Глава 39

Я попыталась двинуться, но это оказалось невозможно. Мое тело перестало меня слушаться. По жилам словно бежал ток каждый раз, когда я пыталась подчинить себе собственные руки или ноги. — Куда вы собрались, мама? — спросил мужчина, медленно приближаясь. Я видела Габриэллу лишь краем глаза. Но и этого хватило, чтобы различить страх на ее побледневшем лице. — Кристиан?.. — прошептала она, сделав неуверенный шаг вперед. «Нет!» — хотела крикнуть я, но не смогла даже разомкнуть губ. — Неверный ответ, мама, — в голосе Стефано послышалась усмешка. — Попробуйте еще раз. — Ты… Стефано? — Верно. Неужели вы позабыли, как я выгляжу? Прошло всего двадцать два года. — Двадцать два… — повторила Габриэлла тихо. — Но как?.. Ты выглядел так же, как сейчас… — Раньше вы знали ответ, — Стефано стоял непозволительно близко, я слышала его так отчетливо, что спина покрылась ледяными мурашками. — Вспомните. — Где мой сын? — Он в особняке. Ждет вас. — Он внутри? — Габриэлла сделала шаг вперед, но тут же замерла. — Он в порядке?! «Нет-нет-нет!» — от собственного бессилия на глазах выступили слезы. Я пыталась двинуться, закричать или хотя бы обернуться — но все было безрезультатно. — Боюсь, если вы выйдете за пределы особняка, он умрет. — Нет… — просипела Габриэлла. — Я не… Я никуда не уйду. Только отведи меня к сыну. — Конечно, — Стефано подошел еще ближе. Он стоял совсем рядом с Габриэллой. «Санти!» — кричало мое сознание. — «Если он уведет ее в дом, это будет конец! И для меня, и для нее!» Я почувствовала, как внутри разгорается пламя. Мое тело свело в невыносимой боли, руки заломило, а перед глазами все засветилось с такой четкостью, что я могла рассмотреть каждое дерево за воротами. Я не поняла, что делаю, когда резко схватила руками цепь и отшвырнула ее в сторону. Железо задребезжало с металлическим лязгом. В одно мгновение я обернулась, схватила за руку Габриэллу и дернула ее назад. Отворив одно из ворот, силой вытолкнула женщину наружу. — С Кристианом все в порядке! — закричала я так громко, что собственные уши заложило. — Он в силах о себе позаботиться. На верьте никому, бегите, бегите, пока есть шанс! Снаружи у вас больше возможностей спасти сына и себя, чем внутри! — Какого черта?! Мое заклятие… — прорычал Стефано. Он обхватил меня руками, ладонью зажал рот и оттащил назад. — Габриэлла, вернитесь! Иначе ваш сын умрет! Габриэлла металась из стороны в сторону. Она глядела то в бескрайний темный лес, то на нас со Стефано. Женщина не могла решиться, сделать один маленький шаг. А я не могла ей помочь. Хватка Стефано была настолько крепкой, что я не могла даже пошевелиться. Габриэлла всмотрелась в мои глаза. Ее лицо исказила гримаса боли. Она словно прочитала в них все то, что я не могла сказать, и ринулась вперед, в лес. Так стремительно, что уже через несколько мгновений ее фигура превратилась в белесую точку в лесном сумраке. — Нет! — проревел Стефано. — Я убью его! Мужчина отшвырнул меня в сторону. Я упала на холодную мокрую землю и тут же попыталась встать, но не смогла. Все тело ослабело. — У меня к тебе много вопросов, маленькая горничная, — Стефано навис надо мной разъяренной фурией. Его обычно уложенные черные волосы растрепались, желваки побелели, а ноздри раздувались от гнева. В темных глазах пылало пламя, веки почернели и вздулись венами. Я не могла отвести взгляд от этого ужасающего зрелища. Казалось, еще чуть-чуть, и ненависть мужчины уничтожит все вокруг. — Но мы сделаем по-другому, — продолжил Стефано. — Свои оставшиеся дни ты проведешь внутри особняка. И поверь, их осталось немного. Резко накатившая слабость окончательно ввела меня в транс. Расплывающийся силуэт Стефано, вселяющий в меня животный ужас, начал исчезать. Я медленно моргнула, пытаясь прийти в себя. Но неведомая сила все же победила. Через секунду руки ослабели, я упала спиной на землю и закрыла глаза. Где-то из-под толщи сна мне удалось различить голос Стефано, но его слова остались для меня непонятны.

