Вечеринка у Чайлда

      Она совершенно невинна перед ним. Как бабочка, попавшая в руки ребёнка.И в данной ситуации вполне уместно сравнить его, как хищника, а девушку напротив..скажем так — кусок мяса. Альбедо не жалея кусает девичьи губы, даже не понимая, как Сахароза оказалась под ним, ведь сам юный химик теряется в своих мыслях. Теряет контроль. Та подрагивает, иногда всхлипывая, но не отдаляясь, покорно лёжа под ним. В его объятиях.       — Альбедо.. — тихо проговорила мятноволосая, поспешно набирая воздух, когда наступил минутный перерыв в этой игре под названием «На сколько долго Сахароза продержится без воздуха во время жаркого поцелуя?»       Её очки сползли с лица, представляя взору прекрасные медовые глаза, уже не спрятанные за толстым стеклом. Сама студентка очень потрёпанная и, кажется, удивлённая, смотрит на него так невинно, совершенно не понимая, что внизу живота неожиданно стало тесно.       Альбедо рывком отстранился, словно девушка напротив вдруг стала зноем, преследующим зачастую июньскими деньками.       — Это.. — запинается блондин, судорожно убирая копну светлых волос с лица. — Я не могу.. Я.. к чёрту эксперимент. Извини, можешь идти..       Второкурсница смущённо подняла очки, пряча блестящие глаза за жёсткой оправой, поправляя спавшие мятные волосы.       Чёрт возьми, Кэйа был прав, когда говорил, что Альбедо просто нуждается в тепле, которое вполне может дать Сахарок. И дело даже не в банальной необходимости интимной близости, которой давно не было, а некой привязанности, которая душит внутри, непривычно и больно.. Вроде это не признаки животного желания. Конечно, Альберих шутил говоря о сексе, ведь Альбедо словно робот. Для него половой акт — это просто способ продолжить род человеческий. А так.. зачем он вообще? Стресс можно снять.. банальным отдыхом, как например сон.       Но сейчас, когда так душно, непривычно жарко и тело тянется к теплу исходящего от студентки.. Он не может с ней так поступить. Понимает — сорвётся, сделает больно.       Нет. Элементарное слово, которое нужно запомнить. Нет — это Сахароза. Нет — это то, чего он не хочет слышать, но должен понять.       — Я.. приношу свои извинения.. возможно я.. — мямлит студентка, совершенно не понимая что же могло помешать. Возможно она провинилась или..       — Сахарок, иди пожалуйста спать, — просит химик, поправляя ворот рубашки. — Завтра выходной, у тебя будет время восстановить силы       Похоже сегодня у Альбедо будет глубокий анализ чувств, ведь когда она непонимающе на него смотрит, мысли вновь уходят не в то русло, заставляя лишь плутать в библиотеке собственных чувств.

***

      Стоит вернуться к Томе и Аяке.       — Тома, — тихо проговорила она, сжимая его руку. Пусть шершавую, но привычно тёплую, согревающую холодными Инадзумскими вечерами, которые порой Аяка проводила в одиночестве. — Я.. Я.. ты мне очень дорог.. И..       — Ты пытаешься сказать мне «нет», госпожа Камисато? — ухмыльнулся он, массируя женскую ладонь, как бы успокаивая, ведь его «госпожа» редко нервничает, стараясь держаться спокойно.       — Нет! — вскрикнула беловолосая, сжимая длинные пальцы мужской ладони. — В смысле.. Нет-нет! Это не то..!       Девушка запинается, и все её чувства буквально отражаются на лице. Красная, словно помидор, она непривычно мямлит до жути непонятные слова, будто её обыденное спокойствие, словно песок, не может удержаться в ладонях, убегая сквозь щели меж пальцами. И где же ваше воспитания, Госпожа Камисато?       — Госпожа Камисато, сделайте вдох.. — смеётся блондин, вспоминая, свою привычную дружескую тираду.       — Тома! — упрекнула Камисато, надувая щёки, услышав, что парень посмеивается с неё. — Это очень тяжело.. Но.. я хочу сказать «да».. но..       В их диалоге возникла пауза, растянувшаяся в несколько секунд, за которые Тома уже станцевал праздничную чечётку, от переполнявших эмоций.       — Но..? — интересуется студент, сдерживаясь, чтобы не влететь от счастья в потолок, устремившись наверх, на то самое седьмое небо. — Говорите, моя госпожа..       — Но, только если ты перестанешь так шутить.. и.. — девушка кусает губы, стараясь не вздыхать лишний раз, всё больше и больше навивая загадку над этим многозначным «но». — Прошу.. пообещай, что больше не будешь меня обманывать.. это самое важное для меня..       Блондин сглатывает. Нет. Не от страха намеренно обмануть вновь. И не от боязни не сдержать это незамысловатое обещание. Его накрывает непонятное до этого чувство. Аяка готова простить его, забыть, что он буквально чуть не растоптал её свободу, на которой юная госпожа повисла, как на канате. Возможно.. это и есть любовь? Их собственная любовь, выраженная в немом понимании друг друга, недосказанностью, которую можно понять лишь глянув в глаза.. и умение прощать?       — Хорошо, Аяка. Обещаю, — тихо шепчет студент, скромно улыбаясь.       И Камисато понимает. Он содержит обещание.       Блондин обнял её, заключая в своих тёплых руках, в которых девушка смотрелась, как родная. Уткнулся в светлые волосы, вдыхая знакомый утончённый аромат.       Пусть Тома и не всегда замечал красные щёки сокурсницы, которые говорили лишь об одном, а Аяка сбивчивого дыхания, при случайном прикосновении к своему давнему другу, разгоняющего кровь по венам, они теперь знают. Знают, что чувства, которые согревают душу во время бесконечного боя вокруг, будут аккуратно лежать на полочке, понимая, что с ними будут относится бережно и честно.

