Прощай, Тейлор.

Гнилью пропахла наша квартира, ушли все совместные мечты. Я стёрла в кровь все свои пальцы, и их онемевшие концы. Лишь бы увидеть, как мрачною ночью вместо самой яркой звезды сияешь на её месте именно ты. Но далёк и ярок твой свет. Светящийся луч побрёл во тьму. Обрёл и он уже покой. К сожалению, я не с тобой. В комнате царил хаос и беспорядок. Это были покои одной сумасшедшей жрицы. На полу вокруг кровати лежала уйма пойла, и не спрашивайте, как эта дама смогла пронести в церковь вино. Окно было открыто нараспашку, а потому запаха, от которого вырывались рвотные позывы не было, но это не мешало представленной картине выглядеть отвратительно. Девушка, у которой были засаленные чёрные как смоль волосы ворочалась на маленькой, а так же по виду жёсткой кровати, и что-то шептала во сне. Это никого не волновало. Конечно, пока шёпот не перешёл на рваный и хриплый крик. —Тейлор, Я..! Девушка, что была в одной ночнушке подпрыгнула на кровати, и ударилась головой об деревянную полку, но саму особу это мало волновало. Жрица не могла ориентироваться в пространстве, а так же в целом соображать. И хоть кошмар который ей приснился повторялся из раза в раз, девушка никак не могла привыкнуть к личному аду. К такому невозможно привыкнуть. Смогла хоть как-то прийти в себя она от сильного стука по стене, означающего просьбу быть потише. Стоило Кейдж в который раз осознать ситуацию, в которой она находится, её начало тошнить, и вся желчь вырвалась наружу, прямо в тазик, который ютился рядом с кроватью. Точно... Она сегодня так и не поела. Будь здесь её друг, он бы сразу запричитал на тему того, какая его подруга безответственная, и как можно так не следить за своим здоровьем. Иронично, что сам Тейлор не отличался особой бережливостью по отношению к себе. Возможно, прямо сейчас её приятель стал бы в который раз повторятся перед своей подругой, рассказывая про важность здорового организма, но его же здесь нет, верно? Кому какое дело до умалишённой женщины, которая заперта в церкви? Верно, никому. «Ради чего ей влачить своё жалкое существование?» «Что ей делать?» Возможно, раньше Кейдж и задавала подобные вопросы себе на постоянной основе, но теперь ей было плевать на это всё с высокой колокольни. Она просто хочет сдохнуть, да побыстрее. Ей уже по глотку надоело всё. Эта церковь, эта роль хорошей жрицы, что на неё наложили против её воли, этот обманщик Тейлор, который затирал ей, что всё будет хорошо, и они смогут найти выход, этот сраный мать его бог смерти особенно. Нет, эта трусливая божественная шваль не заявляется к ней с пустыми как и его голова разговорами, теперь он молчаливой тенью следует за ней. От этого становится более тошно. Кейдж ещё больше хочется блевать, но уже просто нечем. Возможно, жрица уже полностью погрязла в этой трясине, а точнее в своей трагедии. Заставив поверить себя, что возможности на спасение нет, девушка сдалась. Кейдж устало поднимается с кровати и направляется к окну, вглядываясь прямо в ночное небо. Там, среди миллиардов звёзд сияет одна единственная, прекрасная и неповторимая. Как жаль, что звезде предначертано судьбой сиять в гордом одиночестве. Кейдж не верит в судьбу. Тейлор – добрейший души человек, её друг, товарищ, спасение, а так же и наказание.