Глава 15. To be loved

Замковые стены содрогались от криков и браней, то и дело отзеркаливая чистый звук от себя. Не дивно - Рейнира рвала и метала, в частности на хитрого мужа, так ловко оборвавши все её планы. Нет, он и доселе не надеялся солгать о том, что его племянник похитил принцессу, а подтверждение тому - её дракон, оставшийся опочивать в логове. Наперекор жене Деймон лишь горделиво подняв подбородок стоял, выслушивал и мысленно возвращался к своей дочери. Стоит запамятовать - она точно обязана ему по век своей жизни за такое содействие. - Как ты мог! - взвыла мать, бросаясь в сердцах на мужа, - Каков позор! Старки уже в пути, а объясняться теперь мне? Не соизволишь ли ты взять на себя честь рассказать им, куда и как именно ты упрятал мою единственную дочь? - Нашу. - сухо отозвался мужчина. - Что? - Нашу дочь, Рейнира. Она уже не дитя, да и я ей такой же полноправный родитель как и ты. И я, до твоего ведома, против такого брака. - принц-консорт прикрыл глаза, глубоко вздыхая, - Криган Старк? Серьёзно? Да я готов выдать её хоть за чашника у королевского стола, но точно не за него. - О боги, Деймон! - вскрикнула она, - Не уж то тебе совершенно невдомёк, как сильно ты позоришь нас пред взглядом возможных союзников. И что теперь предлагаешь, отдать этому мальчишке Эймонду её на растерзание? Ты хоть понимаешь, что именно он может с ней делать, находясь наедине, без взора старших и совершенно не боясь быть пойманным? - Они уже не дети, - парировал мужчина, хоть сам в думах не мог спорить, участь дочки, а в особенности без узов брака могла лишь оставаться загадкой, - с Рейлой ничего не произойдёт. - Клянусь, если он обесчестит её - я лично сожгу его заживо! Настроение принцессы плавало где то на дне Узкого моря, уповаясь горем за родную кровь та совершенно не замечала успокаивающие поглаживания мужа. Не хотела слушать его очередные басни о счастье и мире в доме, о том, как всё будет славно и нечего ей сетовать на дурную судьбу перворождённого ребенка. Сама мысль о её возможной связи с ним леденила душу, заставляя родительское сердце неприятно сжиматься. Ей было велено держать долг и честь, выйти замуж выгодно для её семьи, а в замен Рейла лишь путешествовала невесть где, да ещё и без своего дракона. Деймон, в последний раз поведя рукой по осунувшимся плечам развернул женщину к себе, приятно обволакивая теплом собственных объятий. Спорить с ней было словно идти против огня, заведомо зная, что сгоришь. Зелёные и так отняли у неё многое, пристыжая изо дня в день при дворе, сомневаясь в правах принцессы на трон, а теперь хотели забрать единственную дочь, юное и прекрасное создание, не сотканное для семейных распрей. Рейнира, словно волк в тёмную ночь, хотела взвыть от несправедливости, от предательства с казалось бы ранее всецело поддерживающего мужа. А что теперь? Где искать ребёнка, да ещё и на сносях? Боги свидетели, первое время мать и впрямь хотела ринуться в Драконью яму, ухватить Сиракс за поводья и лететь дальше, чем видели глаза. Найти, вернуть домой и более никогда не отпускать ту вместе с дядей. - Я верну Рейлу, - донеслось аккуратным шепотом со стороны, - верну, когда ты, любовь моя, усмиришь свой пыл насчёт женитьбы с Криганом. Драконам не место на севере, и ты это прекрасно знаешь. Лучше, чем кто-либо другой. Гневный взгляд в сторону Деймона совершенно не смущал, пускай жена и не согласна, пускай спорит, кричит и кидает в его сторону первый попавшийся предмет под руку, но от своего он не отступит. - Ей не будет мужем человек, не знающий и толики нашей истории, не ценящий древность и силу нашей крови, - не унимался он, - мы сотканы из пламени, сами выковали своё имя. Слова супруга воздавали её к и без того очевидному пониманию дел. В большинстве своём Старки были лишь выгодным союзником, но никак не желанной партией для собственных детей. Угрюмые мужи и такие же невзрачные северянки - лишь подумать о их присутствие на семейный торжествах, и кровь могла отхлынуть от и без того натруженной головы. Лицезреть, как кружки еля содрогаются в тостах, отправляясь в хмельные уста один за одним было бы пыткой для дам высоких кровей. Только подумать, какой нравственности такой человек может научить Рейлу - и её прежний задум уже не казался таким проницательным и расчётливым. Но это всего-то личные предпочтения почти королевы, никак не общепринятое понятие. Однако наблюдать, как яркий цветок превращается в