Главное быть верным себе и друг другу.

      — Я боюсь.. — тихо признаётся беловолосая, после минутного молчания в сопровождении с незамысловатыми ласками в виде поглаживания по плечу со стороны блондина. — Я не хочу обратно в Инадзуму..       — Я понимаю. И я не брошу тебя, — так же тихо отвечает студент, прикрывая веки.       — Я знаю

***

Через месяц

      Осень накрывала Мондштадт привычно — дождями, яркими полотнами в виде опавших листьев и, конечно, уставшими, поблекшими лицами, которые скорее всего успели впасть в депрессию под влиянием неблагоприятной погоды, что лишь навивала грусть ежедневными дождями. Но, несмотря на это, осень в городе свободы и одуванчиков приветливая и гостеприимная. Аккуратно украшая дороги пёстрыми коврами, она приглашает полюбоваться, созданными её руками, пейзажами, ну.. если они не подверглись утреннему ливню.       Сян Лин прикрыла янтарные глаза, ощущая на губах привычный холод чужих. Она улыбнулась сквозь поцелуй, чувствуя как чужие пальцы подталкивают ладонь, крепко сплетаясь. Юнь — человек не показывающий чувства на публике. Они даже за ручки не держатся, что неестественно для молодых парочек. Несмотря на шутки друзей по этому поводу, их руки всё равно редко соприкасаются во время прогулок, потому что светловолосый смущается, краснея, словно листва на деревьях. Но стоит лишним глазам исчезнуть, парень становится нежным и сам норовит поцеловать, обнять, спрятать от всех, лишь бы так называемые все, не сбили его незамысловатые ласки направленные в сторону любимой девушки.       Студент легко валит её на кровать, заставляя усмехнуться. Лин ведёт себя легко — так, как ему ещё предстоит научится. Она научит, с ней легко и спокойно, и руки уже не подрагивая касаются талии, а тело прижимается чуть сильнее и плотнее обычного, от чего девушка тихо охает.       — Ю-ху, голубки! — воскликнула Тао, врываясь в комнату, заставляя их замереть в таком положении — вплотную прижатыми друг к другу.       — Ху Тао! — воскликнула Сян Лин, краснея, упираясь руками в плечи сокурсника, уже было готовая кинуть в неё подушку, которая, как раз лежала под боком.       Юнь невольно покраснел, слегка отдаляясь.       — Я надеюсь, у нас остались ещё бутерброды.. — бурчит девушка, будто и вовсе не зашла в неподходящий момент, не смотря на то, что Сян Лин просила оставить их. — Кушать..       Тёмноволосая спокойно шагает к холодильнику, напевая какую-то песенку, пока голубоглазый смущённо сползает с девушки, помогая ей подняться с мягкой постели.       — Нет.. — жалобно вздыхает она, не обнаружив на полке бутербродов, что оставались после завтрака. — Жаль. Так о чём я!? — вновь воскликнула девушка, поворачивается к ним. — Как на счёт сходить на тусу к Чайлду!? Мы же пропустили в прошлом году!       Повисло молчание. Пара смотрела на Тао, расплывшуюся в улыбке, переглянувшись пару раз.       — Эй! Даже Син Цю согласился! — проворчав, произнесла студентка, театрально надувая щёку, топнув ногой по старому линолеуму. — Давайте, Лин, Юнь!       — Ну.. Давай, — неуверенно произносит Сян Лин, чеша затылок, но потом улыбаясь, продолжает более уверенно. — Думаю.. будет весело       — А ты Юнь? Ты не можешь оставить свою девушку! По-о-ошли! — умоляет тёмноволосая, чуть ли не в ноги падая, перед ним.       — Хорошо-хорошо, — отозвался Юнь. — Но только.. если ты не будешь так резко врываться.. — продолжает он краснея.

***

      — Пизда, Вагнер задолбал.. Круг десятый бежим, — ворчит Кэйа, поспешно набирая воздух, насыщая ноющие лёгкие кислородом. — Я вообще куда поступал!? Нахуя мне эта физра!?       — Кэйа, в нашем Универе.. не зависимо от факультета необходима физическая нагрузка, — воодушевляюще напоминает Гуннхильдр, неожиданно появляясь рядом, вытирая со лба пот, томно вздыхая. — Хотя.. ты прав, это слишком..       — Эй! Ещё десять кругов захотелось!? — кричит им со скамейки преподаватель, сверля грозным взглядом, стискивая зубы в пугающей улыбке, заставляя подчиненных помалкивать.       Они быстро замолчали, стараясь лишний раз устало не вздыхать, переглядываясь, как бы оповещая друг друга: «Поговорим позже»       К ним присоединился Рагнивиндр, где-то на середине 12 круга. Впереди виднелись две макушки: рыжая — Чайлд, а за ним светлая — Кадзуха, которые так же молчали, не желая участи в виде ещё десяти кругов бега.       — Джинн, — поспешно обращается красноволосый, замечая, что Вагнер отвернулся. — А где Лиза? Она сказала утром, идти без неё       — Странно.. — проговорила светловолосая оглядываясь. — Я думала, она уже пришла и переодевается. Ей что-то нездоровилось.. Тошнило вроде..

