Как густая карамель, время тянулось, утопая в волнах солнца.

Однажды Хоукай ходила по испепеленному Ишвару. По потерявшей плодородство почве. Песок вперемешку с пеплом и кровью создавал до безумства тошнотворный запах. Её отряд выбрал самое отдаленное месторасположение от алхимиков. Сотый день без нормального сна заставлял терять концентрацию. Военные словно злые цепные псы становились с каждым днем более жестокими. Они упивались собственной силой в ответ на слабость ишваритов. И была ли готова Хоукай к такому повороту событий? Определенно нет. Риза могла плутать вокруг своего лагеря часами проводя все время в безмолвном молчании. Дневное солнце разогревало песок подобно углям. Наполовину развалившиеся дома отбрасывали тень на раскаленном зное. Отблеск солнца из затемненного здания в ее оружие насторожило девушку. Подходя ближе она была не готова. Не готова стрелять, не готова смотреть и думать. В углу под разбитой напрочь лестницей стоял мальчик двенадцати лет. Темная кожа,красные глаза и худощавое тело. Ишварит. В тонких кистях у него лежал грязный, перепачканный кровью револьвер. Он ведь просто ребенок. Ему страшно, голодно, и быть может ему стоит уйти, убежать. Рука машинально потянулась к винтовке, словно на автомате этот груз без труда лег в руку девушки. Первоклассный стрелок не может промахнуться, не может не нажать на курок. Вот только как перебороть здравый смысл, что этот ребенок вероятно даже не умеет держать тот револьвер. - Ястребиный глаз! Черт возьми, стреляй. Этот парнишка собирается взорвать тут все! - Хриплый голос багрового алхимика прорезал тишину. Хоукай обернулась, увидев одного из самых известных в лагере алхимика. Зольф Дж. Кимбли - багровый алхимик, особенно жестокий и беспринципный. - Стреляй, или ты хочешь потерять свой отряд! Будучи юным кадетом Хоукай должна была поддаться приказу. Но замешкавшись Риза совсем не увидела как этот маленький мальчуган направил на нее свое оружие. В отличие от нее, он не сомневался в том, что делает. Звук выстрела пронесся сквозь зной и пуля притупив боль попала в бедро девушки. -Чертовы курсанты, - багровый алхимик злостно прошипел, складывая руки для печати. Риза помнила кто она. Ежеминутно, ежесекундно. Второй звук выстрела раздался настолько громко и быстро, что Кимбли не успел использовать алхимию. Мальчик свалился сразу же, а за его спиной был пусковой механизм. Кровь сочилась по бедру пачкая песок собственной кровью. - Уходи прочь, скоро здесь все взлетит! - Кимбли стоял неподалеку так и не шелохнувшись с места. Хоукай бы рада, вот только пуля все еще была в ноге. Она не прошла на вылет, и Риза чувствовала как бедренная артерия пульсирует, а горячая кровь вовсе не останавливалась. В самом пекле она не желала видеть его, как человека, что доверила ему эту тайну, что теперь уже сжигает все на своем пути. - Вставай! Можешь идти? Полные боли, не знающие страха черные, как уголь глаза. На плечах погоны майора и возможно груз огромной ответственности перед ней. - Элизабет, - ворох воспоминаний иссяк так же быстро, как появился. Тень прошлого горько оседала на самом кончике языка и фантомной болью переместилась со спины в бедро. - Полковник, простите, задумалась. О чем вы говорили ? - Лейтенант Хоукай, когда мои руки коснулись истины и мои глаза потеряли свет, после пробуждения среди белого шума я чувствовал только тебя. Я был слеп, но вне сомнений я знал, что ты рядом, что ты ранена, и что я начал ощущать острее. Вот что ты ощущаешь жизнь возвращая. - Полковник Мустанг,давайте выпьем. Искать алкоголь в квартире огненного не представлялось долгим занятием. Портвейн стоял на кухонном столе, как и два бокала рядом. И Хоукай могла догадываться о том, что второй всегда принадлежал Маэсу. Огненный угрюмо посматривал время от времени в окно. После того, как к нему вернулось зрение он смотрел куда- то слишком далеко. Дальше призрака прошлого Ишвара, дальше смерти Хьюза, дальше всего этого чертова мира.