ледяную розу, лишённую манер и приличий не хотелось в равной степени. - Нам нужны союзники, Деймон. - сдалась Рейнира, переводя взгляд на мужчину, - Не в лицах Старков, так в чьи-либо ещё. Мы не можем сидеть сложа руки и наблюдать, как Алисента и её отпрыски при живом то муже и отце собирают полчище преданных им лордов. - Ты права, любовь моя, не печалься, мы сумеем обернуть для себя всё в нужное русло, оставаясь в победителях. - Больше всего меня страшит завтрашняя аудиенция с прибывшими гостями. Что же им сказать? Что девчонка удрала из-под носа? Какими тогда мы будем правителями, не сумевшими удержать пыл родной крови? Хвала Семерым, что доселе никто не замечал наших распрей, взять даже тот злополучный день на Дрифтмарке. - Дети быстро растут, не правда ли? - добрая улыбка коснулась лица отца семейства, приятно согревая взор принцессы, - Мы более не вольны запирать их в личных покоях, ругая за непослушание. В её возрасте я то и дело бродил по кабакам и борделям, не печалясь о своей возможной судьбе, не замечая гневные взгляды родни. Никто не мог меня попрекать, указывая как жить, как существовать в этом мире. Рейла более не дитя, Рейнира, её добродетель безусловно остаётся важным долгом до брака, однако она выросла. Быть может не с лучшим характером, но с сильной волей, непоколебимым сердцем, лишенном страха. И в своём мятеже она напоминает мне тебя. Принцесса-мать склонила голову, отходя к балконным балюстрадам. Истина в его словах была, да ещё какая. Муж не врал, не пытался играть в игры с её доверием, которое ранее и самолично подорвал. На ночном небе уже успел взойти тонкий месяц меж полотна ярких, мерцающих звёзд. Давно час волка она не проводила как раньше, в детстве. Будучи совсем юной принцессой Рейнира часто предавалась мечтам, считая каждую яркую точку над головой. Молодость словно старая летопись терялась в сознании, более не всплывая тёплым воспоминанием. А стоило, в частности во время ссор с детьми, быть может тогда женщина смогла бы лучше понять их, припоминая и свою судьбу. Деймон всё еще находился в покоях, не желая оставлять те до полного примирения супругов. Ему едва ли хватало терпения так трепетно уговаривать леди-жену отойти от столь радикальных мер в силу счастья дочери. Впереди его ждал путь к сбежавшим от тяжелой руки Рейниры родственникам. Маленький уговор с Эймондом всё же всплывал час от часа в голове, давя на виски. Принцу-консорту стало бы задуматься, как он объяснит и это решение в будущем, но всё это - потом. Мужчина крайне надеялся на честность принца Таргариена перед ним. Тот не кривя душой обещал не доставлять девушке неприятностей своим вниманием и настырностью. Знал бы Деймон, как быстро данное обещание разбилось на осколки - в жизни бы не позволил Рейле вновь даже взглянуть на него, не говоря про разговор. Рейнира, ранее стоявшая в свете луны от чего-то обернулась к мужу, тепло улыбаясь и приглашая рукой стать подле себя. На улице разгоралась немая для них сцена меж двумя влюблёнными горожанами в стенах садов замка. Они о чём-то спорили, наверняка слишком тихо, стараясь быть не услышанными посторонними зеваками или же спящей четой в замке. В сердцах вскидывали руки, отворачивались, а после рьяно целуясь, прижимая друг-друга как можно ближе. - Напоминает нас, не находишь? - лукаво улыбнулась женщина, косясь взглядом на мужа. - Если только в твои юные годы. - Да, тогда мы выглядели как шторм на водах морей, качаясь из стороны в сторону. - Славные были времена. - согласился Деймон, приобнимая ту за талию. - Скучаешь по ним? - Мне нравиться всё сейчас в разы более, чем тогда. Сейчас ты рядом со мной и никто не может отнять у меня правда быть твоим супругом. Даже мой король-брат. - он нежно огладил уже округлившийся живот матери, ощущая пальцами приятную ткань. Рейнира тихо рассмеялась, вспоминая былые дни, как спорила с отцом за право быть со своим дядей вместе, выйти за него замуж, грозилась отказаться от престола. В то время весь дворец стоял на ушах от одного её появления, готовились к холодной войне дитя и отца. Тогда она и не могла помыслить, что притязания её сбудутся словно по написанным строкам ветхих романов. Всё обернулось донельзя хорошо. - Как только мы вернемся домой - сможем сыграть свадьбу младших детей, скрепляя союз Веларионов и Таргариенов, - отчего-то вспомнила женщина, меняя русло их разговора, - давно пора бы. Боюсь лишь разочаровать Джейса таким