Новогодний бал смерти

      — Госпожа Арлекино, — Ризли поклонился, приветствуя леди перед собой.       — Господин Ризли, — девушка ответила тем же, ощущая некоторое замешательство.       — Вы сегодня невероятно красивы, — раздался выстрел, — должен признать, вы шикарны в этом платье.       В ушах пары играла легкая мелодия вальса, помещение освещалось лишь гирляндами, которыми были увешаны колонны и пара высоких елей. Зимний сумрак вкупе со снегопадом за окнами перекрывали тот тусклый свет, что давала полная луна над облаками.       — Благодарю за комплимент. Однако я в замешательстве, — нож пролетел от руки Арлекино рядом с ухом, издавая неприятный свист. Однако мужчина даже не моргнул на, казалось бы, неожиданное действие.       — Потанцуем? — Ризли галантно протянул руку, ожидая ответа.       — Господин Ризли, я не понимаю, чего вы добиваетесь, сейчас ведь…       — Госпожа Арлекино. Сейчас бал, посвященный скорому наступлению нового года. Праздник. Будет кощунством просто упустить такую возможность.       Немного замявшись, Арлекино все же вложила свою руку, покрытую чернотой, в руку ее будущего партнера по танцу. На губах Ризли застыла нежная улыбка, и тот аккуратно притянул к себе девушку, начиная вальс в такт музыке, звучащей лишь у них в головах. Талия Арлекино была настолько тонкой, что казалось, приложи он чуть больше сил и та сломается, однако кроме этих мыслей пистолет в руке заставлял того четко контролировать любое свое движение. То же можно сказать и об Арлекино, держащей пару метательных ножей столь близко к горлу своего партнера.       Двое хотели погрузиться в глаза напротив, но мир диктовал иначе и каждый из них чутко следил за окружением. Их шаги были еле слышны, пара будто парила над паркетом, идеально избегая столкновений. Хоть музыка и была лишь в голове, хоть она и могла различаться, хоть вокруг было множество помех, хоть пара и не могла позволить себе выпустить из рук оружие, они идеально чувствовали друг друга и наслаждались этим.       Но всему суждено кончаться, музыка в ушах затихла, Ризли спокойно отстранился и поклонился единственной его партнерше.       — Это был прекрасный танец, госпожа Арлекино. — он встал и посмотрел прямо в глаза напротив. — Вы не представляете, насколько я счастлив сей... — выстрел, — сейчас.       — И насколько же? — девушка приняла правила игры и подошла ближе.       — Этого не передать словами, — повисло молчание, но не неловкое, скорее, доверительное. Глаза в глаза, такт в такт, дыхание в дыхание. — Скажите… Я красив?       — Да… Я считаю вас довольно привлекательным, — девушка не отвела взгляда, продолжая прямо смотреть в серые, будто безжизненные глаза, которые скрывали в себе бурю эмоций и переживаний.       — Тогда, — игривая улыбка коснулась губ мужчины, — я поцелую вас в течение минуты. Если вы против, прошу, сейчас самое время уйти, — дуло пистолета было слишком близко к голове девушки напротив, прозвучал выстрел. Одновременно с этим Арлекино подалась вперед и поцеловала единственного своего мужчину. Настойчиво, задавая темп, но покорно отдавая бразды правления тому, кому она могла доверится. Ризли, в ответ на укушенную губу, углубил поцелуй, не давая времени на вздох.       Немертвые бушевали вокруг, пытаясь пробиться в бальную залу особняка к последним живым, которые уже несколько лет умудряются находить продовольствие, электричество и оружие в разрушенном мире и вполне себе не собираются прекращать свое путешествие. Только если этой ночью здесь, в зале их старого родного особняка, украшенного к еще одному прожитому году. Этот праздник давно стал для них особенным, и они всегда отмечали его масштабно, не стремясь экономить в эту ночь на припасах и вдоволь наслаждаясь совместным времяпрепровождением.       — Господин Ризли, — томно выдохнула она, спускаясь ниже и целуя покрытую шрамами шею.       — Сначала комната, моя госпожа, — не препятствуя последнему поцелую, нежно напомнил он.       — Что ж, — Арлекино отстранилась и достала больше ножей, — время поработать.       