-

      Всё началось не тогда, когда Айртон коснулся её руки. И не тогда, когда после того, как их взгляды пересеклись в который раз за вечер, Айртон нервно оттянул узел галстука в сторону, а потом схватил Марину за руку, словно ища поддержки. И даже не тогда, когда Тори провела свою первую бессонную ночь после встречи с ним.       Всё началось гораздо раньше.       — Айртон, наш новый босс, приедет к нам на ужин в пятницу вечером, — Энди подкрался сзади и покачиваясь в такт тёплым звукам саксофона, доносящимся из пластинки, устроил ладони на бёдрах Тори. — Тебе нужно приготовить ужин. Что-нибудь простое и изысканное. Мясо, салат, вино…       Тори фыркнула, грубо прерывая размышления Энди о предстоящем вечере.       — Разве мы не можем отделаться рестораном?       — Это Айртон может. А мы – нет. Он ищет нового зама, и продемонстрировать ему своё… — Энди задумался, подбирая нужное слово, — продемонстрировать ему своё расположение, значит заработать несколько очков в свою пользу.       Тори звонко оставила бокал вина на столешницу. Тратить весь день на амбиции Энди ей совершенно не хотелось. Ему было плевать на её дела в галерее, он никогда не интересовался выставками, которые она организует, так какого чёрта, она опять должна брать в свои руки его карьеру?       — Разве в этом есть смысл, если не пройдёт и пары месяцев, как ты снова где-нибудь накосячишь? Может быть стоит продемонстрировать своё расположение, просто начав хорошо выполнять свою работу?       Тори до сих пор не повернулась к нему лицом, но отражение в стекле, ясно дало ей понять, что это не тот ответ, на который рассчитывал Энди.       — Я ведь уже говорил, что в той истории нет моей вины, — не теряя самообладания, но всё же плохо скрывая злость в своём голосе, негромко произнёс Энди.       — В последний раз. Вот моё условие, — Тори наконец повернулась к нему, и погрозила указательным пальцем, словно провинившемуся школьнику.       Тень облегчения коснулась лица Энди.       — И ещё кое-что, Энди. Мне пора заняться и своей карьерой. Так что с меня ужин, а с тебя ни слова упрёка, когда я займусь своими картинами и в доме будет пахнуть краской.       — Я тебя не подведу, вот увидишь, — Энди подхватил Тори на руки и закружил в импровизированном танце. — Я даже буду делать тебе ромашковый чай, — пообещал он.       — Да, да. И приносить кофе по утрам в постель, — совершенно не веря в сорвавшееся с губ Энди обещание, добродушно рассмеялась Тори.       Вот так она и оказалась в том вечере пятницы, который изменил её жизнь.       Энди, изрядно нервничая, и не находя себе места, наворачивал круги по гостиной в ожидании Айртона и его спутницы.       — Лучше успокойся и расскажи мне, что я должна знать о твоих гостях, — останавливая Энди, предложила Тори. Она принялась приглаживать его взъерошенные волосы, лишь бы вернуть им потребный вид.       — Об Айртоне и рассказывать нечего. Айртон такой Айртон. Он ни в чём не участвует, не веселиться с нами, — брезгливо сказал Энди. — А вот Марина, его невеста, кажется контактной и весёлой. Я бы даже сказал, что она довольно красивая. Но не для меня.       — Значит, твой босс – нелюдимый сыч? — порадовавшись замечанию Энди, Тори решила поговорить об Айртоне.       Энди поморщился и неуверенно кивнул, будто это определение не очень-то и подходило боссу.       — Хорошо. Значит ли это, что мне нужно вовлекать его в беседу? Не будет ли моё поведение невежливым по отношению к Марине… или к тебе?       Энди громко засмеялся.       — Тори, если ты его очаруешь, я буду только рад. А Марина… Можешь не волноваться за неё. Айртон верен как пёс. Даже если ты разденешься перед ним, он решит, что тебе стало жарко или что-то вроде того.       — Правда? Не терпится познакомиться, — теперь и Тори засмеялась в ответ на характеристику их гостя.       Вместо ответа Энди оставил на её губах лёгкий поцелуй.       — А теперь мне нужно выпить, — выворачиваясь из объятий Тори, объявил он.       — Уже? Не торопишься ли ты?       — Совсем нет, — направляясь в сторону кухни, прокричал Энди, но тут же повернул обратно. — Сукин сын никогда не опаздывает. Заметил его в окно, — проворчал он, плетясь к двери.       Марина вошла первой и принесла за собой морозный воздух. Тори поёжилась от холода и опустила взгляд на паркет. Поэтому, она упустила тот момент, когда Айртон перешагнул порог их дома. Когда её внимание вернулось к двери, немного надменный, таинственный и манящий, с усталым взглядом и небрежной щетиной, но тем не менее странно-знакомый Айртон (хотя раньше она его никогда не встречала), стоял перед ней. Он будто извинялся перед Тори, говоря: «Прости, я тоже не особо-то и хотел быть здесь».       Она улыбнулась в ответ на его безмолвное извинение и двинулась им навстречу       Марина первая протянула ей руку и сказала дружелюбно:       — Чудесный дом. Сразу видна рука хозяйки. Я, Марина. Приятно познакомиться.       — Тори, — улыбнулась Тори. — Я знаю, что скажу банальную вещь, но чувствуйте себя как дома.       Испытывая странную нервозность от того, что ей придётся поприветствовать и Айртона, Тори набрала побольше воздуха в лёгкие. Теперь, когда она стояла совсем рядом, почти чувствуя его дыхание, Айртон казался ей до дрожи в коленках пугающим, неприступным и одиноким. Тори совершенно не знала, как к нему подступиться, а от былой уверенности, что ей удастся вовлечь его в непринуждённую беседу, не осталось и следа. Она ведь всегда нелегко сходилась с людьми. И зачем надо было устраивать всю эту браваду перед Энди?       — Айртон, — услышала она тихий и низкий голос, обволакивающий сознание и почувствовала лёгкое, едва уловимое касание руки. Её сердце подпрыгнуло к горлу и, казалось там и остановилось. Тори не могла вымолвить и слова. Её способность к социальному взаимодействию свелась к неловкой улыбке и небольшому сокращению дистанции между ними, чтобы лучше рассмотреть лицо Айртона.       Айртон выпустил её руку, и она, извиняясь, посмотрела на Энди. Ему придётся самому выкручиваться и развлекать гостей беседой.       — Простите, кажется, я не очень хорошо себя чувствую, — сказала первое, что пришло на ум, Тори.       — Мы можем уйти, — тут же отреагировал Айртон. — Или хотя бы открыть окна.       — Всё в порядке. Бокал вина и немного свежего воздуха, приведут меня в чувство.       — Отлично. Тогда давайте устраиваться. Ужин стынет, — потирая руки, сказал Энди.       Первый бокал вина заметно расслабил Тори. Энди отлично вёл беседу. Не то, чтобы именно это её и зацепило в нём, но Тори любила слушать, а Энди, что и говорить, был хорош в любом виде переговоров.       — И тут Тори говорит, я толстею, когда не работаю. И, представляете, она получила это место! — воскликнул Энди, под звонкий смех Марины.       — Так ты художница? — негромко спросил Айртон, как будто в гостиной были только они одни. Его испытующий взгляд гипнотизировал.       — Не совсем. Я работаю в галерее. Организовываю выставки. Когда-нибудь мечтаю организовать свою.       — И что мешает?       — В сутках всего двадцать четыре часа.       Айртон хмыкнул, всем своим видом показывая, что недоволен ответом.       — Тебе надо лучше стараться, тогда всё получится.       Тори чувствовала, что он не собирался её задевать, но обида стальными когтями сжала её сердце. Пришлось приложить усилия, чтобы не дать понять Айртону, что он ведёт себя грубо.       — Что ты рисуешь? — продолжил Айртон таким тоном, будто ответ его совершенно не интересует, а он просто вынужден вести эту пустую болтовню.       — Ничего особенного. Пейзажи, портреты, натюрморты.       — Я уже год втолковываю ей, что лучший способ стать популярной, начать рисовать комиксы в социальных сетях, — вмешался Энди.       — Этим ты успеха не добьёшься, — заметил Айртон, не давая Тори увильнуть от его цепких глаз.       Тори стало интересно, на чью реплику он так отреагировал. Или его слова предназначались и для неё, и для Энди.       — На самом деле, — сражаясь с нахлынувшими спазмами в горле, продолжила Тори, — я хочу создать серию картин с событиями из новейшей истории. Будто у человечества всё ещё нет камер или фотоаппаратов, и всё ещё единственная возможность визуально зафиксировать историю – нарисовать её.       — И чтобы ты нарисовала?       — Что-нибудь знаковое. Может быть мрачное… как «Плот “Медузы”» . Только другую историю. Может, одиннадцатое сентября… — неуверенно сказала Тори, бросая на него панический взгляд. Будто ей было важно, как отреагирует Айртон на её глупое признание.       — Хм… Я бы повесил такую картину у себя в кабинете, — немного подумав, сказал Айртон. — Как напоминание о том, что любая даже самая прочная постройка, может рухнуть в любой момент.       — Айртон, дружище, мы тут не философствуем, а развлекаемся, — подливая вина дамам, растормошил обстановку Энди.       В этот раз Тори была ему благодарна. Айртон не только смущал, гипнотизировал, цеплял, заставлял говорить о вещах, о которых она никогда не разговаривала с Энди… он каким-то странным образом заставлял его хотеть. Не в том плане, что Тори отдалась бы ему в тот же вечер, будь у неё возможность, а в том, что ей было приятно думать о близости с ним. Это же не означает, что она в самом деле, готова пойти на столь подлый шаг?       — И это верно! — поддержала его Марина. — Милый, расскажи, как мы играли в покер на прошлых выходных. Айртон просто мастерски скрывает эмоции, — не без гордости объявила она.       Айртон сделал ещё один глоток вина, вздохнул и принялся рассказывать историю, которая по всей видимости была ему совершенно не интересна. ***       Длинный вечер закончился позже, чем предполагала Тори. Сражаясь с зевотой, она домывала посуду, мечтая о том, как доберётся до спальни и уснёт, едва касаясь подушки.       — Ужин на нашей территории явно был плохой идеей, — сказала она, как только Энди проводил гостей и вернулся в дом.       — Я помогу тебе. — Энди подкрался сзади и мягко вытянул тарелку из её рук. — Спасибо. Еда была прекрасна.       — А Айртон мудак, — решила поделиться своими замечаниями Тори.       Необъяснимое притяжение исчезло, стоило Айртону убраться и теперь Тори помнила только его неуместные замечания.       — Тебе надо лучше стараться, — деланно повторила она его слова, коря за мысли, которые посещали её во время ужина.       — Глупышка, он всем так говорит. Кстати, он был ещё довольно мил. Порой, даже неуклюж. Так что зря ты расстраиваешься.       — Это не отменяет того, что он мудак, — процедила Тори.       — Люблю тебя, — не желая спорить, Энди поцеловал Тори в затылок. — Я домою посуду, иди спать.       — Люблю тебя, — вслед за будничным признанием Энди, повторила Тори.       Она остановилась в проёме, тихонько понаблюдав, как Энди, насвистывая ему одному известную мелодию, пританцовывает стоя у раковины. Энди был понятным, привычным, возможно, немного инфантильным, но в то же время комфортным, надёжным. И почему-то в этот момент ей стало очень его жалко. Тори резко замотала головой, прогоняя причудливые мысли, и побрела наверх. Спать, спать, спать.       Вопреки мечтам и желаниям, она не заснула ни через минуту, ни через пять, ни через полчаса после того, как уронила голову на подушку. Энди успел привести кухню в порядок, подняться в спальню, принять душ и рухнуть рядом. Он оставил лёгкий поцелуй на её щеке и повернулся к ней спиной, тут же захрапев.       Тори попыталась расслабиться, но ничего не вышло. Часы показывали половину первого, когда она печально вздохнув коснулась пола босыми ногами и в темноте, наощупь, принялась отыскивать в недрах прикроватной тумбочки маску для сна с гелевым вкладышем.       Тихонько прокравшись в ванную, она опустила вкладыш в небольшую емкость, заливая её горячей водой, а потом долго рассматривала себя в зеркало.       — Это ведь не причёска художника. Мне стоит обрезать волосы. Может, перекрасить их? Нет, тогда нужно полностью менять гардероб. Энди будет злиться, — тихо спорила она сама с собой.       Фыркнув этому совсем не присущему ей поведению, она раздраженно схватила вкладыш и вернулась в постель. Зарекомендовавший себя способ расслабиться и уснуть совершенно не помогал. К утру у Тори довольно сильно заболела спина. Сдавшись, она подняла своё бренное тело с кровати и поплелась на кухню.       У Тори и до этого бывали бессонные ночи, поэтому она не придала никакого значения происшедшему. Просто сварила кофе покрепче, а потом отправилась на короткую пробежку. Рядом с домом был лес. Чистый воздух и кофе должны были привести её в чувство. И к обеду она уже была полна сил.       — Я плохо спала сегодня ночью, — сказала Тори Энди. — Надо запустить побольше воздуха в спальню перед сном. И отключать гаджеты.       — Можем вообще спать с открытыми окнами, — предложил Энди.       — Тогда мы простынем, — нанизывая кукурузину на вилку, заметила Тори.       — Как хочешь. Когда я плохо сплю, я просто иду гулять в лес. Через час сплю как убитый. Будут проблемы, буди меня, составлю тебе компанию.       — Всё в порядке. Мне кажется, я просто перенервничала вчера, — коснувшись его ладони в знак благодарности, сказала Тори.       Она сделала всё, как советовали умники из Интернета. Погуляла, действительно хорошо проветрила помещение, с вечера не прикасалась к гаджетам, и даже не плотно поужинала. Всё для того, чтобы наутро умные часы похвалили её за качество сна. Энди, устроив тяжелую руку на её животе, сопел ей в ухо. Тори смиренно смотрела в потолок, будто могла рассмотреть на нём подсказку, как ей заснуть.       Дело стало принимать скверный оборот. Если так продолжится дальше, она легко может грохнуться в обморок где-нибудь в очереди. И хорошо бы, если в очереди, а не за рулём автомобиля. Вообще-то её голова была довольно ясна, что немного странно для человека, который не спит почти двое суток. Тори повернулась набок, лицом к Энди и принялась рассматривать его черты.       Мысль о том, что ей просто нужно немного больше секса, была такой ясной и отчётливой, что Тори решила действовать моментально. Она провела ладонью по лицу Энди, прильнула губами к его шее, в надежде, что эта маленькая ласка сможет его разбудить.       — Детка, — сонно пробормотал Энди.       — Хочу тебя, — шепнула Тори.       — Сейчас? — удивился Энди, открывая один глаз.       — Имеешь что-то против?       Энди замолк на несколько секунд.       — Да в общем-то нет, — хихикнул он.       Тори только этого и ждала. Она перевернула его на спину, потеревшись о пах рядом с уже затвердевшим членом. Содрогаясь от предстоящего контакта, она впилась в губы Энди жадным и мокрым поцелуем. Тихий вскрик разнёсся по комнате стоило её податливому телу без предупреждения принять его член. После пары особенно сильных и мощных толчков, Энди вошёл в неё на всю длину и прижал за бёдра к себе, почти не давая движения. Тори отчаянно дёрнулась, в нетерпении перекатываясь по его паху.       — Энди… — простонала она.       Энди медленно принялся двигать бёдрами, даруя Тори некоторое облегчение.       — Сильнее, — громко вскрикнула Тори, давая понять, что ему следует быть немного пожёстче.       Энди послушно вытащил пенис наполовину, а потом резко вошёл снова, и снова, и снова. Волосы Тори разметались по её мокрому телу, с губ слетали слова благодарности.       — Теперь сама, детка, — горячо прошептал Энди, позволяя Тори двигаться в нужном для неё темпе.       Она плавно перекатывалась на его пенисе, желая продлить удовольствие. Пальцы Энди сжали упруги груди, а потом потянули твёрдые соски на себя. Волна судорог прокатилась по всему телу Тори. Она снова ускорилась, в считанные секунды достигая оргазма.       — Вау, — Тори рухнула на грудь Энди.       — Было классно. Что это на тебя нашло?       — Мне приснился эротический сон. И я… ну не смогла сдержаться, — солгала Тори.       — Вау. Правда, класс. Я не ожидал, — отозвался Энди. — Было круто. Делай так почаще.       — Да? Я учту. Ну а теперь, когда я воспользовалась тобой, можно и поспать, — поцеловав Энди в кончик носа, Тори слезла с него и вернулась на свою половину кровати.       Так что Тори могла бы сказать, что перепробовала всё: полуночный секс, лёгкий ужин, прогулки перед сном, час информационной тишины, но ничего не помогало. Бессонные выходные сменились бессонными буднями.       — Проблема в том, что в обществе не принято говорить об этом. А люди иногда ошибаются. Это может быть стресс, или реакция на отмену каких-нибудь препаратов. Всё индивидуально…       — Милая, я дома! — крикнул Энди и Тори чуть не вылила чай на ноутбук.       Она неуклюже приостановила видео о соулмейтинге, найденное в интернете, и свернула окно браузера.       — Привет! — Энди поставил дипломат на свободный барный стул и поцеловал Тори в щёку.       — Чем занимаешься?       — Только что отправила электронное письмо заказчику. Как Айртон? — пытаясь звучать естественно, спросила Тори.       — А что Айртон? Всё с ним в порядке. Почему интересуешься? — в поисках еды Энди, открыл холодильник.       — Я всегда переживаю за качество продуктов, когда готовлю для гостей. Он ничего не говорил?       — Нет, — пожал плечами Энди, доставая пиццу.       — И он не вёл себя странно?       — Он вёл себя как мудак. Всё как обычно. Почему тебя вдруг так заинтересовал Айртон? — недовольно поинтересовался Энди, с подозрением глядя на Тори.       — Ну ты разработал целый план, чтобы он сделал тебя своим замом. Мне бы хотелось знать получилось ли у нас, — заготовленная ложь слетела с губ Тори так легко, будто была правдой.       — Он не отчитывался. — Энди включил духовку и выложил еду на противень.       — Обидно. Хотелось бы знать, что наши труды не были напрасными.       — Они не были напрасными, — заверил Тори Энди. — Пойду в душ.       Тори прислушалась к его удаляющимся шагам, в нетерпении ожидая, когда снова можно будет запустить видео. Стоило Энди подняться наверх, как она продолжила просмотр.       — Это совершеннейшая правда, — подтвердила слова ведущей, приглашённая гостья. — Об этом не принято говорить. К тому же, сейчас такая редкость встретить родственную душу. Да, я знаю все об этом слышали, и у всех есть такой друг, но тем не менее. Ещё хуже, что нас приучили, что разговаривать об этом считается неприличным. Из-за этого абсурда я и мой соул слишком затянули. В итоге, мы не отделались ночью, проведённой в одной постели. Я имею в виду, что между нами ничего не было, мы не были к этому готовы по разным причинам. В итоге, мы провели бессонную ночь. Нам пришлось заняться любовью, потому что… ну все мы знаем, что в момент первой встречи выделяются флюиды, заставляющие нас вести себя не очень типично, а потом утратить способность ко сну. И чтобы выделить их снова и поспать, нам пришлось. Мы были на грани...       — Сколько вы не спали до ночи с ним?       — Три месяца.       — Вау. Это долго.       — Мы постепенно начали сходить с ума. Нам ещё повезло. У некоторых это случается гораздо быстрее.       — Никто не знает от чего это зависит. Мне хватило двух месяцев. Ещё бы несколько дней и мне просто не хватило бы сил сделать это! Проблема состояла и в том, что я не совсем понимала, кто он – мой соулмейт. В тот день я встретила слишком много новых людей. Мне пришлось набраться храбрости и поехать для начала к тому, кто больше зацепил.       — Он им и оказался?       — Боже, нет. Неловко вышло. Им оказался другой мужчина, на которого я даже не подумала бы. Но стоило нам узнать друг друга получше как всё сложилось самым замечательным образом.       — А мы со своим сначала друг друга возненавидели.       — Ауч.       