скорым браком. - Я думаю молодой принц не слишком то и жалуется выбором избранницы, - Деймон слегка улыбнулся, приподнимая брови в лёгком намёке, - я долго выпрашивал его рассказать мне от чего тот полез на рожон в Дрифтмарк, и юнец, немного помявшись за спиной Рейлы и её идей всё же признался, что хотел впечатлить будущую леди-жену своим отважным поступком. Рейнира удивленно ахнула, прикрывая уста тонкой ладонью. Старшему сыну, как и дочери, полагалось наказание, не дивно, что Деймон решил всё же расспросить его о более интересных подробностях их совместного с Рейлой путешествия. Радость брала нежное сердце, сладкой негой разливая счастье за своего наследника. Всё же весть о благосклонности сына к будущей супруге не могла не облегчать и без того уставший разум. - Воистину пусть будет так. - заключила свои мысли женщина, уповая взглядом вновь куда-то в даль. Настроение принцессы позволяло мужчине наконец откланяться, отправляясь на встречу не менее важным делам. Как тот обещал Эймонду - он навестит их через несколько дней, пополняя запасы продовольства. Покамест Деймон не собирался давать приказ на возвращение молодых людей обратно, сетуя на возможную переменчивость настроений беременной матери. Лишние пару дней в отдали им точно не помешают, а ему наоборот - помогут выиграть столь важное время. Рейнира ещё совершенно не готова к его задуму, к тому же тревожить близкую к родам женщину не стоило, то ли ещё от душевных терзаний может навредить их плоду любви. Дорога до Драконьей ямы не заняла много времени. Вночи, когда все жители уже спали, а на узких улочках оставались лишь пару десятков гвардейцев и некоторые подвыпившие горожане, как раз возвращающиеся из хмелем пропавших кабаков было удобнее всего скакать на прыткой лошади, пришпоривая её посильнее. Пейзажи открывались воистину прекрасные. Вдали, там где море разливалось у песчаных берегов можно было видеть, как в невысоких волнах ночного прилива отражается тонкий серп месяца, едва освещая собою гладь. Тёплые дни всегда сменялись прохладой в час летучей мыши. Морозное дуновение ветра пробиралось под стёганный камзол, и оставалось лишь уповать на богов, что в небе погодные условия будут другими. Привязывая жеребца к коновязи Деймон ненароком взглянул на место отдыха драконов. Верный спутник Караксес лежал на слегка прижжённой траве и кажется старался спать в компании Сиракс и Мерраксеса. Мужчина громко хмыкнул. Молодые драконы всегда славились излишним интересом к своим сородичам, в особенности к времени, что могли провести с ними вместе. Рослые звери учили молодняк охотиться, поучали их в случае чего. Однако именно пепельно-розовый отличался особой прыткостью среди всех. Принцу вполне его нрав был схож именно с дочерью, они были словно две части одного целого, и такой связи мог позавидовать любой из рода Таргариенов. Быстро вскарабкиваясь на своего дракона он краем глаза видел, как тот пробуждался ото сна. Мерраксес удручённо рыкнул, было ли оно от гнева или же просто в качестве протеста - знали лишь боги, однако отправляться в мир грёз он не собирался. Заместо этого существо встало, слегка отряхиваясь от грязи и внимательно рассматривало отца своей духовной наездницы. - Не спиться? - совершенно позабыв валирийский манер молвил мужчина, скорее сам для себя. К его удивлению дракон, хоть и не вразумивший непонятных ему слов, склонил шею к земле, медленно подбираясь ближе. Драконьи блюстители намеревались еще с десяток дней держать его взаперти, пока рана не заживёт окончательно, лишь выпускали на ночь к своей родне. Древневалирийские существа - не собачки, коих можно было спокойно держать на привязи. Нахождение Мерраксеса в логове было лишь соглашением на перемирие, но все понимали - на то воля самого дракона, никак не приказ. В отсутствие Рейлы он стал более покладлив, в частности в отношении посторонних. Переживал, где же его напарник, всегда высматривал каждую мелькающую вдалеке фигуру, надеясь, что на сей раз к нему пришла именно она. Даже на взлёте, вместе с лёгкий писком Караксеса Деймон слышал, как шуршали крылья розового спутника дочери, как тот утробно рычал и намеревался следовать за знакомым силуэтом. Вот только сил на путешествия совершенно не хватало. - Soves. - скомандовал мужчина, и мощное тело под ним стало перебираться с лапы на лапу, практически вертикально поднимаясь к небу. Мороз не отступал.

