Часть 2.

Подходила к концу третья неделя «отношений» Музы и Ривена, к этому моменту только мёртвый не задавал вопросов. Абсолютно для каждого ответы были одинаковы, и только Стелла знала правду. Собственно, все подробности она тоже знала. После каждого совместного похода Музы и Ривена, которые кстати участились, Стелла приходила в комнату подруги, слушая как прошёл вечер. Фея Солнца по-прежнему относилась к этой затее настороженно, и только поведение подруги все меняло: Муза стала возвращаться в хорошем настроении, красочно описывала каждый вечер, и кажется, была довольна положением вещей. Также принцесса отметила, что со временем Муза начала менять свое отношение к Ривену. Стелла очень боялась, что подруга влюбится… она была уверена, произойди такое – взаимности не будет. Просто потому что это Ривен. Но Стелла не могла не обратить внимание, что некогда бабник Ривен, будет чуть ли не идеальным молодым человеком, хоть и временно. Специалист устраивал различные свидания, Муза часто возвращалась после отбоя просто потому что они засмотрелись фильм или вовсе уснули. Они гуляли в лесу, устраивали пикник или же просто долго сидели в столовой, что-то увлечённо обсуждая. В совокупности всё это улучшало положение Ривена в глазах скептично настроенной Стеллы. Но девушка до последнего ждала подвоха, как бы ни старалась об этом не думать. Просто потому что это пари. Так еще и с Ривеном.

