Часть 1

      В преддверии Нового года, когда в каждом доме царили мир и забота, пиковые организации не знали понятия праздника. Криминальный мир жесток и беспощаден, не давая даже минуты отдыха своим членам. Однако, Вару, несмотря на все обстоятельства, был воодушевлен и уверен, что в этом году у него будет возможность испытать маленькую радость праздника.       Он решил попытаться уговорить своего босса, Пика, украсить их совместную комнату. Вару был убежден, что хотя бы одному человеку нужно дать возможность насладиться праздничной атмосферой. Несмотря на свою жесткую и безжалостную натуру, Пик оказался неуязвим к аргументам Вару и согласился на предложение.       Под шум колес автомобилей и сирен полицейских машин в преступном городе, Вару и Пик приступили к обустройству своей комнаты. Они украсили её мерцающей гирляндой и яркими новогодними шарами. Посреди комнаты стояла небольшая ёлка, нарядившаяся в блестящие игрушки и гирлянды. Вару чувствовал, что с каждой туго навешенной гирляндой он втягивается всё глубже в праздничную атмосферу.       Когда работа была завершена, комната притихла и заполнилась атмосферой предстоящих праздников. Вару и Пик стояли перед своим творением, ощущая теплоту и уют, которые особенно ярко ощущались в конце грустного и тяжелого года. Они поняли, что даже в сердце криминального мира можно найти счастье и радость, если даже ненадолго погрузиться в праздничное волшебство.       Таким образом, даже в преступном мире, который не знает праздника и отдыха, Вару и Пик нашли небольшой уголок света и тепла, где они могли испытать хотя бы намек на праздничное настроение. Их украшенная комната стала оазисом праздника среди сурового и непростого мира, в котором им приходится существовать.       Но такая выходка сошла Вару с рук не просто так. Как только комната была украшена, Пик грубым движением впечатал парня в стену. Мужчина больно сдавил его шею, впиваясь в его губы страстным поцелуем.       То, что начиналось как игра превратилось в источник боли и удовольствия. Вару ощущал, как его кожа ныла от накатившей энергии, а его сердце бешено билось в груди. Его тело было разорвано на части, одна часть отталкивала эту жестокость, а другая погружалась в неё с головой.       Они двигались в такт собственного дыхания, словно хореография без слов. Каждое касание, каждый поцелуй были выражением безудержной страсти и силы, которыми они обладали друг с другом. Тёмные глаза Пика сияли огнем, словно пылающие угли, а Вару погружался в забытье, позволяя себе пошатнуться на грани разума.       Их тела слились в одно, и они стали забывать, где заканчивается одно и начинается другое. Это было освобождающее и захватывающее чувство, которое лишь подстегивало их желание продолжать. Вдохновленные, они соткали вместе свой собственный мир, основанный на страсти и взаимном притяжении.       Но в их отношениях была и другая сторона медали. Вару чувствовал подчинение, физическую боль, но именно эти нестандартные отношения пробуждали в нём что-то глубокое и потаенное. Он находился на грани испытания своих границ и ощущал свободу, которую не мог найти ни в одной другой сфере своей жизни.       Пока они двигались в темноте, вокруг них забылись все остальные, они сами стали миром, где правила диктовали они сами. Но самое главное, они были свободны быть собой, отдаваясь этой опасной ломке душ и тел. И это было страшно красиво.       Пик всегда был жесток с Вару в постели, наслаждаясь возможностью контролировать это беззащитное существо. Его главная цель заключалась не в нанесении вреда парню, а в собственном самоудовлетворении.       Заперевшись в комнате, Пик наслаждался каждой малейшей реакцией Вару на его прикосновения. Он хитро улыбался, понимая, что каждое его движение и проникновение доводят его до грани психологического и физического вымора. Он любил играть с его чувствами, подчинять его волю своим прихотям.       Издавая злобное хихиканье, Пик доводил Вару до края катарсиса, а затем внезапно удалялся, наблюдая, как он остается с обугленными желаниями и нерастраченной энергией. Вару был его марионеткой, а он — его кукловодом, манипулирующим его подчинённое существо. Это давало ему особое удовольствие, подчеркивая его власть и контроль.       