***

      Лиза поспешно перевела взгляд на дверь, которая с грохотом открылась, заставляя её от неожиданности чуть ли не слететь с постели.       — Лиза! Как ты себя чувствуешь? — воскликнула Джинн, скидывая с плеч чёрную сумку, поспешно подбегая к подруге, всё ещё потрёпанная после тяжёлых физических упражнений.       — Что случилось? — интересуется Рагнивиндр, тоже устремившись к блондинке, глаза которой расширились от внезапного внимания со стороны сокурсников, которых она явно не ждала.       Дилюк быстро посмотрел на неё, замечая как девушка криво улыбается, пытаясь прикрыть красные, заплывшие глаза, начиная что-то говорить, а точнее мямлить в попытке связать в единую, точную мысль.       — Я.. я.. думала успею на.. вторую пару, — признаётся она, покашливая, пробубнев что-то ещё.       — Сумасшедшая.. Ты чего не сказала, что тебе плохо? — интересуется красноглазый, прислоняя свою широкую ладонь к её лбу, слегка наклоняясь. — Да ты.. вся горишь..       — Я.. думала полежу, и всё пройдёт, — смеётся Минчи, прикрывая веки, ведь глаза адски печёт, так, что даже формально моргать тяжело. — Пары.. я несчастная студентка       — Архонты, я дам тебе ксерокопию сделать       Со рта срывается хриплый кашель, который зеленоглазка пытается сдержать, зная, что за это её ждут недели постельного режима.       Гуннхильдр цокает, уже подготавливая подруге лекцию о том, что нужно следить за собой, а не участвовать в спорах Кэйи и Бэй Доу,(буквально вчера они поспорили, кто первый выпьет литр холодной воды)даже если они очень сильно уговаривают, и уж тем более, выходя на улицу, плотнее обманываться шарфом и надевать шапку.

***

      — Мастер Альбедо.. — тихо говорит студентка, убираясь после очередного неудачного эксперимента, — пойдёте со мной к Чайлду..? Мне.. мне просто неловко.. идти одной.. А вы.. хорошо знакомы и я.. подумала..!       — Конечно, Сахароза, — спокойно отвечает блондин, улыбаясь одними лишь уголками губ, перебив подругу, зная, что сейчас она начнёт поспешно извиняться. — А чего с сокурсницами не пойдёшь?       Та покраснела, не зная, как сказать, что хотела пойти именно с ним. С ним.       — Ну.. у них своя компания.. и я.. — уже было начинает девушка, чувствуя, как от жара перехватило дыхание и покраснели щёки.       — Хорошо. Я не против, как раз отдохнём с тобой от экспериментов, — произнёс Альбедо, отворачиваясь к пробиркам и реагентам, которые аккуратно стояли на зелёном подносе.       Его тронуло, что его Сахарок хочет провести время с ним. Хотя.. чему тут удивляться:       «Дружески посидим» — думает блондин, прогоняя остальные мысли в сторону.

***

      — Эй, а кто это с Чжун Ли? — интересуется Гуан, вытирая пот после напряжённой физкультуры, стоя в коридоре рядом с Бэй Доу, которая сложив какую-то бумажку, машет ей, стараясь хоть немного освежиться.       — А, Эи Райден, последний курс, — пробурчала Доу. — Не слышала? Джинн отдала ей свою.. ну как же её.. точно! Право на стажировку, как второму претенденту. Ну.. эта та ерунда, которую вручали на «Осеннем вечере». Наверное, Лиза отговорила её работать..       Беловолосая уже не слушает всё после «Эи Райден» «Эи Райден студентка из Инадзумы. Учится на пятом курсе в той же группе, что и Чжун Ли. Обычно она скрытна и молчалива, чаще всего её можно заметить одну, сидящую за последней конторкой или в компании её соседки Яэ Мико. Впрочем, Райден известна лишь за свои заслуги»       «Воля Небес» щурится замечая, как тёмноволосая, сказав что-то Чжун Ли вызвала у него улыбку, а у Гуан непонятное чувство.. ревности? О, да. Ревности. Стоит только посмотреть, как они мило улыбаются волосы дыбом встают. Едкое чувство аккуратно пробежалось от пят к самой макушке, не забывая неприятно покалывать, вызывать непонятную раньше дрожь. Определённо. Сама Нин Гуан ревнует.       — Хм.. Да она клеится к твоему деду, по-любому, — посмеялась Доу, похлопав подругу по плечу. — Уже ревнуешь, Нин?       — А.. Что? Нет, конечно. Подумаешь.. — ложь. Кто же знал, что вот эти банальные переговоры.. заденут её.

***

      — Тома, я же просила не рвать тебя цветы с клумбы! — усмехнулась Камисато, подбирая скромный презент в виде осенних цветов с университетской клумбы.       — Брось, для тебя не жалко. Да и.. Бай Чжу ещё не пришёл, никто не будет меня ругать, — тихо шепчет блондин, будто их кто-то может услышать, позже так же звонко посмеиваясь.       Ребята, их небольшой круг общения, весьма тепло приняли отношения госпожи Камисато.. и Томы, просто Томы. Особенно Ёимия, её удивлению не было предела, хотя она утверждала, что сразу увидела между ними химию: «Вы отлично смотритесь вместе!». Кадзуха посмеивался с Наганохары, говоря, что так же, как и она желает им счастья.       Камисато потрепала сокурсника по неряшливым светлым волосам, так ярко улыбаясь, не как раньше, когда за окном стояла вечная буря, над столом висел распорядок дня, а за стенкой Аято скрёбся, перебирая учебники.       Но их романтичную сценку прервал, совершенно неожиданный сейчас, персонаж.       — Так-так.. Кто же тут у нас? Кого я вижу? — интересуется кто-то сзади, явно выделяя в голосе насмешливые нотки, точно предоставленные Томе, нежели беловолосой девушке рядом.       — Мистер Бай Чжу.. — уже было виновато начал блондин, вспоминая тираду преподавателя о том, что девушке можно и купить цветы, а если денег нет, то порадовать чем-нибудь другим.       — Аято? — быстро проговорила Аяка, не поворачиваясь, услышав приятные, и правда слегка насмешливые, но бархатные нотки знакомого голоса, что раньше порой пел колыбельные, и топот скорее всего тех же начищенных чёрных ботинок.

