Глава 25

Валере слишком плохо удавалось скрывать от Дилары, факт того, что его сердце что-то тяготит. Парень пытался избегать встреч, старался не оставаться наедине, меньше проявлял нежности. Девушка реагировала на его поведение сдержанно, ведь он обещал, что расскажет всё, только немного позже. Сегодняшнюю ночь они договорились провести вместе. Больше некуда было тянуть. Он взял обещание с Вероники, что та не станет никому распространяться, Валера должен сам рассказать обо всём. Дилара радостно улыбалась, стоя на пороге, даже осунувшийся вид парня не мог омрачить её настроение. Она испекла пирог, который так любит Валера, надела новенькую комбинацию, скрывая её лишь под халатом и, укрепила в себе намеренье добиться ответов. Она желала всем сердцем помочь парню, разобраться с тем, что так удручает его душу, дать почувствовать в ней поддержку и опору, которой он являлся для неё самой. Валера отказался от чаепития и сразу побрёл в комнату. Уверенность Дилары пошатнулась. Она неспешно присела рядом на кровать и легонько поглаживала его по спине. Парень понял, что так и не подберёт никаких подходящих слов. Он просто начал говорить. Выпалил всё как на духу. О приходе Вероники в его квартиру. О новости, что выбила землю из-под ног. О своих метаниях и сомнениях. Рассказал, что Ника узнала о том, что в положении только потому что попала в больницу. Что срок уже достаточно большой для того, дабы предпринимать какие-то альтернативные меры. Что изначально она сомневалась и боялась приходить к нему с этими новостями, страшилась реакции. Дилара сомкнула руки в замок и тяжело опустила их на колени. Смотря в пустоту, чувствовала как с каждой произнесённой фразой мир внутри рушиться, как от сердца отлетает осколок за осколком, оставляя после себя лишь ноющее бездушное пространство. — И, — её голос дрогнул. — Какое решение ты принял? Валера поднял взгляд вверх, тихо выдыхая. — Мне тяжело было решить, что делать дальше. Не думай, что я вообще не сомневался и изначально склонялся к другому варианту, но…Я хочу, чтобы мой ребёнок рос в полноценной семье. Я хочу, чтобы у него было счастливое детство. Я постараюсь всё для этого сделать. Мне трудно было взрослеть с чувством того, что моя мама просто отказалась от меня, не хочу, чтобы и моего ребёнка мучали подобные мысли. Я не стану таким как мои мать или отец. — Я другого и не ожидала, — без тени злобы и обиды сказала девушка. Валера опустился перед Диларой на колени, положив голову на её ноги. Из глаз покатились горькие слёзы, оставлявшие мокрые следы на халате. — Прости меня, я не сдержал обещание. Принцесса, пожалуйста, накричи на меня, обзови дураком, ударь меня. Прошу, хоть что-то, но не молчи. Дилара лишь поглаживала его голову, запуская пальцы в такие родные кудряшки, пытаясь запомнить это ощущение. У неё не было сил кричать, закатывать истерики или с пеной у рта выяснять, как же он так мог поступить. В этом не было его вины, хоть он и являлся причиной, по которой возникла подобная ситуация. Девушка видела полноту его сожалений. Чем сильнее он сжимал её ноги, тем ярче понимала, как ему горько и тяжело. Валера взял на себя ответственность, невзирая на свои желания. — Я понимаю, что не могу просить о таком, но всё-же, — подняв покрасневшие глаза, начал парень. — Мы можем провести эту ночь вместе? — Последнюю ночь вместе? — Дилара коротко кивнула, стирая остатки влаги с щёк парня. Уснуть так ни у кого и не получалось. Они лежали в обнимку, желая отпечатать каждое нежное касание в своей памяти. Не многим везёт знать, что это их последняя ночь, последняя возможность насладиться теплом, в последний раз испытать близость друг к другу. Валера услышал то, что желал всей душой, чего так долго ждал, чему был бы рад всем сердцем. — Я люблю тебя, — тихо прошептала Дилара. Ещё больше раня парня, подчёркивая весь трагизм сложившейся ситуации и ядовито коля в самое сердце. Она произнесла эти слова впервые.

