4 глава.

За окном уже заметно стемнело. Небо заволокли темные снежные тучи, предвещая о большом снегопаде. Не прошло и пары минут, в холодном воздухе закрутились хлопья снега, а фонарики и рекламные огни создают предновогоднюю атмосферу. Девушка тщетно терпит, именно терпит, потому что ходить на одну и ту же пьесу уже порядком поднадоело. Просто мучение настоящее. Однако, нужно вложиться на максимум. Через три дня уже выступление. В сопровождении бурных возгласов и каких-то мелких споров ребята разошлись кто куда: кто-то ушел в примерочную, а кто-то в гримёрку. — Боже, я так переживаю! — У нас еще две репетиции, успокойся ты уже! Ралина переоделась в свой костюм и вошла в гримерку к уже знакомым ей девочкам. — О, Ралина. Кстати, вы что, с Аскаром встречаетесь? — Ну да, а что? — Ого, да просто, вы же такие разные. За дверью уже кричала преподавательница, подгоняя каждого. Как по щелчку пальца все «актёры» вышли из своих комнат, будучи одетыми и собранными. Каждый испытывал чертово волнение, потому что понимали, что нужно отыгрывать уже всё без помарок. Заиграла музыка и всё завертело бешеным конвейером. Только гордо поднятые подбородки и чёткие реплики у всех. Без ошибок. Они отыгрывали идеально. Дрожь всё равно била тело, а коленки очень сильно дрожали. Под конец выступления было уже не так страшно, поскольку Нина ничего не сказала им. Лишь внимательно слушала и смотрела, контролируя ситуацию. — Молодцы! Третий раз уже без ошибок. Думаю, генеральная репетиция в четверг. Завтра не будет. Всем хорошего вечера! Суворова как можно быстрее переоделась назад в свою школьную форму и поспешила на первый этаж к раздевалке, где её ждал Аскар. — Ого, а ты чего тут? Поцеловав быстрым движением его в щеку, девочка принялась возиться со сменкой, параллельно развязывая с парнем разговор. — Да до дома сходил за подарком для тебя на новый год, потом развернулся и ушел обратно, подумал, что будет лучше если я подарю тебе его после вашего выступления в пятницу. — И ты все равно вернулся сюда. — Провожу тебя до дома. Она переоделась в верхнюю одежду и они вышли на улицу. Город окутал непроглядный мрак, освещаемый только парочкой уличных фонарей и то, не везде. Тяжёлый воздух проникал в лёгкие и словно резал их. Неприятное режущее ощущение в такой мороз, но девушка все равно продолжала смеяться над шутками своего молодого человека и дополняла разговор какими-то своими фразами. В свете желтого фонаря на дорогу беззвучно падают мягкие снежные хлопья. Оставленные прохожими дорожки следов сплелись в один огромный клубок, и уже теперь разобрать кто куда шел было невозможным. Мягкий и пушистый снег тихонько шелестит под ногами. Девушка ощущает безграничный покой и желание наслаждаться и дальше этим моментом. Зимний вечер — это такое время, когда всё кажется тихим и спокойным. В зимний вечер можно найти много разных радостей и удовольствий, что кажется, будто время останавливается, и мы можем наслаждаться этой красотой вечно. Ралине казалось, что сейчас она счастлива, пока они не зашли во двор неосвещенного соседнего двора. — С какого района, голубки? Три парня, больше смахивающих на местных гопников остановились возле пары, перегораживая путь. Один из них усмехался над тем, как ловко и сразу удалось им вселить страх в этих двоих, второй начал вымогать деньги, а третий и вовсе был настроен агрессивно. У всех троих были грубые и тяжелые шаги. Девушке они казались слишком угрожающими, прямо как и несколько немалых шрамов на их лицах. Руки Суворовой сжались в кулаки, в попытке унять подступивший страх. От переполняемого волнения, она не могла трезво соображать, всё тело дрожало, а сердце гулко колотилось в груди. — Ну че молчишь, даже за даму не заступишься свою? — Скрипучий и противный голос резал девичий слух. Одним резким движением Ралину хватают под локти и удерживают, оттаскивая на небольшое расстояние. Сердце в этот момент остановилось и провалилось в глубокую бездну. Холод скользнул по всему телу, не давая пошевелиться. Ползучий страх спрятался где-то внутри, медленно распространяясь. — Деньги есть? — Нету. — Че думаете пацаны? — С хитрющей улыбкой на лице, обращается к своим товарищам. — Попрыгает