Когда припев идёт о тебе

Осознавая некоторые моменты, меня напрягал факт, что все мои личные вещи забрали. Ничего, что могло бы напомнить мне о том, кто я и что было. И как бы сильно я не бежала от чувства «воспоминания», они догоняют меня, но я больше ничего не вспоминала. Но что если у меня всё же есть шанс вспомнить хоть что-то? Как я могу строить что-то на неизвестности и неуверенности, не зная, что может случиться дальше? Вдруг я влюблюсь и потом узнаю, чем жила раньше, кем была? Порой всем хочется любви, будь то подростком или взрослым человеком. Иногда мысли о будущем пугают, но когда есть человек, на которого можно положиться, не обязательно убегать от чего-то. Меня мучают вопросы. Пойти к докторам рискованно: что если мне скажут «вам осталось пару месяцев» или, ещё хуже, «дней», и положат в больницу под наблюдение? Я не хочу бежать от неизбежного, и пусть рушится весь мир, но я должна что-то сделать. Сэм — это часть моего прошлого, большого прошлого. Может, мне нужно несколько дней побыть в библиотеке и найти информацию? Я могу умереть, если узнаю что-то. Но шанс велик, шанс велик на смерть. Можно подумать, что мне есть что терять: всё, что я сделала полезного, это даю информацию о магии своим ученикам на некоторое время — на этом всё. Ещё и Кэтрин, будь она неладна... Мне кажется, я в большом тупике с кучей вопросов, и никто не сможет меня отвлечь от ужасных мыслей. Сейчас 5:30, и я не сплю, сон пропал. Нужно ждать 8 утра, чтобы что-то стало известно о моём состоянии, которое волнует меня в последнюю очередь. В одном врачи были правы: воспоминания — это больно, это сущий ад. Что если с каждым разом они будут больнее? Возможно, я и вправду не выдержу. Мне правда нужно найти выход из этой ситуации. *7:53* — Я сообщу твоим врачам в Мелодии о том, что с тобой случилось, — я резко повернулась в сторону Терры. — Терра, не нужно, я всё сделаю сама. Правда, не стоит, — я пыталась выглядеть мило и непринуждённо. Я не могу никому рассказать. — Ладно... — Терра пару секунд помялась, будто хотела спросить что-то ещё, перед тем как я наконец выйду отсюда. — Если что-нибудь случится, ты знаешь, где меня найти, — улыбнувшись Терре и попрощавшись, я направилась в комнату, чтобы принять душ и переодеться. Сегодня у меня практическое занятие с эмпатами, надеюсь, Даулинг не будет спрашивать, что случилось вчера в Эраклионе. После холодного душа я переоделась и поспешила на занятие к своей группе. Заглянув в телефон, увидела несколько сообщений от Лизз и Рэйвен, Стеллы, Аиши и Блум. Всем было интересно, как я себя чувствую. Я потратила несколько минут на ответы, что я в полном порядке, хотя это далеко не так, но знать об этом не стоит. Блум также предложила встретиться за обедом, и я согласилась. Я направилась в каменный круг, где меня уже ждали все девушки. На самом деле я не была готова к каким-то сильным трюкам или чему-то подобному. — Всем доброе утро! — когда я встала посреди круга, все девушки резко повернулись, закончив перешёптываться. Видимо, информация о вчерашнем вечере разошлась далеко; я чувствую их волнение и страх. — Сегодня практическое занятие на обход барьера у эмпатов. В бою вам пригодится абсолютно всё. Сейчас я устно расскажу об этом больше, и мы начнём практику. Главное, помните, что с первого раза может не получиться, но это не значит, что вам нужно сдаваться. Всё получится. Каждая из вас могущественная фея, и сейчас вам может казаться, что вы не можете так жить, и эмоции других слишком громкие и отвратительные. Но затем вы поймёте, что вы уникальны и очень сильны. После того как Муза дала установку эмпатам, она начала объяснять теорию обхода барьера, стараясь подбодрить девушек. Видя их волнение, она осознала, насколько важна её поддержка. Девушки внимательно слушали, несмотря на свои страхи. Муза, чувствуя их эмоции, решила показать пример. Она шагнула вперёд и начала демонстрировать технику. Постепенно девушки стали уверенными в себе, повторяя за ней. После практики Муза почувствовала себя немного лучше, словно её тревоги отступили, пусть и ненадолго. Она поняла, что