Но Пику было тесно только от одной мысли, что с каждым новым трюком, каждым терзанием Вару, его собственное удовлетворение угасало вслед за его изнеможением. Он лелеял свои эгоистические наслаждения, стремясь втянуть Вару в свою ловушку, но с каждым разом ему всё сложнее было достичь этой неуловимой цели.       Вару становился все более и более расслабленным, всё меньше поддавался на его уловки, что лишало его удовольствия от игры. Умения Пика постепенно тускнели перед горящим пламенем силой Вару и непокорности. Он ощущал себя обманутым, лишенным того, ради чего всегда играл эту опасную игру.       Пик раздел Вару и стал сладостно играться с юным телом. Терпение парня ко всем грубым прикосновениям к нему, вознаграждалось слабо заметной нежностью к его эрогенным местам. Мужчина не стал медлить и достал приготовленную заранее смазку, входя в парня двумя пальцами. *** (хуй вам:ь)       Пик продолжал бродить по своему кабинету с мрачным выражением лица. Новый заказ на чрезвычайно влиятельного человека, который появится перед глазами массы людей только на своем новогоднем корпоративном мероприятии, был крайне важен. Но как удалось бы избавиться от этого человека, когда столько глаз будут обращено в его сторону? Вару ожидал новых указаний не отходя с места.       Юноша, осведомленный о сложности положения, с раздумьем смотрел на нервно бродившего по комнате босса. Ему было ясно, что это испытание потребует от них совместных умственных усилий и хитроумных ходов. Задача была непростой – как удалось бы исчезнуть в небытие перед глазами такого множества свидетелей? Не только репутация и успех компании были на кону, но и их собственное будущее.       Пик, изучая детали этого заказа, начал придумывать схему. Он в прежние разы не подводил и не собирался начинать сейчас. План должен быть безупречным, всё должно идти как по маслу. Мужчина просканировал комнату глазами, затем взглянул на Вару и сказал с ноткой уверенности в голосе: — Нам нужно создать альтернативную ситуацию, которая отвлечет гостей и свершит маленький фокус. Я знаю, что ты способен придумать нечто такое, что уклонит внимание от основной сцены и позволит нам действовать незамеченными.       Вару внимательно слушал и улыбнулся, понимая, что настало его время продемонстрировать свои лидерские навыки. Он знал, что необходимо действовать быстро и безупречно, чтобы сохранить целостность плана и увериться в его успехе. — Не волнуйтесь, сэр. У меня есть несколько идей, которые, уверяю вас, помогут нам отвлечь внимание и обеспечить наше исчезновение, – ответил Вару с самоуверенностью в голосе.       Мужчина тронулся к окну и закрыл глаза, представляя себе успешное проведение мероприятия. В это же время Вару начал активную проработку деталей плана, стремясь сделать его полностью идеальным. Оба были полны решимости и уверены в своих силах.       Мисс Эвелин, воплощение очарования и неуловимости, завораживала всех своим элегантным образом. Её красота была опьяняющей, а улыбка – магнетической. Казалось, что она была создана, чтобы заманить в сети своего обаяния.       Однако сегодняшний вечер был особенным. Вару, в образе мисс Эвелин, участвовал в сложной игре, которую никто не мог предвидеть. Она пришла на грандиозное мероприятие, положив в свои планы смерть одного человека – человека, заслуживающего особого внимания со стороны Пика.       По всей зале разливался шум и грохот. Внезапно, несчастный случай прервал гул разговоров. Люди вокруг замерли, ярость и паника постигли их беспомощные души. В этот жуткий момент Пик мог спокойно и незаметно приблизиться к своей жертве и осуществить свои безжалостные планы.       Такие ситуации не были редкостью для Эвелин – она уже неоднократно появлялась на подобных мероприятиях и приемах, скрывая намерения и помогая своему партнеру увести жертву подальше от любопытных глаз. Её великолепный наряд и притягательность всегда уводили внимание на себя, делая её незаменимой помощницей в убийствах, совершенных Пиком.       Эвелин знала свою роль в этой драме мертвого театра – она была фатальным искусителем, ненасытно пожирающим энергию окружающих. Она была орудием, управляемым смертью и ужасом. И сегодня она снова выступала на сцене, где тьма и смерть были призваны править.       