это! — предупредил её парень и выдохнул. — Третий этаж… Высоко, чёрт возьми. — Никто не говорил, что будет легко. Если изнутри нас не пропустят к ней, то мы попадём снаружи! — ответила Лера и уверенно подошла к одному окну, у которого появилась обеспокоенная неожиданным планом подруги Рада и открыла его. — Ребят! Вы что задумали?! — крикнула она, сложив ладони рупором. — Мы отпразднуем Новый Год с тобой! — прокричала в ответ Лера. — Ты должна поймать лестницу! — Что?! — Ничё! Щас разберёмся! Лера посмотрела на Даню и кивнула: — Давай свой коптер. Даня тяжело вздохнул, явно уже жалея об участии в этом, и достал из сумки большой чёрный коптер. Включил его и сказал: — А она точно поймает лестницу? — А куда она денется? Щас будет нокаут по… Как его, Фрейду! — Лера подмигнула ему и прокричала Раде. — Мы твои любимые мандарины взяли! Невпечатлённый Даня хрипло хохотнул: — Ты серьёзно?! Лера раздражённо цокнула на него: — Блин, да! Давай цепляй уже карабины! Откуда они достали спасательную двадцатиметровую лестницу история умалчивает. Однако они её достали, что было отлично для достижения цели. Подцепив карабин к коптеру Дани, он взлетел и подошёл к окну Рады, которая смотрела на это всё беспомощными глазами. — Я не буду в этом участвовать! — прокричала она вниз. — РАДА, НУ Ё МОЁ! ХВАТАЙ ДАВАЙ! — взбешённо заорала Лера, и Даня чуть не вздрогнул от её крика. — МЫ ВСТРЕТИМ НОВЫЙ ГОД ВМЕСТЕ, КАК И ХОТЕЛИ! ДАВАЙ! Рада тяжело вздохнула, но всё же улыбнулась. Повезло ей с подругой… Она осторожно сняла карабины лестницы с коптера, и он медленно опустился на снег. — Прицепи их к батарее! — посоветовал ей Даня, и Рада неуверенно кивнула, рассматривая лестницу. Кое-как прицепив карабины, она вдруг подумала: «Зачем я в этом участвую?! Они же упадут…» — Мы не упадём! — крикнула Лера, будто прочитав её мысли. — Здесь не так уж и высоко! А если упадём, то в в сугроб! Ну, вот это как раз являлось чистой правдой. Под окнами было очень много свежевыпавшего мягкого снега. Ну, умереть они точно не должны! Верно же?.. Лера подёргала лестницу, убедившись, что она крепко держится. Потом повернулась к Дане и приглашающе махнула рукой: — Джентльмены вперёд! — Я?.. Ты серьёзно?! — Похоже, что я шучу?! Давай, поднимись в глазах Рады! — Рискуя жизнью?! — Максимум, что тебе будет от падения это перелом! Гарантирую! (гарантиям не верить, в жизни такое не повторять!) Они ещё немного поприперались, да так громко, что соседки Рады по палате выглянули в остальные окна, чтобы посмотреть на самоотверженных друзей. — Ну, Рада, они у тебя и мощные! Ты таких хороших не упускай! — сказала пожилая женщина, на что Рада неловко улыбнулась. — Я знаю… И не упускаю. Тем временем, на земле наконец решили, кто первый полезет по лестнице. Так как Даня наотрез отказался верить гарантиям Леры, то первой полезла она, сняв рюкзак, чтобы уменьшить риск падения. Даня был готов, если что, поймать её. — Хреновый из тебя спасатель, блин… — выругалась Лера, начиная своё восхождение. Она лезла медленно, чтобы не соскользнуть. Уже почти у финиша, Лера почувствовала, как с её головы грозиться слететь ушанка. И как на зло зачесался нос. — Давай, Лер, ещё немного! — ободряюще сказала краснеющая из-за мороза Рада. Она кашлянула в кулак и улыбнулась. — Рад, у тебя опять поднимается температура? — нахмурилась Лера, щуря глаза из-за лезших в них снежинок. — Лезь давай! — У меня нос чешется! И шапка спадает! Рада молча закатила глаза и легла на подоконник, высунувшись из окна и протянув руку к Лериному носу. Лера благодарно улыбнулась: — Спасибо… А теперь быстро назад! Ты болеешь, оденься хотя бы! — А ты сначала залезь! — фыркнула в ответ Рада и протянула к ней руки, когда она взобралась ещё выше. — Хватайся! Лера взялась за её руку, и, не без помощи других обитателей палаты, её затащили внутрь. Лера, конечно, сбила ботинками горшок с геранью с подоконника, и упала, придавив к полу больную Раду, но чувство одиночества наконец покинуло её. — Лера… Больно, дура… — прошипела Рада и снова закашлялась. Лера быстро встала и залепетала, помогая ей сесть на кровать: — Ой, прости-прости-прости! Я не хотела! А теперь быстро завернись в одеяло. Тебе может стать хуже! — А парень? — спросила одна из девушек, которая подошла к окну и теперь во всю рассматривала Даню. — Сначала рюкзак, а потом этот трус… — устало фыркнула Лера и подошла к окну. — Э, Верин! Привяжи рюкзак! Парень посмотрел на неё, прищурился и кивнул. Кое-как прицепив рюкзак к ступеньке лестницы дополнительным карабином, он дёрнул за верёвку. Лера облегчённо улыбнулась и начала тянуть лестницу к себе. Когда рюкзак оказался в её руках, она отцепила его и осторожно поставила у стены, чтобы не разбить шампанское. — А теперь ты лезь! Мы тебя ждём! — крикнула она Дане и показала палец вверх. Тот, скептично настроенный на своё восхождение, только вздохнул и