***

Эймонд давно исподтишка наблюдал за ровным станом племянницы, что лежала около тёплого очага, грея поочередно то холодные ладони, то ступни. Камин, для которого тот ранее успел принести дров, горел ярким пламенем, освещая тёмный зал в ночи. Она была спокойна, даже слишком, и от внимательного глаза не ускользали мелькающая улыбка на девичьем лице, пропадая так же быстро, как и появлялась. Рейла полностью погрузилась в свои мысли, не замечая своего гостя, вот уже с несколько десятков минут стоящего в дверном проёме. А он и не хотел спешить. Ранее всё, что ему было позволено в присутствии принцессы - лишь кидать многозначительные взгляды и час от часа обмолвиться парой-тройкой слов, кои в корне своём никогда не были мягкими или же приятными слуху. Грубо и нелестно - вот как принц мог описать их взаимоотношения в последние дни при дворе. Сердце гулко билось при виде этих длинных волос, фиалковых глаз и непомерно изящных движений, хоть язык мог молвить совершенно другое. Он, отчасти, боялся косых взглядов в их сторону. Хвала всем богам, что зоркий глаз его матери или же матери девушки не пометили себе неладное, ведь за пеленой льда и холода в мужском лице всегда можно было найти ту теплоту и восхищение ею. Стоило лишь приглядеться. - Эймонд? - всё же заметила, как-то по доброму прищуривая веки. Парень слегка улыбнулся лишь краешком губ, отталкиваясь от стены. Их разделяли всего пара метров, казавшиеся настоящей пропастью. Широкая ладонь легла на макушку принцессы, нежно оглаживая немного подвившиеся пряди. Присаживаясь рядом Эймонд отметил для себя то, насколько идеально она смотрелась рядом, словно была создана именно для него. Недавняя близость сказывалась на поведении Рейлы, ведь та продолжала смущённо отворачивать взор куда-то в сторону, пряча яркие глаза под ресницами. Ей явно невдомёк было, как прекрасно она смотрелась тут, разодетая в неброскую и потрёпанную годами ткань, что явно никак не могла подчеркнуть истинной красоты принцессы. Мягко усаживаясь принц Таргариен по непонятно откуда появившейся привычке притянул хрупкое тело к себе, заключая в объятья. Ещё долго он ощущал напряжение в лопатках, кое исходило от её собственной неуверенности, однако вскоре мог чувствовать, как Рейла перестала мелко дрожать, всецело укладываясь спиной ему на грудь. Тишина не казалась натянутой, наоборот, наполнялась звуками их тихого дыхания и биения сердец едва ли не в унисон друг-другу. Вот уже несколько тёмных вечером подряд они проводили так вместе, не говоря ни слова, лишь нежась в теплоте тел. Временами он расчёсывал длинными пальцами её спутанные волосы, а она оглаживала его руки, плотно обхватывающие талию. Смотрели на огонь и думали о своём. Никто не храбрился нарушать эту мнимую идиллию, сотканную из их самых глубоких и скрытых ото всех желаниях и мечтах. А мечтал ли Эймонд о подобном? Ох боги, только они свидетели того, как часто мужчина предавался этим думам, воображая в тихие вечера их счастливое будущее. Тогда она казалась совершенно недосягаемой, словно белая луна в чистом звёздном небе. Светила, но никогда не грела, направляла, но не указывала точный путь. Но такой была лишь одна, лишь Рейла могла затмить собою взор средь всего множества придворных дам или же лордовых дочерей. Только его лунная принцесса отпечатывалась под веками в минуты сна, он видел её повсюду, куда бы не окинул свой взор. В белых лилиях, в огне драконов, в спокойном ручье, в по-особому ярких звёздах. Даже ветер нашёптывал её имя почти у самым мочек ушей, а запах девичьих масел ещё долго витал около него, напоминая о своей владелице. Эймонд бы соврал, сказав ежели никогда не мечтал о её улыбке, посвященной лишь ему одному. Не брату-бастарду или же отцу, не придворному шуту или же Эйгону, в ответ на его бесконечно насмешливые возгласы в их сторону. Только ему, одному. Пускай больше никто не увидит, как прекрасна бывает Рейла в моменты радости, лишь он достоин подобного. Принцессе, как и в каждой сказке полагался не простой проходимец или бродяга с улицы, ей полагался настоящий принц. И Эймонд готов был изойти на нет, если таковой будет плата за её верность и всецелую преданность. Любовь. В тяжелых раздумьях его однажды осенило. Это невероятно захватывающую тягу к ней, всю трепетность, которую он вкладывал в каждое касание взглядом, всё это увлечение её персоной и душой нельзя было назвать обыденным интересом. Так великие поэты описывали самое светлое чувство, способное