Часть 1 В погоне за бабочкой

Усевшись на перилах у магазина и свесив ноги вниз, девочка в больших солнцезащитных очках, которые были ей явно не по размеру, осматривалась по сторонам, в поисках знакомой фигуры. Рядом стоял высокий мужчина с поседевшими прядями волос и редкими морщинами на лице, накрывая ребенка тенью, служившей спасительным щитом от жаркого летнего солнца, готового спалить всё, что попадало под его лучи. Дома, выстроившиеся ровно в ряд, горделиво возвышались, уходя ввысь. По тротуару полные хлопот,з суетливо направлялись по своим делам люди. Ребенок наклонился вперёд, всматриваясь в даль толпы, замечая мелькнувшую фигурку порхающей бабочки. Пару раз моргнув, убеждаясь в своей догадки, девочка с радостным возгласом спрыгнула с перил, зная, что любимый дедушка ни за что не даст ей удариться и обязательно словит, что и произошло. – Смотри! Она там! – крепче хватаясь одной рукой за шею родного человека, ребенок пальцем указал на уже исчезнувшее в толпе яркое пятно. Улыбнувшись, дедушка кивнул и побежал по направлению пальца, лавируя среди толпы людей. Окна, машины, здания плавно уходили назад, окружение менялось так же быстро, как переменчивое направление кисти ребенка. Мечущееся из стороны в сторону насекомое не могло укрыться от внимательных янтарных глаз девочки. Добежав до парка, девочка взмахом руки попросила остановиться и вести себя тихо. Она завороженно всматривалась в блестящие на солнце крылья, цвета которых меняли друг друга. Ребенок открыл рот в немом восторге, а руки сами потянулись в направлении бабочки. Мужчина присел на корточки, осторожно ставя на ноги девочку, ещё какое-то время придерживая, чтобы она не завалилась на бок, после выпрямляя спину, давая полную свободу к действиям ребенку. Девочка внимательно осмотрела окружающие её предметы и растения, особенно акцентируя внимание на землю, где рос аккуратно стриженный газон, который мог заглушить звук шагов. Осторожно наступая по траве, девочка подходила всё ближе к своей цели, забывая дышать от переполняющего волнения. Добравшись до цветка, ребенок осторожно поднес ладонь к крылатому созданию, но резкий звук проезжающего мимо велосипеда спугнул цель юной охотницы и через секунду в парке остались лишь двое. Ребенок замер в ступоре ещё не осознавая всей трагедии, потом ладони начали мелко трястись из-за постепенно подступающих слез, а губы были плотно сжаты. На плече девочки опустилась широкая рука, которая осторожно повернула ребенка лицом к присевшему на корточки мужчине, нежно прижавшему ребенка к себе, успокаивающе проводя по голове. Маленькие руки ребенка, отчаянно сомкнулись на кофте дедушки, а голова уткнулась в грудь. Дыхание ребенка участилось и раздались тихие всхлипы обиды. Мужчина аккуратно поднял внучку на руки, немного покачивая, стараясь успокоить девочку. Вскоре дыхание начало восстанавливаться, а всхлипы постепенно переходили в сопение. Мужчина постоял ещё несколько минут, продолжая еле касаясь проводить рукой по голове уже заснувшего ребенка. Взявшись двумя пальцами за мост очков, дедушка осторожно их снял, стараясь не потревожить сон ребенка, после чего похищенный "во имя бабочек" предмет вернулся к законное место. Яркие лучи солнца попали на закрытые веки девочки, заставляя ту сморщить нос и промычать что-то неразборчивое, но определенно имеющее невероятный глубинный смысл. Повернувшись в нужную сторону, дедушка неспешным шагом направился в сторону недавно убранной дороги, плитки которой создавали интересные узоры. Возвышающиеся по сторонам деревья укрывали от палящих лучей, аккуратно подстриженные кусты создавали нейтральный фон для пестрых цветов разных видов. Мужчина шел вдоль тротуара, вслушиваясь в мелодичный звук проезжавших мимо машин, рассматривая однообразный дизайн зданий. Проходя мимо очередного торгового центра, дедушка заметил вывеску о недавно открывшемся ларьке с мороженным, которое так любила его внучка. Недолго думая, мужчина зашёл в здание, направляясь к лифту, чтобы не создавать лишней тряски для девочки от поднятия по лестнице. Вместе с дедушкой этот не примечательный лифт серого окраса выбрал ещё один человек в лице подростка, который с закрытием двери достал