силы есть не только в магии, но и в умении поддерживать и вдохновлять других. *Утро следующего дня* Когда идет припев о тебе, я не хочу его пропускать. Жизнь кажется странной, сложной и порой непонятной, но всегда происходят вещи, которые дают нам силы. Ведь без них мы просто падали бы каждый день. Столько синяков и боли! Столько боли от того, что произошло несколько дней назад... Оказывается, я рассталась с Сэмом. Почему? Как всегда, в моей голове слишком много вопросов, и признаться честно, это пугает меня до чертиков. Я вспомнила, хотя шансов не было. Возможно, в каждой темноте есть шанс? Вчера после занятий с феями, которые продлились дольше обычного, я не захотела ничего, кроме сна, ведь все, что было, заставило меня остановиться и сказать себе: "Муза, тормозим, отдохни". Еще с учетом того, что я не спала нормально прошлую ночь, это вполне нормально. Но, проснувшись рано утром, я не хотела оставаться в комнате и нашла для себя занятие. Впервые за долгое время я решила побегать. Сейчас только 6 утра, все спят, поэтому можно почувствовать свободу и отдохнуть от всех вопросов. О, это моя любимая песня! Боже, она прекрасна! Я же не единственная фея, которая обожает музыку? И неважно, что я фея музыки. Под любимую песню можно бегать до бесконечности, но так ли она велика? Я резко торможу и пытаюсь понять, что случилось. Оглядываюсь вокруг и вижу, что я уже сижу на земле! Вот так утро. Кому вообще в голову может прийти бегать по утрам? Ну конечно, кроме меня. — Не знал, что кто-то бегает здесь, — я подняла взгляд и столкнулась со взглядом Ривена. Слишком много его. — Не знала, что кто-то бегает здесь, — я повторяю его фразу, и он усмехается, протягивая мне руку. Неужели я так заслушалась свою любимую песню, что и не заметила его? — Спасибо, — я хватаю его чуть выше кисти, и с его помощью уже стою на ногах. Я оглядываю его, пытаясь понять, что он делал в такую рань здесь. — Никогда не поздно заняться спортом, — он вечно шутит. Я закатила глаза. — Ты что, бегаешь здесь или за мной следишь? — конечно, я знала, что ему нет никакого дела до меня. Самообман. Мы могли бы быть друзьями. — Я заносчивый специалист, так ты меня ещё хочешь обвинить в том, что я маньяк? — он похлопал в ладоши и неожиданно побежал. Я должна была остаться на месте и побежать дальше. — Я не это имела в виду, Торп, — я старалась успевать за его темпом. — Спасибо за уточнение, Мелодис, — меня веселило говорить с ним о глупостях, и это наверняка так глупо звучит. — Как твоя рука? — после того как в него попали, я пребывала в шоке, и мне было жаль, что так вышло. — Лучше, чем твои мысли, — его ответ заставил меня остановиться. Он обернулся. — Вообще-то эмпат, точно твоя дочь, — я побежала дальше. — Причём здесь Кайли? А, я понял, — он резко хватает меня за локоть и разворачивает к себе. Меня удивляет, как в один момент мы шутим, а в другой я хочу убить этого человека. — Я не просил Кайли лезть тебе в голову, когда ты ослабла. Я бы не посмел, но мне кажется, что-то тебя тревожит. В такую рань бегают только чтобы отдохнуть от мыслей, — я верю ему, я не залезла к нему в голову. Я стараюсь ни к кому не лезть, это моё новое правило. — Значит, тебя тоже что-то тревожит. Не хочешь поговорить об этом? — я всегда выступала для всех психологом. Он молчит и смотрит на меня, будто я только что поменяла стрижку. Меня это пугало. *Ривен* «Рив, мы есть друг у друга, ты можешь рассказать мне, как ужасен или прекрасен был твой день. Ведь я люблю тебя и поддержу». В моей голове прозвучали слова Музы, но не той, которая сейчас стоит передо мной и смотрит своими глубокими карими глазами. Это не она, Ривен, не порть ей остаток жизни. Мне хотелось уйти и больше никогда не видеть такую Музу. Я не знаю новую Музу, возможно, у неё изменились вкусы или что-то подобное. — Кстати, спасибо за совет перепробовать все пироги. Мой любимый теперь вишнёвый, — она сказала это в такой глупый и неподходящий момент. Внутри неё сидела часть Музы, которая всё помнила? Мне захотелось рассмеяться на её резкое заявление. — Ты так и будешь висеть? Ау, — мои мысли