Глава 1

Всё, что мы видим — это то, что мы можем воспринять как данность. Изведанное допустимо, лишь изведанное приемлемо. Но что было бы, если появилось неизведанное? То, что жило бы в тени? Чёрное клеймо — Дьявол и белое — Ангел. Две неизведанные сущности, которые живут в мире, где нет место человеку. Разве бывает одна масть? А если масти будет две? Может быть ли влюблен Ангел добра в Ангела Смерти? А может это всего лишь игра двух личностей, судьба которых достигла своего Апогея? Всё возможно, но не все ясно. Ясность в событиях — это ещё одна игра, в которую играют судьбы людей. Постижимое — всего лишь маленький осколок острого камня… Очевидное, непоправимое, не знающее свое предназначение существо ищет причину, чтобы жить в этом мире грехов и страданий. Скажите, а что, если бы вы увидели существо похожее на фею? Наверное, вы уже бы загадали желание или сделали ее своей рабыней? Многие люди боятся того, кто превосходит их силой или числом, а возможно, и тем, и другим. Почти все существа, которые живут под солнцем или в тени исчезают, лишь увидев того, кто сильнее… Слабость — не допустимое чувство для тех, кто хочет казаться сильным. Верность уже давно не в моде, любовь — подавно. *** Моя жизнь отличается от людской, она полна тайн. Но лишь одна ошибка может стоить жизни или же свободы. Прогулка делает людей счастливее. Животные, птицы и растения дают радость тем, кто ещё ищет причину радоваться жизни. А ведь не так давно я тоже была свободна. Одна ошибка, один раковой шаг лишил меня свободы. Ночь, день, утро, обед, вечер. Сутки напролет я пытаюсь найти выход из этой клетки, но у меня не выходит. Все эти люди называют меня чудовищем, монстром, нечистью и чадом родившемся из ада. Обидно, а ведь я спасла жизнь молодого парня, который умирал, попав в капкан. Скоро, очень скоро придет день, когда я освобожусь от этих оков, которые держат меня здесь. Слышу шаги, кто-то идёт сюда. Забавно даже, я голодна и очень зла. Дверь открылась, впуская свет и человека, которого я терпеть не могу. Он оторвал мое ухо, и теперь оно у него. Жмурясь от света, который проникал в мою клетку, зло смотрю на этого монстра. Ненавижу. Убью, но только при удобном случае. — Ну что, мразь, тебя купили, — что? Новые хозяева? Ну уж нет, хватит меня покупать! Я не товар, чтобы мной торговались. При первой же возможности нужно сбежать, — и без глупостей, ты поняла меня?! — его крик больно бьёт по перепонкам. — Я слышу тебя, не стоит так кричать, как резанная свинья! — прикрикиваю, пытаясь освободиться. Но черт возьми, у него крепкая хватка, не получается вырваться на волю. Удар по затылку, на время теряю зрение, ненавижу. — Ненавижу, я ненавижу тебя, слышишь, гнида?! — хватает меня за шею и душит, всё, думаю, наконец обрету покой. Но нет, он отпускает со злыми словами: — Не будь ты дорогостоящим товаром, которого купили за бешеные деньги, я бы тебя убил на месте за такие слова, дрянь! — снова удар, по виску стекает черная кровь. Меня выводят из этой клетки в другую, более просторную клетку. И в чем разница? Слишком долго я пробыла в темном помещении, глаза режет от яркого солнечного света. Больно, жмурюсь, впиваюсь ногтями в свои же ладони. — Держите её в клетке, детей к ней не подпускать, ещё убьет их, чтобы сбежать из вашего дома, и вот это тоже держите, это ее крыло, без него — она слаба и не сможет причинить вам вреда. — скалюсь, ненависти во мне к этим смертным больше, чем уважения. К клетке подошла девочка с темными волосами, и глазами цветом обсидиана. — Привет, я Лара, а тебя как зовут? — её тонкий девичий голос пронзил мои перепонки. Безразлично смотрю на это маленькое чудовище, которое стоит, улыбаясь. Эти людишки даже не достойны того, чтобы на них обращали внимание. Поэтому не ответив этой наглой девчноке на ее вопрос, сажусь в дальний угол клетки. Наблюдаю за происходящим со стороны, бесят эти человечки, я лишь хочу быть свободной, а не запертой в клетке фея, фея без одного крыла… — А почему у нее одно крыло? , — на моем лице упала тень усмешки… Я тогда этого человека чуть не порвала на куски… 13 лет назад: Хэй, смотри, кого я тебе поймал. «идиот, я спасла тебя, а ты так со мной поступаешь. Вот тебе и благодарность», Я не понимала, что от меня хотели, но интуитивно я пыталась скрыться или бороться. Мне говорили, что люди жестокий народ, который даже своих не щадит. Как же мои родные были правы… — Что это за чучело? — сам ты чучело, урод. — Это? Это фея, я ее