Тори больше не могла это слушать. Остановив видео, она вскочила на ноги и принялась наворачивать круги по кухне, вспоминая тот день, когда впервые встретила Айртона. Тогда Энди сказал, что Айртон был ещё довольно мил. Это было нетипичным поведением для Айртона? А она вела себя нетипично? Пожалуй. Она впервые в жизни отчаянно хотела мужчину, с которым была едва знакома.       Заставив себя сесть и немного успокоиться, Тори запустила ладони в волосы и замерла. Ей нужно было подумать, что делать дальше. Может, как-то подготовить Энди? Но ему всё равно будет больно.       — Слушай, Энди, — попыталась отрепетировать Тори, убедившись, что в ванной, наверху, до сих пор льётся вода. — Я и Айртон… кажется… родственные души. Нам нужно расстаться.       Теперь Тори уронила голову на сложенные на столе руки. Эта фраза даже звучала неправильно. Неестественно.       — Возможно, это просто какая-то ошибка, — подбодрила себя Тори. — И всё рассосётся само собой. ***       Она решила купить ежедневник. По одному из советов, найденных в сети, его не помешает вести, чтобы записывать свои ощущения. Это поможет понять, где она сейчас находится. Пока Тори чувствовала себя довольно бодро. Судя по всему, у неё было ещё несколько недель. Этого должно хватить, чтобы попытаться разузнать, что-нибудь об Айртоне. Что будет довольно непросто, учитывая, что она видела его всего раз в жизни, а Энди не желает о нём разговаривать.       — Итак, — протянула Тори, — останавливаясь в отделе с овощами и сверяясь со списком. — Цветная капуста, сладкий перец, морковь, томаты и лук.       — Ты тоже ходишь в этот супермаркет? — Тори вздрогнула стоило ей услышать знакомый голос. Резкий запах мужского парфюма добрался до её носа, подкашивая ноги. И ну… она снова испытала то чувство, которое заставляло её думать, что он хочет Айртона.       — Привет. Люблю это место. Здесь фермерские овощи и фрукты. И большая парковка, — Тори изо всех сил сжала поручень тележки, принуждая себе не протянуть Айртону руку.       Айртон понимающе кивнул.       — И если спуститься к озеру вниз по шоссе, то можно покормить уток. Я иногда так поступаю. Но сейчас зима. Утки улетели, так что… — Тори разочарованно пожала плечами.       — Любишь природу? — тут же отреагировал Айртон.       — Я художник. Мне нравится всё красивое.       — Это не ответ, — заметил Айртон, самодовольно облокотившись о свою тележку.       Тори обиженно открыла рот, но так и не придумав, что ему возразить, снова его закрыла. Айртон никуда не спешил и казалось с каким-то ненормальным удовольствием наблюдает за тем, как Тори соскребает свою гордость с пола.       — Знаешь, что, — в итоге сказала Тори. — Не обижайся на меня. Я знаю, что ты босс Энди, но это мои слова, а не его. Так вот, если бы у меня был твой номер, в моей телефонной книге ты был бы записан как мудак. Понял?       Айртон нахально улыбнулся и поаплодировал ей.       — Мудак, — Тори обиженно толкнула его в плечо и быстрым шагом покатила тележку в другой отдел.       Пожалела о своих словах она довольно быстро. Сразу после того, как её машина не завелась.       — Извини, детка. Айртон отправил меня на другой конец города, проверить как идёт стройка, — виновато ответил Энди. — Вызови такси.       Тори тихо выругалась и завершила вызов. Рассерженно ударила по колесу, а потом ещё раз, уже от безысходности, в смирении села на капот в ожидании Айртона и выпустила клубы пара в морозный воздух.       Айртон заставил себя ждать. Его неторопливость выводила Тори из себя. Но он был единственным человеком на парковке, которого Тори знала, и, если она не ошибалась, Айртон вполне мог помочь ей с машиной.       Тори почувствовала его, как только он выкатил тележку на улицу. Она виновато улыбнулась и опустила взгляд на свои ботинки. Вместе со своим сердцем, отсчитывая секунды до того, как им придётся поговорить снова.       — Машина не заводится, — развела она руки в стороны.       — Значит, мудак? — уточнил Айртон, но в его голосе не было обиды. Скорее усмешка над тем, как быстро Вселенная ударила её по голове.       Их машины оказались припаркованы рядом, и он принялся загружать покупки в багажник.       — Энди не приедет, — пожаловалась Тори, рассматривая пальцы, лишь бы не смотреть на Айртона. — Сказал, ты отправил его на другой конец города.       — Это правда.       — Вот засада, — Тори тихо пробурчала.       — Вызови такси, — открывая дверь своего внедорожника, отозвался Айртон.       Тори фыркнула. Айртон повернул ключ зажигания и потихоньку начал сдавать назад. Увидев, как единственный человек, способный ей помочь, покидает её, Тори вскочила на ноги.       — Стой! — крикнула она, и к её удивлению Айртон остановился.       — Что? — его кудрявая голова показалась из-за стекла.       — Помоги мне, — Тори взмахнула руками. — Скоро стемнеет и станет ещё холоднее. И я тут останусь совсем одна. И… хотя нет, знаешь. Ты должен помочь мне хотя бы на том основании, что ты мужчина!       — Правда? — усмехнулся Айртон.       — Господи, не представляю, как Марина терпит тебя! — воскликнула Тори. — С тобой же просто невозможно общаться. Ты можешь просто сказать: «Иди к чёрту, Тори», или «Окей, Тори, я тебе помогу».       Пока Тори изливала на него всё своё недовольство, Айртон молча вышел и залез в салон её автомобиля, прислушиваясь к издаваемым мотором звукам.       — Иди поешь, — сказал он, захлопывая за собой дверь и открывая капот.       — Ты… ты действительно поможешь мне? — пискнула Тори, не веря своей удаче.       — Если так и будешь жужжать над ушами, то нет, — отрезал Айртон.       Тори спрятала руки за спину и прошептала:       — Спасибо.       Она успела съесть бургер и выпить чаю, когда вдруг подумала, что Айртон наверно тоже голоден. «Но этому мужчине не угодишь», — решила Тори и ограничилась кофе из автомата.       Она ещё немного понаблюдала за ним из-за стекла кофейни, но заметив, как он захлопывает капот и снимает с себя перчатки, всё же решила оставить тёплое место и вернуться к машине.       — Спасибо за помощь. — Тори протянула Айртону стаканчик с остывшим напитком.       Айртон молча забрал презент и недовольно повертев его в руках, разделался с кофе за несколько глотков.       — Ммм… Из холодильника? — спросил он, облизывая губы.       — Слушай, ты всегда так с женщинами, а? — расстроилась Тори. — Что тебе стоит быть помягче? Ты понимаешь, что ты можешь обидеть кого-то? Оттолкнуть так сильно, что она больше не захочет тебя видеть?       — Твоя машина снова на ходу, — Айртон, не желая вестись на её слова, вытянул руку с ключами и выпустил их на ладонь Тори.       — Спасибо, — повторила она вслед его удаляющейся спине и ещё некоторое время простояла на морозном воздухе, рассматривая луну. ***       — Айртон задумал устроить вылазку на природу на выходных, — сообщил Энди на следующий день.       — Шутишь? — Тори отставила чашку с чаем в сторону и недоверчиво уставилась на Энди.       — Нет. И мы едем. Во-первых, потому что я по-прежнему должен демонстрировать свою приверженность компании, а во-вторых, мы приглашены.       — Шутишь? — повторила Тори.       — Какие уж тут шутки. Я вполне серьёзен. Я думаю эти выходные пойдут нам на пользу.       — Вау. Это круто. Полагаю, Айртон тоже будет там? — буднично спросила Тори.       — Милая, я знаю, что он тебе не нравится, но придётся потерпеть.       — На самом деле, я бы с радостью уехала из города. В последнее время много нервничаю.       — Хочешь рассказать?       — Это всё работа. Не хочу тебя грузить.       — Как скажешь, но я всегда рядом. Помни об этом, — сказал Энди.       В субботу утром Энди грузил вещи, чрезвычайно довольный тем, что ему удастся опробовать новые лыжи раньше, чем он рассчитывал.       Тори рассматривала снежинки, падающие на снег. Сегодня утром она сделала в дневнике новую запись: «День 15. Чувствую себя немного разбито. Ленюсь. Ничего не хочется делать. Хочу купить свечи и попробовать помедитировать. Чувствую, что скоро кофе перестанет помогать».       — Сегодня ночью ты мне снилась, — вдруг сказал Энди.       — Правда?       — Да.       Тори промолчала, уставившись на дорогу. Странная тревога окутала её с ног до головы, и она боялась лишний раз пошевелиться. Ей не нравилось в какую сторону может увести этот разговор. Тори подумала, что было бы здорово раствориться хотя бы на время, и не дать Энди продолжить рассказ о приснившемся.       — Мы танцевали. Не диско, а что-то романтичное. Ты была красивой, — сказал Энди.       «Чёрт», — подумала Тори.       — Что ты об этом думаешь? — спросил Энди.       — Думаю тебе снятся отличные сны. А я… я не вижу снов в последнее время.       Впервые после встречи с Айртоном, Тори была хотя бы немного честна с Энди, но эта честность всё равно не приносила ей облегчения.       — Ты меня беспокоишь в последнее время, — признался ей Энди.       Его слова были прекрасной возможностью сказать ему правду.       «Я не сплю уже две недели, Энди».       Такая простая короткая фраза. Её можно произнести на одном дыхании, будто срываешь пластырь. Но Тори предпочла промолчать. Она наощупь нашла его ладонь и несильно сжала, будто благодарила за поддержку.       Айртон встретил их в своём обычном расположении духа.       — Поздравляю, главный приз достался вам, — шепнула им Марина.       — Да, и что же это за приз? — заинтересовалась Тори.       — Домики на две семьи. Вы наши соседи. Понимаю, что это в какой-то степени может вас сдерживать, но не обращайте на Айртона внимание и развлекайтесь.       — Мы для этого сюда и приехали, — сказал Энди.       — Мне нравится ваш настрой, — Марина подняла большие пальцы вверх и удалилась общаться с другими присутствующими.       — Я вообще приехала сюда рисовать, — пожала плечами Тори и поцеловав Энди сбежала в поисках какой-нибудь безлюдной тропы, прихватив с собой скетчбук с карандашами и термос с чаем.       