***

Резко открыв глаза, я выпрямилась и села. Несколько мгновений глядела вперед, на изножье собственной кровати, а потом осмотрелась по сторонам. Я в своей комнате. В своей кровати. За окном ярко светит солнце, а соседняя кровать заправлена и пуста. Коснувшись лица, протерла глаза кулаками, но картинка осталась неизменна. «Что произошло?..» Я попыталась вспомнить прошедшую ночь, почему-то уверенная, что должна была очнуться на улице, на мокрой земле. Тут же воспоминания болезненно впились в голову. Потайной зал в холле, Габриэлла, совершенно сбитая с толку, драка со сторожем и попытка побега… Стефано, его полный ненависти почерневший взгляд, и последние слова, сказанные мне… «Что же он сказал?» Я поднялась с кровати, ожидая, что все тело будет неистово болеть. Однако на пол я ступила так бодро, словно только проснулась после долгого приятного сна. Вытянула вперед ладони, что еще ночью были в кровь ободраны, и обнаружила, что они выглядят совершенно нормально. Я подошла к зеркалу, ожидая увидеть грязное лицо, замыленные волосы или платье, заляпанное уличной грязью. Однако на меня смотрела совершенно обычная девушка с растрепанной после сна челкой и замявшимся, но чистым подолом ночной сорочки. «Неужели это был сон?» — задалась я вопросом, всматриваясь в собственные глаза. Он был таким реалистичным, таким живым, что в это верилось с трудом. Но если бы случившееся было правдой, вряд ли бы я сейчас стояла перед зеркалом в собственной комнате… От меня бы избавились этой же ночью. «Свои оставшиеся дни ты проведешь внутри особняка. И поверь, их осталось немного». Слова Стефано прозвучали как наяву. Я резко обернулась, решив, что мужчина стоит сзади. Но за спиной оказалось пусто. Всплывшее воспоминание ударило под дых. Я сквозь зубы втянула воздух и бросилась к входной двери. Что это значит? Он собирается убить меня?! Стремглав пробежав по коридору, я кинулась на лестницу. Перепрыгивая ступеньки, спустилась вниз и за считанные секунды оказалась у входной двери. Схватившись за ручку, дернула ее на себя, солнечный свет ударил в глаза, я ринулась вперед и… Тут же ударилась о невидимую преграду. Схватившись за лоб, я отступила назад. Дверь открыта. За порогом — яркий солнечный день, зеленая трава и голубое небо. Но я… Я не могу выйти. Мои руки вжались в невидимую стену. Я зашарила вверх-вниз, пытаясь понять, что не дает мне выйти. Стекло или… Или… Я не знаю что! Попыталась продавить «нечто» собственным весом, но ничего не вышло. Оно не пропустило меня на улицу. Вдруг захотелось рассмеяться. Заливисто, громко и безудержно. Это просто смешно! Я схожу с ума! Не могу выйти в открытую дверь! Как такое возможно?! — Я же сказал тебе. Голос Стефано, раздавшийся за спиной, заставил меня вздрогнуть. Я резко обернулась и опасливо вжалась в стену. — Что происходит? — сипло спросила я. — Почему я не могу выйти? — Потому что я так решил, — мужчина хищно усмехнулся и сделал шаг вперед. Его черный костюм с расстегнутым пиджаком выглядел небрежно, но при этом лаконично строго. Мужчина спрятал руки в карманах брюк и вальяжно остановился. — Ты решила поиграть с огнем, Мартина, теперь же в нем и сгоришь. «Мартина». «Он знает, кто я». — После Стеллы жертвой стану я?.. — смертельная догадка пронзила сердце острым лезвием. Внутри все сжалось от страха, и я едва смогла вдохнуть раскаленный воздух. — Твоя сообразительность тебя убивает. — Вы не можете держать меня здесь. Я расскажу обо всем остальным горничным. Вместе мы сможем с вами