Они тщательно готовились к этому заказу. Вару проходил долгий путь к преображению из парня в прекрасную красавицу. Парик, тугой корсет, туфли на высоком каблуке – не только внешний вид, но и голос, манера речи – надо было всё менять. Все детали были продуманы до мельчайших нюансов. Парик был изящным и шелковистым, точно соответствующим его новому образу. Корсет, максимально стесняющий движения, придавал его силуэту изящность и женственность. Но главное было то, что и Вару сам уже начал ощущать себя неотъемлемой частью новой роли. Он вытягивал спину, двигаясь с неподдельной грацией. По мере того как менялся его внешний облик, менялся и характер голоса. Вместо резкого, мужского тембра, слышался нежный, женственный звук. Его манера речи стала более приятной и восхищенной. Вару всё больше и больше вовлекался в свою роль, становясь все более уверенным и ярким. Он уже не был просто парнем, он превратился в прекрасную красавицу, умеющую очаровывать всех вокруг.       Но и Пик не остался в стороне. Как бы ни было прискорбно, но босс мафии играл роль обычного сопровождающего мис Эвелин на этом вечере. Надо было подготовиться. Строгий костюм, парик, линзы, потайные карманы, где должно быть спрятано оружие. Пик чувствовал, что такие события далеко не ежедневны, и поэтому приложил все усилия, чтобы выглядеть максимально убедительно в своей новой роли.       Стоило некоторых усилий, чтобы натянуть на себя тяжелые черные брюки и строгий пиджак. Но Пик не только хорошо выглядел, он также заботливо подобрал аксессуары, которые дополняли его образ. Парик с каштановыми волосами плотно сидел на его жёсткой шевелюре, и никто не смог бы догадаться, что всё это не его настоящие волосы.       Линзы, которые он выбрал, придавали его глазам гипнотический блеск. Они делали его взгляд загадочным и одновременно проницательным, что идеально подходило к его роли важного сопровождающего.       Однако, главным аспектом его подготовки было оружие. Пик знал, что в его позиции безопасность это всегда прежде всего. Оружие, хоть и скрытое, должно быть всегда под рукой. Поэтому он внимательно изучил каждый из потайных карманов его костюма, проверил, что все молнии и застежки работают безупречно, чтобы в любой момент достать своё оружие.       Когда Пик взглянул на себя в зеркало перед тем, как отправиться на вечер с мис Эвелин, он был полностью уверен в том, что с его подготовкой все в порядке. Внешне он выглядел как идеальный сопровождающий, но в его костюме и карманах скрывались множество возможностей и секретов. Он был готов к самым непредвиденным ситуациям, сделав всё, чтобы защитить своего партнёра.       В отражении зеркала Пик видел не только свою внешность, но и отражение своей способности быть находчивым. Эта вечеринка была только началом. И Пик был готов к каждому новому вызову, который ждал его в этом туманном мире мафии и интриг. — Мисс Эвелин, вы точно готовы к сегодняшней игре? — спросил Пик, притягивая Вару к себе за талию и начиная вести их в танце. Несмотря на то, что это была новогодняя презентация, где присутствовала живая музыка и различные виды развлечений, необходимость соблюдать правила этикета и хорошего тона никто не отменял. Именно поэтому, чтобы выглядеть убедительно, Мисс Эвелин должна была быть в курсе всех правил приличия. К тому же, танец является важным атрибутом элегантности и хорошего тона.       Пик начал своё движение. Легким шагом на Вару, молодой парень отступает, не способный справиться с энергией и мастерством этого мужчины. Их пара судорожно движется по комнате, словно взаимно притягивая друг друга. Пик внушает своему партнеру игру свободного стиля, ритмично шагая в сторону, и валет охотно следует за ним, словно отражая каждый его движение.       Шаги и движения в танце давались юноше с большим трудом. Пик, безжалостно вбивая в его башку все различные виды танцев, заставлял его усердно учить каждое движение. Каждый шаг, каждая витая фигура были закреплены в его сознании, как будто его разум пронизан непреложными законами танца.       