***

      — Кадзуха! — зовёт Ёимия, замечая своего друга в освещённом утренним солнцем коридоре, мирно беседовавшего с каким-то парнем во время перерыва.       Он весело махает ей рукой, увидев среди группы студентов её светлую макушку, улыбаясь в ответ, скромно обнимая, когда девушка буквально налетает на него.       — Ну как? Как практическая? Я уверена у тебя отлично получилось! — сразу спрашивает девушка-огонёк, отстраняясь, дабы он узрел её улыбку во все тридцать два зуба.       — Хах.. доброе утро, — рассеянно проговорил Каэдэхара, не ожидая такой ярой реакции. — Преподаватель похвалил меня и сказал, что я талантлив       — О Архонты! — воскликнула светловолосая, искренне радуясь, хлопая в ладоши. — Я и не сомневалась в тебе! Ты ведь показал ему свои чудесные хайку?       — Да, — улыбнулся беловолосый, смущённо чеша затылок.       — Я уверенна, ему понравится! У тебя точно эксклюзивный талант! — утверждает светловолосая.       — Эксклюзивный талант? — посмеялся Кадзуха. — Хах.. возможно       — Кстати! — вспомнила студентка, мигом затихнув, слегка смущаясь. — Как на счёт.. сходить к Чайлду? Сегодня вечером.. ?       — Вдво..? — как-то странно поинтересовался парень, уже было собираясь спросить: «вдвоём»?       — Тома предложил собраться всем вместе! Ну разве это не здорово? — продолжает Наганохара, перебивая студента, который уже было понадеялся, что они проведут сегодняшний вечер вместе. Вдвоём.       — Да-да, — нервно хихикнул Каэдэхара, что вызвало удивление у Ёимии. — Замечательно. Я согласен       — Отлично! Я обязательно позвоню тебе! Ещё увидимся! — воскликнула девушка, быстро скрывшись из виду, скорее всего поспешив на следующую пару.       — Да, прошу прощения. О чём я? — продолжил Каэдэхара, когда собеседник, диалог с которым прервала Ёимия, тронул его за плечо, отвлекая от просмотра в сторону, куда убежала девушка-огонёк.

***

      — Лиза, утро, — проговорил Кэйа, отворяя дверь, наблюдая сокурсницу замотанную в два пледа, подмечая, что заботы по отношению к этой привлекательной блондинке у Дилюка и Джинн, хоть отбавляй.       Она кивает, неуклюже улыбаясь синеволосому, пытаясь развернуться в его сторону, чтобы лучше разглядеть. Джинн уже второй перерыв объясняет Дилюку, что и как делать по отношению к больной. И они немного ругаются, путаясь в собственных утверждениях по поводу лечения Минчи, ведь оба готовы стоять за неё горой.       — Хм.. С этим полотенцем на лбу.. — начинает Альберих, усаживаясь рядом с привычной ухмылкой.       — Знаю, я сексуальнее, — продолжает Лиза усмехаясь, хрипло кашляя.       — Тебя вроде тошнило, неужели всё так плохо, зеленоглазая красотка? — интересуется Кэйа, качая головой, вдруг резко смеясь.       — Эй, чего это ты? — возмущается блондинка.       — Хах, помню, обещал Дилюку, что как-нибудь затащу тебя в постель, — начинает Альберих, вспоминая тот вечер в компании кровати и болючей шишкой от пинка, которым наградила сама студентка, — но думаю, пока ты занята этим красавчиком мне остаётся лишь мечтать.       — Ха-ха, а я думала мы проехали с этим, — подхватывает девушка, на самом деле немного взгрустнув. — Если честно ты меня бесил этими.. сексуальными потребностями. Хотя.. от части.. это совершенно не так       — Ну я ведь не так плох? — улыбается он, прикрывая веки.       — Ага, — улыбнулась она в ответ, прикрывая рот рукой, сдерживая очередной приступ кашля.       Кэйа, пообещав, что расскажет ей все сплетни с вечеринки, пожелал скорейшего выздоровления и возвращения в блудную университетскую жизнь.       — Так.. ну думаю.. Да. Вроде всё сказала, — вздохнула Джинн, закончив пересчитывать лекарства. — Справишься? Всё запомнил? Не то я в перерывах.. совершенно не успеваю забегать       — Я справлюсь, не переживай, — успокаивает Дилюк.       — Отлично! Тогда мне пора! — поспешно вскрикнула девушка, глядя на настенные часы, бормоча что-то про пары и Барбару, обувая аккуратные белые туфли. — Пока! Выздоравливай, Лиз!       — До встречи, дорогая! — попрощалась Минчи.       — Пока, Джинн, — махнул рукой Кэйа, а Рагнивиндр отделался кивком.       Красноволосый, тоже мельком глянув на часы, удостоверившись, что успевает на пару, подошёл к Лизе, спускаясь на колени у её кровати.       — Глазки слипаются.. Поспи, — говорит он, переворачивая мокрую ткань на лбу. — Я буду приходить к тебе на перерывах, хорошо? Ты главное.. выпей таблетку, я оставлю на тумбочке рядом. Я ещё зайду вечером, посижу с тобой       — Не стоит.. — перечит больная.       — Стоит, — Рагнивиндр погладил её по голове.. улыбаясь? Ну если сам красноволосый разбиватель сердец улыбается, то стоит поверить и не сопротивляется?       Дилюк поднимается, подходит к тумбочкам, чтобы найти нужную упаковку таблеток, которую оставила Джинн.       — Хех, братец.. Ты такой заботливый.. — улыбается Альберих, хлопая Рагнивиндра по плечу. — Помнишь ты готовил мне тыквенный суп? Может порадуешь Лизку.. после пар?       — Тыквенный суп..? — переспрашивает красноглазый, поворачиваясь к брату. — Помню. Возможно это хорошая идея. Спасибо — Обращайся, герой-любовник

