Глава 1. Попался

Глупый рингтон все не унимался, и как бы мужчина не старался его игнорировать, это не получалось, видимо человек на том конце провода, набирал номер постоянно. Он заставил себя проснуться, а, открыв глаза, понял, что на его лице лежал ворох женских волос, в комнате витал запах ванили, а на его груди покоилась тоненькая, явно женская рука. Телефон замолк, но буквально через секунду снова начал звонить. - Ради всех святых, возьми уже трубку - послышался женский голос с хрипотцой от пробуждения. - У нас разные святые, облачко!- усмехнулся блондин, а она улыбнулась, ведь обращение было приятным, хоть и излишне сладким для этого мужчины. Но вскоре она недовольно поморщилась от вновь заигравшей мелодии его телефона. Мустафа же стал рассматривать девушку, как будто видел ее впервые, и почему-то не спешил брать трубку, думая, что, скорее всего там ему не скажут, ничего важного. Сегодня выходной отчет сдан, его драгоценная мать и сестры не звонят рано утром, да и если честно вообще уже давно не звонят, ведь он для них странный европеец. Девушка на кровати смешно стонет, это умиляет мужчину, и он пробегается пальцами по ее спине, отсчитывая позвонки, смотрит на копну не самых приятных на ощупь и буквально выбеленных волос, на татуировку, которая спускается по ее спине к попке, на светлую кожу. Он знает, что у нее вздернутый носик, карие глаза, и пухлые губы, он знает, что она его коллега и ее зовут Грейс. Грейс красива, умна, успешна, и по какой-то причине имеет далеко идущие планы на этого нетипичного араба. Но о себе такого Мустафа сказать не мог. Ему было приятно с ней спать, разговаривать, проводить время до секса. Но он всегда знал, что его женщина, должна быть синонимом слова «Дом». Она должна быть тем местом, куда он захочет вернуться, и, к сожалению Грейс таковой не была. Но она уже представляла его друзьям, понемногу перевозила свои вещи, которые Мустафа заботливо складывал обратно в ее сумки, не позволяя засорять его холостяцкую ауру. А Грейс меж тем шла на крайние меры, пыталась познакомить Мустафу с родителями, говорила коллегам об их связи, мужчина этого не подтверждал, но и не опровергал. Она злилась, кричала, иногда устраивала скандалы, но все равно оказывалась в его кровати. Мустафе не нравилось быть подонком, но он не выгонял ее, да и она не уходила. - Мустафа - снова прохрипела девушка – возьми телефон и я сделаю тебе приятно! - Давай - сказал он, улыбнувшись, и развалился на кровати, а девушка, не теряя времени, спустилась к его члену, и немного прикусив головку, вобрала в себя, совершая поступательные движения. Он тяжело вздохнул, руку положил на голову, придавая темп, и наконец-то дотянулся до своего телефона, видя, что ему звонит младшая сестра. Пропущенных было около двенадцати, что-то видимо случилось, сразу работающая над его членом голова, перестала быть интересной, и Мустафа взял трубку. - Брат, наконец-то, это Джария- задыхаясь от слез кричала девушка, а мужчина моментально остановил Грейс. Она недовольно и ревностно посмотрела в его глаза, Мустафа погладил ее по волосам, прошептал, что это сестра, и спросил уже в телефон: - Джария, что случилось? - Она… Она… Мама – всхлипы грозились перерасти в истерику, парень встал, и не одеваясь, стал широкими шагами мерить свою небольшую квартирку. - Джария, что случилось? – повысил голос Мустафа, но после перешел на более привычный заботливый тон – расскажи, пожалуйста, что сделала наша мать. - Она, отдает меня замуж!