Часть 6

Земля, 2147г. Взятие группы преступников прошло достаточно легко. София поучаствовала с наименьшим вмешательством в потасовке при захвате особо ярых парней. Спецы, ученые и опытные, разоружили, обыскали, на живот уложили. Другие специалисты обошли помещение с оборудованием поиска в руках. При наличии умельцев превратить группу в камикадзе не трудно. Так что спецы сейчас проводят превентивные меры, чтобы исключить любую потерю — человека или оборудования. И две закладки нашли. А у одного из парней выдернули зуб. Всем было ровным счетом плевать, что без анестезии, конечно, кроме самого преступника. Он взвыл, заскулил и обругал бдительных умельцев. Зацепившись взглядом за все еще лежавшего на матрасе парня в замусоленных вещах, окрысился: — Уродец, не мог нормально отработать…кх-кх-кх… Это было мгновение и разгон за 0,5 секунды! Вот София стоит рядом с инспектором, бдительно следит за окружением, и вот она уже рядом с пострадавшим на стоматологической процедуре преступником. Ее рука, левая, как более тяжелая, держит за голо, пальцы давят глотку. — Что ты сказал, свищ? — прошипела она, поднимая не легкого мужика над полом. А что, костюм позволяет, вот она и не замечает веса. — ЧТО ТЫ ТАМ СКАЗАЛ?! — Отставить! — гракнул инспектор, отчетливо понимая, просто так столичный инспектор высшего звания с катушек не съедет. А то, что она съехала, сразу понятно — ни один инспектор за горло в боевой перчатке преступника не схватит. Плечо, рука, нога, даже ухо, но не шея. Это вбивается на уровне подкорки, и сейчас было нарушено, значит что-то вышло из-под контроля. — ОТСТАВИТЬ МАЙОР! София выдохнула и разжала пальцы. Нервно посмотрев на матрас, где все еще спал молодой мужчина, передернула плечами, и вот чисто из вредности, отвесила пинка, куда пришлось. Преступник итак не стоял, был согнут, и кашлял, а тут еще в довесок прилетело. Отлетев, хрипнув, затих. Замерли все. Аффект. У майора Софии Львовской, высшего инспектора Департамента поиска сновидящих аффект от встречи с соулмейтом. Два спеца, кто стоял рядом с матрасом, на всякий случай, вдруг спящий побежит? — плавно, не делая резких движений, отступили. И как только место освободилось, облаченная в боевой костюм женщина переместилась впритык к матрасу. Спецы переглянулись, и от капитана пришел пароль, озвученный одним словом — «нольтри». На пару перестали обращать внимание, занялись своими делами, словно те их не волновали. Даже если это и не так, все равно, никто не хотел бы поучаствовать в потасовке с женщиной, у которой кроме ногтей и пилочки крупнокалиберный ствол и энергетические ножи! Единственное, что было непонятно никому — почему инспектор имеет допуск к выездным операциям? Согласно закону, все инспектора, не имеющие соулмейта, на работу «в поле» не допускаются вот из-за таких вспышек агрессии и попыток защитить. София молчала, ни слова не говорила с момента вспышки. Выдержка ее подводила, но все же многолетний опыт позволил справляться своими силами. Даже не рыкнула на парней, когда все еще спящего мужчину переложили на носилки. И не дернулась вдогонку за уехавшей машиной скорой помощи. И даже сняла боевое облачение, и позволила взять у себя анализы на подтверждение нахождения соулмейта. Мало ли какие умельцы тут были? Могли ведь что-то распылить в воздухе, а инспектор вдохнул, и оно всполошило организм. Хотя, ее защита сильнее, значит это не воздух, но ведь может быть звук. Оборудование, которое регулирует точки пространственных переходов нашли сразу. Затем был вскрыт склад с разными игрушками, не разрешенными к использованию гражданских. — Да они тут на войну собирались, что ли? — Слышалось попеременно, разными фразами, но одним смыслом всякий раз, когда открывалась очередная дверь, и находилось что-то ну очень любопытное. А то, что не смогли распознать, вообще упаковывали со всеми предосторожностями и боялись рядом даже дышать.