***

      — Нет-нет, тогда у людей было полное право, — возмущается Кэ Цин, цокая, складывая руки в фирменном жесте: «Нет. Ты. Не. Прав. Признай»       — Нет, без Адептов стены Ли Юэ.. — уже было начал Сяо, поднимаясь с конторки, хмуря тёмные брови, совершенно упуская тот самый фирменный жест главного скептика во всём Универе.       — Нет-нет-нет.. Ты.. — перебила его Цин, закатывая розовые глаза, которыми казалось скоро просверлит дырку в бедном Сяо, что отчаянно пытается выстоять свою точку зрения. Зря. Всем в аудитории понятно, что он упадёт под гнётом фиолетововолосой. — Ты не прав       Девушка делала небольшие шаги на встречу, попутно выдвигая аргументы, приближаясь, чтобы в лицо высказать ему всё то, что она думает о его теории по поводу жизни жителей Ли Юэ во времена Властелина Камня.       «Пфф.. Справились бы они без Адептов» — думает студентка, пропуская мимо ушей слова сидящего рядом Венти, которые звонко разрезают напряжённый воздух.       — Кэ Цин, успокойся, отстань от бедного Сяо, — посмеялся парень.       — Не вмешивайся, — непривычно огрызнулась скептик, не думая извинятся за столь грубый и резкий ответ по отношению к юному гитаристу.       Студент вздохнул, закатывая веки, уже было надувая щёки, показывая то, что его обидела грубость сокурсницы. Как над головой загорелась яркая лампочка, освещая его разум новой.. весьма забавной идеей. Он выпрямляя ногу в подножке, уже было посмеявшись, не осознавая, что этот жест будет похлеще грубости Кэ Цин. Что ж, его пакость сработала великолепно, и мировой скептик устремилась на пол, не успев вплотную настигнуть тёмноволосого, дабы облить его своей карой, но зато успев, ухватиться за него, утягивая за собой на деревянные ступени.       — Извини.. — проговорила Цин, заметив, что придавила парня, который благополучно поймал её, ударившись макушкой о жёсткое дерево. — Благодарю.. что поймал?       — А.. ничего. Не стоит, — неловко проговорил он, краснея, невольно замечает, что придерживает студентку за талию, а она удачно сидит на его бёдрах, опираясь о широкие плечи оказавшись сверху, так, что её лиловые волосы, приятно щекотят его по щекам.       Девушка несмело разглядывала его лицо, не признавая этого (камон, это же всемирный скептик!), изучая приятные черты мужского лица. Заострённый нос, подбородок, тонкие губы.. и конечно, прекрасные янтарные глаза, взглянув в которые сам невольно краснеешь, не понимая, почему они настолько притягательны? Наверное создавая Сяо Архонты не пожалели блеска, скорее всего повязав на тёмных волосах красивый бантик.       Сяо тоже смущённо вглядывается в бледное лицо сокурсницы, буквально не в силах отвести взгляд, оглядывая то курсносый нос, то аккуратные брови, но, стараясь избежать прямого контакта, ведь буквально заглянув в розовые, словно вечерние облака, глаза, его накрывает жар, что, естественно, отражается на щеках и ушах, покрывая их красной пеленой.       — А.. не слишком ли долго они так.. разглядывают друг друга? — шепнула Венти Барбара, пока тот победно улыбался, глядя за всей этой немой сценой.       — Я.. А.. О чём я вообще! — вдруг покраснела Кэ Цин, машинально спрыгивая с него, понимая в какое положение поставила обоих. — Ты.. ты.. ты вообще не прав! Точка! И не надо.. с.. спорить!       — Венти.. — вздохнула Барбара, наблюдая уже не за неловкой ситуацией, поставившей в тупик борцов за историю Ли Юэ, а за новой стычкой сокурсников, но теперь уже красных, будто при горячке. — Ну и зачем? Они опять спорят.. к тому же.. они покраснели?       — Пусть развлекаются, — смеётся бард, откидываясь назад, придерживая голову ладонями. — Кстати у Чайлда намечается вечеринка, я договорился с ним о том, чтобы мы там выступили.. Ты ведь не против? Я..       — У Чайлда..!? — переспросила Барбара, когда её голубые глаза расширились, ведь сначала певица не уловила суть его слов. — Там же всегда столько людей и..! — её лицо засияло, и музыкант невольно покраснел. — А у нас с Синь Янь, как раз концерт накрылся! Стоит сообщить ей! Ты ведь не против!?       — Синь Янь? — непонимающе спросил парень, рассчитывая на то, что выступать они будут вдвоём, там.. рука об руку?       — Да! Это же супер! — продолжила она, излучая свет, что чуть ли не слепил, рябя в глазах студента. — Спасибо-спасибо, Венти!       Светловолосая кинулась ему на шею, быстро почувствовав ответные действия, когда руки гитариста легли на её спину, аккуратно поглаживая кончиками пальцев.       — Пожалуйста, Барбариска       — Б.. Барбариска!?

