Забытое

      Игорь пролистывал короткие видео, когда наткнулся на девушку, которая со слезами на глазах рассказывала о гибели питомца. Слёзы струились по её лицу, глаза и ноздри покраснели. Девушка говорила, как утром обнаружила, что Тимоша — кролик окраса голубой мардер, что для непритязательного вкуса Игоря выглядело просто как “серая шубка” — не шевелится… Дальше она поделилась своими планами на кремацию любимца. Девушка продолжала плакать, а горе её столь искреннее и неупиваемое, лишь сильнее смущало Игоря. Всё потому, что пока она рассказывала о своём несчастье, единственная мысль которая крутилась в его голове была: «А где Тимошка?» Ну понятно, что его ещё не похоронили. Может быть, он и не сегодня попадёт в “очищающий огонь”… Где же сейчас пребывал серый кролик? Неужели в холодильнике? Ну, тогда хотя бы в морозилку пусть закинет… Игорь подумал написать комментарий и только в последний момент остановился. Тяжело вздохнув, он выключил телефон — плачущий голос угас вместе с экраном.       У Игоря имелся один изъян, которого он в глубине души стыдился: особая форма душевной немоты, когда дело касалось домашних животных. Он не мог всерьёз воспринимать рассказы некоторых коллег о радостях и горестях их любимцев, о том, что какой-то условный Гамлет сегодня особенно элегантно сидел на столе, или чья-то Матильда облаяла вредную соседку по лестничной клетки. Игорь имитировал интерес и сочувствие, если оно требовалось. Например, как когда в семье его друга скончалась старая персидская кошка, которая прожила счастливые двадцать лет. Мать друга — милейшая женщина — не могла сдержать слёз, рассказывая про Милану: какая та была умница, прирождённая королева, и как непозволительно рано она покинула их. Игорь делал сочувственное лицо, кивал, хотя сам про себя удивлялся долголетию почившей Миланы — в его родной деревне кошки так долго не жили.       Игорь не был бесчувственным социопатом, каким его назвала первая девушка, когда он выразил удивление, что она переживала о кастрации кота.       — Да он наверное ничего и не почувствовал, — отмахнулся Игорь.       Зелёные глаза Арины потемнели от гнева.       — Я бы посмотрела, как бы ты себя чувствовал, если бы тебя кастрировали! – воскликнула она, опасно нахмурив брови и злоупотребляя «бы».       — Если бы это было под наркозом, то, думаю, что нормально чувствовал, — попытался пошутить он.       Но юмора его не оценили, и вечером он вновь стал свободным. Перед тем, как с ним окончательно порвать, Арина высказала всё, что думала о нём и его бесчувственности. Она не забыла упомянуть, что все маньяки начинали с мучений животных, и в конце запретила ему писать или звонить ей.        Игорь страдал. Но к словам её всё же прислушался. Он и раньше замечал за собой, что довольно быстро оказывался один, просто не выразив должного сочувствия, когда дело касалось пушистых питомцев знакомых. Поразмыслив, что проблема в нём, он научился симулировать интерес к домашним животным — ту же, только ещё живую, Милану он терпеливо наглаживал, случись бывать в гостях у друга. ***       Однажды Игорь написал о своей проблеме на форуме и получил шквал критики. И даже пару предложений поскорее покинуть мир живых. Это порядком его удивило и он научился искусству притворства, дабы не раздражать окружающих. Сам же для себя Игорь не мог решить, что чувствует к домашним питомцам. Он определённо не желал им вреда или смерти — ему просто было всё равно. Вот на людей — нет. Людям он сочувствовал и по мере сил помогал. Ему рвали сердце фотографии больных детей, и даже рискуя быть обманутым, Игорь всё равно перечислял деньги им на лечение. Он помогал старушкам донести сумки или перейти дорогу, пока те не стали слишком недоверчивыми. Даже участвовал в благотворительном проекте и кормил бездомных! И вот, стоя в форменном фартуке с большим половником в руке, Игорь с удивлением наблюдал, как старый, гулко кашляющий бомж, делился куском хлеба с облезлой псиной. Если у других волонтёров это вызвало умиление, то Игорь подумал, что старик