Глава 15.

Глава 15. Активировав додзюцу, Учиха внимательно осмотрелся, оценивая обстановку. И так как ни одна деталь не могла ускользнуть от взора его алых глаз, в кратчайшие сроки ему удалось воссоздать в голове картину произошедшего. Судя по многочисленным вмятинам и следам крови, наблюдаемым в кабине небольшого транспортного самолета, к крушению привело сражение с участием обладателя сверхчеловеческих сил. Натуральные вмятины от кулаков на это намекали весьма отчетливо. Вопрос же о личности одной из сторон отпал, стоило лишь заметить бэтаранг торчавший из спинки кресла пилота. Однако это лишь добавило вопросов. Судя по следам крови и их количеству, неизвестный противник Темного Рыцаря убил пилотов. Одного застрелил, а второго зарубил холодным оружием. Враг убил собственных пилотов? Или же они вовсе не принадлежали к одной «команде» и в бою сошлись сразу три стороны? Как бы то ни было, результат был очевиден — в результате взрыва все они покинули самолет, оставив одного Учиху самостоятельно разбираться с последствиями их действий. В мгновение ока создав рядом с собой клона стихии молнии, Мадара шаринганом, словно в замедленной съемке, проследил за тем, как тот вылетает наружу через всю ту же пробоину. После чего, сложив печать концентрации, без проблем произвел замену за мгновение до столкновения. Ловко перевернувшись в воздухе, шиноби относительно аккуратно приземлился прямо на поверхность воды, в десятке метров от места, где сейчас активно погружались на дно обломки самолета. Впрочем, спокойно стоять на месте и наслаждаться преимуществами обладания чакрой, увы, оказалось невозможно.  Тихий океан, несмотря на свое название, в данный момент абсолютно таковым не являлся. Небо, полностью окутанное тяжелыми серыми тучами, время от времени оглашало мир раскатами грома. А сам океан, словно вторя небесам, поднимал все новые и новые волны, с чудовищным ревом сталкивая их друг с другом. Даже опытные шиноби, оказавшись посреди подобного шторма, явно не остались бы равнодушны и, отчасти, Мадара вполне мог их понять.  Однако сам он уже давно вышел из категории людей, которых может испугать подобное проявление природы. Даже в своем нынешнем, весьма ограниченном, состоянии, Мадара не сомневался в своей способности выбраться живым. Что больше волновало его, так это тот факт, что воспоминания от его клона, созданного при столкновении с Плющом, до сих пор не пришли. О том, что тот до сих пор не развеялся Учиха даже не думал. Сейчас, приблизительно, раннее утро, то есть навскидку прошло не менее семи часов с момента создания. А чакры, вложенной в него, хватило бы лишь на пять. И это при условии, что клон не использовал бы вообще никаких техник.  Значит, по какой-то причине, воспоминания попросту не достигли оригинала — что вызывало недоумение. Мадара никогда не был ученым или исследователем, но он был практиком, который знал о чакре и техниках как бы не больше них. За это, во многом, стоило сказать спасибо его заклятому другу — Хашираме Сенджу, ибо в противостоянии с ним приходилось зубами цепляться за каждую мелочь, чтобы получить преимущество и хотя бы ненадолго вырваться вперед.  В общем, знал Учиха очень многое, в том числе и о техниках клонирования. Вне зависимости от стихии, суть оставалась одной — создание слепка разума из Инь-чакры (то есть, духовной составляющей чакры), который будет связан с оригиналом. И уже вокруг этого слепка формируется физическая оболочка. Тем не менее, даже сам Мадара не знал ни одного способа развеять клона так, чтобы оригинал не получил воспоминаний копии. Не имеет значения расстояние или способ уничтожения клона. Единственный способ нейтрализации, без осведомления оригинала — не развеивать реплику вовсе, вместо этого запечатав с помощью фуиндзюцу.  Конечно, его знания основывались лишь на его опыте пребывания в родном мире и Мадара не мог быть уверен, что на новом месте все будет по прежнему. Тем не менее, за прошедшее время Учиха не выявил каких-либо различий, даже если они и были. По крайней мере, ничего, что не относилось бы непосредственно к воздействию неизвестной силы, ограничивавшей его. Те же развеявшиеся клоны все так же исправно передавали чакру и воспоминания, вне зависимости от того, находились ли они в метре от оригинала или в паре десятков километров.  