Часть 4

Владения Воалон-те-Дар, равнина Экпенс-се-Оя. Родовой центр. В личной ячейке, кроме люльки для сна больше не было ничего, кроме собранного из разных деталей большого яйца. Часть имела прореху, показывая нутро. — Во мне крепнет надежда, что ты все правильно собираешь. — Она аккуратно подвела соула к люльке и помогла сесть в нее. — Я уверен. — Выдохнув, прикрыл глаза, но тут же открыл их. Засыпать нельзя! — Тогда, это, — она поставила рядом мешок с саро-парами, — не станет напрасным риском. — Не станет. — Он протянул руку и мягко провел пятипалой ладонью по правой стороне ее лица. — Я обретаю, когда не вижу. — Обретаю, когда думаю. — Прижавшись к ладони, проявив нежность, она отстранилась и направилась в управляющую секцию. Следовало изменить курс корабля. Он же остался, медленно вставляя в приемные сетки саро-пары — плотные камни разных цветов, но однотонные, соединенные с камнями белого цвета с красными вкраплениями. Саро-пары — источник различных элементов, поставщик энергии, лекарь и вообще часть жизни. Но камни камням рознь. То, что она взяла из родового хранилища, особые саро-пары. Пространство, время, материя, информационные нити — этих саро-пар в обычной жизни не найти. Не у тех существ находясь, могут навредить так, как и не представишь. В его бесцветных руках саро-пары из родового хранилища станут чем-то, о чем великие Равновесники даже не подумали — оставить… Земля, 2147г. Прибыв на место, группы захвата рассредоточились по стартовым точкам. Перед ними предстала площадка с базой преступников, которые обосновались в одном из заброшенных заводов. С изменением технологий такие руины от производств обычное дело. Нет, их сносят окончательно и застраивают новыми предприятиями, но, как правило, меньше, компактнее по размерам. Технические здания, растущие дичкой яблони, клены и густой кустарник помогали группам передвигаться, но в тот же момент могли скрывать в себе ловушки. А это опасно — выдать себя раньше времени, все равно, что дать преступникам сбежать перед самым носом. Гуськом, друг за другом, на территорию бывшего завода по производству газированных напитков, мягко проникли все группы — ударные и прикрывающие спину. Следящее оборудование корректировало передвижения, постоянно шли согласования и переговоры между операторами, подстраховывающими спецов в поле. София и инспектор области на данном этапе оставались внутри автобуса. Они слушали и следили за мониторами, дожидаясь своей очереди. Инспектор поиска сновидцев — это не дядя или тетя с папочкой, нормированным графиком работы и выходными днями по праздникам. Инспектора обучены обезвреживать умников, использующих инопланетные технологии. И София здесь самая защищенная, и самая опасная из всех. — Вот оттуда выводи парней. — Она указала пальцем на место, встав рядом с оператором. — Сдавливающая ловушка. Видишь тут, — провела пальцем по изображению, — картинка подрагивает. Оператор ничего не фыркнул в ответ на фактический приказ стороннего спеца «из высокой конторы», потому как каждый боец департамента — золотой человек. Не в плане характера, а в плане обучения и обмундирования. Это опыт и сноровка, которые ни так легко заменить, в их-то деле. Инспектор области тоже заметил некоторые ловушки по тому, как аппаратура передавала картинку. Если имелось несоответствие в энергии вокруг, картинка в том месте начинала или плыть, или шла рябью, волной, и при этом занимала только место аномалии, но не во весь экран. При этом заметит такую аномалию нелегко, у инспекторов зрение хорошее, да и в специальных очках они, добавляющих распознавание. — Третий — центру. Слышен боевой луч. Повторяю. Слышен боевой луч. — Центр — третьему! Полная боеготовность! Бить на опережение! Повторяю… София и инспектор уже не слушали, что говорят операторы, они стремительно покинули салон автобуса. Активировав при выходе защиту, две фигуры, стелящимся шагом, бесшумно, скользнули следом за