***

– Я сегодня ночую у Блум, – Скай взял необходимые на ночь вещи, и почти вышел из комнаты, – не шумите сильно. – Подмигнув напоследок, блондин выбежал из комнаты под обстрелом подушками. Муза лежала на плече Ривена, увлеченно смотря в ноутбук. Нельзя было не заметить, что специалист умел подбирать фильм на вечер. Ривен резко поставил фильм на паузу, а после и вовсе убрал ноутбук на стул, и повернулся к фее. Муза встала с плеча, садясь напротив. – Что? – Фея с полным непониманием смотрела в глаза Ривена. – Правда или действие? – Серьезно? – Муза замахнулась подушкой, – я уже подумала, что ты меня сейчас выгонишь. – Ни в коем случае, – специалист взял фею за руку, пытаясь успокоить. – Я не хотел пугать. – Может еще в бутылочку предложишь сыграть? – Муза выдохнула. – Мы что, в седьмом классе? – Возразил шатен. – Так и твое предложение далеко не ушло… – Хорошо, твои варианты? – Парировал Ривен. Фильм просто ему надоел, и он захотел сменить обстановку. Заодно проверить фею разума в иных условиях. – Вообще-то до этого момента мы просто смотрели фильм… – напомнила фея. – Я помню, найдём другое занятие? – У меня нет вариантов, давай свои вопросы… – Муза согласилась, поскольку предложений у неё действительно не нашлось. – Ограничения устанавливаем? – А ты собрался пошлятину спрашивать? – Возможно. – Ривен прищурил глаза, – тебе есть что прятать в шкафу? – Твой труп, если продолжишь говорить загадками! – Муза была готова убить его на месте. Интриги и загадки фея разума не любила. Ей их вполне хватало на учебе. – Мне не очень хочется кукарекать, и всё такое… давай просто отвечать на самые любые вопросы? – Предложил специалист. – Так даже проще. – Фея согласилась. – Но не думай, что я бы попросила тебя прокукарекать, появись у меня возможность дать тебе любое задание. Муза ухмыльнулась. За этот почти месяц «отношений» она научилась отвечать на любой подкол шатена. И это даже начинало нравиться. – Хорошо. Ты девственница? – Специалист, для начала, решил узнать то, чего про фею не знал. – Да. Ривен не скрывал удивления. Муза приличное время встречалась с «цветочным мальчиком», и специалист был уверен, что она уже была в его кровати, быть может даже не раз. – Не суди о других девушках по своим бывшим – не все прыгают в кровать парня в первую же ночь. – Ау, меня это почти ранило… – Ривен изобразил ранение в сердце, тут же улыбаясь. – Спрашивай. – Сколько у тебя было девушек? – Суммарно может 6-7… не считал. Я думала будет больше. Намного больше. Это даже по-божески… – Чего о тебе не знает ни одна живая душа? – Ривен словно знал, куда стрелять. Уже в начале игры создалось ощущение негласной битвы… – Я пою в душе, танцую когда прибираюсь, первое время часто надевала наушники, пока Терра беспрестанно тараторила. Выбери из этого что-нибудь стоящее. – Допустим. Ривен пристально смотрел в глаза девушки. Она не нервничала. Или же очень хорошо это скрывала. Муза сидела напротив, меньше чем в метре от него и спокойно смотрела в завораживающие карие глаза. – Почему на всю Алфею достоверно известна твоя плохая репутация? – Я не люблю правила, потому не особо их соблюдаю, первые два года я не искал серьезных отношений, потому, замечая меня в компании разных девушек, мне быстро повесили ярлык бабника… мне на это плевать. – Хорошо… Муза поверила бы, не добавь специалист в конце «мне на это плевать». Фея была уверена, что это в корне не так: даже такому человеку как Ривен, не может быть абсолютно на все плевать. – Зачем в том году ты залезла мне в голову на поле? – Мне стало интересно, о чем ты думаешь. Точнее, можешь ли ты думать о чем-нибудь стоящем. – Что в твоем понимании «стоящее»? – Что-нибудь помимо тусовок, разового секса и пьянок. – Фея не отрывала взгляда, а Ривен, по ее ощущениям, закипал. – И как? Что-то дельное нашла? – Ривен подался вперед, сокращая расстояние. В его глазах так яро читался азарт. – Тебе не нравится это место, однако ты один из лучших специалистов уже не первый год, а значит, работаешь. Тебя очень многое здесь раздражает, но к некоторым вещам ты стал более лоялен. Как-то так. – Хорошо. Каждый раз после ответа феи на вопрос, Ривен словно добавлял новую деталь в пазл в своей голове. А Муза почему-то выдыхала. – Кто-нибудь знает о нашем пари? – Муза боялась выдать себя этим вопросом, но не узнать не могла. – Нет. Но не встречайся Скай с твоей подругой, я бы поделился с ним. А так, я не уверен, что он надёжный хранитель подобной информации. Муза вновь выдохнула. Не так давно она поняла, что от чего-то ей хотелось, чтобы о сущности их отношений знало как можно меньшее количество людей. Про то, что с самого первого дня обо всём этом знает Стелла, Муза предпочтёт молчать до конца отношений пари. – Твое самое тайное, возможно темное, желание? – В смысле? – Муза подняла одну бровь вверх. – Чего бы ты хотела, но никому в этом не признаешься. Возможно, даже мне, но теперь придётся. – Ривен улыбнулся, заметив, как смущается шатенка напротив. А фею словно в холодную воду окунули. Она сама не поняла, как вспомнила один из совместных спаррингов с Ривеном в прошлом году. В какой-то момент, когда они были максимально близко, фея разума допустила мысль: «поцелует или нет?» Тогда ей этого даже захотелось, и за эту мысль она ещё долго себя ругала. Как она вообще такое допустила!? – Помнишь один из спаррингов в том году? – Ривен кивнул, – так вот, когда ты меня повалил и навис сверху, на секунду я подумала, что ты можешь меня поцеловать… но... это была всего лишь мысль. – Ты этого хотела? – Ривен смотрел прямо в темно-карие глаза. – Да… да, тогда я этого хотела, но… Он не дал ей признаться. Наклонившись вперед, Ривен взял лицо феи в ладони, целуя. Мягко, нежно. Муза не сразу поняла, что произошло, но как только опомнилась, сразу ответила на поцелуй. Ривен притянул фею за талию, углубляя поцелуй, после, аккуратно укладывая девушку на подушки. Муза не заметила, как уже лежала на кровати, а шатен был сверху. Тот самый несостоявшийся поцелуй в спарринге. Колено Ривена оказалось между ног феи, одной рукой он держал девушку за талию, а второй – опору возле ее лица. Муза тонкими холодными пальцами скользнула с шеи к затылку, оттягивая кудрявые волосы. Ривен отстранился лишь на пару сантиметров, оставаясь в запредельной близости к фее. – Так ты себе это представила тогда? – Шепотом спросил он. Муза кивнула. Она не знала, что сказать. Глаза бегали по лицу специалиста, в голове витал лишь один вопрос: – Ты бы поцеловал так, не вспомни я тот спарринг? – Так, это как? – По-настоящему. – Если не сейчас, так позже, но поцеловал бы. Муза все силы приложила, дабы не позволить себе расплыться в улыбке. Ривен был все так же близко, очень близко. Но самой большой близостью за сегодня было его откровение. Это интимнее любого поцелуя или секса. Шатен слышал бешеный стук сердца девушки, совсем забывая о своем. Он оставался в том же положении, не зная, что делать. Он поцеловал бы ее снова и снова, убеждая, что это по-настоящему, искренне. Он понимал, что проигрывает, что совсем скоро окончательно признает, что не сдержал собственное единственное условие. – Ты останешься, или тебя проводить? – Все же специалист вернул былую дистанцию, снова садясь напротив феи. Муза почувствовала холод по спине, вернувшись в исходное положение. Холод пробежал не только по спине. – Я могу остаться. Если захочешь… Хочет. – Останься. Мы можем вернуться к фильму, если хочешь. – Не хочу. Могу я взять твою футболку на ночь? – Ривен кивнул. Муза встала с кровати, и, зайдя за открытую дверцу шкафа, начала переодеваться. Длинная черная футболка прикрыла все, что нужно. Ривену стоило не малых усилий скрывать улыбку. – Учти, что я сплю вовсе без нее, – оглядев вернувшуюся девушку, сказал специалист, вставая с кровати. Муза легла лицом к стене, пряча в одеяле порозовевшие щеки и улыбку. Черт! Ривен вернулся через пару минут, обнимая фею за талию. Специалист долго не сможет уснуть, прокручивая в голове последние три недели, а Муза до последнего будет притворяться спящей, и только после поцелуя в висок и тихого «Спокойной ночи» начнёт засыпать. 2:35, Стелла: «Тебя ждать?»