Как бы то ни было, гадать были фактически бесполезно. Слишком мало данных. Однозначно понятно лишь одно — с кем бы не столкнулся его клон, тот либо каким-то образом сумел помешать возвращению чакры к оригиналу, либо владеет неким подобием запечатывающих техник.  «Или же и вовсе сам обладает чакрой и владеет техниками фуиндзюцу» — мрачно подумал Учиха, вновь взмывая на десяток метров, чтобы преодолеть очередную волну, — «Не стоит отбрасывать вероятность того, что явились условные Узумаки, чтобы добить меня, после того как ослабили какой-то неизвестной техникой или печатью своего мерзкого клана». Впрочем, вопреки своим мыслям, Мадара сильно сомневался в подобной версии. Он, конечно, далеко не сенсор, но зато владел шаринганом, который позволил бы заметить следы недавнего применения чакры в самолете. А таковых не было. Да и иных логических несостыковок в данной версии хватало, учитывая его наблюдения касательно произошедшего в кабине боя. Тем не менее, до конца отбрасывать эту версию нельзя, а значит жизненно необходимо стать серьезнее. Стоило признать, впервые на своей памяти оказавшись посреди мирного времени, Мадара позволил себе чрезмерно расслабиться, что не позволительно, когда ты имеешь дело с неизвестным врагом, даже если тот не является шиноби. Следует как минимум действовать осторожнее, если не залечь на дно. Однако второй вариант Мадара быстро отбросил, посчитав глупым и откровенно вредным. Забившись в темный угол он мало того, что не сможет ничего узнать о скрытом враге, так еще и ни на шаг не приблизится к возвращению своих сил. Значит, в первую очередь, как только он выберется из этого чертового шторма, нужно будет связаться с Уэйном и получить больше информации о противнике и цепочке событий, которые привели его к крушению посреди океана. Если тот жив, конечно. А дальше… дальше планировать смысла попросту нет. Слишком все завязано на том, какого характера будут полученные данные и получит ли он их вообще. Тем не менее, вскоре Мадара принялся прикидывать «черновые» варианты действий на тот или иной случай, просто от скуки, ибо шторм все не думал утихать, а никакой суши не наблюдалось. Впрочем, даже если неподалеку и находился какой-то небольшой островок, Учиха мог вполне благополучно его пропустить. Ибо, начавшийся вскоре дождь окончательно понизил видимость до уровня «не заметил пятиметровую волну». Осложнялось его передвижение еще и тем, что поддерживать активированным шаринган было слишком затратно. Пусть шиноби, даже с нынешними ограничениями, спокойно мог держать его активированным даже пару часов, но ситуация была такова, что путь его может продолжаться целыми сутками. А в таких условиях, энергию лучше экономить. *** Мадара не брался утверждать наверняка, сколько времени он «ходил по океану». Но, как минимум, не меньше суток. И большую их часть он вынужден был бороться с непогодой, всеми силами пытавшейся отправить его на дно. И если поначалу он преодолевал все препятствия подобно нерушимой скале, то к данному моменту… ситуация несколько осложнилась.  Вопреки остальным соклановцам, Мадара никогда не жаловался ни на количество чакры, ни на физическую выносливость. Даже более того, по этим показателям даже в детстве обойти его могли лишь настоящие уникумы из числа тех же Узумаки и Сенджу. А к моменту смерти Изуны от рук Тобирамы он и вовсе вышел на недосягаемый для простых смертных уровень. Единственным, кто превосходил его в этих двух показателях был Хаширама.  Тем не менее, сейчас Учиха вплотную подошел к своему пределу. Еще пару часов он выдержит, но не более. Увы, истощение чакры наступило раньше, чем он надеялся и тому были причины. Прежде всего, уже больше суток он не пил, а последним, что он ел оказался сэндвич, который он съел во время поисков той болотной твари и пропавших людей. А с тех пор прошло, приблизительно, 35-40 часов. Само собой, отсутствие питательных элементов привело к существенному снижению темпов восстановления чакры. Да и применение последней причиняло все больше дискомфорта, в связи с тем, что совсем недавно он уже перешагнул порог ограничений, наложенных на него и даже не успел толком восстановиться. А ведь, помимо прочего, какое-то количество энергии уходило еще и на то, чтобы банально согреться.  