пусть, если найдешь, в фанеру ему пробей, так быстро мозги на место встанут. Услышав слова мерзавцев, темноволосой казалось, что сердце пропустило удар. На душе становится тяжело. Она даже сделать ничего не может. В глазах застыл ужас. Воздух стал еще более невыносимо вдыхаемым. Хотелось спрятаться. — Не трогайте его. — Ого, у тебя голосок имеется? А баба то ниче такая, — Оглядывает с ног до головы, неспуская этой едкой усмешки. Как на одно лицо все, ей богу. — Школьница? — Не ваше дело. Вы хоть знаете, кто мой брат? Игнорируют. — Попрыгай. Че встал, чушпан? Кому говорят?! Легкий подзатыльник юноше. Он явно нехотя начинает подпрыгивать на месте. В карманах звенит звук монет. Ралина прикрывает глаза и пытается восстановить сбитое дыхание, но не может. Получит же её мальчуган сейчас. Сердечко Ралины надрывается. От кручины так и норовит выпрыгнуть наружу. — Врать нехорошо. Выбирай, получаешь ты, девку не трогаем, ну или наоборот. Тон парней сейчас заставляет ту побледнеть. Сил нет больше сохранять самообладание. — Бейте. — Дрожащим от отчаяния голосом, произносит он, закрывая глаза в предвкушении удара. — Нет! Тяжёлая рука хулигана прилетает в лицо юноше, заставляя потерять равновесие. При виде этой страшной картины тело будто парализует. Внутри всё ужасно сжалось и как-будто, разрывалось на части. Голова закружилась. — Еще ударь, мало ему, видно же. — Не трогайте его, уроды! — Да когда ж ты уже замолчишь, дура? Крепкая хватка у корней волос и рывок назад заставляют закрыть рот на замок. Едва ли слышный писк от боли. Ралина не решается больше что-либо делать. Лишь слушает многочисленные удары, пытаясь не смотреть. Разум помутнел, застилая темнотой глаза. Суворова пыталась не заплакать. Считала себя сильной и гордой для слёз на глазах у чужаков. Не дождутся. От улыбки и следа не осталось, а лицо покрывала теперь только мрачная тень. Девушка отвела взгляд и поджала губы ниточкой, чувствуя ужасный груз как на плечах, так и на душе. — Ревет парнишка то, ха! — В крови вон захлебнется щас уже, погнали отсюда. — Пока, куколка. Рывок и Ралина свободно падает на снег, совсем рядом с Аскаром, держащимся за разбитый нос. Девчонка тут же подползает к нему. — Аскар! Убери руки, покажи. Пытается рассмотреть его травму, продолжая дрожать. Поднимаются и плятутся в сторону её дома. — Сейчас обработаем тебя. — Вот же твари... — Я понимаю, больно... — Что уж там! Тебе то не досталось хоть? — Можно сказать нет. Они в спешке зашли в квартиру. На проходе их встретила мама, что сразу же была подвергнута в шок внешним видом молодых людей. — Господи, что произошло? — Знакомься, Аскар мой... молодой человек. — Очень приятно Аскар, я Диляра, но это не лучшее время для знакомства! Что случилось, Ралина? — Хулиганы. Деньги вымогали у нас. — Какой кошмар. Ну что вы стоите, давайте на кухню, сейчас посмотрим что там с вами. Они разуваются и идут на кухню. Усаживаются на разные стулья и каждый смотрит в пол. В краце парень пересказал случившееся, продолжая копить этих мерзавцев за содеянное. — Да у тебя нос сломан, в больницу надо! Это было понятно по тому, как кривилось его лицо в соприкосновении с открытой раной на носу. Сочилось достаточно крови, беззвучно капая на пол. Боль не хило так резала кожу, вызывая противное чувство изнутри. — Вот блин, дедушка меня прибьет. — Ралина, принеси еще ваты. Девочка уходит в гостинную, из шкафа достает моток с ватой и возвращается на кухню. Из комнаты выходит Вова, останавливается на пороге и оглядев всех, задается вопросом. — А ты кто? — Вов, спокойно. Суворова тут же подходит к брату и пытается успокоить его. Его всегда бесили чушпаны, что ошивались рядом с сестрой. Считал, что они никто и не достойны её. — Это Аскар, мы с ним... ну ты понял. Он провожал меня, а на нас напали какие-то придурки, да деньги стали трясти. Он получил в морду, пока меня удерживали в стороне. — Вот так и ходи одна. В следующий раз и тебе прилетит, сколько раз говорил? С таким ходишь, так никакой безопасности. — Ты что-то против имеешь? — Ничего абсолютно. Не хочу чтобы тебя кто-то обижал. Этот даже защитить себя не может, что уж говорить про тебя, Ралина? — Прекрати! Он молча