Таким образом, долгий и интенсивный танец с Пиком стал высшим испытанием для молодого парня, превратившись в настоящую школу танцев и мастерства. Каждое движение, каждая нота музыки запечатлена в его сердце, и он теперь готов завоевать сцену и сердца зрителей своим великолепным исполнением и непревзойденным танцевальным стилем. ***       Весь день они тщательно готовились. Мис Эвелин, известная общественная деятельница, и её верный сопровождающий Джейк, сумели создать идеальное отражение своей образованности и элегантности. И когда нужный момент настал, они вместе сели в автомобиль и отправились к особняку известного мецената, чьим приглашением они теперь оказались в таком небывалом месте. Расположенный на окраине города, особняк был величественным и впечатляющим. Его фасад, украшенный изысканной гравюрой и причудливой резьбой, моментально вызвал ощущение благородства и исключительности. Здесь проводили масштабные и роскошные мероприятия, на которых собирались высокоуважаемые представители общества, и сегодня вечером наши герои были приглашены именно сюда. Все дороги, пронизанные сумерками и загадкой, вели именно сюда – к дому, чья таинственность и властность в пол голоса распространялись на просторы за его пределами. В настоящее время все глаза города были обращены к этому месту, куда направлялись Мис Эвелин и Джейк, очаровывающая пара, солнечная сияющая звезда и независимый мужчина, без истории прошлого. В их общее появление уже вложено ожидание великого и грандиозного – что-то специальное, что-то, что требует особого внимания и благоговения. Это был вечер, который был заранее предопределен самим результатом их усилий. И вот они уже сели в машину и отчаянно замахиваясь, в короткое мгновение неуловимого времени, направились вперед, по пустым улицам, к своей судьбе.       Всё шло по плану. Эвелин, вымученная долгой поездкой, наслаждалась мирным сном, облокотясь на сопровождающего. Её лицо, идеальное и безмятежное, излучало спокойствие, словно она была в безопасности, несмотря на странную обстановку. В это время Джейк сосредоточенно следил за пустынной дорогой, которая проплывала под колесами автомобиля. Мимо сменялись густые леса и заснеженные поля, окрашенные в серебристо-белые оттенки. Эти ландшафты, казалось, ничем не отличались от сотен других мест, которые они проезжали за последние несколько часов пути. Однако, когда ты бродишь по пустынным дорогам неописуемого ландшафта и наблюдаешь чередующиеся голые деревья и танец ледяной метели, их привычная однообразная картина начинает сводить с ума.       И вот, почти не заметно, появляется перед ними здание. Старое фабричное здание, словно оставшееся с более благоприятного времени, когда рабочий труд и производство процветали. Теперь оно казалось забытым светом и временем. Большие окна, покрытые слоем грязи и пыли, свидетельствовали о том, что внутри уже давно не зажигались лампы. Безформенные кирпичные стены, разрушенные и растрескавшиеся со временем, задумчиво стояли, словно выжидали, когда же в них снова закроются люди. Их прозрачные окна были так грязны, что смотреть сквозь них было невозможно, и все же, в их замутненном отражении, можно было уловить призрачные отблески прошлого великолепия.       Смутное сомнение охватило Джейка. Их автомобиль остановился возле фабричного здания, затем водитель медленно открыл дверцу и аккуратно вышел наружу, будто боялся нарушить зловещую тишину этого забытого места. Воздух был пропитан запахом влажности и скрытых тайн.       Эвелин, проснувшись, взглянула на Джейка, устремившего свой взгляд вдаль. Она не понимала, что заставило его замереть на месте, но видела, как его глаза блестели и на лице отразилось недоумение и осознание чего-то неясного. В этот момент она почувствовала, что таинственное фабричное здание, старая руина, притаившаяся среди полян и лесов, не являлось их конечной остановкой.       Джейк приказал девушке оставаться в машине, а он вышел к водителю, чтобы разобраться, что происходит. Внезапно мужчина начал стрелять, но Пик, обладая быстрыми рефлексами и смекалкой, увернулся, ускользнув в сторону. Расстояние несущественное, нужно было действовать быстро. У него уже был спрятанный в кармане пистолет, подобный тому, что был у водителя, и он решил не отставать.       Мис Эвелин с застывшим в глазах ужасом оцепенела. Её сердце запаниковало, а её разум пытался осознать, что происходит. Это не входило в их сценарий. Они были подготовлены к самым непредсказуемым ситуациям, но такого они не ожидали. Их вычислили или тоже заказали? Не важно, надо было действовать.       Двери машины резко закрылись, отрезав ей путь к свободе. Она осталась одна, запертая в этом мрачном и неприглядном месте, без возможности выбраться. Сквозь окно виднелась лишь темная ночь, которая наполнила её душу еще большим ужасом. Что делать? Как выбраться из этой ловушки?       