Терапия

Винсенту очень нравился его кабинет. Строгий, но не лишённый своеобразного шика, со значимыми картинами на стенах. И с множеством символических изображений. Когда твоим маленьким хобби является экспериментальная психиатрия, символы обретают особое значение. Часы пробили 20.00. Винсент в предвкушении сжал подлокотник тяжёлого кресла. Стук в дверь. Как всегда безупречно пунктуальна. Скарлетт вошла в кабинет, всё ещё робкая, не привыкшая к сеансам. Новая форма смотрелась на ней великолепно: узкая красная юбка-карандаш, приталенный алый жакет, шёлковая блузка. Во многом из-за Скарлетт Синклер-старший и заказал эти комплекты для администраторов, и, очевидно, не прогадал. — Добрый вечер, мисс Кацен. Располагайтесь. Скарлетт опустилась на кушетку. Обтягивающая ткань натянулась на бедре, проявляя тонкий шов чулка. Восхитительно! — Вы готовы к сеансу? Кивок. Вроде бы такой же как обычно, но намëтаный взгляд Винсента уловил несоответствие, крохотное изменение в состоянии пациентки. Она нервничает, но это другая нервозность. Что-то определённо произошло с момента их прошлой встречи. Девушка откинулась на спинку кушетки, привычным образом попыталась расслабиться. И, разумеется, у неё снова не получилось. Винсент понимал причину, видел её каждое утро в зеркалах. Рядом с ним женщины нервничали, глубоким нутром самки чуяли зверя. Он взывал к их инстинктам, требовал сдаться, отдаться на милость победителю. Отпустить контроль. Это волнующе, но так страшно! Не беспокойтесь, мисс Кацен, Винсент знает, как принудить к удовольствию даже самую дикую кошку. И всё же сегодня что-то изменилось. Возможно, её поза? Слегка опухшие губы? Или нежный румянец на щеках, которому неоткуда было появиться в давящей атмосфере психиатрического сеанса? — Как прошла Ваша неделя, мисс Кацен? Было что-нибудь новое? На этом вопросе девушка вздрогнула, опущенные ресницы затрепетали. Вот как? Винсент двинулся дальше. — Может быть какие-то неожиданные сильные эмоции? Волнение Скарлетт усилилось. Она беспокойно заерзала на кушетке. Полотно красной юбки исказила широкая складка. Винсент замолчал, наблюдая за пациенткой. Давая ей возможность самой принять решение, открыться ему. Позволяя созреть, чтобы излиться потоком слов и признаний. — Это всё Каспер! — наконец взорвалась Скарлетт. Винсент поднял бровь. Как интересно! Неужели охотник уже получил свой кусок пирога? Скарлетт продолжила, говорила тихо, частила, задыхалась, будто не успевая набрать воздуха в лёгкие. — Точнее, не Каспер, а лес... Нет, медведь! И весь это запах прелой листвы, и адреналин в голове! Ох, мистер Синклер, я сама не понимаю, что творю, что чувствую! Моë тело будто не подчиняется мне! Боюсь совершить что-то глупое или страшное, но я совершенно не могу себя контролировать! Это как наваждение, как бред, будто что-то темное внутри меня толкает делать неприличные стыдные вещи! — Неприличные вещи? — уточнил Винсент и увидел, как алый жаркий румянец залил лицо Скарлетт. Стыд? Какая прелесть, нужно непременно в нём покопаться. — Я...не могу об этом рассказывать, —прошептала девушка. — Я чувствую себя от этого такой грязной и порочной... Винсент слегка отпустил вожжи. Не стоит давить на неё сейчас, девочка может закрыться. Да и Каспер потом сам расскажет, что же такое стыдное натворила их маленький администратор. Скарлетт сладко уязвима, самое время попробовать кое-что новое. — Вам не обязательно рассказывать подробности, — заверил он девушку и заметил явное облегчение на её очаровательном лице. — Многие наши травмы сидят в теле, застревают в нём, как заноза, а потом гноятся, мешая наслаждаться жизнью. Скарлетт кивнула. Винсент говорил спокойным, убаюкивающим голосом. Пускай расслабится, погрузится в доверие. В конце концов ей же будет лучше от того, что он собирается сделать. Ничего плохого, если повар сам получит удовольствие от приготовления десерта. — Вы слышали о телесно-ориентированной терапии, Скарлетт? — спросил он. Девушка отрицательно покачала головой. — Это больно? — Вы прелестны, мисс Кацен! — совершенно искренне рассмеялся Винсент. — Нет, совершенно не больно. Во всяком случае, если я правильно угадал ваше беспокойство, вы не испытаете ни малейшего дискомфорта. Разве что облегчение. Знаете, как после хорошего массажа. Будете чувствовать себя более свободно. Но мне нужно ваше разрешение на манипуляции, потому что в процессе мне придётся до вас дотрагиваться. Исключительно по согласию, безусловно. Винсент встал с кресла, приблизился к Скарлетт. Она смотрела на него снизу вверх своими влажными глазами. Лицо на уровне пояса его брюк. Нет, Винсент, слишком рано, да и всё это так пошло и грубо. Синклер опустился на пуфик рядом с кушеткой. — Вы доверяете мне, Скарлетт? — спросил он. — Да, мистер Синклер, — дрожащим голосом ответила девушка. — Я хочу попробовать эту вашу терапию. Вы опять погрузите меня в транс? — О нет! — Винсент покачал головой. — Для этой практики вы должны находиться в полном сознании. Более того - в некотором