коснуться единожды в полной мере сердца людского. Так и он представлял себе это событие, с нетерпением ожидая подходящей кандидатуры. И вот она, принцесса Рейла Таргариен, прерывисто дыша где-то на уровне груди, оказалась той, кто смог разжечь пламя внутри, показать, насколько мужчина может быть неподвластен сам себе рядом с женщиной. Ему несказанно повезло ощутить на себе это бремя и Эймонд уже давно дал себе клятву - от своего не отступиться. Если потребуется - они улетят за Узкое море, находя отраду в жизни на другом континенте, незнаные никем, лишённые всех титулов и почестей. А если принцессе будет угодно - останутся тут, но он кровью высечет право быть с ней рядом. Деймон и Рейнира не будут тому помехой. - Ты скучаешь по дому? - раздался тихий вопрос. - Имеешь в виду по дворцу? - Да, по замку и своей родне. По королеве-матери и Эйгоне? - согласилась Рейла, слегка кивая головой. - Не думаю, мне нравиться и тут. Дворцовые интриги деда и его прихвостней не лучшая участь для меня. - Эймонд окинул её взором, - А ты? - Лишь немного, - честно признавалась принцесса, - скучаю по Мерраксесу. Как он там? Успел ли оправиться после ранения? - Я бы тоже скучал за своим драконом, благо Вхагар рядом, и я не переживаю о её здравии. Девушка стихла, вновь задумываясь о чём-то своём. Своего Розового ужаса, как нарекли его гвардейцы, она не видела практически с самого возвращения с Дрифтмарка. В последний раз он сильно помог ей, позволяя уснуть во время полёта, а та так и не отблагодарила его достойно за всё. Вороны по понятным причинам не прилетали из гавани, сообщая хоть маленькую весточку о самочувствии дракона. - Полетаем? - внезапно спросил парень. - Сейчас? - Да. Не дожидаясь ответа принц подвёлся, протягивая Рейле руку. Внезапное желание не было обусловлено какой-то липкой похотью или же возможностью задеть девушку. Она единственная, кого бы он мог взять прокатиться вместе с Вхагар над самими облаками, ведь принцесса совершенно не боялась великую дракониху, страшась одной мысли о ней. Подобный род деятельности не был доступен простым смертным, и, наверняка, ему несказанно повезло в любви девушки к древним существам. Протягивая аккуратную ладонь Рейла достаточно резко вскочила на ноги, слегка покачиваясь из стороны в сторону. И без того уставшие мышцы затекли в не самом удобном положении. Дождавшись её кивка, Эймонд потянул их двоих на выход. Сам не знал, от чего так сильно захотелось подняться к небу, но противиться скоротечному желанию не хотел. На улице, средь раскидистых деревьев стоял неприятный тонкой девичьей коже мороз. Не такой, что пробирал до самых костей, заставляя труситься, а более спокойный, касающийся лишь внешней оболочке тела. Рейла слегка поёжилась, стараясь успеть за мужчиной впереди, так крепко хватившегося за аккуратную ладонь. Вхагар лежала в нескольких сотнях метров от их маленького домика и отдыхала всё то время, пока они были тут. Эймонд никуда не вылетал, а сама дракониха предпочитала сон заместо нагрузок. При одном виде её массивного тела захватывал дух, и кажись, даже остывала горячая кровь. Не страшиться её - было бы ошибкой для простого смертного, но не для принцессы. Напарница Эймонда скорее напоминала девушке старую бабулю, в меру строгую, но всё же донельзя спокойную и притягательную. - Миледи, - Таргариен подхватил её к верху, помогая взобраться по канатной лестнице. Как и в первый раз спина древневалирийского существа казалось такой необъятной и широкой, что Рейла невольно ухватилась за переднюю луку седла, дожидаясь дядю сверху. Вхагар даже не взглянула в их сторону, прекрасно зная, коих путников принесло к ней. Лишь недовольно рыкнула, скорее от осознания своей участи в развлечениях молодых людей. Ещё столетие назад она своим огнём сжигала города вместе с Чёрным ужасом Баллерионом, а теперь служила словно воздушная повозка, ежели принц соскучиться - всегда прокатит. Однако натруженная годами она совершенно не жаловалась, не в её возрасте заниматься чем посложнее. Шепнув на валирийском приказ о взлёте Эймонд крепче ухватил девушку за талию, прижимая вплотную к себе. Знал, как иногда натужно его дракон покачивается в моменты подъемов, ведь сам когда приручал её - едва ли не слетел прямиком в море с её спины. Холодный ветер сильно бил по красным щекам, распыляя их яркость пуще прежнего. Под самими звёздами было невероятно красиво, а спокойный полёт добавлял всей этой ситуации лишь