Загул

Сказано – сделано. Несмотря ни на какие слова, что мог сказать Аен, который молчал выразительнее чем говорил, мы перебрались в шикарный капсульный отель на сто двадцатый этаж, что мне невольно напоминало о детстве. Эта башня, действительно, состояла из составленных друг на друга гигантских капсул, каждая из которых сошла бы за пятикомнатную квартиру, если бы в них были стены. Внутри было совершено пусто. Особый наноинтелектуальный материал, из которого были сделаны капсулы, принимал форму любой мебели. Ни за что бы не полезла в эту срань, но место было пиздецки популярным. Поэтому я наделала кучу фоток для будущих постов в соцсетях и побыстрее свалила в ближайший бар. Аен, заметив этот маневр, рванул наперехват, но я успела вовремя выскочить, захлопнув дверь перед его носом. Выходя на улицу, я ожидала увидеть его там. Ну знаете эти его фокусы – никакой замок его не остановит и у него куча всяких хитростей, так что я бы не удивилась, если бы он меня не только догнал, но и обогнал. Видимо сработало мое упорное воспитывание оного субъекта. Так или иначе я отправилась бухать в гордом одиночестве. Этот бар я знала очень хорошо. В частности то, что здесь водятся котики. И правда, стоило развалиться за столиком в углу, как подкатил такой – гибкий и улыбчивый. Полчаса изображания настороженного знакомства, и вот его рубашка расстегнута, а я слизываю соль с его сосков перед рюмкой текилы. Моя рука лежит на его ширинке. Он предлагает поехать к нему. Я показываю ему амулет, парниша совсем не против. Мы целуемся. И тут у меня звонит телефон. С громким чпоком я отрываюсь от его губ и вырываюсь из жарких объятий. Достаю одноразовый телефон, который мы купили для связи. Звонка не было. Пропущенных тоже. Смс не приходили. Я глупо поморгала, подумала, что с текилой надо поосторожнее, спрятала телефон обратно в клатч и вернулась к поцелуям. Голубоглазый котик, имени которого я даже не знала, с радостью принял меня обратно в свои объятья и прижимал к себе, исследуя руками мое тело. Все-таки приятно чувствовать под собой мужчину. Я имею ввиду по комплекции. Аен несмотря на свою тягу наряжаться, как привокзальная блядь, ни капли не сомневался в своей принадлежности к мужскому полу. И характер у него был соответствующий: упертый и самовлюбленный. И самоуверенный. Эти мысли о мистере «раз уж я тебя выбрал, ты от меня никуда не денешься» пиздец как испортили настроение. Я снова отстранилась от своего нового приятного знакомого и одарила его хмурым взглядом, который он ничем не заслужил. Это этот был виноват. Монстр. Я попыталась абстрагироваться от неприятных мыслей и сосредоточиться на деле. Точнее на теле. Упругом мускулистом мужском теле, которое умоляло меня о ласках. Сильные руки и крепкие плечи. Я попыталась погрузиться в это блаженство, прижимаясь к парню всем телом, но перед глазами снова всплыла эта наглая рожа. – Черт! – плюнула я и отпихнула от себя стакан, чуть не опрокинув его. – Что-то не так? – спросил котик, тщетно пытаясь вернуть меня обратно к обоюдоприятному занятию – я была так раздражена, что не могла расслабиться. – Мне нужно позвонить, – решила я и уткнулась в телефон. И что вы думаете?! Он не взял трубку! Это как вообще называется?! Я набрала еще раз – тоже самое! Под изумленным взглядом мальчика, который увы, судя по всему, сегодня останется не траханным, я сообщила потемневшему экрану телефона, что если он не ответит, то сдохнет в страшных муках. И о чудо, на третий раз объявилась заспанная песья морда. – Сукин сын, – поприветствовала я этого бессовестного наглеца. – Что случилось? – потирая глаза, спросил Аен. – Все нормально? – Ты почему трубку не берешь? – Заснул, – он