***

После муторных проверок, написанных отчетов, а также разговора с психологом, майор София Львовская получила разрешение посетить проходящего лечение соулмейта. Его, как и большую часть неизвестного оборудования, сразу переправили в один из закрытых институтов. Часть недоработанного «хлама» сложили по контейнерам, и отвези на склад запасников. Если потребуются, их достанут, нет, значит, будут лежать до победного — пока не превратятся в труху. Получив инструкции при переходе к институту, а также будучи проинструктированной по прибытии, София с волнением делала каждый шаг. Вообще, она одна из тех, кто во сне видит соул-пару бесцветным. Ее реальный соулмейт умер. И то, что погруженный парень ее соулмейт, второй, уникальный случай за все сто с лишним лет от начала приобретения родственной души через сны. Медики, проведя обследование, подтвердили — тело Софии пробудилось, и ее способность влюбиться активна на химическом уровне. Его также проверили, ведь он мог создать оборудование, неизвестное никому, которое воздействовало на Софию. Итоги обследований и расспросов не выявили ничего подобного. Этот парень действительно соулмейт майора, высшего инспектора офицера из Департамента поиск сновидящих. Перед ней открылись двери. Помещение с искусственным садиком, конечно же, растения настоящие, выглядело уютным. Одетая в строгий костюм, София Львовская выглядела как деловая леди. С прической без единого падающего непослушного локона, дневным макияжем, и не скажешь, что вот эта симпатичная женщина не так давно мужика держала за горло, а потом еще и пнула, чтобы что попало не говорил. Просто милая, опрятная женщина, с глазами, сейчас рассказывающими все, что у нее на душе творится. И ОН. Рыжеволосый, подстриженный, фигурно бритый, одетый в легкую светлую одежду, — рубаха и штаны, — в кроссовках, замерший у небольшого фонтанчика. Как и у всех мужчин в момент встречи со своей спутницей жизни, глаза на мгновение поменяли цвет на синий. Яркий, неестественно насыщенный. Большего доказательства и не надо — с такого расстояния он не ощущает женский феромон, а значит, ничто на него не влияет. А там, в логове, она не снимала с себя костюм, не открывала лицо, даже не сделала прозрачным шлем. Губы растеклись в улыбке, и ОН пошел вперед. Если ее одолевала робость, то его нет. Ему сейчас казалось, что он обязан защитить ее ото всех бед и невзгод. Самое сильное желание, самое огромное стремление. Это потом они обоюдно выловят частички других чувств, наполняя общую чашу, а сейчас первая встреча и один предлагает покровительство своей силы, а вторая ее покорно принимает, позволяя защищать. Даже если в ее умелых руках нож для масла — смертельное оружие. Даже так, она всего лишь женщина, а он желающий ее защитить мужчина. — Я так долго тебя ждал, Сааринарни. — Кто? — Удивилась София. — Ты не знаешь, потому что умерла раньше. И не поняла, когда это случилось. — Он взял ее за руку, переплел пальцы. В первое мгновение встречи, а потом спустя годы и врастание чувствами друг в друга, заполнение общей чаши, пары могут делиться сновидениями. Сейчас он показал ей то, что она не видела в своих снах. Там, далеко, во Владениях Воалон-те-Дар, когда два тела упали, а командир воинов закричал, случилось невообразимое для соулов: образовалось душевное трио. И его связало сияющее яйцо, вспыхнув ослепительно. Это было не оружие, как посчитали, а мост между мирами. И тот ведущий воин ощутил обретение и потерю соула. Он видел, как яйцо уменьшается, а пластина управления уходит внутрь. Когда оболочка яйца стала прозрачной, ромбовидная пластина поблескивала гранями. Спустя мгновение внутри яйца осталась пустота. София смотрела на то, как по стенам залы пошли всполохи, а прозрачное яйцо снова стало увеличиваться. Затем нутро заполнилось светом, но не слепящим, а мягким, теплым. По бокам проступили линии, которые плавно раскрыли яйцо, как цветок. В тот же момент воин, не способный обучаться созданию вещей, получил великий дар — память единственного ученого во всем соулирате, который смог создать ключ. Место, где из скорлупы яйца распустился цветок с нежными полупрозрачными лепестками, потрясло своим видом всех зрящих и видящих. В цветке, в самой сердцевине, ярким синим пятном, СУЩЕСТВОВАЛА СУТЬ ДРУГОГО МИРА! София шумно вдохнула, очнувшись от передачи. — Что это было? — Таантаргон и Сааринарни — соул-души, которые нашли друг друга в детстве. Она была самкой-воином, пусть и некрупной. Там все самки не имели ярко выраженных размеров. Он же был из умнейших самцов, по своему разуму уступающий лишь королеве. — Мужчина сжал пальцы Софии, желая касаться ее, ощущать тепло рук, и переполняться от радости встречи. — В их мире случилось нечто ужасное. — Он криво улыбнулся. — Любопытство сгубило кошку, только тут в космических масштабах. Сами себе навредили. А Таантаргон додумался до одного не самого легкого в исполнении плана. И когда оборудование было запущено, стал необходим якорь, так как их обоих убили. И якорем стала моя соул-душа. В нее поместили память Таантаргон, а узы партнерши передали от Сааринарни. — Я не понимаю. — У него получилось передать в мир, населенный живыми существами, и способными понять жителей соулирата, всю информацию о себе. Суть мира. Он передал нам суть своего мира, и то, как они его чуть не уничтожили. Все, кто погруженный, — мужчина поднес к губам ее руку, нежно поцеловал, затем прижался щекой, — получают две памяти. Одну от соул-души, идеально подходящей по тональности. Вторую от похожей души, но попавшей в сумеречные туманы. Те самые, что стерли одну треть их галактики. Именно наложение двух жизней дает эффект галлюцинаций и погружения, без особого успеха разделить на две части. — То есть, у меня и тебя, два соулмейта? — Она выгнула бровь. — Нет. — Он улыбнулся ей в ответ. — У меня соулмейт ты. Мне передали связь с тобой, сделав ее якорем для воина, зацепившись струной памяти. Ты видела бабочку? Синие крылья, такие же, как и мои глаза в то мгновение, когда я тебя увидел. — И что значит та бабочка? — Это суть нашего мира. Пройдет время и управляющая пластина передаст до конца свои знания, а в ответ соберет знания о нас. И эти знания помогут им сохранить свой мир. Я могу сделать аппарат, который запишет сны погруженных и уберет эффект слоев с галлюцинациями. Мне показали, как это сделать. София чуть нахмурилась, после чего всмотрелась. — Может, для начала познакомимся? — Ярослав Артюхин. — Мужчина представился. — Временно ограничен, но как только мне ослабят поводок, буду рад пригласить тебя на свидание, таинственная незнакомка. Она посмотрела в сторону, где точно есть камера наблюдения, после чего хмыкнула: — Я подумаю над этим, знакомый незнакомец. Если он и удивился, то не сильно. Такая эффектная женщина, да еще и быстро сбросившая с себя оковы первой встречи, не может быть обычной.