Глава 2

      Что самое сложное в работе фамильяра?       Скрываться от немагов?       Да, возможно, ведь, оказывается, мама и бабушка Алексы его не видят. – Нууу, у нас действует некоторый закон о секретности, – пожала плечами девочка.– Магические способности проявляются в определённый год у одного из членов семьи, где в роду есть хотя бы один волшебник. Мама и бабушка – немаги, а вот дедушка с самого детства рассказывал байки и играл с ёлочной гирляндой. Я всегда думала, что он немного того, ну, чокнутый, как и всё деды, но год назад он рассказал нам по секрету, что в нашем роду скоро появится маг и, возможно, это будет кто-то из нас. Вскоре дед уехал путешествовать, а сестра пропала. А никто, кроме меня, больше не знал об этом разговоре. Но недавно начали происходить странные события. То книги упадут, то отражение начнёт вольничать. Может быть у мании есть какие-то проблемы с различением близнецов? Нам в школе путают, а тут ещё и ты свалился невесть откуда.       И́рис задумчиво поводил хвостом. – А отец? – Что отец? – не поняла Алекса. – Он был волшебником? – А вот этого я знаю, – девушка вздохнула. – Я его никогда не видела.       Разговор угас, и комната погрузилась в молчание. К слову, комната у девочки была вполне уютная, по всем подростковым канонам в плакатах и других интересных штучках. И́рис приятно удивился, что попал в некий средний мир, между магическим и реальным. Здесь была магия, но её скрывали от непосвящённых. В их же мире реалов – немагов– не существовало. Они были пережитком далёкого прошлого, первопредками.       Нет, играть невидимку ему было не в новинку.       Сложно было другое.       Он был обращённым и играть кота в этот раз было сложнее всего.       С мелочами по типу туалета и сна на коврике он вполне справлялся, но вот еда и другие сложности...       Как никак Ирис изначально родился человеком, а не котёнком, и соображал, естественно, по-человечьи.       Поедать кошачьи деликатесы было пыткой.       Проводить часы в кошачьей форме, не имея возможности почесать спинку, – той ещё задачей.       Но не скажешь же Алексе: «Кстати, а я ещё человек. Можно мне пожалуйста, настоящих котлеток, а не это месиво с сомнительным запахом курицы?»       Ирис по ночам вздыхал и ворочался. Думал и размышлял, не зная, какова его задача здесь. Ведь на фамильяров не учат, а возиться с волшебницей без сил, будучи самому довольно слабым, тоже вещь сложная.       Вдобавок он всё ещё не знает, какая тут магия и чем колдуют. Амулет по-прежнему ощущался на шее, но более никаких магических артефактов он вокруг не видел.       Весь мир смыкался на комнате подростка и некоторыми другими на том же втором этаже.       Неизвестность тяготила.       А потом кончились выходные, и он окончательно потерял план действий.       Пока однажды Алекса не сказала, что тот идёт с ней в школу.       Кот напрягся: погружаться вновь в гранит науки спустя столько лет – так себе удовольствие.Тем более в неизвестном мире.       Но выбора не было. Нужно выбираться из четырёх стен.