***

Парень торопливо собирался, в надежде, что девушка не успеет проснуться до момента, как он покинет квартиру. Ночь ушла, забрав с собой все яркие эмоции, оставив после себя сухие факты. Он бросает свою любимую, оставляет наедине с болью, которую сам причинил. Валере было стыдно смотреть ей в глаза, он хотел подарить своей принцессе всё лучшее, что есть в этом мире, все, что есть в нём самом, но не смог. Искушение взяло верх, и он обернулся, дабы напоследок взглянуть на Дилару. Их глаза пересеклись. Валера неспешно приблизился, присел перед кроватью. Парень осторожно поглаживал большим пальцем по щеке девушки, чувствуя как волна грусти накрывает с новой силой. Дилара потянулась к парню. Поцелуй. Чувственный и влажный. Глубокий и горячий. Опьяняющий и отчаянный. Последний. Хлопок двери давал понять, что Валера ушёл. Ушёл от неё навсегда. Дилара посильнее сжала подушку, пытаясь заглушить крик. Девушка не сдерживала слёзы и всхлипы, боль, переполнявшая сердце выплёскивалась наружу, оставляя после себя лишь пустоту.

***

Девчонки собрались для веселья. Вероника не могла нарадоваться тому факту, что Валера вернулся к ней, пообещал жениться, дал слово, что не бросит своего ребёнка. Появившееся зарево надежды разгоралось с каждым днём всё больше и больше, согрева сердце девушки. Маргарита делала лишь небольшие глотки красного вина, не желая мучать себя кислым вкусом. Что нельзя было сказать про Кристину. Она же опрокинула пару бокалов и наполнила следующий, при этом почти не дотрагиваясь до закуски. Ника воздержалась от спиртного, хоть и не побрезговала парочкой сигарет. Неуютную атмосферу, витавшую на кухне, замечала лишь Рита. Её подруги шутили, громко смеялись, сплетничали, воодушевлённо строили планы на будущее. Маргарита в свою очередь пыталась вникать в их разговоры, не терять нить, но смысл сказанного постоянно ускользал от девушки. В моменте, у неё проскользнула мысль о Диларе. Рите стало жутко интересно, что же сейчас твориться с Художницей, как она себя чувствует, как вообще справляется, нужна ли ей помощь. Девушка поднялась, поправляя очки и поочерёдно взглянула в недоумённые взгляды. — Я пойду, — твёрдо заявила она. — Куда? Хорошо же сидим, — Вероника начинала подозревать причины такого странного поведения. Всё же на предупреждения подруга не отреагировала и по-видимому не собиралась терпеть компанию Кристины. — К Диларе. Повисла тишина. — Ты сама просила меня притереться к ней. Она наверняка узнает, что мы собирались сегодня на посиделки, а получается, что я выбрала пойти к ней. — Очкастая, первая здравая мысль от тебя, — Кристина криво усмехнулась. — Ладно, иди, — кивнула Вероника.