Тем не менее, с виду Мадара продолжал вполне бодро преодолевать километр за километром, набрав бешеную, даже по меркам шиноби, скорость. Подобно спортивному катеру он несся, оставляя за собой тучи брызг. И ничто в его внешнем виде не выдавало бы, что совсем недавно он побывал в центре шторма, если бы не состояние одежды. От кроссовок и носков Мадара избавился еще в самом начале, чтобы сократить количество чакры, затрачиваемой на передвижение по воде. Ибо стоять на воде в кроссовках требовало, пусть и незначительно, но больших затрат, а в его положении каждая кроха была на счету. Также, несколько часов назад он лишился футболки, когда слишком глубоко ушел в мысли и не заметил волну, из-за чего ненадолго ушел под воду. Поэтому к настоящему моменту шиноби остался в одних лишь в темных, насквозь промокших, штанах и исподнем. Впрочем, это мало волновало опытного шиноби, полностью сосредоточенного на своей цели. Периодически он совершал прыжки на десяток метров в высоту, чтобы осмотреться и не пропустить случайно какой-нибудь островок. Так, совершив очередной разведывательный прыжок, Мадара вновь ощутил укол разочарования, не заметив ничего кроме казавшихся бесконечными просторов океана. И вот, восстановив прежнюю скорость, Учиха продолжил путь, как вдруг… Прямо перед ним возник немалых размеров остров.  «Галлюцинации?» — удивлено подумал шиноби, на секунду активируя додзюцу для проверки подлинности.  Но нет. Никаких галлюцинаций или гендзюцу. За секунду на которую был активирован шаринган, Учиха успел вполне подробно рассмотреть остров. И не мог подобрать слов, чтобы описать свои ощущения. С одной стороны, ничего особенного. Окаймленный золотистыми пляжами, остров мог похвастать скалистыми утесами, прекрасными водопадами и пышными густыми лесами с многовековыми деревьями. Даже тот самый суровый океан, что уже больше суток настойчиво пытался отправить на дно его самого, казалось, лоснился к берегам. Небольшие волны лазурного цвета, накатывавшие на побережье, производили едва ли не гипнотический, успокаивающий эффект, словно призывая расслабиться.  Но все это мало отличалось от райских изображений с тех же Гавайев. Да, тут природа несколько более… пышная и в целом зелени побольше, но дело явно было не в этом. Мадара буквально кожей ощущал, что с этим островом что-то не так. Будучи опытным шиноби, он повидал немало мест, отличавшихся внеземной красотой, но ни разу его не охватывало столь туманящее разум восхищение. Что уж говорить, Учиха внезапно поймал себя на мысли, что не прочь задержаться здесь на пару-тройку месяцев, а планы по возвращению собственных сил… могут и подождать.  И что удивительно, шаринган не смог распознать никакого гендзюцу или следов применения чакры в целом. Остров как остров, если конечно верить собственному додзюцу. Что приводило к однозначной мысли — если постороннее влияние и имеет место быть, то источником является нечто иное. Возможно, какая-то иная энергия, неизвестная для шиноби, но имеющая место в данном мире.  Впрочем, нет смысла гадать, когда можно напрямую поинтересоваться у обитателей данного острова. А остров определенно был населен какой-то неизвестной цивилизацией. На вершинах гор и некоторых скал расположены каменные сторожевые башни и здания, возведенные в античном стиле. По крайней мере, обилие колонн в отдельных постройках явно наводило на мысли о Древней Греции. Помимо построек, шаринган ясно позволял рассмотреть хорошо протоптанные тропинки и прочие следы цивилизации, пусть и… мало соответствующей нынешним временам. Все это, учитывая то, что остров был скрыт неизвестным способом и стал заметен только после преодоления какого-то невидимого барьера, приводило к однозначной мысли — этот остров и цивилизация его населявшая, вероятно существует в изоляции от остального мира.  