приятного шарма. Чувство бесконечной поддержки, находясь в крепкий руках дарило Рейле незабываемые ощущения покоя и умиротворения. - Эймонд, зачем ты вытащил меня... сюда? - замялась девушка, от чего-то решив задать вопрос. - Не знаю, маленькая принцесса, - честно ответил он, - захотелось просто полетать с тобой, безо всяких приключений. Мы никогда так не делали. - При дворце бы точно не получилось... Моя мать изошла бы на нет, завидев как я беспечно летаю с тобой над гаванью. Представь сколько шуму было, ежели мы сделали бы так. Парень тихо посмеялся, легко целуя её в макушку. Боги, он просто не мог перестать касаться её, целовать, держать рядом. Знал, как сильно она смущалась или может могла испугаться подобного напора, но это совершенно не заботило. Толстый занавес упал, и теперь можно было показывать подлинные чувства рядом с ней, не лгать самому себе. И он соврёт, сказав, что подобное ему не нравилось. Вхагар тихо рыкнула, плавно поднимаясь выше облаков. Принцесса, выставив руку, легко прошлась по перистой тучке, сквозь пальцы пропуская белую дымку. - Тут так спокойно, - отозвалась она, - никаких родичей и дворцовых манер. - Не могу не спорить. - Неужели мой отец так и не обмолвился и словечком, когда нам придётся возвращаться? Эймонд лишь слегка помотал головой в отрицании. Деймон лично не давал ему никаких надежд или же объяснений, как именно нужно сделать всё. Лишь отправил подальше от Красного замка, прося забрать с собой его любимую дочь. И не сказать, что сам принц-консорт горел желанием видеть родственницу именно с ним, однако выхода практически не оставалось. На горизонте вдалеке завиднелись тусклые огни факелов и едва ли различимое движение. Принц, привыкший быть всегда на чеку слегка сузил глаза, стараясь разобрать силуэты. В такое время гвардия не патрулировала окрестности, к тому же до дворца было далековато. Натягивая потуже поводья, что не укрылось от глаз принцессы, Эймонд развернул Вхагар на источник переживаний. Хотя таковым это и не являлось, с огнём дракона им не страшна была любая армия всего Вестероса, коей она бы не была. Лишь интерес, не более. - Эймонд? - послышалось где-то на уровне подбородка, - Разве стоит нам туда лететь? А ответом ей была тишина. Звуки с земли становились всё громче, и теперь, почти над головами незнакомцев можно было услышать цокот копыт лошадей, так натужно старающихся не испугаться и убежать пред неизвестностью. Смелые мужи кричали, размахивая пламенем из стороны в сторону. Радовались. Их всеобщее приободрение явно нельзя было спустить на простое впечатление при виде Вхагар, кою они явно не раз встречали в Драконьем логове или же во время облётов гавани. Следом за конницей следовали знаменоносцы, ровно вышагивая нога в ногу. Это была гвардия самого короля, под черно-красным флагом рода Таргариенов. - Мы улетаем, по всей видимости это за нами. - сухо скомандовал принц, с большой тяжестью разворачивая великого дракона. Не дивно, что в Красном замке хватились их, и если про Рейлу знал хотя бы Деймон, то насчёт самого дяди принцессы не знал никто. Мать и отец, а чего хуже - дед, могли забить в тревогу, не находя родича поблизости. Им же он не посчитал нужным сообщить о своих планах, вот так просто улетая вслед садящемуся солнцу на горизонте. Что ж, эти воины смогут сообщить своему королю о том, как видели Вхагар в небе, а с ним и её наездника. Рейла тяжело сглотнула, сильнее прижимаясь к мужскому стану за собой. Страшно ли? Сама того не ведала. Гнев матери она пережила бы как обычно, с высоко поднятой головой и надменным лицом, но вот гневать Алисенту или же собственного деда в лице хранителя державы - было с выше её полномочий. Внутрисемейные разборки редко когда трогали её душу, но выходить за их пределы она точно не собиралась. Гулкие взмахи крыльев доносились до чуткого слуха, отбиваясь в перепонках. - Куда? - скорее для самой себя задалась вопросом принцесса. - Пока не знаю, но точно не в гавань. - подытожил он, слегка поглаживая девушку по голове. В действительности Эймонд и впрямь не знал куда ему подеться, спрятать Вхагар было бы огромной проблемой, да и не везде для неё будет место. А с такими размерами они всегда будут заметны любому, кто смотрит не только лишь под ноги. И не нужно было быть первым мудрецом, дабы быстро понять намерения поискового отряда за их спинами. Им дали чёткий приказ - найти и вернуть обратно, а потому воротиться в родной