***

В последние дни Дилара не задерживалась надолго в компании универсамовских, не участвовала в их досуге, при возможности избегала сборов, но тем не менее, появлялась на территории. Маргарита давно подозревавшая, что Художница намного больше посвящена в дела группировки нежели другие представительницы слабого пола, лишь в очередной раз удостоверилась в своих догадках. Заглянув в каморку, найдя там своего парня, сидевшего с другими близкими пацанами за столом, подошла ближе. Как можно тише выпытала что Художница должна быть здесь ещё как минимум около часа дожидаясь прихода Пальто. Стремительно покинула комнату, не имя цели и дальше наблюдать за происходящим. Пацаны, устроили небольшую трапезу, с обилием самогона. Не сложно догадаться, что повод был такой же, но только их застолье отличалось гнетущей атмосферой, больше походившей на траурную. Никто не шутил и не смеялся, никаких громких выкриков и непринуждённых песен. Лица присутствующих хмурые, в глазах отсутствие озорного огонька, а из того, что освещало сию обстановку лишь фонарь под глазом Турбо. Заглядывать в кабинет Кащея было слишком отталкивающей идеей. Этот мужчина вселял в тонкую душевную организацию девушки тревогу с примесью страха. Маргарита лишь краем уха установила личности, которым принадлежали голоса, доносившийся из-за двери и продолжила поиски. Рита обнаружила Дилару сидевшей неподалёку. Приближалась к расслабленной девушке стремглав, дабы не растерять ни капли уверенности. Художница подняла спокойный взгляд на взбудораженную девушку. — Я должна кое-что рассказать, — быстро протараторила подошедшая. Дилара лишь вымученно выдохнула, понимая, что следующие новости определённо будут содержать в себе новую порцию тягости. — Кристина сотрудничает с ментами. Брови Дилары медленно свелись, девушка неспешно поднялась, ровняясь с Ритой. — Откуда информация? — Я сама видела. Не скрою, что она никогда мне не нравилась, а в последнее время её поведение начало казаться мне более подозрительным, нежели обычно. Я проследила за ней. — Чего именно ко мне пришла? Маргарита замялась, не понимая как не сболтнуть лишнего и наверняка расположить к себе Дилару. — Вероника не поверила мне. Ты к Кащею ближе, чем Илья даже. — Пойдём. Дилара направилась внутрь здания. Маргарита несмело зашагала следом. Подойдя к кабинету Кащея, остановились. — Боишься? — догадывалась Художница. — Да, — еле слышно ответила Рита. —Я же с тобой. Дилара придала своей улыбке как можно больше теплоты, взяв девушку за руку, постучала и сразу же открыла дверь. В комнате находились лишь двое мужчин, что с опаской взглянули на тех, кто посмел потревожить их покой. — Тут информация одна интересная появилась, — произнесла Дилара и взглянула на Риту, подбивая рассказать всё в подробностях. Кащей с Адидасом слушали внимательно, задавали уточняющие вопросы, кивали и иногда поглядывали на Художницу. — Когда их следующая встреча ты в курсе? — спросила Дилара. — Нет, я только раз их видела вместе. Но, когда к Нике в больницу приходили он там тоже был. Кристина тогда подошла позже в палату. По просьбе Вовы, Маргарита как можно точнее попыталась описать внешность милиционера. Мужчины помолчали, что-то обдумывая, тем самым заставляя девушку больше нервничать. Рита боялась, что ей снова не поверят, только теперь ставки возросли, обыденными угрозами и парой оплеух не отделается, да ещё и под удар попадёт Илья. Кащей прервал тревожный поток мыслей: — Давайте так, пока не распространяемся об этом, может, как-то вывернем ситуацию. Вдруг, воспользоваться получится. Тебе, — устремил пристальный взгляд на Риту. — Спасибо и можешь идти. А ты, — перевёл взор на Дилару. — задержишь малёхо. Маргарита не нуждалась в повторении просьбы, мигом покинула кабинет. Художница заняла место на которое указал Кащей и замерла в ожидании. Мужчина подошёл к сейфу, открыл железные двери и выудил оттуда несколько крупных купюр. Вернувшись на своё место, положил деньги перед Адидасом. — Думаешь, правда? Не западня? Кащей пристально смотрел на Дилару. Лицо девушки не дрогнуло, она давно перестала бояться его, внутренне доверяла мужчине, не ощущая опасности. — Она нас бы подвела к этому. А так, ни места, ни времени, ни конкретных имён. Слишком мало информации для подставы. — Делаем так. Словам какой-то бабы верить не привык. Ты привела, так что, будешь отвечать, в случае чего. Нужно подтвердить, — обратился уже к Вове. — Пацанов на пост отправь, пусть попасут эту Кристину, да на всякий за Синим приглянут. На сигареты и пирожки, — кивнул на купюры. — Потом выводы сделаем. Ох, как не нравится мне это всё. А тебе ещё одно поручение, — взгляд, которым в этот раз наградил Дилару, выражал скорее надежду. — Нужно кое-что припрятать. И вообще, как к фокусам относишься? Возможно, потребуется один провернуть.