поймал возле озера с водопадом. «ага, как же, теперь спасение твоей шкуры так называется?» Она там была совсем одна, я схватил ее и поволок сразу на рынок, чтобы продать. «неправада это! Он врёт, как дышит, а дышит, как я заметила, очень часто». Говорят, феи — волшебная раса, приручить их не так просто, хотя это возможно, достачно оторвать крыло, и они готовы на все, чтобы заполучить его обратно, ведь в крыльях фей таится их жизненная сила, которая не дает им умереть. Если оторвешь крыло, то ты считаешься их хозяином, ибо если надавить на крылышо, то феям будет очень больно, — тварь, как он догадался?! Ублюдок недоделанный! — Сколько ты хочешь за нее? — покупают, как какой-то товар, не имеющий право на жизнь. Когда он меня купил и грубо взял меня за волосы, я вырвалась из его хватки и хотела убежать, как этот человек схватил мое крыло и резко потянул на себя, тем самым оторвав его. Это было адски больно. Тогда я набросилась на этого монстра, выколола ему его глаз. Но меня скрутили, заперев в клетке. Забавно, но даже сейчас я вспоминаю как он кричал, что убьет меня. Они столько мне боли причинили, что им нет прощения. *** Дом, куда меня привезли, был огромен, здесь можно было затеряться. Интересно, что будет со мной? Шесть колонн, которые держали этот особняк, чтобы он не рухнул, были из белого золота. Большие окна, которые выходили на зелёный сад, ковры из натурального меха волка и соболя. Н-да, губа у этих вельмож не дура. Сбросив маски «добрых родителей», взрослые тут же приказали слуге увести девчонку в ее комнату и запереть её на замок. Девчонка плакала и кричала, что она больше не может сидеть взаперти. Кажется, она тоже находится в клетке. А мою клетку было велено закрыть в подвале. Отличное начало дня! Ничего не скажешь. Бесит. Высокомерный, самовлюблённый и эгоистичный граф Великобритании лишь усмехнулся, заметив презрение в моих глазах. Терпение, скоро все это закончится. Девчонка вырастит и, возможно, выпустит меня на волю. А я буду ждать этого дня, как манну небесную, ей богу. Или можно взять в плен девчонку, подставить к ее горлу свой острый клинок, который всегда со мной, и воспользовавшись слабостью у этих снобов, освободить себя от рабства клетки? Хах, абсурд, даже если у меня выйдет взять под клинок девчонку, эти люди даже ухом не поведут, чтобы освободить свою дочь от моего клинка. А ещё у графа мое крыло. Странные эти люди… Никогда их не понимала, и никогда не пойму. Ну и ладно, не многое теряю. Подвал, у них, конечно, холодный, как-то место, где меня держали. Каждый раз, когда я думаю о свободе, и том, что меня ждёт — усмехаюсь. Ибо забавно думать о том, чего никогда не будет… Возможно, я навсегда потеряла свободу. Феи не слабые, но если их держать в холодном помещении, не кормить, не поить и не выводить на свет, они чахнут и становятся очень слабыми. Как бы я хотела сбежать в свой мир. Черт меня дёрнул придти в человеческий мир… — Хэй, ты тоже хочешь на свободу? — услышала я знакомый девичий голос, который успел мне надоесть. Не отвечаю ей, ибо не вижу смысла. Отворачиваюсь от этой девчонки и… Стоп, её же заперли, как она оказалась в подвале? Ох уж эта девчонка. — Ты мне не ответишь? — нет, отстань от меня. — Quid a me vis, mortalis misellus? — решила сказать на латинице, ибо достала уже. — О, это латиница? — представь себе, да, идиотка, — я просто хочу поговорить, мне одиноко, — она хочет меня разжалобить? Что за наивное чудовище? — Quid moror, si solus es, cur ancillam non quaeris loqui tecum? — Мои слова задевают ее, ну и пускай, мне то что? Мне плевать, что с ней. Решаю задеть ее ещё больше, — или поговори с родителями, тебе наверняка есть, что им сказать. Ах да, ты же заперта, тебя же заперли твои же родители. Ах, какая жалость! — смотрит на меня обиженно, задела все-таки. — Злая ты, — да что ты говоришь? — Правда что ли? А не твои ли сородичи сделали меня такой? — огрызаюсь, смотря на это чудище, которое вот-вот расплачется. — Не я такая, жизнь меня такой сделала, так что, иди в комнату, пока тебя родители не застукали. Хотя, мне какое дело? Тебя накажут, ни меня. Уходи. — последнее слово было слышно приказным тоном. — И все же, ты не такая, какой хочешь казаться, в глубине души ты очень даже добрая, только тебе слишком много причинили боли злые люди. И поэтому ты всех людей считаешь злыми и коварными, но не все такие, — девчонка убежала, оставив меня в своих раздумьях. Ну да, конечно, не все такие… А какие тогда?