замок было бы сродни самой большой глупости, которую только можно себе придумать. Оставалось лишь двигаться по направлению к Драконьему камню и надеется, что никакое морское судно не заприметит их. Путь лежал достаточно близкий и не занял бы много времени. Хоть на земле, в нарядных одеждах и расшитых золотом платьях их соединяли лишь семейные распри, не имеющие своего конца или края, то тут, среди свободных ветров и чистых облаков они были по-настоящему вольны. В общении, в взаимодействиях, в прикосновениях, словно птицы в небе им чужды становилось поле брани и политических ходов, лишь в свете размеренного шелеста крыльев и приятного бриза забывалось всё. Лететь с ней было приятно, не менее. Хоть ранее Рейла и старалась возразить его идеям, воспротивиться, показать нрав, сейчас же она молчала, кутаясь в его же накидку. а он, как настоящий принц, позволял ей подобную вольность. Среди морских волн играли лучи тонкого месяца, выглянувшего из-за тучи, доносился звук шумного прилива, где вода разбивалась о каменистые берега. В голове гулом стояла мысль лишь о том, как бы донести Деймону их пропажу. Воротись они в Драконий камень - местные быстро узнают кого именно принесло, и весточкой будут не только знакомые белокурые пряди, но и сама Вхагар, спутать которую совершенно не получиться. Да и Рейла большую часть собственной жизни провела именно там, узнают ведь. Ежели был бы другой выход - Эймонд с радостью рассмотрел его в качестве варианта, но не теперь, когда деваться было практически некуда. Снижаясь над острыми дворцовыми пиками, он отчего-то оглядел близлежащую местность. Замок пустовал, подданые не сновали по улицам, в поисках невесть чего, а в час волка и подавно. Принцесса обернулась в его сторону, как-то испугано смотря в фиалковые глаза напротив. Не приходилось догадываться причины её переживаний, и вторя ей попыткой успокоить Эймонд нежно огладил девичью щеку, оставляя на ней практически невесомый поцелуй. И ей, кажись, стоило бы давно привыкнуть к его внезапным порывам теплоты и заботы, но доселе подобное вызывало лишь стадо мурашек и учащённое дыхание. Как в первый раз - так и сейчас. - Что же будет дальше? - шепнула она вскользь ветру, оставляя свои слова одним лишь богам во всеуслышание. Вхагар приземлилась мягко, даже удивительно как для принца. Старалась ли она помочь ему в трудную минуту своей благосклонностью или же просто осознавала, какой ценный груз для своего наездника она несла на себе оставалось под завесой тайны. - Рейла, послушай меня, - обратился мужчина к ней, взывая её взгляд к себе, - не переживай о своей судьбе, всё будет хорошо. Нам вынужденно пришлось улететь оттуда лишь за моим нежеланием оправдываться перед гвардией короля, и таким же нежеланием втянуть тебя в это всё. Девушка слегка потупила взгляд куда-то вниз, глубоко вздыхая от нахлынувших эмоций. Не переживать совершенно не получалось, не говоря о мелкой дрожи, в которую ту кидало каждый раз, как в мыслях всплывал грозные силуэты родичей, а в частности и родичей Эймонда. - Если того потребуется - я вступлюсь за тебя, скажу, что всё это лишь моя затея и только. Тебя никак не коснётся тяжелая рука моей матери и деда. - слова Таргариена вселяли в неё толику веры в светлое будущее, хоть сама она его совершенно не видела. - С чего бы тебе прикрывать меня пред взором нашей семьи? Воистину это была вовсе не твоя задумка. - Потому что мне не всё равно на тебя, Рейла. Потому что я не хочу вновь терять тебя во всех распрях и ссорах твоей матери и отца. Пускай раньше я мог оправдывать себя, делать вид, будто мою душу не колышет твоё отсутствие, однако это не так. Я многое для себя решил в эти последние дни, которые мы проводили в тихом захолустье на окраине всей гавани, но теперь - так не выйдет. - Не уж то ты и впрямь веришь, что мой отец и мать будут так рады моей участи? - принцесса слегка скривила лицо, сдвигая густые брови к переносице, - Меня скорей сошлют на стену, чем позволят тебе быть рядом. - Теперь это решать не им, мы сами можем ковать своё счастье. Или ты забыла, как Деймон и Рейнира сами тайно поженились, скрывая это ото всех, лишь в кругу своей семьи? Взывая к воспоминаниям, девушка и впрямь отыскала этот фрагмент их истории. Тот день был холоден, а в воздухе витал густой морской туман, пробираясь морозом под саму кожу. Это и впрямь случилось, и ещё тогда Рейла прекрасно запомнила осунувшиеся лица своих сводных