Устроившись на поваленном бревне, она принялась оставлять на бумаге хаотичные линии, которые должны были превратится в рисунок. Но что-то не складывалось. Тори перевернула страницу и новые линии принялись оживать в её руках. Но и эта работа её не устраивала. Она остановилась, думая как улучшить рисунок, чтобы не тратить бумагу.       — Думаешь это хорошие рисунки? — Айртон появился из ниоткуда и напугал Тори своей внезапностью. Точнее, напугал её хруст ветки, на которую он случайно наступил и выдал своё присутствие.       Уняв сердцебиение, Тори решила сыграть с Айртоном в его же игру. Пусть даже она не была уверена, что отлично знает правила и искусна в этом деле так же, как и он.       — Если бы твоя неосторожность тебя не выдала, твой вопрос был точно таким же?       — Скорее всего ты бы его даже не услышала. Теперь твоя очередь.       — Трудно нарисовать что-то стоящее, когда твои пальцы мёрзнут, — вздохнула Тори. Правду она ему всё равно не скажет.       — Тебе надо лучше стараться, тогда всё получится, — Айртон сделал ещё несколько шагов вперёд и остановился справа от неё.       — Знаешь, если бы мне пришлось писать твой портрет, я бы точно не старалась.       — Почему же? — Айртон отреагировал молниеносно. Тори показалось, что он впервые заинтересован.       — Потому что тогда был бы шанс, что ты увидишь себя таким, какой есть на самом деле. И вряд ли бы ты себе понравился.       — Хм… — насмешливо выплюнул он и присел рядом. — То есть ты бы всё равно постаралась, чтобы я увидел?       — Я… — Тори подскочила на ноги. — Я не это имела в виду! И знаешь, что. Вали отсюда. Я первая нашла это место. Так что оно моё! — Тори вытянула руку в сторону и указала пальцем туда, куда Айртон должен был убраться.       Айртон не послушно остался сидеть на месте.       — Я же сказала! — твёрдо повторила Тори.       Айртон медленно встал и оказался с ней лицом к лицу. Их глаза снова встретились, и Тори показалось, что мир остановился. Только редкие снежинки начинали кружить вокруг них. Айртон наклонился ближе, и Тори в ожидании чего-то смелого и решительного от него затаила дыхание. Звук молнии на её куртке разорвал пространство.       — Береги горло. А то заболеешь, — сказал Айртон, а потом ушёл.       Ночью, когда все разошлись по домикам, Тори раз за разом прокручивала в голове момент их расставания. Айртон позаботился о ней. Уже не в первый раз. Возможно, ей стоило бы извиниться. Пусть Айртон где-то и был груб, но что плохого или неправильного он сказал? Посмеялся над кофе, который она ему принесла? Так он и правда был холодный. Сказал, что нужно лучше стараться? Скорее всего и в этом он был прав.       Ещё и Энди из-за неё напился. Энди бы не пил так много, если бы не чувствовал, что что-то не так.       — Прости меня, Энди, — сказала Тори в пустоту безо всякой опаски, что он услышит и проснётся. Пьяного Энди не разбудил бы даже ядерный взрыв.       За стеной раздались шорохи. Тори закрыла глаза, стараясь успокоиться. Ей не нравился шум, а к ночи слышимость в домиках, приютивших их на эту ночь, перешла все допустимые границы. Она бы с радостью оставила какой-нибудь разгромный отзыв об этом месте, если бы это ей пришлось платить за отдых. И на тишину она имела полное право, раз уж сон ей недоступен. Плохо, что тот, кто строил эти дома об этом не подумал. На несколько секунд шум стих. Тишина накрыла Тори словно тёплое одеяло. Тори закрыла глаза в какой-то странной уверенности, что сегодня всё получится, она заснёт и всё вернётся на круги своя.       За стенкой раздался грохот, и Тори застонала от бессилия. Следом за грохотом протяжный стон Марины разорвал пространство.       — Дерьмо, — выдохнула Тори и перевернулась на живот.       Слушать как Айртон занимается с Мариной любовью совершенно не хотелось. Тори накрыла голову подушкой в отчаянной попытке погасить звуки их голосов. Но Айртон не смотря на всю свою холодность, за закрытыми дверями оказался довольно горячим мужчиной.        — Пошёл ты к чёрту, Айртон, — Тори отшвырнула подушку в сторону и без раздумий запустила руку между бёдер, поглаживая горячую плоть.       Нетерпение сотрясло всё её тело и под звуки голоса Айртона, она медленно вошла в себя пальцами. Следуя за его голосом, она наращивала темп, пока тёплая волна удовольствия не накрыла её с головой. Звуки за стенкой стихли.       Странное ощущение, на наутро Тори казалось, будто она бродила в полусне. Было ли это связано с близким присутствием Айртона, или она просто немного обманула подсознание, когда занималась самоудовлетворением под звуки его голоса, но она была уверена, что ей удалось немного забыться.       