пожал плечами, этому гаду было все равно с кем я сейчас обжимаюсь. – Только уложил ее, – Аен томно зевнул и на заднем фоне раздался детский плачь. – Ну вот, ты ее разбудила. Не звони просто так. Он бросил трубку. Какое-то время я пыталась собраться с мыслями и осознать, что делаю. Потом я спихнула все это на алкоголь, махнула на все глупости рукой и вернулась к лабызанию со сладким мальчиком по левую руку от меня. Потом он заметил какого-то своего знакомого. Поманил его и что-то шепнул на ухо. По ухмылке второго мне сразу стало понятно, что он тоже тот еще извращенец, что неплохо вписывалось в мои интересы. Так сладко стало и по правую сторону. Снова поднялись разговоры о том, чтобы куда-то поехать. И я бы, конечно, безусловно, поехала. Но такое дело… Не могу же я оставить Аена без присмотра. Я стала думать зачем за ним присматривать и придумывать, что он такое мог учинить. Ничего особо в голову не приходило. Но и я не криминальный гений. По-любому он что-то придумает. Я поперлась в туалет и, позвонив в гостиницу, потребовала доступ к камерам в моем номере. Мне ответили, что никаких камер отродясь не было и они вообще не понимают, о чем речь. Но кругленькая сумма быстро дала мне то, чего якобы нет, и вот на экране я имела удовольствие лицезреть Аена, изображающего заботливую мамашу. Дело в том, что Нае в своей постоянной истеричной попытке привлечь к себе его внимание, в этот раз стала младенцем со всеми вытекающими. Когда я уходила он менял ей памперс. А теперь вот – шатается по дорогому номеру, укачивает ее. Я еще несколько минут повыебывалась, но призналась себе, что страшно соскучилась и, заплатив за выпивку и распрощавшись с котиками, отправилась обратно в гостиницу. Добравшись до номера, я свалилась, где меня сморило. Интеллектуальная система соорудила подо мной кровать, пока я еще падала. Колыхая мягкий матрас, ко мне подполз Аен. – Почему ты так рано? – заботливо спросил он, стягивая с меня ботинки. – Не нашла с кем потрахаться, – соврала я. – В этом баре были одни уроды. – Ухм, – задумчиво отозвался Аен. – Нае уснула, можешь потрахаться со мной. – Как мило с твоей стороны, – я взяла его за волосы и пристроила его болтливый язык между своих ног. – Убаюкай и меня. Заставь меня кончить, и я усну. Аен пробормотал что-то неразборчивое в волосы и принялся за дело. Каким бы виртуозом он ни был – алкоголь свалил меня очень быстро. Уснула я, не достигнув оргазма. Проснулась я, когда солнце уже лупило вовсю. Аен продолжал носиться с вопящим младенцем. Пару часов я шаталась по номеру, на удивление терпеливо перенося этот дурдом. Потом собралась и скомандовала переезд. Мы покинули этот отель и вселились в место подешевле и, что парадоксально, поуютнее. И вот снова вечер. Я заказала няньку и в этот раз прихватила Аена с собой, потому что у него талант все портить даже если его нет рядом. Бар я тоже выбрала другой. Мы уселись за стойку, и я сентиментально вспомнила, как мы так же сидели в одном из Средних миров. Неплохое все-таки вышло путешествие. Под пустую болтовню быстренько накидалась и стала искать кого бы снять, чтобы его позлить. И тут как поперло. Знакомые рожи выплывали из каждого угла. И с каждым вторым я трахалась. И почему-то эти товарищи вспоминали об этом первым же делом. Почти вместо «здравствуйте». Когда шествие трахнутых мной парней завершилось, Аен перестал сверлить меня взглядом и поинтересовался: – Ты все ебешь, что движется? Так как наш благородный принц ругался крайне редко, наличие мата явно свидетельствовало о том, что он просто в ярости. В душе я ликовала, но решила немного притормозить. – Я свободная девушка, – сухо ответила я. – Могу спать