Потратив жалкий десяток секунд на размышления, Мадара решил не терять времени даром и направился прямо к берегу, на котором ранее обнаружил группу молодых девушек. То, что они были обнажены и плескались на берегу его совершенно не смущало, а мысли о какой-либо осторожности и дипломатичности были мгновенно отброшены, стоило ему лишь заметить флягу из которой пила одна из дев.  И уж точно его совершенно не беспокоил тот факт, что по близости от них лежали клинки и элементы доспехов, намекая на их принадлежность к воинской касте. Решат напасть? Плевать. Им же хуже, ибо Учиха Мадара был мягко говоря не в духе. И никакое истощение организма не спасет окружающих, если они посмеют угрожать ему. Он и так был излишне дипломатичен и добр в последнее время. Разумеется, его появление не осталось незамеченным. Довольно быстро девы заметили бегущую прямо по воде фигуру воина и поднимаемую им тучу брызг. После секундной паузы, воительницы без какой-либо паники и лишней беготни выбрались на берег и принялись готовиться ко встрече. Стоило отдать им должное, вместо нерациональных попыток прикрыть одеждой интимные места, девушки правильно оценили скорость приближения угрозы и нацепили только отдельные элементы защиты в виде тех же наручей, да похватали оружие. После чего выстроились в полукруг прямо на пути шиноби, чтобы атаковать с нескольких сторон противника, едва он только выберется на берег. Впрочем, стоит ли говорить, что это было бесполезно против Мадары?  Еще на подходе в шиноби отправилось несколько стрел, от которых он без всякого напряжения уклонился, слегка сместив корпус в сторону. Когда же до песчаной поверхности берега оставалось около десятка метров, Учиха оттолкнулся посильнее и взмыл в воздух на несколько метров, после чего, соединив ноги вместе, со всего маху влетел в песок, намеренно поднимая огромную завесу песка. Часть последнего попала в глаза противницам, стоявшим прямо перед его лицом. Таким образом, еще до начала боя, он временно вывел из строя четверых из десяти девушек, попутно лишив их возможности атаковать его с трех сторон.  — Атакуем! — скомандовала одна из дев на незнакомом языке. Хотя, стоит отдать должное, воительницы ни капли не растерялись и вшестером попытались зажать его в клещи, навалившись с двух сторон. Тем самым, как им казалось, они не позволили шиноби атаковать их временно ослепленных союзниц. Само собой, это было не так. Даже в нынешнем состоянии, Мадаре не составило бы труда добраться до тех и добить, но зачем спешить к четырем противникам, если другие шесть сами лезут прямо в его руки?  Абсолютно синхронно с двух сторон в него понеслись наконечники копий, намереваясь пронзить его легкие. Мысленно усмехнувшись, за мгновение до столкновения металла с его кожей, Учиха слегка оттолкнулся от земли, пропуская под собой удары, после чего растянул ноги в шпагат и вдарил по удивленно вытянувшимся лицам двух дев. Впрочем, как ни странно, удары не отправили их в царство снов. Более того, пусть от инерции те и свалились на песок, но сразу же поднялись на ноги, не показывая ни малейших признаков боли.  «Они заметно крепче обычных людей» — сделал вывод Учиха.  Уклонившись еще от нескольких ударов со стороны других воительниц, Мадара также отметил явно повышенную скорость реакции и силу. Последняя в особенности выделялась, ибо попытка отнять копье у одной из противниц наткнулась на неожиданно сильное сопротивление. И пусть, приложив чуть больше усилий, Учиха явно смог бы выиграть в «перетягивание копья», но предпочел отступить, заодно сделав отметку о физической силе лишь немного уступающей его собственной.  Впрочем, подобные открытия не то, что не заставили напрячься, но и даже привели брюнета в восторг. Перестав сдерживать силу, Учиха пропустил очередной выпад мечом, слегка сместившись влево, после чего ответил мощнейшим ударом в челюсть. Пролетев с десяток метров, пару раз прокатившись по песку, фигура воительницы так и осталась лежать. Но подобная демонстрация силы привела только к тому, что девушки покрепче сжали свое оружие. Зато вот последовавшая за этим искренняя улыбка Мадары заставила их вздрогнуть.  — Не подставляйтесь под его удары! — отдала какую-то команду их лидер. Но Учиха плевать хотел на смысл ее слов, ведь они в любом случае обречены. Просто еще не поняли этого. Вновь рывком сблизившись с ближайшими двумя противницами, Мадара плавно проскользнул под удар клинка, который должен был его обезглавить, после чего ухватил воительницу за шею и впечатал колено прямо в солнечное сплетение. Выбив из нее весь воздух, шиноби подхватил свою жертву под обнаженное бедро, не отпуская при этом шею другой рукой, и, слегка раскрутив, швырнул прямо в товарищей, сбив нескольких девушек с ног.  Так он вывел из строя еще несколько противниц, прежде чем на него навалилась весьма контрастная пара, которая, тем не менее, благодаря своей поразительной скоординированности смогла даже слегка потеснить шиноби. Пусть и ненадолго.  Как и все остальные, эти девушки тоже обладали близким в совершенству телосложением. Высокие, стройные и, чего уж там, весьма симпатичные на лицо. Даже слегка повышенная мускулистость лишь предавала им особый шарм воительниц, не переходя при этом черту и не превращая в мужеподобных бабищ. Одна была даже чуть выше самого Мадары, темнокожая, сверкающая свирепыми карими глазами, она весьма умело подбирала моменты для выпадов своим копьем. Тем самым, зачастую, спасая свою излишне увлекающуюся нападением напарницу от контратак брюнета.  Вторая же отличалась поразительно светлой, белоснежной кожей, золотистыми волосами и яркими голубыми глазами, которые, казалось, сияли от переполнявшего их обладательницу боевого азарта.  Впрочем, даже невероятная командная работа помогла им выстоять против Мадары лишь что-то около тридцати секунд. После же, к сожалению для них, наблюдение за их тандемом успело наскучить ему, так что брюнет подловил их на излишне дерзкой атаке и вырубил точными ударами по голове.  Пока он развлекался, лидер отряда додумалась отослать двух своих подчиненных в роли гонцов. Что, впрочем, совершенно Мадару не расстроило. Последних трех воительниц он даже вырубать не стал, просто повалял слегка по песку, да сломал несколько ребер. Так, убедившись, что они более не представляют угрозы, Учиха спокойно прошел к все еще лежавшим в теньке, на специально расстеленной ткани, вещам воинственных дев, после чего поднял ближайшую флягу с жидкостью. Слегка принюхавшись, он ощутил незнакомый сладковатый запах, навевающий мысли о каком-то соке. Чуть подумав, Мадара все же принял решение и сделал несколько пробных глотков.  — Ммм… — не сдержавшись, промычал от удовольствия Учиха, чувствуя как по горлу прокатывается ощущение слегка прохладной жидкости, — Ради этого стоило сражаться! — довольно ухмыльнулся он, сделав еще несколько глотков.  — Ты… напал на нас, кха-кха, чтобы… попить? — с нескрываемым недоверием спросила симпатичная брюнетка лет двадцати на вид, с оливкового цвета кожей. Она поднялась на колени, опираясь на свой меч и придерживая одной рукой пострадавшие ребра. К слову, она была единственной из их отряда, кто оставался в сознании. — Говоришь на английском? — слегка удивился Мадара, — Впрочем, плевать, — вновь сделал он несколько глотков, — Скажи лучше, что это за замечательный напиток?  — Нектар, напиток богов… — глубоко шокированная девушка ответила на последний вопрос раньше, чем вспомнила, что вообще-то говорит со врагом. — Вот оно как… — пробормотал Учиха.  — Кто ты такой и зачем пришел на наш остров? — Вышел проветриться с утра, а потом как-то само собой дела завертелись и вот я тут, — пожав плечами ответил полностью довольный жизнью Учиха, напрочь проигнорировав первый вопрос. В груди стало тепло, а с души словно упал камень. Хотелось танцевать, драться и веселиться, ни в чем себе не отказывать и отрываться на всю катушку. Да и в голову внезапно пришло осознание, что он только что дрался с обнаженными красотками, некоторые из которых сейчас лежат в весьма провокационных позах и вообще… — Этот ваш напиток… случайно не алкогольный? — Да, а что? — Твою же мать… — выдохнул Учиха, успевший наполовину осушить фляжку.