Послышалось шипение, пронзительный звук, словно выпускали газ. Её легкие начали заполняться странной тяжестью, а голова с каждой секундой становилась все туманнее. Усыпляющий газ. Она поняла, что попала в смертельную ловушку, из которой нет спасения.       Совсем неожиданно для Мис Эвелин чувство отчаяния сменилось яростью. Она приняла решение не сдаваться без борьбы. Эвелин начала бить кулаками по окну, надеясь привлечь внимание кого-то снаружи. Машина начала трястись под ударами, а её кулаки затекли и покрылись кровью. Она чувствовала, как силы покидают её тело, но она не останавливалась.       Вдруг стекло разбилось, освободив проход наружу. Мис Эвелин вырвалась на свободу, но она знала, что время работает против неё. Вару, задержанный дозой усыпляющего газа, ощутил, как его сознание становится туманным, а реакция замедляется. Он неподвижно висел на грани бессознательного состояния, безвольно пытаясь сопротивляться наступающей тьме. Сердце его билось слабее, дыхание становилось поверхностным. Он погружался во все большую коматозную неподвижность, словно терялся в нереальной реальности.       Внезапно звучный выстрел пронзил воздух, и пуля, выпущенная водителем, с треском вошла в плечо Вару. Острая боль мгновенно разлилась по его телу, разбудив из полузабытого состояния. Под действием жгучей агонии, он вскрикнул, впервые почувствовав живительный огонь раздачи. Ранение пронзило его сознание, отметив своим шипением окончательное пробуждение.       Пик четко и быстро разобрался с наемником, переключившись на действия, которые требовались в данный момент. Его основной приоритет теперь был помощь Вару, он нуждался в нём больше всего. В его голове кружилась только одна мысль: спасти Вару любой ценой.       Пик был растерян. Они находились далеко от города, от помощи медиков, и сейчас ему самому предстояло помочь Вару. Пуля, оставшаяся в плече, причиняла невыносимую боль, и кровь ярко-красной струей текла из раны, усиливаясь с каждым сердечным сокращением.       Сжав зубы, Пик поспешил приложить руку к поврежденному месту, пытаясь остановить кровотечение. Он уже не раз сталкивался с ранениями, но каждый раз это было одинаково тяжело. Однако на этот раз у них не было времени на промедление. — Вару, слушай меня очень внимательно. — его голос звучал решительно, хотя внутри Пик боролся с тревогой. — Нам придется удалить эту пулю самостоятельно. У нас нет времени ждать помощи, и я не смогу перенести тебя дальше в таком состоянии.       Вару ответил приглушенным стоном, передразниваясь на белом лице от боли. Оба знали, что даже самая маленькая ошибка могла стоить ему жизни. Но не было другого выхода. Пик старался собрать свои мысли, прогоняя страх и сомнения, и сосредоточился на задаче, которая лежала перед ним. Юноша судорожно извивался, находясь в состоянии истерики. Он не мог сосредоточиться и оттолкнуть жгучую боль от пулевого ранения на задний план своего сознания. — Вару! Соберись. — Пик пытался привести его в чувство, стараясь сильнее не травмировать.       Юноша был одет слишком легко, его шуба осталась в машине. Посмотрев на авто, он увидел разбитое стекло, ненадолго ему пришлось оставить Вару в снегу, истекать кровью. Усыпляющий газ ещё продолжал поступать, но из-за смеси с разряженным, холодным воздухом уже не производил такого эффекта, который должен. Возможно, это им и поможет. Если сознание Вару притупится из-за газа, то будет шанс до него достучаться. Мужчина быстро вернулся к убитому водителю и нашёл у него ключи от машины. Разблокировав двери, Пик помог парню протиснуться обратно в машину, где на заднем сидении лежала парочка алкогольных напитков. Мужчина знал, что спирт был не самым лучшим вариантом, но сейчас Вару нуждался в любой помощи, чтобы пережить эту ночь. Пик взял одну из бутылок и внимательно осмотрел рану юноши. Кровь продолжала течь, и рана выглядела всё хуже.       Боль пронзала Вару, но он знал, что время работает против него. Он всегда был настойчивым и упорным, и сегодня ему пришлось сделать выбор между болью и выживанием. Пик решил действовать и обработать рану спиртом. Сняв с себя ремень он сунул его в рот парня. — Прикуси ремень, если не хочешь откусить себе язык. Давай. — Вару судорожно сжал зубы, протягивая руку мужчине, который тут же налил спирт на открытую рану.       