1.

      -Восемь.       -Десятка.       -Десять.       -Мм... Туз!       -Это козырь, придурок.       -Всё равно же масть у них одна, какая разница?       -Нахуй ты кидаешь мне козырного короля? Поменьше карт нет?       -Это не туз разве?       -Да к чёрту! - вскрикнул парень, ударяя по поверхности кровати, что аж карты рассыпались по сторонам - Не буду я больше играть с тобой, заебал.       Парень вскочил с кровати, запрыгивая на подоконник, утыкаясь куда в окно и строя из себя обиженку. Не был раздражительным и столь обидчивым, даже наоборот, но играть с другом в карты было невозможно. Сидящий до этого момента на кровати, взглянул с какой-то тоской и щенячьими глазами на карты, будто те были живыми и их как-то задел сильный удар.       Вова уже в край устал сидеть на холодном месте, хотя казалось бы, прошло всего секунд десять.       Дверь распахнулась без стука, и туда ввалилась женщина лет сорока. Подносы, которые она везла на старой железной штуке гремели, как и посуда. Название "тележки" Вовка не знал, так что так и звал - тележка, ну или "железная хрень" тоже шла.       Вова уже успел испугаться, что за карты отругают, но их на кровати не оказалось, как и друга. Спрыгнув, тот раздосадованно завздыхал, что не укрылось от внимания работника больницы. Но говорить ничего не стала, поставив тарелку супа с хлебом да компотом, и снова ушла по своим делам.       Вова - не любитель любых азартных игр. Вова - не любитель общения и времяпровождения с незнакомцами. Но парень, старше его на несколько лет, с глупой оскалистой улыбкой, в вечно помятой больничной одежде, с пачкой карт - покорил сердце Вовы почти сразу.       А ещё Вовочка - местный дурачок, что лежал тут стабильно пару недель в два месяца. А может и раньше? Меньше? Как вообще совпадает, что ложится он в больницу примерно через одинаковый промежуток времени. Вовочку - часто пиздят в школе, иногда слишком сильно и больно, до звёзд в глазах и больницы. А ещё Вова общается с Владом, о котором никто тут не слышал. Но общался он с ним только тут, в больнице. Белобрысый и не знает, какой раз точно здесь, но уже третью неделю в общей сумме он знает Влада.       Влад высокий, с тёмными и вечно спутанными волосами. Такой помятый вечно, что одеждой, что лицом. Его тело будто бы физически мертво или просто адски устало, не смотря на телосложение, а характер задорный и сам по себе он активный. Влад вечно сбегает в палату к Вове, вечно предлагает поиграть в "Дурака" и вечно путает карты. Влад отчего-то, не может отличить туз и козырную карту, что казалось Володе слишком глупым. Запомнить это не сложно, что не так? А ещё о "высоком Владе" никто тут, в этом корпусе, не слышал не видел, закрепляя за Вовкой его статус ещё и шизофреника.       Но всем всё равно, врачам Вовка намеренно сильно ничего не доказывает и не жалуется, бабке не рассказывает. Не хочет он загреметь в настоящую психушку по ошибке - Влада больше не увидит. Они оба редко пользуются телефон, Влад говорит, что вечно забывает пароль от него, и берёт в руки только когда мамка звонит. А Вова просто бедный, единственный кнопочный опекун забирает на время в больнице, не давая и в змейку поиграть.       Володя давится супом в одиночестве. Влад никогда не приходит к нему на обед, Влад говорит, что ему нужно пить свои таблетки и кушать. И Вова не верит ему отчего-то. Влад всегда казался ему таким же дурачком, наивным и веселым, с такой бледной кожей и уставшим лицом. Влад напоминал мертвеца, или того, кто вечно таскает тяжёлые мешки. А ещё у Влада есть синяки под глазами, которые Вова любит слабо обводить кончиками пальцев, не хотя думать, насколько это может быть странно. Но Влад только улыбается, совсем слабо и как-то отчаянно, подстраиваясь под чужие вечно тёплые пальцы, будто Вова единственное, что держит его на этом свете. Руки Влада вечно холодные, лицо бледное, он сам весь холодный, что ну очень разниться с его громким голосом, его смехом и его характером. Владимир уверен, что на любой вечеринке Влад бы затмил всех, заставляя наблюдать за собой и любоваться. Влад очень красивый, и телосложение хорошее, мечта почти любой девушки, но глаза Влада стеклянные и неживые будто бы. Володя с тоской в сердце на них смотрит, отмечая, что даже так друг прекрасен, но уставший. Вова мечтает погулять с Владом по улице, и неважно, что там адский мороз, мечтает стать настоящими друзьями.       Владислав заваливается рано-рано утром, ещё до капельницы и возни врачей, что впихивают таблетки и витамины чуть ли не горстями, наблюдая, чтоб парень их выпил. Влад предлагает прогуляться.       -Ты дурак? Минус двадцать на улице... - закутываясь в белый "кокон" как можно лучше, приговаривал тот.       Влад пожал плечами, осматривая младшего. Ну, вроде бы укутан хорошо. Темноволосый распахивает окно на распашку, убирая сетку подальше, да хватает Вовку под тихий вскрик. А Вову опять мутит с утра и слабость чувствует, но того крепче обхватывают, убеждаясь, что полностью закутан.       