- прошептала девушка, окончательно разрыдавшись. Мустафа опешил, ведь сестра была не против брака и понимала, что когда-то это случится, но видимо выбор матери был ужасен и неприемлем для девушки, что она и подтвердила – За Салеха. - Блядь – только и сказал, парень и стал одеваться, думая, что же делать, как спасти свою сестру - Потяни время родная, я скоро прилечу, ты не выйдешь за этого мудака. - Обещаешь? – спросила она как в детстве, когда Мустафа защищал младшую сестренку от всех, в том числе и от матери. Джари в отличие от сильной и властной старшей сестры Амиры, всегда была слабой и нежной, и очень нуждалась в брате, в его поддержке и внимание, которое Мустафа не думая давал в полной мере. - Обещаю! Она положила трубку, а Мустафа уже одевшись, посмотрел на девушку в кровати, решив, что с этим нужно заканчивать. Он не Салех! Он достаточно задурил голову юной особе, пора прекращать. Парень сел рядом и смотря на нее серьезно, без доли привычной усмешки, сказал: - Грейс... - Мне совершенно не нравится твой тон - перебила она шутливо и попробовала улыбнуться. - Грейс, ты прекрасна, умна, красива, интересна, обворожительна, ты чудесна в постели и вне ее, и не должна тратить свою жизнь на такого как я. Я не собираюсь брать тебя в жены, и даже если бы собирался, мне бы ни позволили, я все-таки из богатой арабской семьи. Хоть я и никогда тебя не обманывал, но и на чистоту мы не говорили, но время пришло. - Но мы бы могли попробовать!- прошептала она, борясь со слезами. - Не плачь, умоляю, я и так чувствую себя козлом. - Ты не козел Мустафа, а один из лучших мужчин, что у меня, были, надеюсь, ты будешь безумно счастлив в жизни. Позволь мне только хоть иногда тебе писать – говорит она в надежде, что он передумает, или как всегда шутит, но нет, мужчина был как никогда серьезен. - Номер у меня прежний, но сегодня я улетаю в Сефер, а когда вернусь мы все еще коллеги Грейс и друзья! Она снова заплакала и крепко прижалась своим голым телом к его одетому, понимая, что это, скорее всего в последний раз, но не злилась, ведь он действительно ничего ей не обещал. *** К вечеру Мустафа сидел в аэропорту Лондона, ожидая свой рейс в Марокко, и безумно не хотел туда лететь, он так давно там не был и вообще не рвался. Мустафа человек Европы, здесь всем все равно на его волосы, одежду, внешний вид, а главное на то, что у него до сих пор нет удобной и выгодной жены. Он так не хотел, никогда не хотел, всегда бунтовал. Его приводили в раздражение эти предложенные матерью, смотрящие в рот жены, нужна была смелая дерзкая оторва, а такой не находилось. Мать же мечтала пристроить свой самый неудачный бизнес-проект в хорошую семью. Еще с шестнадцати лет начались эти адские походы в разные дома с целью знакомства. Мать тогда настаивала на том, чтобы он не просто собрал волосы, но и убирал их в тюрбан, чтобы надевал национальную одежду, чтобы перестал говорить о том, что жена ему нужна умная, а не покладистая. Но Мустафа бунтовал постоянно, чем доводил родительницу до нервного тика. А после развода Амиры, выдать остальных детей замуж вообще стало навязчивой идеей Рабии, из-за чего парень не появлялся дома. Трель телефона вывела мужчину из раздумий, он потянулся к карману его любимого длинного кардигана. Это звонила его мать, мужчина пару раз вздохнул, и, взяв трубку, сказал: - Приветствую вас, мама. - Ты опять поясничаешь! – злилась Рабия, но после нежнее, при этом саркастичнее, сказала – слышала, ты скоро будешь в наших краях? - Буду! - Тогда очень жду тебя, сынок! Такую не свойственную для его матери фразу, Мустафа прокручивал в своей голове и до посадки и во время полета. Он пытался понять, что же упустил, почему эта поездка кажется такой не правильной и как, будто кем-то срежессированной. На работе его очень легко отпустили, хотя он был отличным сотрудником, мать столько лет молчавшая по поводу замужества Джари внезапно нашла ей удачную партию. Но он со всем разберется, только немного поспит пока самолет летит к нему домой, туда где Мустафа родился и откуда бежал. «Красивая! Неземная! Танцует перед ним, вьется, он чувствует ее прикосновение, видит взгляд невероятных зеленых, даже рыжих глаз. Но цвет не имеет значения, когда в этих глазах столько любви! Она смотрит на него, и двигается в такт прекрасной музыке, а Мустафа не может отвести взгляда, тянет к ней руки, чувствует что любит, безумно любит. Она открывает рот и зовет его: «Молодой человек»! Продолжает: - Молодой человек, Молодой человек! Мустафа вздрагивает, и, открыв глаза, видит перед собой грудь в рубашке, он дергает головой, поднимает ее и встречается с лицом миловидной стюардессы. - Молодой человек, простите, что разбудили, вам нужно пристегнуться мы идем на посадку. - Да спасибо!