Захлебываясь от боли, Вару начал задыхаться. Он судорожно пытался избавиться от мучений, беспорядочно бившись и ударяясь о сиденье автомобиля. Его отчаянные движения случайно задевали Пика, но он уже не обращал внимания на окружающих. Боль обуяла его всего и он был полностью поглощен этой агонией. Каждая его попытка освободиться от нее лишь усиливала страдание, а разум казался затуманенным от боли. ***       Несколько мгновений Вару мужественно пытался игнорировать боль, пока он на пару с Пиком усердно старались достать патрон и остановить кровотечение. Его пальцы, дрожащие от волнения и непривычки к такой работе, быстро нащупали глухой металлический шелковистый корпус патрона. Он аккуратно вытащил патрон, прочувствовав облегчение, когда его рука закрыла его теплый металлический окут. Небольшое потока крови продолжало стекать по пальцам, но теперь ему ничего не мешало ненадолго отключиться и отдохнуть от жуткой боли в небытие своего подсознания. Пик быстро перерезал подол своей рубашки, чтобы сделать временный жгут, и приступил к медленному, но решительному процессу остановки кровотечения. — Повезло, что пуля не проникла глубже. – подумал Пик, придерживая парня. От боли и шока юноша часто терял сознание, также большая кровопотеря сильно ослабляла его. Заставив себя не отступать перед неприятным зрелищем, мужчина увидел, что кровотечение стихло. Серебристая кровь впиталась в белую ткань, но уже не текла. Приходя в себя он нащупал пульс Вару, слабый, но ощутимый. — Вару! Вару, очнись. — приток адреналина закончился и Пик понял, что усыпляющий газ начал на него действовать. Вместе с ним по спине пробежался мерзкий холод. Если они сейчас уснут, то больше никогда не проснуться. — Вару! — ему пришлось ударить парня по лицу, на что тот болезненно простонал, открывая глаза. — Не засыпай, пожалуйста, только не сейчас. Надо отключить хрень, которая выпускает газ и попытаться завести машину. Подожди меня. — он накинул на Вару шубу как одеяло и свою куртку. Обходя машину, мужчина сел на место водителя пытаясь разобраться с управлением. ***       Темная ночь пролетела мимо машины, Пик продолжал везти Вару вперед, в неизвестность. Держась за руль, мужчина ускорился по пустынной дороге. В обычных условиях он не допустил бы себе такую роскошь, но когда речь шла о спасении жизни его партнёра, все обстоятельства сразу теряли всякое значение.       Ночь была холодной и безмолвной. Отражение луны на зеркалах задних вьюшек придавало мрачности пейзажу. Вару погрузился в свои мысли, пытаясь собраться с духом после произошедшего. Резкая боль в плече постепенно утихала, заменяясь приятным теплом от алкогольных напитков. Пик разрешил ему залить в себя остатки из открытой бутылки, которой они обрабатывали ему рану. Парню нужно было успокоительное и моральная поддержка, советский коньяк заменит ему и то и другое.       Мужчина наблюдал за ним сочувственным взглядом, понимая, что предстоит долгая ночь самоограничений и нервного ожидания. Он хотел помочь Вару как можно больше, но было ясно, что без медицинской помощи ситуация была далеко от идеальной. И всё же, Пик был готов сделать все, что в его силах, чтобы поддержать парня.       Мысли о прошлом и будущем тускнели перед его глазами, оставляя лишь сознание текущего момента. Они продолжали двигаться по непроходимому пути, рассчитывая на свою судьбу и свою силу воли. Больше не было места для сомнений и колебаний, только стремление выжить и преодолеть невидимую черту, за которую они уже переступили.       Часы медленно продолжали тикать, измеряя время их борьбы. Жалкий шум мотора проникал в салон, смешиваясь с громкими возгласами разочарования и неутолимого стремления продолжать движение. Пару раз машина замирала в рыхлом снегу, буксовала и отказывалась ехать дальше, словно испытывая все же последние остатки надежды на спасение. Но вскоре и этот запас был истощен, и автомобиль, пренебрегая усилиями своих пассажиров, совсем остановился.       Внутри кузова царило гнетущее молчание. Лица были усталыми, испачканными снегом и потом. Зябкое безразличие замерзших конечностей жутко неприятно проникало до самого костяка. — Твою мать! Заводись, давай! — прорычал Пик, выплескивая наружу всю свою ярость и отчаяние, пронзая мертвую тишину, но это не заставит совершенно пустой бак заполниться топливом. — Пик.. — тихим шепотом позвал Вару, замерзая, от пронизывающего до дрожи, холодного ветра и укутываясь в чужую куртку. Его шуба, которой они завесили разбитое окно, ужасно справлялась со своей новой задачей. — Давай, все-таки отметим Новый год по приезду домой. Я очень хочу праздника, настоящего и яркого, чтобы на всю жизнь запомнился, – по его щекам стекали горькие слезы. Он прекрасно понимал, что вернуться домой им поможет только чудо, надежда на которое меркла с каждой секундой.       