колонку, сразу включая прибор дьявола для сворачивания барабанных перепонок в трубочку. Резкий звук потревожил сон ребенка, заставляя ее раскрыть глаза и нахмуриться от противного звука. На подростка опустилась мрачная аура старика из-за чего тот передёрнул плечами, со страхом глядя на старика, чей пронзительный взгляд прикрывали солнцезащитные очки. Ошибка музыкальной части культуры перестала действовать на нервы, выключенная трясущимися пальцами нарушителя тишины. Вскоре двери лифта открылись и парень стремительно выбежал из помещения под удовлетворённое хмыканье пожилого мужчины брезгливый взгляд ребенка. Устроившись поудобнее, девочка зевнула, вытягивая руки вверх, чтобы размять затекшее от дрёмы тело, заодно снова стаскивая очки. Двери закрываются, и лифт поднимается вверх на ещё один этаж, а ребенок начинает ёрзать от прилива активности после дневного сна. – Деда, отпусти, я хочу идти сама – ребенок надул щеки, скрещивая руки на груди, но весь серьезный и угрожающий образ был испорчен комично огромными стеклами. – А я хочу, чтобы ты вернула мои очки – с заботливой улыбкой проговорил дедушка, крепче прижимая девочку, вызывая возмущенное бормотание. Но любовь к солнцезащитному аксессуару пересилила недовольство и девочка быстро затихла с интересом разглядывая вид после открытия дверей кабинки. Проходя мимо очередного магазина с ювелирными изделиями, девочка увидела миниатюрную серебряную бабочку, украшенную разнообразными узорами из драгоценных камней, цвета которых переливались из сиреневого в янтарный. Кусая родственника за руку и пользуясь моментом быстро выскользнула из объятий, тут же убегая к прилавку. – Я поймала её! – ребенок выхватил брелок, прижимая к груди и радостно бегая вокруг дедушки. – Умница, Ёсико – дедушка расплатился с продавцом, снова подхватывая на руки неугомонный вихрь энергии. Будто со всех сторон прозвучал щелчок и бабочка в ладонях ребенка начала шевелить крыльями и тоненькими усиками, которые ещё мгновение назад казались обычной проволокой. Взмахнув крыльями бабочка начала порхать вокруг девочки, оставляя после себя мерцающий след. Ребенок завороженно протянул руку к бабочки и та послушна на нее опустилась. – Теперь ты можешь дать ей имя – произнес дедушка, продолжая путь к ларьку с мороженым. – Я назову её Ри-Ри – произнесла Ёсико со счастливой улыбкой. Вывески, прилавки и магазины постепенно меняли друг друга, пока дедушка не дошел до заведения с любимым лакомством его внучки, после чего опустил девочку на плитку пола. – Я буду шоколадное мороженое – произнес ребенок, подойдя к прилавку, после добавляя более требовательным тоном: – И бахните туда корицы. Весело шагая рядом со старшим родственником, напевая мотив задорной песенки, девочка за обе щеки уплетала холодную сладость. – А папа скоро вернётся с работы? – Доедая последний кусочек вафельной трубочки задала вопрос Ёсико. – Он должен посмотреть на мою бабочку! Хотя нет, я не могу ждать. – Капризно сморщив нос, ребенок достал телефон из висящей на плече синей сумочки, набирая нужный контакт. – Пап, возвращайся домой, я хочу тебе показать моего друга! – Девочка растягивала гласные, всем видом стараясь передать всю важность этого события. Из телефона раздался спокойный мужской голос, но Ёсико вычленив для себя нужный ей ответ, не дослушивая, прекратила диалог, сбрасывая звонок. Улыбка ребенка стала только шире, давая понять деду о положительном ответе родителя, хотя он и без того был очевиден. – А ведь этот глупый юнец всю неделю трещал о важности сегодняшнего собрания. – Вздох старшего прозвучал уж больно обречённо, вызывая возмущённое сопение внучки. – Точно! – Девочка подпрыгнула на месте, хлопая себя по лбу, будто забыла, что-то невероятно важное – Нужно купить что-нибудь Монике, а то она точно будет ругаться за то, что я надела ее кофту.. – Даже представить себе не могу, что ты должна купить, чтобы уйти безнаказанно после такого тяжкого преступления – Старик приложил ладонь к подбородку, делая крайне задумчивый вид, но в голосе была отчётливо слышна насмешка, вызывая очередную волну детской ярости. – Верно, я просто скажу, что ты мне её дал, когда вытаскивал на улицу. – Максимально ядовито произнес