Вальс

Сны бывают разные. Зачастую являются чем-то бессвязным, беззаботным и веселым, что не оставляют после себя осадка на утро и легко забываются. А порой бывают жестоки и немыслемы, от чего в холодном поту просыпаешься и долго забыть не можешь. А порой не сны, а, кажется, воспоминания чьи-то. Только не твои, а кого-то другого. Кого-то, кто существовал когда-то, кого сейчас нет и не будет точно. И ты знаешь, что это определенно чьи-то воспоминания, это происходило когда-то, но точно не с тобой. Ей снилось многое, всего и не перечислить. Ей снилось многое, но далеко не всё. После поездки на Лофу Сяньчжоу ей стало особенно неспокойно. Новая форма Дань Хэна казалась ей смутно родной, словно песня, которую ты знал наизусть давно когда-то, которая была любимой, и теперь ты слышишь ее вновь, всю такую же прекрасную. От его нового облика она чувствовала что-то меланхоличное, безмятежное,и... родное. Кажется, ранее она встречалась с ним, но где? Поэтому последний ее сон был о том, как... Звёзды срываются со своих мест на небесном куполе и исчезают на небосклоне. Со стороны моря доносится соленый запах, забыть который теперь кажется чем-то невозможным. Странно. Март видела море в своей жизни всего один раз, на Сяньчжоу, но из-за бесконечных поручений надышаться морским воздухом вдоволь не удалось, несмотря на то, что он так сильно врезался в нос, его нельзя перепутать с чем-то. Тогда почему она помнит его так хорошо? Может, сознание создало его само, исходя из воспоминаний? При пробуждении нужно будет найти ответ. Март закрывает глаза, вдыхая необычайно свежий, чистый воздух. После вечернего дождя чувствовался петрикор, морская соль и свежесть травы. Стоит расслабиться, как кто-то руку на плечо кладёт, заставляя вздрогнуть и напрочь обо всем забыть. Как она могла не почувствовать чье-то присутствие? —Март. Девушка ахает, услышав до боли знакомый голос, что впечатался в мозг с первой встречи, без которого жизнь бы утеряла все краски, которые приобрела изначально, и лишь благодаря ему. Дань Хэн... Но в его голосе было что-то не родное, отчужденое. Что-то, чего она раньше не замечала, а то и не было вовсе. Она оборачивается и снова ахает, на лице появляется удивлённое выражение, а глаза расширяются. Это был, да простят же её Эоны, Дань Фэн. Для нее осталось загадкой, как так быстро девушка определила это, но имя в голове всплыло само собой. И не то,чтобы сейчас это было важно, но мысленно голубоглазая почесала затылок и задумалась над этим. Сейчас было известно точно; это не Дань Хэн, а Дань Фэн. Быстро осознав, в каком положении находится, Март принимает спокойное выражение лица, смотря прямо в глаза юноше. Тот же, в свою очередь, протягивает руку. На его лице можно заметить слабый след улыбки. Точнее, даже не след, а намек на нее. Повинуясь, она принимает руку и, словно заранее зная, что надо делать, кладет вторую ему на плечо. Видьядхара же положил вторую руку на ее талию, без какого-либо смущения начиная медленно уводить в танец. Движения Верховного старейшины плавные, свободные и расслабленные, лицо совершенно спокойное, а сам он под нос напевает что-то. У девушки же, все наоборот: движения скованы, а выражение лица как у страдальца, хотя ее душа жаждала чего-то подобного всю жизнь. От всей неловкости ситуации голубоглазую то в жар, то в холод бросает, лицо от смущения все гуще наполняется оттенками красного, а сама изо всех сил пытается не отдавить ему ноги и не споткнуться о подол кимоно. Но позже привыкаешь ко всему, причем достаточно быстро. Ноги спокойно и легко скользят по траве, словно зная, что и как, движения свободные. Все так, как и должно быть. Особенно радовало то, что кроме них больше ни души. Только прохладный ветерок сопровождает одинокую танцующую пару, развивая волосы. Влюбленные сердца обоих были готовы взлететь, наполненные радостью и умиротворением. Все это было настолько реалистично, что не хотелось верить, что это только сон, который сразу забудется после пробуждения. А может, и не сразу... Дабы разнообразить вальс, Дань Фэн добавляет поворот. Потом ещё несколько. И наконец останавливается, обнимая девушку за талию. Наклоняется, заставляя сердце голубоглазой забиться в бешеном ритме, в его взгляде мелькнула нехарактерная для юноши нежность, и, без особых колебаний, он трепетно касается ее губ своими. Голова закружилась, в животе запорхали бабочки. Девушка не чувствовала прохладного ветра и холода ночи — на душе вдруг стало так спокойно и тепло. Так хотелось, чтобы момент не заканчивался больше никогда. И больше никогда. Никогда... Сон закончился так же внезапно, как и начался. Март нехотя приоткрыла глаза, приподнялась на локтях и зевнула. Немного пробыв в такой позе, она моментально принимает положение сидя, устремив взгляд воздушно-голубых глаз в пространство куда-то и погрузилась в раздумья. Сон оставил после себя очень неприятный осадок, настроение сразу после пробуждения меланхоличное, от непонятного происхождения тоски хотелось зарыдать в подушку, печаль охватила ее тело и душу целиком и полностью. Но в то же время сон оставил после себя неописуемо теплое ощущение, будто все это было на самом деле. А был ли это сон? Как знать... Но теперь, кажется, у Март появилась 68 версия прошлого.