***

      — Аято, я знаю, зачем ты тут. Тома мне обо всём рассказал, — стараясь спокойно растолковать, вздохнула Камисато, сжимая хрупкие ладони в кулаки, впиваясь ногтями в кожу до неприметных красных отметин. — Правда.. насколько я помню, это должно было произойти ещё месяц назад? «Камисато Аято. Лучший выпускник Инадзумской Академии Наук за последние пять лет. После окончания университета, молодой господин, решил более углубленно погрузиться в науку, записавшись на сумерские курсы образования. По окончанию обучения планировал взять в свои крепкие руки семейное дело, узреть все тонкости производства. Камисато спокоен и рассудителен. Делает только так, как посчитает нужным. Вот он — гордость родителей, тот самый отличник и красавчик в одном лице»       Аято повернул голову набок, посмотрев на блондина, ясно-голубыми глазами, которые слегка прикрывала белая чёлка, от чего по взгляду было невозможно понять, что у юного господина на уме. Усмехнулся, как-то по своему, прикрыв веки.       — Тома рассказал тебе, что я решил наведаться в гости? — театрально посмеялся парень, делая один шаг навстречу паре.       — Я всё знаю, и отказываюсь возвращаться в Инадзуму, — проговорила Аяка, машинально подбирая Тому за руку, нуждаясь сейчас в этом прикосновении. Студент сжал её ладонь, давая понять, что он рядом, что беспокоится не о чём. — Я.. Я.. я закончу тут Университет, получу ипотеку и выйду замуж.. И.. тут мои друзья Я..!       Мысли слились в один клубок. С одной стороны, воспитанная госпожа даже не поздоровалась с родным братом, с которым не виделась достаточно давно, сразу начав предъявлять ему свои претензии. С другой, она имеет полное право высказывать своё мнение, зная исход этого приезда.       — Вау, да ты разогналась, Аяка. Совершенно не обязательно получать тут ипотеку. Милая сестрёнка, я же всего лишь приехал в гости, — так же мирно говорит Аято, улыбаясь своей фирменной улыбкой, которая изредка всплывает в ненавязчивых воспоминаниях дочери клана Камисато.       — Аято, хватит, — вдруг отозвался Тома, отрезав диалог брата и сестры. — Я рассказал ей о твоих планах, рассказал, что ты собираешься её забрать       Повисла тишина, которую сопровождал лишь игривый ветерок, путаясь в волосах стоявших на улице людей.       — Аяка, я не собираюсь тебя забирать, по крайней мере сейчас, — спокойно произнёс беловолосый, складывая руки на груди. — Это была преждевременная мера, — вдруг он замолк, потерев переносицу, устало вздохнув. — Отца посадили за мошенничество. Наш клан опозорен. Я приехал сюда испытать свои силы в роли преподавателя, и конечно, проведать тебя и... этого оболтуса       Аяка замолчала, поспешно набрав в лёгкие воздух.       — А.. как же судебный процесс? Я.. я должна была знать, — вдруг тихо произнесла девушка после минутного молчания, поспешно переваривая всё сказанное, опустив глаза.       — Было решено не тревожить тебя, ты и так находилась за несколько тысяч километров. Да и.. связь в Инадзуме.. сама знаешь. Я сам составил характеристики отца       — Но.. — уже было возразил Тома, тоже будучи в шоке.       Студент, конечно, не думал, что господин Камисато самый лучший человек на планете, но чтобы обманывать людей, имея многолетний стаж..       — Ну же.. — перебил блондина будущий преподаватель, распахнув перед беловолосой руки. — Обними брата. Разве ты не скучала?       На лице девушки читалось удивление и некая печаль, которая толкала к старшему брату, притягивала мощным магнитом. Она не смело обвивает руками его торс, отпуская руку Томы, растворяясь в присутствии старшего.

***

      — Чжун Ли.. — по кошачьи-грациозно, проговорила Гуан, легонько касаясь мужского плеча, заметив Ли в коридоре у аудитории.       Как раз перерыв после пар, почему бы не заглянуть к любимому? Да и Нин Гуан как раз по пути.       — Ох, Нин Гуан, — улыбается студент, разворачиваясь к беловолосой, поспешно обнимая её, заключая в плотном кольце в виде своих сильных рук.       — Эй, чего ты? — усмехнулась девушка, не ожидая таких поспешный ласковых действий. — Устал после четырёх пар?       «Воля Небес» аккуратно поглаживает парня по тёмным волосам.       — Немного.. — признаётся тот, печально вздыхая. — В целом, всё нормально       — Но.. Ты не забыл? Ну.. про сегодня.. — поднимает на него рубиновые глаза. — Или Чайлд всё-таки затянул тебя на эту вечеринку? — улыбается Гуан, отстраняясь от Ли.       На удивление Чжун Ли, почесав затылок, неуверенно промямлил, отведя от любимой глаза:       — А.. Приношу свои извинения но.. — его речь слегка путалась и совсем не клеялась, — у меня появились важные дела..       — Оу.. — печально проговорила Нин Гуан, пытаясь скрыть огорчение, но внутренний голос кричал, скрёб стенки где-то внутри: «Да когда мы уже проведём вечер вдвоём!?». — Ну.. ладно.. Может на следующих получится.. Я ведь тоже.. хочу провести с тобой время       Они попрощались, обменявшись недолгим поцелуем, и тёмноволосый уже заворачивал к аудитории, как из его кармана выпал небольшой клочок бумаги. Беловолосая устремилась вперёд, чтобы подобрать выпавшую записку, как глаза сами зацепились за аккуратно написанные черной ручкой слова:       «Эи. 23 комната. 18:00»       Девушка нахмурилась, сдерживаясь, чтобы не скомкать бумажку и не выкинуть в ближайшее окно, дабы ветер унёс её далеко-далеко, и если понадобится, пожалуй до границ города контрактов.