Он всегда с нетерпением ждал наступления новогодних праздников. Для него Новый год был особенным временем, когда все заботы и тревоги оставались позади, а вместо них возникали ожидание волшебства и чудес. Однако этот год был иным. Нелегкие испытания и разлука с близкими отняли у него способность радоваться и наслаждаться жизнью. Он сильно пострадал от отсутствия родной теплоты и понимания, страдал от тоски по дому. Вару уверен, что все его друзья уже собирались отмечать Новый год вместе с родными, создавая атмосферу радости и счастья. А он сейчас сидит подвыпивший, в женском прикиде и с простреленным плечом в забуксовавшей машине, где наверняка сегодня и сдохнет. Лицо его враждебной окружающей обстановки, холодного ветра и неприветливых морозов отражало его душевное состояние – оно было обжигающе болезненным, как горькие слёзы, стекающие по его щекам. Он все глубже проникался ощущением отчаяния и беспомощности перед неизменной реальностью. Его мечты о ярком и незабываемом новогоднем празднике меркли с каждой минутой. — Конечно... Сделаю всё чтобы тебе понравилось. — Пик, повернув голову, устремил свой взгляд в даль, пронзительно осознавая, что зря он взялся за это задание, лучше бы и вправду отметил Новый год дома с Вару. Сердце у него стало сжиматься от тоски, но он делал все возможное, чтобы не показать свою грусть и боль. Пик, прошедший все стадии принятия и смирившийся с собственной участью, решил сделать все возможное, чтобы утешить юношу, который сжимался на заднем сиденье. — Ну ты чего? Замёрз? — неожиданно мягкий голос Пика заставил Вару вздрогнуть. Он судорожно сжал куртку вокруг себя, пытаясь согреться в этой ледяной машине. Мужчина взглянул на него с нежностью, протягивая руку, чтобы помочь перелезть ему через сиденье. — Иди ко мне, я тебя погрею. — Вару на миг замялся, но потом кивнул и встал держась за Пика своими дрожащими ручонками, точнее быть одной из них. Он неторопливо перешагнул через первый ряд на колени Пика, а он в свою очередь откинулся на спинку и смиренно улыбнулся.       Порой в жизни судьба подкидывает нам непредвиденные испытания, и ощущение полной безвыходности охватывает нас сильнее всего. В такие моменты, когда все кажется безнадежным и дальше двигаться невозможно, нам просто необходимо чудо – нечто истинно волшебное, способное повернуть наше существование в ином направлении.       Именно такие мысли проникали в голову Пика, пока он сидел в холодной машине, заброшенной среди бескрайнего леса. В отличае от Вару он ещё мог находиться в сознании и чётко ощущать, как зимний мороз проникает сквозь толстые окна, заставляя его дрожать до самых костей. Такое положение дел казалось беспросветно безвыходным, словно Пик оказался заперт в ловушке среди дикой природы, лишенный возможности выбраться и продолжить свой путь.       Его ресурсы истощились давно, а окружающий мир казался непроницаемым и враждебным. Однако, именно в таких отчаянных моментах глубоко внутри человека возникает тихая, непоколебимая надежда на чудо. Пик продолжал верить, что волшебство может произойти, превратив ситуацию, казавшуюся безысходной, в нечто совершенно иное.       И вот, когда уже почти все надежды на спасение иссякли, свершилось чудо. Вдалеке, сквозь облака зимнего тумана, Пик разглядел странный свет. Собравшись с последними силами, он взял Вару на руки и пошёл к источнику света. Снег и метель сбивали его, было настолько холодно, что он не чувствовал своих пальцев, а ветер колотил в лицо, словно хотел вырвать глаза. Но Пик не останавливался, его сердце горело огнём смелости и надежды. Идти было тяжело, но он верил, что это стоит того, надо было хотя бы попытаться спастись. Свет, что он увидел, исходил из дома, старой избы, затерянной посреди темного леса. Вокруг не было ни одного другого жилого здания, только густые стволы деревьев, поглощающая все звуки и перекрывающая всякую возможность света проникнуть сквозь густые ветви.       