с кем захочу. – Нет, – едва сдерживаясь, с нажимом возразил Аен. – Да, – твердо подчеркнула я. Он немного подышал, пытаясь успокоиться, но лезущее наружу говно удержать уже не мог. – Можно подумать, что ты готова переспать с любым знакомым парнем, – мусоля стакан с не вставляющей его водкой, проворчал Аен. – Со своим помощником. – Не, – махнула рукой я. – Я не сру там, где ем. Не хорошо это. Может помешать бизнесу. Аен сделал вид что поверил и продолжил: – Со своим конченным соседом. Я помолчала, вместо ответа отхлебнув из своего стакана. – Да ладно! – вспыхнул Аен. – Да что такого? – я не поняла, почему должна перед ним отчитываться, но отделаться было сложно. – Серьезно? С этим старым уродливым маньяком? – Ты не справедлив, – почему-то оскорбилась я за Дагеля. – Чего это он старый? Он младше тебя. И не такой уж он и страшный, особенно если раком поставить. Лица-то вообще не видно, а попа у него ничего такая. – Не могу в это поверить, – не успокаивался Аен. – Как это произошло? Долго вы встречались? – Встречались? – я подавилась вискарем от неожиданности. – Нихрена мы не встречались. Перепихнулись разок по пьяни. – Один раз? – усомнился он. – Ну пару, – призналась я. – Пару первых раз по пьяни. – А потом что? – Потом на трезвую. Я во всяком случае. – Мерзость какая, – вынес вердикт Аен. – Да что ты приебался, – он меня все же разозлил. – Ну спала я с ним и что? Ты тоже с ним спал. Аен захлебнулся от негодования. – Да как ты можешь так говорить?! – обижено пролепетал он. – Ты продала меня ему как вещь. – Значит так, – мне это порядком надоело. – Мне это порядком надоело, – эта его страшная обида на меня. – Эта твоя страшная обида на меня. – Что? – растерялся Аен, когда я стала напрямую транслировать свои мысли. – Ты мог не идти с ним, – озвучила я очевидную вещь. – Если бы ты попросил. Если бы молил меня. Я никуда бы тебя не отпустила. И ты сам прекрасно об этом знаешь. Все твоя чертова гордость. А может ты сам хотел с ним потрахаться, солнышко? Он поджал губы и ненадолго замолчал. – Так это было не раз? – продолжил доебываться Аен. – И, судя по всему, даже не два. Так сколько? – Два, – ответила я, он не понял и пришлось уточнить: – Два года. Почти. Потом у него начало от наркоты выпадать очко. Лекарь запретил ему совать в жопу все подряд, поэтому нам пришлось завязать с нашим дружеским сексом. На какое-то время Аен потерял дар речи, и я даже успела расслабиться. Но тут нарисовался еще один хмырь. Этот не был моим знакомым, но я его знала. Аен тоже его знал и весь позеленел от злости. Это был исполнитель моих любимых песен. С близи он оказался ниже и прыщавей. – Скучаешь? – самым банальным образом подкатил певец. – Нет, – честно призналась я, ведь с Аеновскими выебонами хрен соскучишься. Парень подумал, что я его не узнала, и принялся вращать башкой, чтобы я лучше рассмотрела его сверкающую от самодовольства рожу. Я бы, наверное, не смогла сдержать смех, но он был слишком жалок. Справа от меня на высоком барном стуле Аен пытался раздавить пальцами стакан, видимо ожидал, что я накинусь на подкатившую звезду. – Можно, я составлю компанию? – не сдался тот. – Меня зовут Гэрэш. А тебя? – Это действительно он, – с досадой прошипел Аен, и мне все-таки стало смешно. – Я тебя узнала, – я повернулась к пикап-мастеру в ожидании, что будет дальше. – А почему ты один? Где твоя группа и фанатки? – С трудом оторвался, – кокетничал Гэрэш. – Столько внимания утомляет, знаешь ли. – Но со мной ты утомиться не против? – немного подыграла я, что у классической меня означало, что я начинаю злиться. – Даже очень не против, – безрассудно пошел по этой опасной дорожке он. – И почему же со