- кивает он, пристегивает ремень и пытается скинуть наваждение. Кто эта девушка? Почему так влюблено на него смотрела? Почему казалось, что и он влюблен? Почему в этом сновидении он как будто был дома? *** Сефер встретил Мустафу, оглушающим шумом, невероятной жарой и раздражением. Хоть он и родился здесь, но был совершенно чужим для этого мира и не хотел жить как они, как и не желал такой судьбы не одной из своих сестер. Мужчина согласился на уговоры таксиста, который обещал не дорого довести куда надо, и все показать. Пока Мустафа ехал в его душной, старой машине под нескончаемые разговоры, понял, что соскучился по своему автомобилю. Он оставил ее здесь, его БМВ его первая большая и бунтарская покупка, единственная, на что он попросил денег у отца. «Ты единственная женщина, которую я люблю» – часто шутил он, и понимал, что не хотел брака. Его шутливый нрав, необычнее одежды и, конечно же, волосы, привлекали девушек, он знал это, но всегда ложился в кровать по обоюдному согласию, и был с девушками честен до конца, не смея опорочить их без согласия. Он заигрался с Грейс, она изначально даже нравилась, но быстро надоела, все надоедали, каждая из них не была для мужчины домом. А хотелось, быть дома и подарить его в ответ. Он посмотрел в окно, там по одному из экранов выступал глава Сефера Кадир, в которого давно была влюблена его дрожавшая матушка. Наконец-то таксист замолчал в ожидании денег, которые Мустафа дал лихвой, лишь бы покинуть эту машину. Все вызывало раздражение, а еще не отпускало мерзкое чувство неминуемой опасности и обмана. Он трижды вздохнул, несколько раз прошел вдоль дома, и только тогда распахнул двери, вкусив ароматы масел, еды, и притворства. - Мустафа – услышал он радостный вопль, и его младшая сестренка буквально запрыгнула на него, а он только успел бросить сумки, чтобы схватить ее. - Джария, что за пошлость! – послышался голос девушки, в темном платье, в платке, с тяжелым макияжем и гнетущим взглядом. - Амира, я тоже рад тебя видеть - сказал он и раскрыл руки для сестры. Девушка хоть и выражала вселенское недовольство, но в объятия парня пошла и прижалась к его теплой груди. Она уже и забыла как приятно и не страшно быть под его крылом. Не смотря на то, что Мустафа был братом младшим, он оставался опорой и поддержкой для сестры. А когда Амира объявила о разводе, именно он закрыл рот своей матери и буквально заставил принять ее обратно. - Я скучала братик!- тихо сказала Амира, а Мустафа сжал ее еще крепче. Такой нежной его старшая боевая сестренка была редко, и эти моменты он особенно хранил в своей памяти. - Мой сын вернулся – услышал он знакомый голос, и, отпустив Амиру, упал в объятия Рабии. В этот момент так хотелось быть просто ребенком, а не бизнес-проектом, просто сыном, ее мальчиком, а не женихом для всего Сефера. И вроде бы эти объятия были искренними, но буквально через несколько минут, Рабия отошла от него и сказала: - Ты все еще выглядишь как европеец? Так невесты тебе не сыскать или хочешь привезти какую-то англичанку? Этого я не позволю! Мустафа вздохнул, снова это противное чувство, что его выставляют как товар на витрину. Он пытается протиснуться, чтобы уйти в свою старую комнату, скинуть вещи, найти ключи и прокатиться несколько кружков по Сеферу, на своей машине. Но этому не суждено было исполниться, ведь Рабия не договорила: - Но не переживай, мама все устроит, завтра пойдем знакомиться с невестой! И прежде чем ты начнешь спорить, хочу сказать, что тебе очень повезло, ведь она дочь самого Кадира! Блядь! Попался!