Влад спрыгивает с первого этажа, что был близок к земле, а с высоким ростом он и вовсе не пострадал. Белобрысый же уткнулся куда-то в плечо, выдыхая пар. Холодно. Но Влад прижимал как можно крепче к себе, а медленный шаг будто был на ровне с колыбельною, что Вова почти и не замечает холод, проваливаясь снова в сон, но уже без кошмаров.       Сон разорвала молодая девушка. Такая милая и добрая, всегда беседует с Вовкой, а на слова о Владе только хихикает, говоря, что встретиться с ним шанс всегда есть. Но сегодня парень не в настроение, понимая, что друг опять не рядом. А он был во что вообще одет? Вроде бы, как и обычно, штаны больничные да такая же белая кофта. Вова не знал, это тут ему выдали, или сам в таком ходит, но Вовке нравилось, как друг весь в таком белом, даже кроссовки, а волосы его тёмные, почти чёрные. Или вовсе чёрные? Вова физически не мог увидеть небольших отличий цветов. Плюхнувшись головой на подушку, парень приготовился ощущать иглу в вене и жидкость, что протекает внутри. Это до сих пор странно ощущается, но привычно. Вроде бы?       Володя не любит касания, даже боится иногда, жмурясь от резких. Но правда ли не любит? Вова бы хотел иметь в своей жизни человека, которого он любит. Какую-нибудь красивую и добрую девушку, что его искренне полюбит, а он её, чтобы просто миловаться. А пока Володя очень даже рад компании его высокого друга. Он бережно и почти неощутимо касается его макушки, боков и спины, когда обнимает сзади и кладёт свою голову на плечо. Вова даже не всегда понимает, что его касаются, будто бы просто ветер проносится по коже. Но Влад такой высокий и плотный сам по себе, что с лёгкостью обнимает полностью младшего, загребает к себе в кокон из рук, словно какого-то котёнка поднимает и обнимает. И Володе до сих пор непривычно, холодом проносится и мурашками ощущение чужой кожи, а Владислав только уставше и лениво улыбается, будто впервые ощущая что-то тёплое. Влад всегда называет Вову очень тёплым, будто бы не умеет ощущать тепло от кого-то другого, будто бы кровь в его венах давно остановилась, а Вова - его единственная и любимая батарея. Иногда Влад шутит, что давным давно умер в одиночестве где-то среди заброшенных и страшных полуразрушенных зданий, а Вова наконец нашёл его, достойно хороня. И Вову это слегка пугает, но высокий только громко смеётся, говоря, что шутит, и что пока Вовка рядом - он никогда не погибнет, не исчезнет.       И Вове действительно страшно, что Влад его плод воображения. Влад никогда не соглашался появится на виду, всегда быстро куда-то уходил, стоило завидеть других людей, никогда не кушал с ним и был рядом только в плохом состояние Володи. Влад такой холодный и часто шутит про свою смерть, такой уставший, но всё тянет Вовку играть в Дурака, в очередной раз путав колоды карт, какое количество должно быть в его руках и рассказывает, как совсем недавно установил чудом новый пароль и хотел похвастаться им, но забыл в палате, а на следующий день снова забыл пароль. И наверное, Володя так и не запишет его номер.       Володя с тоской забирает свои вещи, коих совсем немножко и прощается с Лизой, имя которой узнал совсем недавно, хоть и именно она ему постоянно капельницы ставила.       Выходит в тёплой куртке на улицу, вдыхая холодный воздух и тут же им давясь. И наконец откашливаясь, разгибается и охает, видя перед собой Влада.       Влад только улыбается, всё в той же помятой одежде, чистой, будто она испачкаться никак не может. На лице такая же слабая улыбка, но грустная - Вова уходит. И кажется, Владу совсем не холодно в тапочках и тонкой кофте. И Вова готов разрыдаться, не желая верить в такую жестокую игру собственного сознания.       -Влад!! Хватит шастать раздетым зимой, ты по этому и выздороветь не можешь никак! - заставило слезам скатиться по щекам Володи от осознания, что в этот раз и правда все вокруг были придурками, а Влад - настоящий, живой.       Просто Влад - очень устал. Просто Влад постоянно работает ради семьи, не жалея своего здоровья и часто попадая в больницы со всеми возможными болезнями и переутомлениями. Просто отчим Влада - конченая мразь, а мать не может пойти против него. Просто Влад любит своего младшего брата и защищает, получая все шишки на себя и удары по голове. И возможно, у Влада слегка плохая память из-за ударов или ещё чего, и Владу вовсе не нужен телефон. Просто на телефоне Влада нет номера Вовки, такого им любимого, что ради него он сбегал рано утром из другого корпуса больницы, намеренно не нарываясь на других людей, лишь бы не схлопотать. И просто Влад просил Лизу не говорить о нём Володе.       Рука поднялась с разблокированным телефоном, маша им и понимая, что всегда есть вероятность больше не увидеться с Вовкой, а терять его ой как не хочется. Ведь тогда он и правда готов умереть где-то на заброшке.