мной? – ловушка захлопнулась, и я уже в тайне надеялась довести его до слез. – А с кем же еще? – лучезарно улыбнулся Гэрэш. – Ты такая красивая. – Красивая?! – я не стала больше тянуть и оторвалась на нем сразу. – Это все, блядь, что ты можешь мне сказать?! Как ты пишешь свои сраные песни, если у тебя фантазии меньше, чем у автора миссионерской позы?! Ясно почему ты один! Какая дура поведется на эту срань?! Думаешь, раз ты известный певец, на тебя любая запрыгнет, стоит только отвесить ей заебанный до дыр пресный комплимент про внешность?! Я попыталась впиться в его лицо, но меня остановил Аен, схватив сзади за локти. Гэрэш испуганно выпучил глаза и растворился. Аен ликовал – я кипела от злости. – Чего ты? – сверкая от счастья, успокаивал меня Аен. – Разве он тебе не нравится? – Кто? – я раздраженно сбросила со своей руки его ладонь. – Этот пижон прыщавый? Пусть идет бабок в парке окучивает! Нет, ну какая мразь! – Не понимаю, почему ты злишься? – картинно изумлялся Аен, хотя сам больше всех скакал от счастья, что я чуть не задушила очередного потенциального ухажёра. – Во-первых, – терпеливо объяснила я, – он не котик. Какого хера ко мне подкатывать? Это, во-первых. Ну и этого уже достаточно. И ты слыхал, что он сказал? – Что ты красивая? Почему тебе так не нравится это слышать? – А на кой хрен в Темных мирах быть красивой? – серьезно спросила я, глядя ему в глаза. – Что бы тебя побыстрее попытались изнасиловать или продать в местный бордель? – Ты права, – миролюбиво отозвался Аен, хотя, мне кажется, он вообще меня не слушал, а давно думал о всяких похабных вещах. Я положила руку ему на коленку и многозначительно приласкала ее. От неожиданности Аен поперхнулся и схватил меня за запястье, как будто он мог запретить мне домогаться его. Я стянула с него штаны с трусами, подсадила на барную стойку и взобралась сверху. В конце концов, мы были в Темных мирах, где каждый делал что хотел. Аен обхватил руками мои плечи, и мы страстно целовались, пока я входила в его желанное тело. Барная стойка зашаталась, хотя казалась довольно крепкой. Вокруг собралось несколько зевак, дававших свои ценные советы. Звенели стаканы. Размахивающий полотенцем бармен предупредил нас, что нам придется заплатить за все, что мы разобьем и разольем. Аен стонал, перекрикивая громкую музыку, и цеплялся за меня, сильнее прижимая к своему похотливому телу, пока не забрызгал все вокруг спермой. В общем, этот поход в бар удался. Вернулись мы довольные. В дверях на нас налетела перепуганная нянька и что-то залепетала о том, что понятия не имеет куда делся ребенок и что это за баба. Я успокоила ее тройной оплатой и заверениями о том, что с нее спроса никакого. На нашей кровати развалилась голая пышногрудая мадам и пристала к Аену с неприличными предложениями. – Это твоя головная боль, – сообщила я ему и рухнула спать. Когда я проснулась – вакханалия продолжалась. Нае в виде довольно сексуальной шалавы ерзала у Аена на коленках с вполне конкретными намереньями. Он пытался ее утихомирить. Я хрустела завтрако-ужином и делала вид, что ничего не замечаю. Нае положила его руку на свою грудь. Перепугавшись, Аен вырвался и начал заверять меня, что он совершенно ни при чем. Я решила снова сменить бар. Благо дело в Темных мирах их было как грязи. Я игнорировала всякую тематическую муть, предпочитая классику, так что они мало чем отличались друг от друга. И вот в третьем по счету это и произошло. Мы пиздели ни о чем. Нае, от которой было сложно отделаться, висела на Аене и самозабвенно вылизывала его ухо. Он вяло отбивался и допытывался о моих планах на будущее. – Значит, ты уверена, что все получится, – стараясь не углубляться