отрядом три. Раз началась перестрелка, значит умников нашли. Значит не просто пучок ловушек и отступившие хитрецы, а действительно логово. Костюм в активной фазе собирал и анализировал окружающее пространство, так что София передала инспектору сообщение о своей смене точки координат. Она мягко обогнула три ловушки, перепрыгнула через оконный проем с давно выбитым окном, и направилась в обход. Убежищем здесь служить может любое здание — оборудуй подвал, при его наличии, и обороняйся, сколько влезет. Да и впереди, метрах в пятидесяти, завязался бой. Шуршащий звук излучателей, заменивший металлические пули с порохом, улавливались шлемом защитного костюма, а вот ухо их не могло распознать. София продвигалась дальше, не обращая внимание на звуки потасовки. Она гибко преодолевала препятствия, огибала провалы, перелезала через нагромождения мусора. Выбравшись на улицу, активировав систему хамелеона, слилась с окружающим пространством. Хоть костюмы и хороши, но на все дополнительные штучки нужна энергия. По этой причине она не использовала маскировку с самого начала. Главная цель инспектора — найти сердце гнезда и передать координаты остальным, а не отважно кидаться на амбразуру. Подбираясь ближе, к самому сердцу логова, начала различать слова и фразы. — …бежать некуда… — …Ты! Ты виноват! — …Остынь, ненормальная! — звук пощечины София услышала уже четко. Она подобралась к месту, где преступники сейчас нервно расхаживали по помещению, оборудованному под штаб. — С ними инспектор! — Взвизгнула молодая женщина. — Святкин не дойдет сюда. У нас есть средние заряды. — Выдал мужчина с легкой хрипотцой в голосе, словно болеет. — Святкин может и не дойдет, но вот столичная гончая — да. — Столичная? — Несколько голосов прозвучали очень обеспокоенно. София мягко переместилась чуть выше от места, где ранее стояла — влезла на второй этаж. Проверив все на предмет различных ловушек, не игнорируя обычные натянутые нитки с привязанными банками в связке, подобралась до дыры в полу. Оттуда, аккуратно опустила гибкий глаз следящего аппарата. Спустя пару секунд перед ней на экране появилась полная картина логова. В сознании было пять человек. Двое — солумейт пара. Женщина, которая закатила истерику и ее мужчина, прижимающий к себе. О них давно ходит ориентировка за частые нарушения закона. Видно из хулиганов они решили стать преступниками с более обширными связями, и большим сроком тюремного заключения при поимке. Один из парней, одетый как обычный гражданин, без особых отличительных черт, фигурировал в деле, как опытный сновидец. При этом свои сны он продает, так как его соул имеет синий оттенок кожи. Двое оставшихся мужчин, плотный и дистрофичный, под прицел инспекторов не попадали. Также у полиции в папочках с пухлыми делами не фигурировали. Повернув «глаз», София чуть не задохнулась от «прилива». Там, в углу на матрасе, в каких-то затрапезных штанах и растянутой футболке, с темными под глазами кругами спал ЕЁ соулмейт. Сжав челюсть до боли, сощурив глаза, София постаралась унять себя. Встреча соулмейтов проходит одинаково — никто из них никогда еще не прошел мимо. Свою духовную пару в реальности распознаешь с первого взгляда. И тогда идет приливная волна — словно посаженные на поводок химические реакции отпускаются с него. Сердце ухает, перед глазами расцветают краски, нос пытается уловить ЗАПАХ ПАРЫ. Срыв из-за волны — это максимальное состояние аффекта. Человек становится полностью невменяем и остановить его может только его соулмейт. Софии стоило огромного труда успокоиться и не разобрать пол, чтобы спрыгнуть на головы преступникам. Вместо этого она передала операторам картинку, координаты и стала ждать. Ее скоординировали примерно через полчаса. К этому моменту взбудораженный организм успокоился настолько, насколько необходимо для продолжения операции. Она опытный специалист, за плечами годы обучения, операции по задержанию и просто сама жизнь.