спятил. Ты сам поешь, зачем раздавать последние крохи собаке, которая, может, тебя никак и не отблагодарит? Но Игорю хватило ума промолчать. Он давно усвоил, что если не понимаешь что-то в этом мире, то скорей всего ты не прав — молчи и будь как все! ***       Видео с Тимошкой не шло из головы. Игорь выпил чай, посмотрел половину вялого футбольного матча и всё равно думал о почившем кролике необычного окраса. Всё, что он знал о кроликах – это то, что они быстро размножаются и растут. Семья Игоря держала кролей, его обязанностью было задавать корм и чистить клетки. По осени разжиревших кроликов забивали, а по весне ставили новых — никаких лишних сантиментов! И так было со всей живностью: с курами, утками, визгливыми свиньями. Коров только не держали. Собаки сидели на цепи и сторожили дом, кошка ловила мышей и крыс, иногда охотилась на сизых голубей. Всё понятно, все при деле. И поедая тушеную крольчатину с картошкой, Игорь не испытывал угрызений совести, хотя пока «ухаживал» за ними, то даже имена давал.       Был правда, один кролик, который немного отличался. Вернее, крольчиха. Игорю тогда исполнилось лет восемь, и мама только задумалась о том, чтобы разводить кроликов. Среди купленных ушастых особо выделялась белоснежная самка с умными красными глазами. Матери тогда никто не сказал, что эта крольчиха вряд ли принесёт потомство, а сам Игорь, взволнованный, тем, что он теперь как взрослый помогает по хозяйству, такими вопросами и не задавался. Крольчиху он назвал принцесса Китана. Ну… просто из всех женских персонажей «Мортал комбата» она ему была наиболее симпатична. Вот если бы на месте самки оказался самец, то он бы носил гордое имя Шан Сунга. Да, именно Сунга — лишь годы спустя Игорь узнал, что настоящее имя чародея было Цунг.       Так вот… Принцесса Китана росла красавицей, несколько раз “выходила замуж”. Правда, все браки оказались бесплодными. Когда осенью пришло время забивать кроликов, Игорь насмерть стоял на защите её высочества. Папа погладил его по голове, а мама по-доброму улыбнулась, и пока Игорь находился в школе, принцессу Китану… украли. Чтобы Игорь сильно не расстраивался, мама приготовила вкусное жаркое с крольчатиной и чесноком. Он с аппетитом ел, а родители и старший брат как-то хитро переглядывались. Игорь тогда не понял почему. Утром же, обнаружив в сарае белоснежную шкурку, понял.  Дальше он не помнил, что было. Да кажется, ничего особенного… Просто смирился и уже ни к одному животному не привязывался. Они должны были приносить пользу: мясо, мех, защиту при необходимости, а всё остальное — лишнее. ***       Сейчас, живя в городе, он многое забыл из своей деревенской жизни. Родители уже пятый год жили с семьёй старшего брата, а в их доме давно поселились другие.       Опять вспомнился несчастный Тимошка… Имя ещё такое дурацкое, как название молока… Утром на работе Игорь был рассеян и задумчив, что-то в груди царапало и скрежетало, какая-то одна неотступная мысль. Ему всё казалось, что он о чём-то забыл. Только о чём? Перед Новым годом заказы сыпались как из рога изобилия; Игорь перевыполнил план и должен был быть довольным собой. Но нет. Неясное беспокойство нарастало. Вечером он зашёл в магазин, купил впервые за долгое время пять бутылок пива и чипсы, затем почему-то забрал последний пакет с мытой морковью. Сам не знал — зачем? Но, может, пригодится?.. По дороге, перепрыгивая через лужи, — в их благословенном городе вместо снега шёл самый обычный дождь — Игорь опять думал о Тимошке. Интересно, его уже кремировали? И всё-таки где она его хранила? Нужно было в пакет и в морозилку, для сохранности. Игорь замотал головой: что за мысли в голову лезут?..       