Чувствуя себя изрядно разбитой, Тори приняла контрастный душ, приведший её в чувство. Он спустилась вниз и принялась готовить завтрак, совершенно не замечая, как Айртон спустился вниз и прошлёпал к барной стойке. Тори продолжала бодро сотрясать бёдрами под импровизированную музыку и напевать себе под нос какую-то глупую песню. Пока у неё ещё есть энергия, почему бы не подурачиться?       — Кхм… кхм… — прокашлялся Айртон.       Тори испуганно обернулась, встретившись с его хмурым взглядом. Вспомнив, что под её распахнутой рубашкой кроме лифчика больше ничего нет, она бросила лопаткой, которой переворачивала оладьи, в Айртона и неуклюже принялась застёгивать пуговицы.       — Марина сказала чувствовать себя как дома, — Тори постаралась объясниться.       — Хорошо, что она этого не видела. Иначе бы изменила своё мнение, — изрёк Айртон, усаживаясь на высокий табурет и брезгливо возвращая лопатку.       — Извини, — едва улыбнулась Тори, наблюдая за тем, как Айртон сердито рассматривает свою белую футболку, на которой остались жирные пятна.       — Я бы не отказался от пары оладий, — честно признался Айртон. — Марина не умеет готовить.       Тори потянулась к шкафчику и достала тарелку, накладывая Айртону ровно столько, сколько он попросил. Она налила кофе из кофейника и поставила перед Айртоном его нехитрый завтрак.       — Ты рано проснулся… — сказала Тори в надежде, что угощение его смягчит и они поговорят как взрослые люди.       — Я знаю, что ты хочешь выведать, — ответил Айртон.       — Да? — Тори скрестила руки на груди. — И что же?       — Ты знаешь, — ушёл от прямого ответа Айртон.       — Это не ответ.       — Это ответ. И ты это знаешь.       — Так скажи мне! — потребовала Тори, не беспокоясь, что может разбудить Марину или Энди.       — Ты знаешь, что я не сделаю этого, — ощетинился Айртон.       — Конечно, ты же бесчувственная скотина, — Тори взмахнула руками и отвернулась к стене.       Глотая подступающие слёзы, она старалась прислушиваться к тому, что происходит позади. Айртон был тих.       — Он собирается сделать мне предложение, — горькое признание сорвалось с губ.       — Ты не должна допустить этого, — отозвался Айртон после нескольких секунд холодной звенящей тишины.       — Я просто хочу, чтобы всё поскорее закончилось и никому не было больно, — призналась она.       Айртон ничего не ответил.       Вечером, когда она возвращалась домой, её выворачивало наизнанку. ***       09:45:15. Неизвестный контакт: «Сегодня утром вместо того, чтобы насыпать кофе в кружку и залить кипятком, я залил кипятком банку с кофе», — прочитала Тори.       Сердце больно ударилось о рёбра. У Айртона дела обстояли гораздо хуже. Но она решила удостовериться, что ей пишет Айртон.       09:46:21. Тори: «Кто это?».       09:46:40. Неизвестный контакт: «Айртон».       09:46:55. Тори: «Откуда у тебя мой номер?».       09:47:11. Айртон: «Запросил личное дело Энди».       09:47:39. Айртон: «В его списке контактов на странице номер 13 есть твой номер».       Тори закусила губу и нежно провела пальцем по экрану, улыбаясь столь подробному ответу.       09:49:00. Айртон: «Молчишь. Забиваешь меня как Мудак?».       09:49:11. Тори: «Я думаю, что тебе нужно больше отдыхать».       09:49:24. Айртон: «Немного странно слышать это от тебя».       09:49:31. Айртон: «Марина всё поняла».       09:49:41. Айртон: «Она ушла вчера вечером».       09:50:22. Айртон: «Ты не виновата. Такое иногда случается».       09:50:31. Тори: «Я скажу Энди сегодня».       09:52:00. Айртон: «Сегодня вечером я улетаю в Сидней»       09:52:07. Айртон: «Важные переговоры».       09:52:15. Айртон: «Лететь всю ночь»       09:52:36. Айртон: «Я могу взять билет на твоё имя».       09:52:59. Айртон: «Это хороший способ проверить».       Тори снова улыбнулась. Айртон всё ещё не говорил о чувствах, но этим утром он потихоньку открывался перед ней. Похоже, Айртон был из тех, кому проще говорить о своих чувствах на письме, чем в слух.       09:53:10. Тори: «Айртон, я знаю, что это ты».       09:53:30. Тори: «Это ты настолько зацепил меня, что я больше не могу спать».       09:53:40. Тори: «Вот что я хочу сказать тебе уже очень давно».       09:53:57. Айртон: «Я тебя понял. Не волнуйся, я всё устрою». ***       Смотря в окно иллюминатора на засыпающий город, Тори сжала руку Айртона в своей. Мягкая пьянящая усталость растекалась по её телу. Проведя подушечкой большого пальца по ладони Айртона, она встретилась с его успокаивающими глазами.       — Ты не против, если я воспользуюсь твоим плечом как подушкой?       — Думал, ты не спросишь, — зевнул Айртон.       — Господи, Айртон, — Тори поворочалась, ища более удобную позу. — Почему ты такой невыносимый?       Айртон не издал ни звука.       — Айртон? — Тори подняла усталый взгляд на мужчину рядом с ней.       Его лицо было расслаблено, грудь мерно поднималась. Айртон спал тихим спокойным сном.       — И всё-таки это ты. Слава Богу, что это ты, — пробормотала Тори и закрыла глаза.       Гулкий шум двигателя её совершенно не беспокоил.