***

      — Бля, ты со своей Снежной заебала.. То едешь, то не едешь! — вдруг выкрикнул Скарамучча, совершенно не жалея человека на другом конце провода, с которым вёл весьма продолжительную беседу. — Мг.. Бля! Иди нахуй!.. Да.. Агх.. — ворчит Скар, сжимая телефон в руках, словив странный взгляд со стороны Итэра, шагающего рядом. — Систер.. ты либо.. Да сама пошла!       — Сестра? — тихо интересуется волейболист, глядя, как сокурсник грубо пихает телефон в карман, закончив однообразные диалог с так называемой «систер», состоящий из набора ругательств со стороны Скарамуччи.       — Да. Она уже заебала, то едет, то не едет.. И как ты со своей жил? — бурчит парень, кажется с треском стискивая зубы и кулаки. — Хочет учится она у нас..       — Оу, новенькие это хорошо, — улыбнулся Итэр. — Кстати о Люмин. Мне нужно зайти к ней, — продолжил блондин, останавливаясь у комнаты сестры. — Удачи?       — Мг. Саенара, увидимся у Чайлда, — буркнул тёмноволосый, продолжив путь.       Скарамучча исчез за углом, а студент неспеша постучал. Вскоре послышался ответ в виде громкого: «Заходите!»       Светловолосый приоткрыл дверь, наблюдая сестру, что крутилась у, немного грязного, настенного зеркала. Люмин бурчала что-то, суша волосы полуполоманным феном, который остался после её восемнадцатого день рождения и служил до сих пор. Итэр глянул на часы. «О, а ведь вечеринка совсем скоро. Вот почему она тут крутится»       — Для какого прихорашиваешься, Люмин? — наконец произнёс парень улыбнувшись. — Для Сяо? Ты ведь с ним идёшь? — посмеялся Итэр.       — Нет! Итэр! — покраснела Люмин, повернувшись к брату. — Вовсе нет!       — Хм.. Значит для Чайлда. Я прав? ..Ведь, если не изменяет память, сам рыжеволосый капитан волейбольной команды пригласил тебя, — продолжил волейболист, опираясь о стену.       — Итэр, прекрати! — приказала девушка, готовая задохнутся от наплыва смущения, уже было прицелившись в него расчёской, что как раз оказалась под рукой.       — Хм.. А может всё-таки Эмбер.. помнится она писала тебе записку, — сделав задумчивый вид, посмотрел на сестру студент, не выдержав и секунды, залившись громким смехом.       — Да ты сейчас получишь расчёской, милый братец! — воскликнула светловолосая, сжимая в руках снаряд в виде расчёски.       — Заткнитесь вы там! — кричит из ванной Мона, прекращая их беседу, уже было направленную на взаимное самоуничтожения. — Дайте помыться! Если что, я прихорашиваюсь, для себя!       Мегистус мирно мыла голову, сгорбившись, скрутившись над раковиной, поставив на фоне какую-то успокаивающая музыку, которая навевала ей лето и шум реки у родного дома. Родной дом... Мирно стоящий, домик в одном из старых районов Мондштадта, у высоких сосен, которые тогда оставляли свои тени на небольшом дворике, где росли дикие валяшки, наполняющие воздух приятным ароматом спелости.       «Да уж.. родного дома, который пропил отец» — пронеслось в голове, но юная гадалка выкинула эту мысль в дальний ящик, уже было запирая на ржавый ключик.       Стоило отвлечься от диких валяшек и высоких сосен, мысли ушли в другое русло, плавно перескочив к.. Скарамучче.       С того инцидента с тёмноволосым прошёл месяц, а он всё равно сидит у неё в голове, аккуратно всплывая в самый неподходящий момент, заставляя биться в непонимании и муках от его многозначных фраз: «Нахуй оно тебе надо?», «И в чём же заключается твоё это счастье?», «Со мной ты не будешь счастлива». Последняя особо трогало цепляясь за самые чувствительные извилины, нервно дёргая, заставляя чуть ли не задыхаться от переполняющих чувств. И с чего он вообще решил так? С чего вообще взял, что она думает о счастье с.. ним?       «Ха-ха, смешно, Мона. Да у тебя поехала крыша.. Тупая чихуахуа!», — думает Мегистус, впиваясь пальцами в волосы, запутываясь в тёмных прядях. — «Надеюсь ты придёшь сегодня..»       На лице мелькает улыбка, но потом она продолжает мысль:       «И напьёшься до смерти, дегустатор хренов»

