Часть 1

Боже, что за бред я несу?! Разве он заслужил всё это слушать? Да, он, конечно, тоже не без грехов, но все их уже давно замолил. Так почему он слушает эту брехню? За что ему всё это? Я разве мало других хлопот добовляю? А моë лицо? Что за дурная гримаса на нём скорчилась? Как на всë это можно реагировать подобием улыбки и внешнего спокойствия? Надо признать, и первое, и второй у него выходит куда лучше, чем у меня. — Не обманываешь? Обманываю. Конечно, обманываю. Ты сразу всë понял. Распознал по малейшему движению. Уловил всë, спрятанное за криво натянутой улыбкой, что утаили глаза, пытались утаить. И я ужасно боюсь смотреть на тебя. Но время, потраченное на мои мелочные действия, уже излишне использовано, и переступая через себя, подавляя слëзы, я поднимаю взгляд к тебе. Смотрю в твои такие красивые, глубокие глаза, таящие в себе надежду и волнение. Жуткий страх подлëскивает в карих, но чистых и светлых глазах. Как резануло по сердцу. Угнетение совести и щемящая боль в левой части груди увеличивают мою вину перед тобой. Мне стыдно, но ничего с собой поделать не могу, это выше моих сил! Но я тебе безмерно благодарна! Мной движет лишь желание сохранить наше собранное из осколков, на которых буквально недавно только застыла кровь от порезов, хрупкое, счастье. Я почти потеряла надежду, но твоё присутствует рядом и имитация спокойствия, наполняют меня верой в то, что шанс на тихую и размеренную жизнь ещё есть. За твой трепет и улыбку, я готова скрывать самые очевидные вещи, лишь бы ты был спокоен. Я знаю, ты меня поймёшь и поддержишь. Ты сам был в такой ситуации, не можешь не понять. И простишь, опять простишь, ведь любишь. А я обязательно тебе обо всём рассказу, но только позже... Долго на тебя смотреть я просто не могу, поэтому подобие шутки для меня — лучший вариант. Я спешу удалиться. Убегаю. Не от тебя, конечно. От себя. А он не торопится последовать за мной. С недоверием смотрит мне в след, и стоит, просто стоит! Быть может, он думает, надо ли идти за той, что обманула? Проще же развернуться и уйти, и так только из одной проблемы выбрались, как тут уже другая? Всего же легче сказать, мол прости, дела, давай дальше сама. А вообще в стране сейчас не пойми что, вот и повод отчалить на землю обетованную! Правда, там ситуация не лучше, но в мире, что стран больше нет что-ли? Как говорится — главное желание! О, Боже Милостивый! Очередная ересь и за такой короткий срок! Может у меня не только с позвоночником проблемы, но ещё и с головой? Точно, провериться обязательно надо будет. Хотя — нет! Там у меня ещё что-нибудь найдут, последствий не оберëшься. Я об этом-то сказать не могу, что про голову говорить? Отклонения явно присутствуют, ведь разве женщина, которой муж уже всë возможное и невозможное, и словами, и поступками и всем, чем только закон позволяет доказал, будет думать и размышлять о подобном?! Она ведь даже не догадывается, что такие мысли его ни разу не посещали. Да-да! Ни разу не посещали! Вполне логичный вопрос: "А какими мыслями он руководствовался, когда уезжал?" 1. Серьёзная болезнь матери и сложный выбор между женщиной, которая воспроизвела его на свет, и женщиной, которая наполнила смыслом его прибывания в этом мире. Итог нам известен. 2. Он лишь не хотел мешать, увидел, что "замена", подобрана достойно. Ничего не держит — работа, отец, личная жизнь, всё скатилось куда-то в пропасть, бездну. Зачем счастливым людям глаза мозолить? Зачем озадачивать своей угрюмой физиономией? Незачем. Вот и уехал. Он никогда не хотел её бросать! Он никогда не бежал от неë! Он всегда хотел как лучше! *** Он просто стоял и думал, как деликатей к ней подобраться, чтобы не прыснула ядом, а рассказала об их настоящем положение. Он рассуждал, как помочь ей, женщине, помощь не принимающую и отвергающую любые проявления заботы (хотя над этим он усиленно работает). Глубоко вздохнув, он пошëл в догонку за своей умчавшейся женой. Он пошëл в будущее. Их совместное будущее. Только вместе. Преодолевая все преграды, которые порой, они сами себя и ставят.