Часть 1

Мне надо было написать историю про рождественские посиделки. Так уж вышло. Я подписалась в один челлендж… или флешмоб? Это вообще разные вещи, да? Как все сложно, мне не понять… Поначалу я не ожидала проблемы. Написать маленькую историю — разве это трудно? А потом как-то так получилось… навалились проблемы со здоровьем, с работой, и прочее, и прочее. Помимо прочего, я никогда не праздновала Рождество, соответственно и опыта рождественских посиделок у меня не было. Нет, я умею, конечно, описывать то, с чем не сталкивалась лично. Я и волком не оборачивалась (а жалко!), и на драконе не летала… Вот только никто из читателей тоже на драконе не летал, так что уличить меня в ошибке там никто не смог бы. Здесь, в общем, тоже, ведь я догадываюсь, что эти самые посиделки у всех проходят по-разному. Но вот почему-то застопорилось у меня. А время шло, приближался дедлайн. И я махнула рукой. Не напишу так не напишу, судьба такая, не корову проигрываю… Крайний срок наступал завтра. До позднего вечера я пыталась что-то придумать и наконец легла спать. И уже не увидела, что происходит ночью в моей комнате. А если бы я случайно проснулась, то могла бы увидеть, как сама собой засветилась новогодняя гирлянда над окном. И в этом свете зашевелились, оживая, мои игрушки. Да, у меня есть свои игрушки, что такого? Чем я хуже моих детей? Им можно, а мне что, нельзя? Первым ожил ангелочек, висящий на стене. Наверное, правильнее будет сказать «ожила», потому что личико у ангелочка было явно девичье, и длинные волосы, и старинное платье, из-под которого трогательно выглядывают босые ножки… Но, увы, феминитивы от слова «ангел» не отличаются благозвучностью. Ангелок взмахнул… нет, пусть будет взмахнула крыльями, и ниточка, на которой она была подвешена, вдруг словно растаяла в воздухе. Ангелок сделала круг по комнате, на миг зависнув надо мной (кажется, мне в этот момент что-то хорошее снилось), а потом слетела на подоконник, села на край цветочного горшка и огляделась, словно ожидала кого-то. Тогда зашевелился висящий на оконной раме Кофейный кот, встряхнулся, избавляясь от своей ленточки-подвески, замахал куцыми крылышками и опустился к Ангелку. — Ну и что мы будем делать? — сходу требовательно спросила Ангелок. — А что случилось-то? — мурлыкнул Кот. — Я ничего не знаю. — У хозяйки неприятности, — ответила Ангелок. — Нет у нее никаких неприятностей, — раздался голос откуда-то сверху, и на подоконник красиво спланировала Синяя кошка. — Для этого у нее есть я, чтобы от неприятностей защищать. — И кстати, это тебе она хозяйка, — заметил Кофейный Кот, — а у нас, котов, хозяев нет. Нам она просто человек. — Наш подопечный человек, — добавила Синяя кошка. Они с Кофейным котом изумительно смотрелись рядом — оба кошки и оба с крыльями, но при это полная противоположность друг друга. Кофейный кот — толстенький, уютный, доброжелательно улыбающийся всем вокруг, Синяя кошка — хищная, настороженная, недоверчиво оглядывающаяся по сторонам. Впрочем, это не мешало им ладить. Они честно делили обязанности — Синяя кошка берегла дом от бед, Кофейный кот создавал в нем уют. — Ну и какие у нее неприятности? — переспросила Синяя кошка, нетерпеливо взмахнув хвостом. Кофейный кот посмотрел на нее с завистью. Он не завидовал ни широким, прямо-таки орлиным крыльям Синей кошки, ни длинным стройным лапам, но вот хвост… Такому хвосту каждый позавидует. — Она должна написать маленькую историю, — ответила Ангелок. — А у нее не получается. — Так а кто ей мешает? — спросила Синяя кошка. — Если кто мешает, ты мне только скажи, я с ним разберусь! Синяя кошка выпустила когти и оскалилась. — Никто не мешает, — вздохнула Ангелок, — просто ей не пишется. — Чем же мы можем ей помочь? — удивился Кофейный кот. — Я писать не могу, у меня лапки! И в подтверждение он вытянул вперед свои коротенькие конечности, которыми действительно невозможно было ничего написать. — А что ты тут тогда делаешь? — Я уют создаю! Запах кофе, тепло, мурчание над ухом, все дела… — Тепло создают батареи, а кофе хозяйка сама заваривает! Так что ты не перетруживаешься, мог бы и вдохновлять ее заодно. — Кого тут надо вдохновлять? Пока мои крылатые игрушки спорили, ожила ещё одна, маленькая японская кукла в ярком кимоно. — Здравствуй, О-Цую ! — обрадовалась ей Ангелок. — Нашу хозяйку надо вдохновить на рассказ о рождественских посиделках. — Вдохновить? — задумчиво повторила О-Цую. — Разве кошки могут кого-нибудь вдохновить? Это же обычные кошки, даже не бакенеко ! Из вас всех вдохновлять могу только я. — Ну так и вдохнови! — потребовала Ангелок. О-Цую смутилась: — Я не уверена, она же женщина… Ну, я попробую… А на что именно ее надо вдохновить? — На рассказ о рождественских посиделках, — терпеливо повторила Ангелок. — Но в Японии нет рождественских посиделок, — растерялась О-Цую. — А почему ты сама не вдохновишь ее? Рождественское — это же по твоей части, разве нет? — Да как сказать, — вдохнула Ангелок, — меня вообще-то в Китае сделали… кстати, как и тебя. Так что знаем мы одинаково. — Ну давай попробуем, — предложила О-Цую. — А все-таки, на что вдохновлять? В смысле, сюжет какой должен быть у рассказа? — А давайте про то, как мы тут сидим вместе и разговариваем, — предложил Кофейный котик. — У нас елки нет, — возразила Синяя кошка. — На Рождество должна быть елка. Зеленая и с украшениями. — А это не годится? — Кофейный кот указал на цветущую бугенвиллею. — Она зеленая, а цветы как украшения. — Думаю, годится, — решила Ангелок после некоторого раздумья. — Все равно ничего другого мы сейчас не придумаем. — Тогда давайте посидим вместе, поговорим о всякой всячине, а потом будем ее вдохновлять написать это, — подытожила О-Цую. Ничего этого я, конечно, не видела и не знала. И утром села за ноутбук в полной уверенности, что ничего не смогу написать. Но следовало хотя бы попытаться, и я честно начала: «Мне надо было написать историю…» А дальше оно как-то само пошло.