Часть 1

— А можно в вам в группу? Марат ощущает, как его сердце замирает, как только он слышит это. — В какую, нахрен, группу? «Нет, нельзя, не тебе.» Он пытается представить Андрея в рядах Универсама, но не может. Не хочет. А перспектива, что этот «чушпан», который должен был лишь помочь ему с английским, станет одним из «пацанов», не иронично пугает. — Ну, пришиться... И смотрит своими оленьими глазами. Андрей действительно напоминал оленя. Оленëнка, точнее. Бемби из американского мультфильма. — Нельзя. Строгое и категоричное «нет». И парень так поражённо выпучивает глаза. Точно олень. — Почему?... Действительно, «почему». Марат не находит, что ответить. Ему не нравится сама мысль, что этот пианист, «хороший мальчик», будет ломать себе пальцы вместо того, чтобы стучать ими по своим пианино. У «хорошего мальчика» определено был стержень, Марат подметил это при их встрече в автобусе. Именно поэтому стало возможным, что он, «пацан», начал общаться с этим «чушпаном». Руку ему жал. На их базу его отвёл. Пацаны узнали бы, урыли. Достаточно ли этого стержня, чтобы продержаться среди пацанов? Марат даже не хотел знать ответ. Андрей создан для того, чтобы быть «примерным мальчиком» и двигаться дальше в этом направлении, а не ступать на путь «пацана» с их менталитетом и постоянными драками. Почему Марат сблизился с этим «чушпаном» больше, чем с кем-либо из своих пацанов, Марат думать не хотел. И возможно Андрею можно дать шанс. Но он не хочет давать ему такие «шансы». Не для него это. Предательская мысль, что Андрей «лучше» этого. «Чушпан» лучше «пацана», черт возьми. Но пусть так оно и остаётся. Марат благодарен матери, которая вовремя пришла на кухню и спасла его от необходимости отвечать. Но Андрей явно не намерен уступать. Марата это явно не устраивает. *** — ...Есть закон выше, чем пацанский. Марат поворачивается к Андрею и надеется, что он поймёт. Андрей стал «пацаном» не так давно и он не такой, как те уроды, которых Марат отправил за решётку. Андрей – пианист с открытой душой. «Примерный мальчик», добрый, без всей этой гнили. Поэтому Марат был так рад появлению Андрея в его жизни. Андрей лучше их всех. Он всматривается в эти «оленьи» глаза, но больше не видит в них «Бемби». Солнечной улыбки с ямочками тоже. Это выражение лица Андрею не идёт. Это взгляд Вахита, который, цепляясь за прутья клетки, кричал Марату, что «убьёт». Взгляд «Лампы», который плюнул в него при задержании. Взгляд проклятого «Турбо», которого Марат хотел видеть за решёткой больше всего. Но Андрей пожал ему руку в тот вечер, наплевав на дурацкие уличные предубеждения, верно? То, что Марат когда-то сделал для него. Андрею не идёт отсутствие волос. Марат поймал себя на мысли, что Андрею больше шла прежняя причёска. И прежний взгляд. Оленёнок, мать его. — Нет такого закона. Предательский удар. И болезненное осознание, что Андрея больше нет. Того милого мальчика-пианиста, который стал одним из самых дорогих ему людей. Пальто проникся уличными идеями. Пальто чуть не убил того обмудка в больничной палате, за Ералаша, черт возьми. Пальто остался с «пацанами» всей своей извращённой душой. Айгуль умерла. Эта потеря была невыносима для Марата. Он уверен, что никогда не оправится от этого. Сейчас, смотря на Пальто, он понимает, что и Андрей мёртв. Самое паршивое, Марат не может понять, как давно. После его «мести» за Ералаша? Позже? Раньше? Когда Марат пропустил этот момент? Надо было шакалить его больше. Возможно таки зарядить по нему тем кирпичом, чтобы тот даже не думал «пришиваться». Пуговица, блять. — Просто ты не пацан больше. Забавно, но это оскорбление его ничуть не задевает. Лишь то, что он видит перед собой не Андрея, а Турбо, Зиму, даже мелкого Лампу. Этих чёртовых выродков. Марат уже собирается уйти. Андрей мёртв не в меньшей степени, чем Айгуль. Андрей, который со своей шевелюрой в квартире Марата играл классическую музыку на пианино, к которому никто не прикасался годами. А потом поворачивался своими оленьими глазами и улыбался с ямочками. Резкий удар. По Пальто, не Андрею. Ебаное Пальто.