ребенок, но в ответ получил только заливистый смех родственника. Повторный выброс ядовитой агрессии отменил, так вовремя появившейся магазин с книгами, в который тут же забежала девочка, надеясь найти спасение от гнева старшей сестры. Пробегая по рядам с различной литературой, Ёсико наконец нашла заветную обложку, позволяя себе выдохнуть с облегчением, после чего потащила свою ношу на кассу. Всю оставшуюся дорогу ребенок не выпускал книжку из рук, с довольной улыбкой, шагая за дедушкой по ещё плохо знакомой улице в сторону сторону дома. Открывая дверь квартиры, Ёсико стала осматривать вещи, чтобы понять, кто находится дома. К величайшему ужасу ребенка белые уличные туфли с изысканным дизайном аккуратно лежали на подставке для обуви, указывая на присутствие обладательницы этого элемента гардероба. Рассматривая сей предмет, ребенок и не заметил, как тонкие аристократичного вида пальцы сомкнулись на плече, несильно, но ощутимо сжимая конечность, заставляя замереть с широко распахнутыми глазами, а раздавшийся над самым ухом мелодичный женский голос, вызвал табун мурашек по всему телу. – Дорогая младшая сестрица, не соизволишь ли ты объяснить свое грубое нарушение моих личных границ и вероломное нашествие на... – Ёсико резко развернулась, вытянув руки с предметом литературы, не давая закончить монолог с возможным летальным исходом девочки и надеясь хоть немного успокоить свою родственницу. Положив свои ладони поверх напряжённых кистей ребенка, девушка аккуратно приняла "подношение", пробегая взглядом по обложке и первым страницам произведения, после чего выпрямилась, одаривая девочку снисходительной улыбкой. – Хорошо, можешь оставить эту кофту себе. – Моника опустила кисть на макушку ребенка, невесомо поглаживая в успокоительном жесте, после чего обратилась к наблюдающему за развернувшемся минутным предоставлением дедушке, которому для полной картины не хватало только попкорна в руке. – Родители уже за столом и ждём только вас двоих. Девушка с волнистыми волосами ярко-алого цвета, уверенной поступью и горделиво-женственной осанкой направилась в сторону выше упомянутого места. – Она сегодня в удивительно прекрасном настроении.. – прокомментировал старик, трепля за плечи внучку, чтобы вывести ту из ступора. Девочка очнулась от размышлений, понимая, что ей отдали столь прекрасную вещь, Ёсико обняла себя руками, слегка сжимая кофту, и постояв так ещё минуты две, ребенок всё-таки направился к ванне, вслед за дедушкой, после присоединяясь к общей трапезе. – Ну рассказывай, что у тебя за друг появился. – Моника говорила с нескрываемым любопытством, после продолжая более насмешливо– а то отец с самого приезда весь на взводе. Вид сидящего напротив Ёсико мужчины и правда был весьма встревоженным: локти были поставлены на деревянную поверхность стола, на переплетённые пальцы рук он уместил подбородок из-за чего спина заметно ссутулилась, но вид от этого не переставал казаться величественным, а взгляд был янтарных глаз был направлен ровно на младшего члена семьи, от чего та лишь задорно улыбнулась. – Вот, смотрите! – Ёсико достала бабочку из сумки, в которую девочка услужливо её запихнула – её зовут Ри-Ри Глаз мужчины нервно дёрнулся, а плечи Моники мелко заражали и через секунду раздался звонкий смех девушки, который сразу подхватила молчавшая до этого момента стройная женщина, стуча кулаком, не в силах остановиться. Мужчина поднялся с места и подойдя к ребенку, заключил в крепкие объятия, наполненные облегчением, а сама девочка в непонимании хлопала ресницами, переводя взгляд с одного родственника на другого. – Я конечно невероятно счастлив наблюдать картину семейной идиллии, но не могли бы вы прекратить сей балаган и приступить к трапезе, раз знакомство подошло к концу. – Спокойно высказал свое мнение на счёт ситуации дедушка, которому начинало надоедать выступать в вечной роли наблюдателя. Старшие девушки прекратили сотрясать воздух безудержным порывом веселья, синхронно вытирая безымянным пальцем выступившие в уголках глаз слезы, а отец семейства вернулся за свое место, приступая к трапезе уже в более спокойной обстановке, слушая обсуждения родственников, переодически вставляя свои комментарии.