Часть 3

— Ты безнадежна, — я пытаюсь не уснуть за партой, когда на соседний стул падает Дима и шепчет мне на ухо такую неприятную фразу. Что стряслось? Вчера после клуба мы не виделись, Андрей ушел за свой столик, а мы даже не разговаривали. Я вызвала такси, Дима проводил меня до машины, и этим всё закончилось. Аню, кстати, я со вчера так и не видела. Первая пара через три минуты, а ее все ещё нет. Надеюсь, что она не потерялась в толпе своих ухажёров, а банально проспала. Трубку тоже не берёт. — Что уже случилось? — поворачиваю голову к Диме, как вдруг он целует меня в губы, прижавшись на пару секунд, снова вгоняя меня в ступор. Я искренне надеялась, что вчера была разовая акция, и этого больше не повторится. — Никогда так больше не делай! — шиплю, показательно вытирая губы. — Ты случилась. Видимо, придется найти новую кандидатуру для помощи. Ты реально безнадежна. Смотришь на него, как на божество, забывая, что это я твой типа-парень. Ещё и губы вытираешь. Любишь меня наверное, да? — А что ты предлагаешь? Целоваться с тобой каждую свободную минуту, чтобы все поверили, что у нас любовь? Меня злит, что Дима в меня не верит, и я начинаю тихо рычать на него. Что он хотел от меня? Я не актриса, чтобы идеально отыгрывать свою роль. И вообще, сам кашу заварил, вот пусть и отвечает за это. Втянул меня в свои игры, а теперь пытается выставить виноватой в каких-то неудачах. Ну-ну. — Не каждую свободную, но губы могла бы и не вытирать. Хотя бы не тогда, когда смотрит Андрей. Ну не поверит же нам, цыпленок, — Дима злится, а я закатываю глаза. Он достал называть меня этим прозвищем. Медленно поднимаю глаза, чтобы найти взглядом второго Семёнова, и замечаю, что он действительно смотрит на нас с ухмылкой. Ладно, если мы расстанемся сейчас, то он быстро обо мне забудет, ведь мы ещё даже не подружились. Блин... Дерьмовая затея, чувствую, что дерьмовая. Но веду себя, как жук-навозник. Чтобы обходить это дерьмо стороной, я скатываю его в шарик и тащу за собой, все наращивая и наращивая количество. — Ладно, — вздыхаю, возвращаясь взглядом к Диме. Это явно будет сложнее, чем мне казалось вчера. Все же мохито сделал свое дело: я снова влипла в какую-то хрень. — Я буду стараться. — Вот и умничка. Бесит!

***

Стою у входа в универ, пытаясь дозвониться Ане. Эта курица не пришла ни на одну пару из четырёх, и до сих пор не соизволила взять трубку. Я, блин, переживаю! Мало ли, что с ней могло случиться? — Алло, — в трубке слышится голос зомби, не меньше, и я почти впадаю в панику. Украли, изнасиловали, издеваются? — Боже, ты где? Ты в порядке? Куда приехать? — Я дома, — хрипит подруга, — не знаю, жива или нет. Если приедешь, захвати пожалуйста минералки, я о-о-очень сильно перебрала. — Алкашка, — недовольно хмурюсь, но все же вздыхаю с облегчением: она жива, это самое главное. — Приеду сейчас, жди меня. Бросаю трубку и вздрагиваю, ощущая на плече сильную руку. Поворачиваю голову и встречаюсь глазами с Андреем. Он улыбается как-то слишком мило, прижимая меня к себе, а я пытаюсь держать себя в руках и не терять дар речи. Ладно, только за эти моменты я готова подыгрывать Диме столько, сколько потребуется. Даже если мы не станем с Андреем парой, я хотя бы на несколько мгновений могу быть счастливой в его руках. — Привет, красотка, — говорит он, и я заправляю за ухо прядь волос, улыбаясь. Флиртую? Ну, стараюсь. Делать я этого не умею, но как-то само собой получается рядом с ним. — Привет. — Как насчёт того, чтобы хорошо провести вечер? Шестерёнки в моей голове останавливаются, не собираясь помогать переваривать мысль. О чем он? Нет, конечно, хотелось бы, чтобы о том самом, но вряд ли же, да? Он ведь хороший парень, в отличие от своего брата. Знает, что я в отношениях и никогда не предложит подобного, я уверена. — Что в твоём понятии хорошо? Ну вот, Кать, молодец, даже голос почти не дрожит. Осталось ещё добавить себе немножко уверенности, и он даже не поймет, что у тебя на него стоит там, где стоять не может. — Мы с друзьями собираемся играть в мафию вечером, приходи. — Мы придем, — слышу сзади голос Димы и еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Вот чё ты припёрся, а? — Ах, ну да, вы же вместе... — Андрей убирает руку с моего плеча, а я едва не скулю от досады: было слишком хорошо ощущать его прикосновения. — Адрес знаешь, — хмуро говорит он Диме, а потом поворачивается ко мне, — буду рад тебя видеть. — Да, я тоже... — не успеваю договорить, потому что Андрей уже скрылся из поля зрения за поворотом. — Зачем ты припёрся, а? — поворачиваю голову к Диме, складывая руки на груди. Бесит, блин! — Затем, что я твой парень, — он пожимает плечами и притягивает меня к себе за талию, начиная спускаться по ступенькам от входа. — И что ты должна обниматься со мной, а не с моим братцем, чтобы не выставить себя маленькой шлюшкой. — Да ты охренел? — сбрасываю его руку и отлетаю на пару метров в сторону. Этому хамству просто нет предела. Сам это все придумал, а я теперь должна ещё и оскорбления выслушивать? Нет, это уже чересчур. — Кто из нас двоих ещё шлюшка? Это ты любитель лезть под все юбки, которые видишь на горизонте. — И каждую такую юбку твой милый Андрюша пытается у меня отбить, — хмыкает Дима, вставая напротив меня. — Задумайся, цыпленок. Я пытаюсь понять, что он хочет до меня донести, но не очень понимаю, если честно. Тело все ещё хранит тепло от рук Андрея, и на Диму мне немного плевать, да и слушать его бред не слишком хочется. — Прекрати назвать меня цыплёнком, — хмурюсь и ухожу вперёд, с трудом расслышав тихое: — А ты перестань быть великой слепой. — Слушай, — разворачиваюсь на пятках и неожиданно врезаюсь в Диму. Я не ожидала, что он шел так близко. Падаю, но тут же оказываюсь поймана сильными руками. Дима притягивает меня ближе, заставляя внутренности отчего-то сжаться в тугой комок. — Слушаю. Говори, — тихо, почти холодно и безразлично говорит Дима, пока я лежу в его руках, расслабившись, и молчу как рыба. — Ты или говори, или вставай, а то ты, конечно, цыпленок, но весишь явно побольше. — Ах ты... Козёл! — вырываюсь из его рук и снова убегаю вперёд. О чем с ним вообще разговаривать? Ничего я не собираюсь ему доказывать, толку? У этого Димы только он один на уме. — Никогда не отрицал, что козёл, солнышко, — смеётся мне вслед, уже не пытаясь догнать и пойти рядом. — В пять приду за тобой, не вздумай опаздывать, поняла?