Ризли пошел вперед, доставая меч и меняя обойму в пистолете. Пробиваться сквозь толпу будет не особо приятно. Особенно жалко одежду. Мужчина кинул грустный взгляд на шикарное платье своей напарницы, которое подчеркивало ее холодную красоту и воинственный стан, дополняя женственность статной фигуры. Вздохнув полной грудью свежий воздух, в котором еще не витала вонь гнилой крови, Ризли отворил двери в залу, пропуская пару ножей, направленных в головы тварей, и присоединяясь к атаке. Клинок привычно рубил плоть, а пистолет быстро тратил пули в магазине. Тварей было много из-за шума и яркости помещения. Однако пара, идеально чувствующая друг друга, без особых трудностей разбиралась с каждой помехой их счастливым моментам. Ризли знал, что Арлекино всегда вовремя уберет тех, кто не попадает в его поле зрения и ни за что не промахнется, в то время как Арлекино знала, что Ризли не допустит приближения немертвых к ней, пока она тянется за новым веером ножей.       Последний нож и последняя цель. Бой окончен и коридор свободен. Ризли обернулся, чтобы убедиться в том, что тварей не осталось и прождал с полминуты. Убедившись в безопасности, он посмотрел на Арлекино, посылая воздушный поцелуй и начиная собирать ножи своей напарницы из трупов. Стоило поспешить, ведь зал привлекает тварей и скоро здесь будут новые незваные гости. Но это лишь играло парочке на руку, ведь никто не помешает им в комнате. Ножи в уже мертвых закончились и Ризли подошел к своей напарнице, беря ту на руки и и направляясь в уже чистую комнату хозяина особняка.       Дверь за ними тихо закрылась, но вполне не тихо о нее ударилась спина девушки, затянутой в поцелуй. Тонкие ноги обвили торс напарника.       — М, тише, — громкие звуки могли привлечь немертвых.       — Прости, но это платье, — в перерывах между поцелуем и расшнуровкой корсета они пытались вести диалог.       — Ты сам выбрал его.       — Это только сильнее распаляет.       — Где только умудрился найти, — шнуровка наконец поддалась и Арлекино смогла позволить себе глубоко вдохнуть привычный морозный воздух. Пуговицы рубашки на Ризли также закончились, поэтому мужчина отстранился от двери и направился в сторону большой кровати, усаживаясь на нее со своей любимой, единственной. Арлекино, не упуская возможности стянула с себя платье, оставаясь в кружеве черного белья, контрастирующем с белоснежной кожей, и покрывая поцелуями торс Ризли также сняла и его рубашку.       — Мне вновь остаться в штанах? — усмехнулся тот, вспоминая прошлый раз.       — В них твои ноги слишком сексуальны, так что да, — Ризли утонул в желании, бушевавшем в глазах напротив. Наклонившись, он притянул к себе Арлекино ближе, осыпая поцелуями ее шею, плечи, грудь. Любимые стоны наслаждения ласкали слух и позволяли забыть о привычных криках немертвых. Сейчас только их время. Опрокинув Арлекино на кровать, Ризли спустился к ее ногам, аккуратно беря стопы в руки и начиная делать массаж.       — Гад… — простонала девушка, уставившись в нахальное лицо любимого.       — Зато твой, — он поцеловал подъем стопы, вырывая судорожный вздох у напарницы. Ее ноги всегда были крайне чувствительны. Пытка лаской одна из самых приятных пыток, и одна из самых мучительных.       — Риз, ха… — Арлекино металась в попытке вырвать стопы, которые пробирала дрожь от каждого прикосновения. Напряженные, они были сильно чувствительнее обычного. Им давно не удавалось отдохнуть. Одна рука прекратила истязание стопы, спускаясь к лакомому месту и начиная новую пытку.       — Ты готова? — еще раз поцеловав стопу, спросил мужчина, с наслаждением наблюдая за метаниями Арлекино.       — Да, черт возьми, войди уже! — она попыталась ударить того ногой, чтобы стереть эту ухмылку с лица. — Ха!.. — Просить дважды Ризли не надо, он сразу вошел до конца и остановился на несколько секунд, чтобы Арлекино успела вздохнуть перед поцелуем. Искусанные жестокой девушкой губы накрыли чужие вместе с новым толчком.       Снаружи мир продолжает разрушаться, не выдерживая изношенности зданий и природных условий. Немертвые продолжают сновать в поисках пищи и будто не собираются кончаться. Апокалипсис в чистом виде. Но два сердца живут и бьются в унисон, проживая еще один год вместе. И следующий новый год они отпразднуют также торжественно. Вместе.