справиться. — Попробуй, — Стефано скрестил руки на груди. — Они, конечно, тебе поверят. — Я найду способ их убедить. — Тогда вы все окажетесь в зале для приношений. И будете умирать там по-очереди. Стефано отвернулся и медленно пошел прочь. Он кинул напоследок: — Скоро Габриэлла отправится за тобой. Не волнуйся. Я почувствовала, как внутри все оборвалось. Смерть. Это она положила мне на плечо свою костлявую руку. Ее холод прошелся по моей спине. Я проиграла. Жгучая ненависть ослепила меня. Чувствуя, как потеряла все, я едва не сбилась с ног. Резко дернулась вперед, побежала и с рыком кинулась на Стефано. Мне нечего терять. Он забрал у меня все. За мгновение до того, как мои руки дотронулись до его спины, Стефано резко обернулся и сжал мое горло своей рукой. Я оказалась припечатана к стене холла. — Что же ты хотела сделать? — прошептал он весело. — Думаешь, что можешь противостоять мне? — Для меня все кончено, правда? — сипло проговорила я. — Я заберу тебя с собой. Стефано рассмеялся. Громко и уверенно, запрокинув голову, словно я рассказала какой-то до жути смешной анекдот. От его смеха все мое тело сковало холодом, а ком из груди подкатил к горлу. — Ты не способна даже выжить, — заговорил Стефано вкрадчиво, заглядывая мне в самую душу. — Если бы не особняк, ты бы уже сгнила где-нибудь в подворотне. Так что ты можешь сделать мне? Глядя исподлобья, я не сводила яростного взгляда с мужчины. Мной овладела такая ненависть, что все остальные чувства остались далеко позади. Я чувствовала лишь неумолимое желание убить Стефано. Стереть его с лица земли, сжечь привязанным к столбу, как и остальное магическое отродье. — Хочешь, я покажу тебе настоящую магию? — спросил вдруг он. Одна из рук мужчины легла мне на щеку. Вторая все также сильно сжимала горло. — Твои глазки замечают слишком много. Без них нам всем будет легче. Едва ощутимое тепло, что исходило от мужской ладони, стало усиливаться. Я почувствовала, как запылала от жара щека. Как тепло растеклось по всему лицу. «Он хочет ослепить меня?!» Я, словно рыба, раскрыла в немом крике рот. Попыталась отвернуться, но ничего не вышло. Перед глазами замаячили черно-серые пятна. Обжигающее невидимое пламя разгорелось на моем лице. Я почувствовала, как на лбу вздулись вены. Глаза налились кровью. Невероятная боль засверлила в висках. Мне стало так невероятно страшно, что все тело скрутило. Капли холодного пота заструились между лопаток. В ушах загудела кипящая кровь. Я зажмурилась что есть силы, сжала заледеневшие руки в кулаки и сморщилась. Ненависть слилась со страхом, гнев — с отчаянием. Эмоции стали настолько сильны, что вырвались наружу. Меня словно разорвало на мелкие кусочки. Я закричала от боли и широко раскрыла глаза. Стефано отбросило назад. Он проскользил ногами по полу и остановился, уперевшись носком обуви в деревянное покрытие. Медленно подняв глаза, посмотрел на меня с каким-то неожиданно пришедшим осознанием. Словно только сейчас заметил меня напротив. — Откуда в тебе сила?.. — прошипел он. — Кто ты такая? — Я человек! — крикнула я, оторвавшись от стены. — Человек, а не чудовище! Фарнезе остался стоять на месте, а я кинулась к лестнице. Мужчина не стал меня останавливать. Я смогла добраться до своей комнаты и рухнуть в постель, чтобы через мгновение расплакаться так сильно, как никогда раньше. Истерика завладела мною, судорожные всхлипы нарушали молчаливое спокойствие комнаты, а поток слез все никак не кончался. Я не могла успокоиться еще несколько часов.