Уставший и обессиленный, он за всех своих сил стучал в дверь, и его больные руки пронзали его внутренности. Все, чего он хотел - немного тепла и укрыться от страшной ночной прохлады, которая прокрадывалась сквозь его потрепанную одежду. Но при каждом ударе страх нарастал в его груди, заставляя его сердце бешено колотиться. Он знал, что вот-вот отключится, потеряет сознание и, возможно, навсегда оказаться во мраке. Он точно помнил как страстный и робкий голос Вару пронзил воздух. Казалось, что он так долго был в смятении и боли, что едва оставался на грани сознания. Он нуждался в спасении так же, как и Пик.       И вот, наконец, дверь медленно открылась, высвободивсья из-за покрытого пылью порога. Внутри стоял старик, его взгляд пронзал незнакомца словно ледяным клином. Он приглашал его войти молчаливым жестом и взглядом, полным загадочности и предчувствия. Без колебаний он преодолел порог и вошел в избу.       Сердце его бешено колотилось, а тело охватывал холод, страшно напоминающий смерть. Волнующие события последних дней и ночей накопились в его разуме, ставя непомерную нагрузку на его физическое тело. Пик никогда раньше не чувствовал подобного, словно его существование было под угрозой.       И вот, почти на пределе своих сил, мужчина переступил порог дома. Тошнотворный недуг, который сопровождал его на всем протяжении пути, стал невыносимым. В мгновение ока, как будто волшебным образом, мощный пыл вырвался из его внутренних глубин, отключая его сознание. Тяжелое тело сразу же потеряло опору, и он свалился на землю, судорожно дыша.       Через несколько мгновений, которые казались вечностью, Пик пробыл в бессознательном сне. Мир вокруг него исчез, а его разум погрузился в поток неподдельных, но неопределенных образов. Реальность и вымысел переплелись в причудливую симфонию грандиозных фантазий.       Он был потерян во времени и пространстве, дрейфуя в безмятежной пустоте своего подсознания. В темноте снов притаилась его память, кусочки прошлых событий мелькнули перед его закрытыми глазами. Несколько раз его сон прерывался скачками и сновидениями, но в конце концов он смог снова найти путь к глубокому покою.       Прошло уже несколько часов, которые показались бесконечностью. Когда Пик наконец-то открыл глаза, он ощутил огромную слабость и неприятное ощущение в теле. Всё вокруг казалось ему размытым и неуловимым, словно он находился в иной реальности. Тяжелая ломка пронизывала его конечности, словно каждая клеточка его организма подверглась невидимому испытанию. Пик попытался встать с места, но его ноги подвели, словно бревна. Всё в его сознании казалось раздвоенным и неопределенным. Вдруг он услышал: — Цветочки, цветочки. Листья, стебельки. Пестики, тычинки — старик ходил по дому, бормоча всё кую несуразицу. Он тоскал какие-то баночки или мешочки. В его глазах горел сумасшедший огонь, отражаясь в затылке трепещущих листьев древних растений, что заполонили всю комнату. Комната, словно цветник, превратилась в дивный мир природы, где каждый стебель, каждый листок был частью сказочного ландшафта. Он, старик, был исполином этого мира, шагающим по своим воспоминаниям и живым существам своих иллюзий.       И вот, переступая через порог гостиной, которую теперь занимали лишь тонкие светлые стебельки, старик нежно призывающе прошептал: — О, ты уже проснулся? Как ощущения? — он склонился над Пиком, что по-прежнему пребывал в полусонном состоянии и ужастной ломки с мигренью, как от похмелья. — Ты выглядишь гораздо лучше, чем твой дружок. — Вару? Что с ним? — это всё, что Пик был в силах произнести, ничего кроме состоянии его партнёра сейчас не волновало. — Да, вот же. На кровати. — мужчина с трудом принял сидячее положение, сразу замечая юношу. Вару был бледный и до страшного худой, изнеможённый. — Не думаю, что он долго так протянет. Если тебя мне и удалось насильно покормить за эти дни, то он только блевал и отнекивался. ***       За те пару часов пока Пик наблюдал за состоянием Вару, парень редко открывал глаза и мужчина пытался с ним поговорить, но без успешно. Сознание юношу было по-прежнему не активно, а потому это сильно увеличивало риски того, что скоро он уснёт на совсем. Пик предположил, что сильное недомогание могло быть вызвано сильной кровопотерей или её заражением. В любом случае без помощи медиков им не обойтись. Старик любезно предложил свою помощь. Он дал им тёплую одежду и предоставил большие сани для перевозки Вару. Под его сопровождением Пик приволок парня к окраине города, где они могли справиться уже самостоятельно. ***