***

Дилара знала о всех постах пацанов. Желание как можно реже оставаться дома, сподвигало к прогулкам, долгим сидениям за бухгалтерией, задержкой в художественной школе. Девушка стремилась занимать своё пространство людьми и делами, лишь бы не встречаться один на один со своими мыслями, которые отягощали и так не лёгкое бремя на душе. Марат с Андреем схлестнулись в шуточной драке. Дилару всегда улыбала их дружба, непосредственная и лёгкая, но в тот же момент, они полагались друг на друга в любых вопросах, беспрекословно доверяя и принимая. — Птичку проморгаете, — с улыбкой произнесла Дилара, подходя ближе. — Чё? — непонимающе спросил Марат, не отпуская из захвата Андрея. — Какую ещё птичку? — У вас задание какое? — А, — протянул Адидас младший, ослабив хват, что позволило Пальто наконец-то освободиться. Троица присела на ближайшую лавочку, и парни начали с аппетитом дегустировать принесённые перемячи. — Ты как вообще? — жуя, поинтересовался Марат. — Если хочешь, можем не говорить об этом, — ласково взглянул на сестру Андрей. — Конечно, просто в Универсаме все немного, ну в ах… шоке типо. — А кто весть разнёс по всем любопытным? — Дилара с прищуром взглянула на парня. — Не, тут я не при делах, это точно. Само как-то разлетелось, но догадки есть, что Синий постарался. Тот ещё балабол, похлеще меня кстати будет. Большинству конечно не так уж и интересна ваша драма, но некоторые прям расстроились. Видела, какой фингал Кащей поставил Турбо? Широкая улыбка быстро сползла с лица Марата, когда он столкнулся со строгими взглядами друзей. — Вот, — начал Пальто. — Взирая на репутацию Ники, это вообще, правда? — Она показала справку, — пояснила Дилара. — И они ходили вместе к врачу. Так что сомнений никаких. Ладно, пойду я уже. — Мы тебя расстроили? — забеспокоился Марат. — Нет, дел много просто. Дилара наспех попрощалась с парнями, отказываясь от предложения провести, ведь ещё было не так уж и темно, да и путь не настолько далёкий, а пацанам не стоит покидать пост, всегда должны как минимум, вдвоём бдеть. Страх улиц снова стал неотъемлемой частью жизни Дилары. В какой-то момент, девушке показалось, что мысли слишком материальны. Юркнув во двор, в попытке скрыться от рёва ускорившегося автомобиля, Дилара замерла. Машина заехала следом и перегородила ей путь. Животная ухмылка украшала довольное лицо Дрона. Парень неспешно вышел, не закрывая за собой дверцу и направился к девушке. Дилара чувствовала кирпичную стену за спиной, понимала, что шансов на побег не так много, но мозг начинал лихорадочно искать варианты. — Какая встреча, — радостно сказал Дрон. — Давно не виделись. Боишься? Понимаю, не красивый поступок был. Но, теперь-то могу позволить себе своевольничать. Дилара предприняла попытку рвануть вправо, обратно на дорогу, но мужская рука схватив за талию, не позволила вырваться. — Чего так ломанулась? Дрон поймал запястья девушки, несмотря на её яростное сопротивление, смог сомкнуть их в одной руке. Второй же крепко сжал её челюсть и немного отвернул испуганное личико, открывая для себя обзор на тонкую шею. Дилара зажмурилась, ощущая как Дрон проходиться по коже языком. Он сильнее сжимал свои пальцы, девушка старалась фокусироваться на этом, на боли которую он причинял, а не на том, как его губы припали к её устам. Как парень проходился по ним языком в попытке приникнуть внутрь. Он стал давить на подбородок. Сил для сопротивления оказалось недостаточно и девушка начала приоткрывать рот. Сердце Дилары забилось чаще, разгоняя адреналин по всему организму, голова в миг опустела. Девушка со всей собравшейся яростью ударила коленом в пах парня. Дрон сразу ослабил хватку, а затем и вовсе убрав руки с тела девушки, машинально потянувшись к ушибленному месту. Сфокусировавшись лишь на боли, не заметил как миниатюрный кулак, украшенный массивным кольцом, прилетел справа в глаз. Дилара рванула с места, спотыкаясь о камень, так неудачно начала лететь вниз, но в последний момент избежала столкновения с землёй, и почти выровнявшись уже предвкушала свободу, скрытую за углом здания. Но, в следующее мгновение она врезается в появившуюся мужскую фигуру. Разочарование и страх окатили с ног до головы, чувствуя чужие руки на плечах. Подняв глаза, Дилара застыла. Зима, быстро оценив ситуацию, спрятал подругу за спиной, твёрдо шагая к Дрону. Парень выпрямился, готовясь с достоинством начать диалог. — Тебе недостаточно понятно разъяснили? — голос Вахита был спокоен. — Ты приходишь на чужой, хоть и дружественный район, зажимаешь тут девчонку против её воли, нехорошо. — Так, а какая разница, какой район? Если баба-то общая? — С чего это ты её в ебучки записал? Знаешь с кем ходила, полагается подойти, обкашлять вопросик. А потом уже выводы делать, да творить чё вздумается. Дрон молчал. Знал, что Зима прав. Понимал, что ничего не добьётся сейчас. Развернулся, сел в машину, злостно захлопнув дверь, и поехал прочь, кинув напоследок пренебрежительный взгляд на Дилару. Девушка выдохнула. Ей казалось, будто всё время воздух не поступал в организм и только теперь, она могла на полную раскрыть лёгкие. Вахит проинформировал, что доведёт до квартиры и зашагал рядом с медленно идущей подругой. — Ты пришёл поинтересоваться за то, как продвигается наше дело? Я с Айгуль переговорила, она поможет, Андрей само собой согласился, они ещё кого-то поищут. На счёт места нужно чтобы решил, я нашла пару вариантов. — Хорошо, свою незначительную часть я тоже выполняю, на днях сможешь оценить. — Вахит, спасибо тебе огромное, если бы не ты, то… — Ты бы убежала. Ничего страшного не произошло бы. В этот раз. Парень начал ощупывать подол куртки Дилары. — Что ты делаешь? — замерла она в оцепенении. — Проверяю, как мои наставления выполняешь. — Да вшила я лезвия, — успокоила его девушка. — Теперь в моём распоряжении из острого не только язык. — Диля, это не шутки. Понимаю, что тяжело будет свыкнуться, но ты больше не можешь настолько беспечно себя вести. И я лишь дал отсрочку. Когда Дрон прошерстит информацию, то уже более основательно сможет заявить права на тебя. Сама не ходи. Вообще. Тем более осталось не долго. Как только закончишь школу, сразу уезжай на своё поступление в Москву, или вон к отцу. Они остановились перед дверями квартиры, развернувшись, друг к другу. Вахит пытался разглядеть в своей подруге хоть каплю того хулиганства, веселья и непосредственности, которыми она пестрила ранее. — Если я вообще смогу поступить, — девушка опустила взгляд. — Что за настрой? Ты давно готовишься. — Я начала усердно готовиться к поступлению в Казанский медицинский. — С Валеркой хотела остаться? — грустно уточнил Вахит. Дилара лишь закивала головой, в подтверждении. Парень осторожно сгрёб в объятия девушку. Прижимая к себе сильнее, когда почувствовал, как её тело начало подрагивать. Раздались всхлипы. Вахит поглаживал её голову, проходился ладонью по плечам и спине, будто пытаясь стереть всю эту боль, которой была переполнена душа девушки.