снова были где-то в прошлом. — А ты мне в чувствах признаешься? — резко спросил я и усмехнулся, пока что это может мне только сниться. — Что? Торп, ты совсем рехнулся на тренировках? Никогда! — Муза сразу приняла оборону и, не думая дальше, побежала вперёд. Она резко обернулась и махнула головой, как бы говоря: «Давай». Я побежал за ней, и всё-таки новую Музу я люблю так же. Я не переставал любить и буду до конца дней, как и обещал на нашей свадьбе. — Так что же тебя заставило бегать в такую рань? — моё любопытство выше меня. — Глупые мысли, а что ж тебя? — Исключительно работа, — отчасти я врал, но так нужно. — Ривен, — Муза резко остановилась. Я остановился и внимательно посмотрел на неё. — Спасибо тебе, что спас нас всех, когда я была не в состоянии, — я несколько раз моргнул. Вот чего я не ожидал, так это благодарности. — Мы были готовы атаковать ту девушку, но могли задеть тебя, — я не знал, как подтолкнуть её к разговору. — Спасибо, — она повторила эти слова ещё раз. — Что с тобой было? — её зрачки увеличились, будто напуганы. — Муза, ты можешь мне рассказать. Все видели, как ты кричала и хваталась за голову. — Никто не поймёт, — Муза покачала головой, будто не хотела признавать всё, что случилось вчера. — Конечно, никто не поймёт, твоя жизнь — она твоя, и никто не поймёт, что ты переживаешь, — когда-то я говорил ей подобное. — Я... — Муза пошатнулась и закрыла глаза.— Муза, — я подошёл к ней и, взяв за плечи, повёл к лавочке. — Я в порядке, видимо, переутомилась вчера, — что-то было не так. Я присел рядом с ней. — Что она вчера сделала с тобой? — я настаивал. — Просто её эмоции были ужасны, я эмпат, не забывай, — она была спокойна. — Что ты будешь делать, если она появится снова? — А, она должна, Рив? — я уловил её неуверенный взгляд. — Жизнь удивительна, знаешь ли, сколько раз меня пытались убить. Быть специалистом — это никогда не легко. — Я понимаю, что должна поймать её и тому подобное, но я не готова. Я не хочу этого сейчас, — я кивнул, понимая, что её жизнь не стала легче после её возвращения. — Думаю, она не будет появляться здесь, — Алфея казалась безопасным местом для всех учеников, но когда ты взрослеешь, понимаешь, что безопасность — это не всегда про «барьеры» и «магию». — Кстати, хотела спросить, — Муза посмотрела на меня. — Конечно, — я кивнул ей, давая понять, что можно продолжать. — Ты слышал что-то о Сэме с того момента, как он окончил Алфею? — моя бровь изогнулась, почему её начал волновать чёртов Хаври? — Соскучилась по первой любви? — он не был её первой любовью. Никогда. — Ха-ха, я серьёзно, просто очень интересно, — в её взгляде было что-то непонятное. — Всё, что я знаю, — то, что он работает в Лимфее в одной из больниц, так скажем, снабжает армию всякими зельями и тому подобное. Больше ничего не знаю, — я пожал плечами, это действительно всё, что я знал. — Семья? Дети? — новый вопрос Музы выбил меня из моих мыслей резко, будто удар в живот. — Не смотри на меня так, это человеческий интерес, Ривен, — она посмотрела в противоположную сторону, и мы несколько минут молчали, погружённые в свои мысли. Каждый из нас был занят собственными размышлениями. Муза казалась потерянной, и я не хотел её тревожить, но вопросы не давали мне покоя. — Он работает в Лимфее, в одной из больниц. Слышал, что он снабжает армию всякими зельями и тому подобное. Семья? Дети? Этого я не знаю, — я пожал плечами, стараясь звучать безразлично, но внутренне был готов к её дальнейшим вопросам. — Спасибо, Ривен. Мне просто нужно было узнать, — она посмотрела вдаль, как будто искала ответы на свои вопросы среди деревьев и кустов вокруг нас. — Так что у тебя на работе такого ужасного, что ты бегаешь в такую рань здесь? — Муза не собиралась отступать. — Преподавать молодым специалистам не так уж легко. Иногда, когда мы со Скаем рассказываем им о том, что довелось пережить, в ответ слышим пару шуток. Они первокурсники, для них всё розово и ванильно, — закатив глаза, вспоминая глупость своих так называемых подопечных, я посмотрел на Музу. — Довольно неприятно, ты прав. Они ещё слишком молоды