в свое сраное мнение, завел шарманку Аен. – А потом что? – В смысле что? – не поняла я. – Тоже самое. Отстрою особняк, вселю обратно туда своих котиков. Вернусь к работе. Отпуск затянулся. – Думаешь, они еще живы? – задал он резонный вопрос. – Наверняка, вычислить их несложно. – И что дальше? – Аен как всегда сильно тупил в вопросах рабства. – Если я умру – они тоже. Так что толку от них никакого. Только идиот подумает, что меня может волновать жизнь каких-то рабов. Так что как месть и шантаж тоже не подходит. – Но ведь волнует, – заметил капитан очевидность. – Ты же не зря их спрятала. – Не вздумай никому говорить, – вполне серьезно потребовала я. – Меня на смех поднимут. – А мне это кажется очень милым, – попытался подмазаться Аен. И вот в этот момент появились те двое. Я и забыла, что не только мне нужно скрываться. Аен увидел их в зеркало, и у него глаза вылезли из орбит. Слепые змеи. Странно, что мы не столкнулись с ними раньше. Конечно, на Слепых змей работало до хрена людей, но эти были представителями костяка. Отборные дуболомы. Два гигантских коротко стриженных шкафа не отличались друг от друга практически ничем. На шеях у них красовались характерные черные руны. Аен занавесил лицо волосами и наклонился над стаканом. Я старалась не смотреть на них, но боковым зрением видела, как громилы шагают в нашу сторону. Стоявший от них перегар мог свалить лошадь. – Привет, девчата, – пьяно хихикнул один из них. – Не хотите хорошо провести время? В том, что они подгребли именно к нам, не последнюю роль сыграла Нае, которая своим видом и поведением просто умоляла трахнуть ее. На нас весь вечер похотливо пялились мужики. Она обвела шкафов изучающим взглядом и брезгливо скривилось. Пока дело не запахло керосином я попыталась слинять. – Ого сколько времени, – всплеснула я руками, глянув на часы. – Простите парни, мы опаздываем на Черную мессу к Архидемону. Сами знаете, чем это может грозить, так что как-то в другой раз. Оки? Я поднялась и повела своих «спутниц» к выходу. Второй амбал, у которого вообще глаза в пучок были, преградил нам дорогу и заявил: – Какая Черная месса, только десятый лунный день?! Я в последнее время не следила за календарём и сморозила это по пьяни и с дуру. Больше идей в мою голову не приходило, поэтому я крикнула: – Валим! Мы рванули в рассыпную. Мужик попытался поймать хотя бы одну, и в его руках оказался Аен. Он попытался вырваться. Гигантская лапа, вцепившаяся в его сложно сконструированную кофточку, случайно размотала верхний слой, и Аен, раскрутившись, оказался с ним лицом к лицу. Теперь глаза на лоб полезли у «слепого змея». – Босс? – ошалело крякнул он. Аен извернулся, ударил его пяткой по носу и, высвободившись, удрал вместе с нами. Мы бежали по улице, будто за нами гонится стая бешенных собак. В гостинице мы не остались. Забрали вещи и свалили в неизвестном направлении. Мне давно не было так страшно. – Они нас убьют, – бормотала я. – Найдут и убьют. – Да кому мы нужны? – раздраженно одернул меня Аен. – Просто девушки, которые не дали. Они такие пьяные, что на утро и не вспомнят ничего. – Думаешь? – его слова немного отрезвили меня. – Уверен. – Он тебя узнал. – Нет. – Да. Перепутал с твоим отцом. Неужели вы и правда так похожи? – Я говорил. Аен был какой-то слишком серьезный, что было совсем невесело. Но меня он успокоил. Я решила больше не лезть в эту тему, чтобы не портить себе настроение. И тут из-за угла вынырнул Фэнк. Я схватила этих двоих за шкирку, и мы спрятались за храпящим прямо на улице массивным демоном. – Вернулся, – выдохнула я, нервно сжимая край сумки с бластером. Фэнк отвернулся и сделал вид, что не заметил меня. Игра началась.