***

Время шло, а слежка за Кристиной не давала нужных результатов. Кащей начал сомневаться в достоверности наводки, но Художница выдвинула неплохую идею, к которой мужчина прислушался. В действительности, грызуна на пустую мышеловку не поймаешь. Во время отдыха в бане Кащей, в разговоре с Адидасом, вскользь упомянул стройку на Гвардейской. На днях планировалась заливка бетоном — идеальный момент. Кристина, которая, приносила мужчинам закуску, напряглась, когда при виде неё разговоры стихли, понимая важность информации, навострила ушки за дверью. После того, как менты прождали в засаде, так и не увидев никого подозрительного на стройке, их терпению пришёл конец. Заметив свежий бетон, нырнули в дело с головой, как говориться. Сейчас же Кащей стоял, упёршись о капот своего автомобиля и наблюдал, как милиционеры, устроившие тщательный осмотр стройплощадки, расхаживают по территории, источая гнев и негодование. От внимательного взгляда не ускользнул даже Лев Давидович, который активней всего рыскал в поисках улик. Кащей снисходительней относился к бабам. Натуры ранимые, не привыкшие к устоявшимся законам, но и в то же время более ненадёжные. Отшить — не отошьёшь её, но и без наказания оставлять вовсе не хотелось. Авторитет среди других упадёт, когда пронюхают, что Универсам пригрел змею на шее, да и по-человечески обидно стало.