***

      Джинн, напевая какую-то песенку, что однажды услышала от сестры, надевает мамины серёжки, которые до этого момента, покорно лежали в шкатулке, ожидая того времени, когда хранительница семейного украшения наденет их. Гвоздики с белым камешком блестят в свете лампы, отражаясь в зеркале яркими искрами. Девушка усмехается сама себя, глядя на своё отражение, узнавая в чертах лица маму. Тот же курносый нос, светлые волосы..       Гуннхильдр не собиралась идти на вечеринку Чайлда(Нет-нет-нет. Джинн и вечеринка?), она хотела остаться с Лизой, ведь подруга больна, и её помощь не будет лишней. Но Барбара, буквально сбила её в коридоре, оповестив о том, что она будет там выступать, петь какие-то свои песни, а Джинн, как раз хотела поглядеть на её «концерт». Да и.. младшая сестрёнка так сияла, что девушка попросту не смогла отказать.       Светловолосая мельком бросает взгляд на Дилюка и Лизу. Дилюк такой заботливый.. приготовил суп, находится рядом.. На лице вновь появляется улыбка от переполняющего умиления, когда Рагнивиндр, меряя температуру целует её в лоб, касаясь ладонью красных щёк.       Гуннхильдр уже было попрощалась с парой, обувая пару босоножек, перед этим тщательно почистив их, как в дверь постучали. Джинн не спеша открыла её, заметив синеволосого сокурсника.       — О, а куда это мы такие красивые? — усмехнулся он, увидев светловолосую, которая невольно покраснела от столь лестного для неё комплимента.       — К Чайлду! — воскликнула Лиза, махая Альбериху рукой, хрипло кашляя. — Привет, Кэйа! Дилюк просит тебя достать стирку, как вернёшься!       Тот вздыхает, уже было обещая, что сделает это, если у Тартальи не продегустирует все алкогольные напитки, которые волейболист успел прикупить.       — Так ты к Чайлду? Не ожиданно, староста, — лукавит Альберих. — Тогда позволь сопроводить тебя, прекрасная леди       Лиза невольно засмеялась, Дилюк сдержался прикрыв рот рукой, а Гуннхильдр лишь смущённо улыбнулась, опустив голубые глаза, стесняясь от столь пристольного взгляда глаз напротив, что будто исследовали новые черты её лица и фигуры, хотя с Джинн он знаком давно. Первый курс. Экономический факультет.       — А.. Я.. Я иду с Барбарой и Венти.. и их подругой Синь Янь, — ответила Джинн, а лицо Кэйи вмиг изменилось, будто у него отрезали единственный шанс к цели.       На этот раз, смех сзади стал чётче.       — Извините! — крикнула Минчи, прикрывая рот ладошкой.       — А.. ну.. Что ж, — откашлялся Альберих, вмиг возвращая себе прежний вид, — я составлю Венти мужскую компанию.. Да..       — Отлично! Идём! — улыбнулась Джинн, подбирая сумку.       — Ну давайте, — бурчит синеволосый, когда голубоглазая подбирает с табуретки белую сумку. — Смейтесь       Гуннхильдр лишь смущённо пожала плечами, когда на лице Дилюка появилась улыбка, а Лиза залилась смехом.

***

      — Тома, тебя ждать и ждать! — нахмурилась Ёимия, надув щёки, вмиг отступив от стены у которой ожидала. — Что ты там вообще делал?       — Хух.. Добрый вечер. Тома не мог телефон найти, — проговорила Камисато, выгораживая блондина, мило улыбнувшись, как обычно.       — Ну, мы же не опаздываем, не злись, Ёимия, — посмеялся студент, шагая к сокурснику, хлопая блондинку по плечу. — Кадзуха, замечательно выглядишь!       Его зелёные глаза и не сразу зацепились за друга, стоящего чуть поодаль от Наганохары. Он стоял молча, читая какую-то бумажку, время от времени, убирая спавшие на лицо белые волосы. Тома немного удивился, увидев тихого любителя литературы, ведь Каэдэхара вроде не любитель таких мероприятий.       — Благодарю, — робко отозвался Кадзуха, быстро улыбнувшись. — Прошу прощения, зачитался       Быстро складывает бумажку, пряча её в карман, возвращаясь к компании.       — Тома, ты ведь знаешь, куда нам идти? — поинтересовалась Камисато, глядя на свою вторую половинку.       — Ага! Частный сектор.. дом 5, — отозвался блондин, возвращаясь к беловолосой.       — Частный сектор? — переспросила Ёимия, вспоминая пару аккуратных домиков, точно не обычных заводских трудяг, имеющих многодетные семьи и ипотеку.       — Да! Там дом.. да он.. как две мои почки стоит! — воскликнул студент. — Да я..! Да я даже мечтать о такой роскоши не могу, там один домишка может быть.. да как имение Камисато!       — Чайлд живёт в достатке, и может себе позволить, — проговорил Кадзуха.       Аяка опустила глаза, после сказанных друзьями слов. В голове сразу всплыло поместье Камисато, окружённое высоким чёрным забором. Она вздохнула, давая себе мысленный пинок. «Я в Мондштадте. Тут хорошо, мои друзья и учёба»       Мигом улыбнулась, когда Тома тряхнул её за плечо.       — Аяка, идём? — спросил студент, когда Ёимия и Кадзуха, уже виднелись у конца коридора.       — Да-да, я задумалась, — быстро проговорила девушка, цепляясь за его ладонь. — Идём       — Ну ребята! — воскликнула Ёимия обернувшись. — Давайте, не медлите!       Кадзуха усмехнулся, тоже остановившись, поворачиваясь к парочке.       Когда они наконец подошли к ребятам из-за угла выглянул новый преподаватель философии, которого с распростёртыми объятиями приняли в дружную университетскую семью. А как же? Глава знатного рода, пусть и опозорившегося, выпускник великой Инадзумской Академии, окончивший сумерские курсы образования. Да он как вишенка на торте в виде Университета Тейвата.       — Добрый вечер, Аяка, — поздоровался Аято, заставляя компанию, от неожиданности подпрыгнуть.       — Аято, добрый, — поспешно отозвалась Камисато, судорожно поправив ворот своего пальто.       — Оу, я смотрю ты с друзьями, сестрёнка, — он усмехнулся, поклонившись им в своей знатной манере. — Камисато Аято. Ваш новый преподаватель философии       Ребята неуверенно поздоровались, Ёимия также поклонилась, чувствуя себя неловко перед новым преподавателем, глаза которого кажется просканировали их всех насквозь.       — Хм.. Какая компания.. Я рад, что у моей сестрёнки такие друзья. Кроме Томы, конечно, — улыбнулся беловолосый, заметив нахмурившегося блондина, что сжал руку его сестрички. — Правда.. И куда мы направляемся, солнышко моё? На Мондштадт уже опустилась ночь, — обратился Камисато к девушке.       — Ёимия, я думаю нам нужно пройтись, — вдруг проговорил Кадзуха, оттянув Наганохару за рукав пальто, чувствуя, что в этой семейной идиллии, они явно лишние. — .. Тома?       — Идите без нас, мы догоним, — отозвался блондин.