смысле это вы будете мной управлять. Приступим? Скарлетт кивнула. Винсент растëр руки, тщательно разогрел пальцы, обработал ладони антисептиком. Безопасность и гигиеничность прежде всего! Скарлетт наблюдала за его манипуляциями с плохо скрываемым беспокойством. Оно и понятно - доверять можно на словах, но неизвестность пугает. — Итак. Синклер осторожно взял Скарлетт за руку. Дал ей привыкнуть к теплу его пальцев. — Сейчас я буду дотрагиваться до вас. Где-то едва касаясь, где-то задерживаясь несколько дольше. Ваша задача - погрузиться в себя, следить за тем, какие эмоции и желания у вас вызывают мои прикосновения, и озвучивать их. Если в процессе вам захочется, чтобы я дотронулся до какой-то конкретной части тела - говорите. Возможно, именно там и сосредоточена беспокоящая вас травма. Хорошо? Скарлетт кивнула. Умная девочка, послушная. Такая сладкая... Винсент сдержал порыв облизнуться. Сначала он дотронулся до её руки. Никакой реакции. Скарлетт лежала с закрытыми глазами, напряжённая и сосредоточенная. Очень старательная. Прелестно. Дальше последовали предплечья, плечи. Ничего. Шея? Винсент едва прикоснулся к нежной коже, и девушка вздрогнула всем телом, непроизвольно попыталась отстраниться. Страх? Не этой эмоции хотел Винсент, во всяком случае пока. Он поспешно вернулся к нейтральным плечам. Девушка слегка расслабилась. — Разрешите? Винсент прикоснулся к изящной лодыжке, туго обтянутой чулком. Скарлетт на секунду задумалась, кивнула. Тёплой сухой ладонью Синклер осторожно провел по икре. Остановился, наблюдая за реакцией. Скарлетт дышала часто, но не отстранялась. Рука двинулась выше, погладила круглое колено. — Что вы чувствуете сейчас, мисс Кацен? Голос Винсента обволакивал, ласкал слух нежно, как ладонь, которой он дотрагивался до внутренней стороны бедра девушки. — Я... Мне... Скарлетт искала слова, но не находила. Её гибкое тело поддавалось прикосновению Синклера-старшего, стройные ноги непроизвольно слегка раздвинулись, приглашая следовать дальше. — Это тот самый стыд, который вы испытали? — Нннет, — невнятно протянула Скарлетт. — Это...иначе. Не стыдно, но как-то не совсем правильно... — Мне перестать? Винсент убрал ладонь, но Скарлетт неожиданно перехватила её, вернула на место. И покраснела, густо, как совсем неопытная девица. Смутилась собственной дерзости. — Пожалуйста, продолжайте, — прошептала она. — Я бы хотела кончить...в смысле закончить практику. Дойти до финала... — Раз так, то конечно, — усмехнулся Синклер-старший. — Потребности пациентов превыше всего. Винсент переместился на кушетку, сел между ног девушки. Теперь обе его руки нежно гладили мягкие округлые бёдра Скарлетт. Тугая ткань юбки задралась, обнажая тонкое кружево чулок. И ластовицу чёрных трусиков, которые были явно увлажнены. Запах возбуждённой женщины всегда был лучшим афродизиаком. Винсент втянул носом воздух, смакуя аромат. И, уже безо всяких оговорок, поцеловал сладко пахнущую кожу. Языком скользнул по намокшей чёрной ткани. Ощутил половые губы - мягкие, без единого волоска. "Девочка подготовилась к приключениям", — усмехнулся он про себя. Пальцами стянул трусики, обнажая вагину. Широким движением языка прошёлся по клитору и услышал, как судорожно вздохнула Скарлетт. Её маленькие ладошки опустились на его затылок, бесстыже направляя, двигаясь в такт его прикосновениям, спина выгнулась в неприкрытом наслаждении. Винсент ощутил эрекцию, но собственное удовольствие его сейчас не волновало. Сжатая его ладонями вкусная, прекрасная женщина двигалась к оргазму, влекомая движениями его языка. — Так...хорошо...так...приятно, — стонала Скарлетт, и её нежные пальчики с неожиданной силой натягивали седые пряди Винсента, умоляя, нет, требуя разрядки. Наконец, по телу девушки прошла лёгкая судорога. Скарлетт выгнулась, шпильки туфель процарапали полосы на алом бархате кушетки. Винсент ни за что не поменяет эту оббивку. Синклер-старший нежно поцеловал колено своей прекрасной пациентки. Лёгкий расфокус в глазах Скарлетт служил ему наилучшим комплиментом. — Мне удалось немного облегчить ваше состояние, мисс Кацен? — спросил Винсент, возвращаясь в своё кресло. Он сидел, не скрывая возникшей эрекции. Скарлетт увидела натянутую ткань его брюк, облизнула губы. — Да, мистер Синклер, вы мне очень помогли — хрипло ответила она, поспешно поправляя юбку. — Но, кажется, сеанс потребовал от вас некоторого напряжения. Могу я...? Винсент обезоруживающе улыбнулся. Она хочет помочь ему кончить! Что за очаровательная юная леди! — Нет, мисс Кацен. Сегодня наш сеанс окончен. Телесно-ориентированная терапия предполагает множество разных взаимодействий между специалистом и пациентом. Полагаю, вы будете не против подобных практик на следующей нашей встрече? — Разумеется. Кажется, мне очень помогает... Скарлетт с трудом поднялась с кушетки. Волосы растрёпаны, юбка, несмотря на все усилия, выглядит восхитительно мятой. — До свидания, мистер Синклер, — попрощалась она, пряча глаза. — До скорой встречи, мисс Кацен.