За первой бутылкой пива он снова открыл канал той девушки, но новых видео не было. Под предыдущим накопилось множество комментариев: от сочувственных до совершенно диких. По типу: «Да она его сожрала!» Даже Игорь со своей бесчувственностью бы до такого не додумался. Выпив все пять бутылок, он лёг спать. Давило на мочевой пузырь, но Игорь слишком устал — как-нибудь потерпит. А снилась ему принцесса Китана — живая, с умными красными глазками. Он держал её на руках и чувствовал ничем не омрачённое счастье. Крольчиха смешно двигала носом, а мех у неё был гладкий, ласкающий пальцы. ***       Через неделю в их офисе состоялся корпоратив. Игорь надеялся на обычный фуршет, где все наедались и напивались за свой же по сути счёт и довольные разъезжались по домам. Но в этот раз всё пошло наперекосяк. Во-первых — изменилась политика фирмы, и алкоголь стал нежеланным гостем на столе. Во-вторых — отдел кадров и бухгалтерия подготовили целую развлекательную программу. В-третьих — сказаться больным не получалось. Конкурсы, ожидаемо, вышли унылыми, и дабы не расстраивать «девчонок», Игорь исправно принимал участие в каждом, даже в аналоге «музыкального стула». Под конец вечера делопроизводитель Лена вручала всем отличившимся призы.       — И самому активному участнику нашего вечера!.. – звонко выкрикнула она, – Мы дари-и-им!.. – эффектная пауза, за время которой два бухгалтера принесли что-то квадратной формы, накрытое жёлтой тканью.       Игорь с надеждой подумал, что это какая-нибудь бытовая техника. Какая — не важно, главное, хоть что-то полезное из этого бредового корпоратива вынести.       — Игорь у нас такой зайчик, мы все его любим! И дарим… – продолжила верещать Лена и тут же стремительным движением сорвала жёлтую ткань, — этого кролика!       Игорь побледнел, когда увидел в клетке Тимошку! Хотя нет — конечно, это был не Тимошка, просто окрас этот дурацкий… Как его?.. Голубой мардер!       А вокруг все принялись аплодировать. Кто-то достал телефон, чтобы заснять момент вручения ошарашенного кролика не менее шокированному Игорю. Кролик моргал умными чёрными глазами, а Игорю показалось, что из его лёгких разом вышел воздух. Сердце колотилось с такой силой, что он услышал его в ушах, глаза расширились. Нет! Только не снова! Он больше не выдержит! Белая шкурка в сарае… На меху запеклись капли крови... Слёзы текут по девичьему лицу… Тимошка… Принцесса Китана… Только не снова!!!       Все разом замолчали, когда старший менеджер по продажам Игорь Вольский закричал, схватился за голову и стремглав выбежал из зала ресторана. Лена замерла с открытым ртом. Кто-то бросился следом за Игорем, кто-то вернулся к столу. А дымчато-серый кролик отыскал в клетке кусочек морковки и принялся уютно им хрустеть.       Игорь сбежал раздетый. Не чувствуя холода, он бежал по сырым городским улицам, как когда-то давно бежал за край родной деревни, когда его почти сутки не могли найти. А потом он смирился. Или думал, что смирился. Но не сейчас — не хотел он возвращаться в детство, когда разом встретился и с горем утраты, и с предательством! Бежать! Чем дальше, тем лучше! Не разбирая дороги, мимо сигналящих машин, сбивая с ног пешеходов, вдыхая волглый воздух полной грудью, до боли, до слёз… Бежать в темноту, за горизонт! ***       — …этого кролика! – радостно выкрикнула Лена, указывая рукой на клетку, которую продолжали держать две рабыни бухучёта.       Игорь понял, что находится всё на том же корпоративе, а вокруг всё те же скучающие лица и сидящий в клетке дымчато-серый кролик, жующий морковку. С неестественной улыбкой Игорь подошёл к ведущей и забрал клетку с кроликом. Домой они возвращались вместе, на такси. В дороге кролик, кажется, уснул.       Новый год Игорь встретил с Шан Сунгом, в очередной раз соврав родителям, что не может приехать к брату. Да и зачем? Кролик получил шикарный микс из капусты и моркови, Игорь довольствовался курицей-гриль и магазинным салатом оливье. Оба были довольны. После заветного боя курантов, Игорь включил первый фильм «Мортал комбат» и, посадив Шан Сунга на колени, посмотрел его от начала и до конца. Потом они легли спать: Шан Сунг — в клетке, как и полагалось главному злодею, Игорь — в своей кровати.       А летом к ним в квартиру въехала Лена, навела порядок, и жить стало совсем весело. Шан Сунг благополучно прожил десять лет и ушёл, оплаканный хозяином, хозяйкой и их двоими детьми.