для этого мира, возможно, когда-то мы были такими наивными и верили, что жизнь будет наполнена счастьем и спокойствием, — девушка пожала плечами и с сожалением посмотрела на меня. — Как проходит твоё обучение? — мне было интересно, со слов Кайли ей всё очень нравится, как и её друзьям. —Вообще не плохо, много практикуемся с ними. Например, вчера каждая смогла легко обойти мою слабую защиту. Но их взгляды, полные сочувствия и непонимания: «она ходячий мертвец», это то, что неизбежно, сколько бы я не бегала по утрам здесь, увы, — я понял её слова и действительно заметил, что все смотрели на Музу не так, как обычно, и я в их числе. — Никто не знает, с чем ты столкнулась, — я пожал плечами и крутил замок из своих рук. Где-то я понимал, что не готов слушать о том, что она пережила. Всё, что я помню, это как её ранили, как она умирала у меня на глазах. Похороны. Дальше долгие годы пустоты. — Поверь мне, Ривен, никто никогда не захочет услышать, насколько это было ужасно. Тогда ночью, когда мы болтали на матах, я рассказала малую часть всего, — Муза тяжело сглотнула, будто вспоминая по кусочкам всё то, что хотела бы никогда не переживать. — Знаешь, порой я думаю, что лучше «умереть» или жить жизнью, не зная, кто я. Не знать, почему меня убили, не знать, насколько сильной феей я была, насколько хорошей дочерью? Влюблялась ли я когда-то до безумства? — драма в том, что я знаю ответ на каждый её вопрос, и я не знаю, когда мы утонем с ней. — Думаешь, Хаври не был твоей безумной любовью? — мне нужно вести себя отстранённо, хотя нет справочника, как вести себя, если твоя жена вернулась из мёртвых. Муза взглянула на меня и криво усмехнулась. — Что-то говорит мне, что нет, — что-то? Меня насторожили её слова. — У тебя всё впереди, — я утешаю её, при том, что той самой безумной любовью был я. — Это странно, я не знаю, что может случиться со мной. Вот представь, я влюблюсь, и потом кто-то из моих врагов, даже можем в пример взять Кэтрин, наталкивает меня на мои воспоминания, и я начинаю вспоминать, и кто знает, сколько ещё мне останется жить? День? Неделю? — я взглянул на неё, и мне стало обидно. Обида была на неё. Почему она не может дать себе шанс хоть немного жить как прежде? Ривен, Ривен, кто же тебе сказал, что если она и влюбится, то в тебя? Что-то внутри меня перевернулось. *Муза* То, что я сказала, звучало пессимистично, но в этом большая правда. Сколько мне ещё осталось? Ривен всё это время внимательно меня слушал и отвечал в том же духе, будто мы лучшие друзья, которые давно не виделись. На последних словах Ривен посмотрел на меня холодным взглядом, будто я сделала что-то ужасное. — Всегда будет человек, который захочет провести с тобой хоть день, неделю или даже несколько часов, — его слова были серьёзны, возможно, он прав, а возможно, и нет. — Тогда мне нужно искать родственную душу или как их ещё называют, иначе я не понимаю, как у бывшего бабника Алфеи такие серьёзные слова о любви, — мне было интересно наблюдать, как он реагирует на мои шутки, что-то есть в них. Например, это то, что я помню. Конечно, я не считаю Ривена таким, люди взрослеют, а не умирают на 5 лет, как я. — Расхохотаться можно, лови меня, потому что падаю со смеху. Ой-ой, — Ривен начал поясничать и хвататься за живот, делая вид, что «от смеха аж живот болит». Конечно, он не смеялся, всё, что он сделал, — это закатил глаза. — Ладно, ладно. Не играй в драмкружок зря, всё равно никто не оценит, — сейчас, на несколько минут сидя тут с Ривеном, я и забыла, что могу умереть в любую секунду. Мне нужно в библиотеку, но точно не к врачам. Холодный утренний ветер подул в нашу сторону, и я вдохнула настолько сильно, насколько могла. Спокойствие перебил звук телефона Ривена. Обычно звонки с утра приносят неприятные новости. — Мне пора, рад был увидеться и, кстати, хорошая песня была! — Ривен похлопал меня по плечу, будто мы явные друзья, и поспешил уйти. Спустя несколько секунд я поняла, что он похвалил мой выбор в музыке. Ха-ха. Когда я с ним столкнулась, играл припев моей любимой песни, и, пожалуй, сейчас я поставлю её на повтор.