уходит к себе, оставив разгневанную Ралину в своих мыслях. Ей было плевать на слова старшего брата, она все равно будет общаться с ним. — Отец приехал, — Смотря в окно, произносит мать. — Проведи его вниз, пусть в больницу едет, тут одной обработкой не обойтись. — Хорошо. Идем. Парочка спускаются вниз и прежде чем разойтись, они крепко обнимаются на прощанье. Он обнимает тонкую талию своей возлюбленной, прижимая ближе. Она охотно приняла этот жест и уткнулась лицом в его быстро вздымающуюся грудь. Заводит руки за спину и крепко прижимает, словно последний раз. Целовать девочку он не стал, мало ли запачкает своей кровью. И объятий достаточно было на данный момент. Суворова вернулась к себе домой и тут же оказалась втянутой в разговор с Маратом. Они сидели вдвоем в ее комнате и обсуждали ее отношения с Аскаром. — Теперь ты мне блять будешь предъявлять? Это моя жизнь. С кем хочу, с тем и хожу. — Да он же даже прикрыть тебя не сможет или защитить если что. Чушпан самый натуральный! — А сам то кто? И вообще, выйди из моей комнаты. Душевная тоска по юноше итак не давала ей покоя. При одном только воспоминании с этого ужасного неприятно сложившегося вечера болезненно покалывало в груди, а в карих глазах образовались горькие слёзы. — Ты плачешь? Она сдерживала свои эмоции. Не позволяла себе показаться слабой даже рядом с братом. Ралина считала это слабостью у людей. Она продолжала исподлобья глядеть на Марата, отказываясь верить в происходящее. — Выйди пожалуйста. — Слушай, я не хотел тебя обидеть, просто... — Пожалуйста оставь меня! Она врала. Ей не хватает поддержки от него и Марата. Из близких больше никому она не доверит какую-либо особенную личную информацию. Разве что Айгуль, но общаются они редко. Родители у девчонки строгие. Суворова стоит лицом к окну и смотрит куда-то вдаль, не обращая внимания на Марата, который не знал что ему делать. Оставить вот так одну? Херовая идея. — Ралина, давай поговорим? — Мне не о чем говорить с тобой. Марат, я просила оставить меня одну. — Если что ты... — Я знаю что могу прийти. Всё, хватит. Нехотя закрывает за собой двери, оставив Ралину одну. Она еще долго простоит так у окна и будет размышлять о прошедшем дне. Пустит слезу, которую тут же и смахнет, чтобы быть для самой себя сильной.

***

Один день до пятницы. Уже поздно и Суворова только выходит из школы. На этот раз её никто не проводит и ей придется самой добираться до дома. С Аскаром она не общалась ещё с того злополучного вечера, но завтра они должны встретиться. Он обещал ей подарок на новый год. Мягкий пушистый снег ровным слоем покрыл землю. Медленный вальс красоток снежинок был прекрасен в тусклом свете фонарей. Этот прекрасный зимний вид завораживает. Зима прекрасна, не смотря на холод. Это нечто совсем другое, нежели другие времена года. Как-будто заботливая мама укутывает своего ребенка в белоснежную одежку, чтобы та не замёрзла, покрывает воды льдом, словно пластырь на рану. Шаг, еще шаг и постепенно скрип снега под ногами и свист стремительных потоков воздуха слились в одну минорную симфонию. Спустя несколько минут девушка открывает подъездную дверь и стремится домой, подальше от колючего холода. На удивление, дома никого не было. Ралина пошла к домашнему телефону. Ей было просто необходимо узнать как там Аскар. Ожидала несколько минут, прежде чем услышала наконец родной голосок парнишки. — Я так ждала нашей встречи... Как ты? — Ралина, я занят сейчас и... — Что? — Дед запретил мне общаться с тобой. Хорошенько выслушав Аскара, она замерла. Глаза забегали по коридору от нахлынувших эмоций. — Ты же не послушаешь его? — Нет конечно. Завтра увидимся, я сейчас с одноклассницей своей. С математикой помогаю ей. — С математикой... Ну тогда... Она не успевает договорить мысль, как звонок обрывается. Не такого она ожидала, когда набирала номер. Сводит брови в переносице, переосмысливает слова молодого человека. Она не понимала как ей реагировать. Как такое может быть? Суворова знала, что не виновата в случившемся, но видимо дедушка парня так не считал. Нервно сглотнув, она опустила взгляд ввниз. Пыталась успокоить себя чем угодно, но не получалось. В мысли лезло только самое плохое.