кивнул. Где-то на уровне второго этажа он внезапно остановился и шокированно уставился в большое, немного запотевшее от его агрессивной отдышки окно. Лера, держа лестницу на всякий случай, нахмурилась и прорычала: — До Нового Года десять минут, ты залезешь наконец или встретишь его, мотаясь на веревочной лестнице?! — Там… Там врач… Он меня увидел. — сглотнув, ответил Даня. — Он, кажется, идёт к вам. — Блин, вот чё ему не сидится… — раздражённо выдохнула Лера и поторопила его. — Давай скорее! А то он щас закроет окно, и ты реально встретишь новый год на лестнице! В этот момент кто-то схватил Леру за плечо, и она, вздрогнув, резко развернулась. Прямо перед ней, источая чёрную ненависть, стоял новый знакомый Кирилл в белом халате доктора. — Вы чё устроили?! — рявкнул он, больно сжав её плечо, и Лера вскрикнула. — Ты?! — Отпусти! — она вывернулась из его хватки и обиженно сказала: — Ты сам не захотел помогать! — И ты решила грохнуться с верёвочной лестницы?! Ты в своём уме?! Хочешь, чтобы я потом тебя собирал по частям?! — Кирилл закрыл глаза, помассировав лоб. — Боже, если бы я знал, что ты это сделаешь… — Эм… Кто-нибудь поможет мне? — тихо попросил Даня, цепляясь за подоконник из последних сил. — У меня пальцы уже замёрзли… — Даня! — вопреки наказу Леры, Рада встала с кровати подошла к окну помогая парню залезть. — Да у тебя руки ледяные! Идём скорее! Девушка усадила его на свою кровать и накрыла его ладони одеялом, быстро растирая их. Какая-то из девушек, которые делили с Радой палату, посмотрела на часы и вдруг сказала: — Ой! Новый Год через пять минут! — Доставайте из рюкзака шампанское и мандарины, — пытаясь согреться, сказал Даня. — Вы хоть понимаете, что наутро заболетее, как и все здесь?! Не зря же объявили карантин! — яростно выдохнул Кирилл, но все девушки и Даня на него уставились. — Что? — Сегодня же Новый Год, Кирилл! — горячо возразила Лера. — Мне вообще всё равно в каком состоянии я буду, лишь бы отметить его с подругой, с которой мы увиделись впервые за пять лет! Для меня это дороже всего на свете! И я готова заразиться от неё, если надо! — Я тоже пришёл сюда ради Рады, — поддержал Леру Даня и обнял удивлённую Раду за плечи. — И мне тоже пофиг на болезнь. — Они правы! Это же такой семейный праздник! Его надо отмечать всем вместе! — сказала одна девушка, которая помогала всем раздавать стаканчики с шампанским. — И вы берите! Она протянула пластиковый стаканчик с золотистой жидкостью Кириллу. Он недоумённо уставился на шипящие внутри пузырьки. — Ну скорее! Новый Год через несколько минут! — подтолкнула его Лера. — Или ты хочешь встретить его с коллегами? — Что за… Я пришёл сюда, чтобы вы отсюда ушли, так как нарушаете карантин, — вздохнул Кирилл и взял стаканчик. Он посмотрел вдруг на Леру, которой также дали шампанское, и сказал: — Ты ведь серьёзно заболеешь. — Ой, да ладно! Я на всё готова ради любимых! — отмахнулась девушка и вдруг сказала: — Я, кстати, Лера. — А когда вы успели познакомиться? — хитро спросила Рада, подойдя к подруге и схватив ту за плечо. — Лер? — Да так… Я потом тебе расскажу, — смущённо ответила Лера и ткнула Раду в бок. И тихо сказала: — Не нарывайся… А то начну приставать к тебе с Даней. — Да приставай. Я же знаю, что ты и так будешь это делать! — со смешком фыркнула Рада, и они обнялись. — А этот врач красивый. Хороший вкус, подружка! — Ну Рада! — Ну Лера! — поддразнила её Рада, и они снова рассмеялись. — Кхм… Не хочу вас прерывать, но я всё слышу вообще-то, — тихо кашлянул Кирилл, который смущённо оттянул ворот рубашки и покраснел. — Рада! Блин, твой язык без костей! — ахнула Лера и ущипнула подругу за руку. — Ой, ладно тебе. Это даже хорошо, что вы всё слышите, — улыбнулась Кириллу Рада и тихо сказала, подмигнув Лере: — Приходите к нам домой, когда будете свободны. Но вход стоит пакет мандаринов, ясно? — Ага… — Кирилл обалдело посмотрел на Леру и вдруг нервно хихикнул: — А почему мандарины? — Ну как… Лера у нас приезжая, из Краснодара, её легко может свалить наш холод, поэтому нужны витамины! — Ах так, Рада… — мстительно прошептала Лера и позвала Даню: — Эй, Дань, заберёшь Раду после выписки? И свози её в кафе, напои чаем с пирожными. Она слаба перед сладостями! И мандаринами! Абхазкими! «Лера, я тебя убью!» — читалось во взгляде постепенно краснеющей Рады, но Лера, хихикая, показала ей язык. — Ну, ладно, девочки, ваши желания исполнятся в Новом Году, — сказал Даня, хитро посмотрев на Раду, и подошёл к ним. Он взглянул на свои наручные часы. — Эй, народ! Куранты! Один!.. Два!.. Все улыбнулись и начали считать хором. — Три… Четыре!.. Пять!.. Шесть!.. — Рад, а знаешь, я счастлива, что приехала, — прошептала на ухо подруге Лера. — Я тоже! — улыбнулась ей Рада. — Одиннадцать!.. Двенадцать! С Новым Годом! С Новым 2024 годом, друзья! Пускай и в вашей жизни будут такие же ненормальные, но верные и добрые друзья!