сестёр по линии леди Лейны. Маленьким девочкам решение принца-консорта резало по самому уязвимому месту - сердцу, напоминая, кем именно был их отец. Принцесса помнила, как те тихо плакали в тёмных коридорах Драконьего камня, находя утешение лишь друг в друге, не желая видеть никого подле. Веларионам же такое решение далось легче, ведь мальчишки, и без того привыкшие не видеть отца Лейнора не серчали на мать за столь скорый брак. Лишь одна Рейла в тот день не сделала никаких поспешных выводов о порочности родичей, крепко отстраняясь от них собственной обидой. Для неё тот день стал праздником, единением родного по крови Деймона и такой же родной по крови Рейниры. О большем ей не доводилось и мечтать. - Их история это одна сплошная путаница, среди множества браков, измен и убийств. Боги даровали им спокойствие только друг в друге. - отозвалась девушка в знакомой ей манере. - А наша нет? - Принц лукаво улыбнулся, помогая ей отвязать от тела мощные седельные цепи. - Мы сотканы из огня, Эймонд, тебе ли не знать, какова цена драконьей крови в наших жилах. - Тем же более, я не отступлюсь от своих слов и никогда не позволю обычным простолюдинам оказаться подле тебя, маленькая принцесса. Твоя мать может попытаться выдать тебя за любого лорда, принца или чего хуже - обычного знаменосца или же невзрачного чашника. Вот только я не позволю, даже если ты будешь всецело с ней согласна, более я не смогу тебя отдать и смотреть на то, как ты растворяешься в ком-то другом. Рейла шумно вздохнула, ощущая как затряслись от волнения собственные ладони. Ах, принц Эймонд Таргариен был до безумия хорош собой, в особенности сейчас, когда так проницательно смотрел ей прямиков в душу, буквально заставляя подчиниться личному задуму. - Прости, keli, но кажется у тебя совершенно нет возможности избавиться от меня когда-бы ты этого не пожелала. Более нет. И она поверила, всецело отдаваясь моменту и донельзя красивым речам мужчины. Первая потянулась за столь сладким и желанным поцелуем, как-то стеснительно охватывая шею принца. Это проявление собственной слабости скорее служило немым соглашением с его волей, разделением его мыслей на двоих, ведь теперь и впрямь, куда бы она не ступила на любом из континентов, тень Вхагар и самого Эймонда будет преследовать её, пока не догонит и не заберёт с собой навсегда. Как дракон тащит золото и драгоценности в своё логово, так и он - более не собирался стоять осторонь в позиции бесправного наблюдателя. Дорога до дворца не занимала много времени, маленькие камушки под ногами то и дело натужно скрипели от сильного натиска, поднимаясь пылью. Внутри было необычайно тепло, как для места, из которого уже вот как с пару недель уехало всё семейство, оставляя за собой лишь пару служанок на временный досмотр замка и лёгкую уборку в часы их отсутствия. Гордая геральдика возвышалась на высоких стенах, именуя почести владельцев этого острова. В главном зале послышалось некоторое движение, напрягая двух путников. Рейла отчего-то посильнее схватилась за руку мужчины, прижавшись ближе. Эймонду же, напротив, страшиться было нечего, ведь в ножнах покоился меч и клинок, а в боевом искусстве ему равных почти-что не было, лишь дядя мог превзойти его по мастерству и ловкости. - Я уже успел заждаться, наблюдая как вы обжимаетесь на спине Вхагар. - донёсся донельзя родной голос изнутри, выдавая своего владельца. - Отец? - растерянно молвила принцесса, вырываясь из собственной же хватки. Внутри, на раскидистом кресле восседал сам Деймон Таргариен, откинувшись на спинку велюрового изделия, и слишком внимательно смотря на различные предметы интерьера, будто бы впервые завидел их тут. - Дядя, воистину рад нашей встречи, - кивнул Эймонд, едва ли не слыша, как камень с души падал далеко вниз, разбиваясь на осколки. Более ему не пристало выискивать его по всему королевству в попытке передать личную весть. - Я тоже, племянник. - нахмурился принц-консорт, наконец переводя взгляд на родную дочь, - До меня дошло прошение для поискового отряда в твою честь, Эймонд. Как знал, что ты решишь привезти Рейлу именно сюда, а не обратно в гавань. - Это родной дом принцессы, - парировал мужчина, - не мог же я воротить её в Красный замок без твоего ведома. Таков был наш уговор, верно? - Верно, рад, что ты помнил и чтил его даже в такой ситуации. Вас успела встретить гвардия? - Лишь видели Вхагар, и то, как мы улетали прочь. - Ты помнишь условия нашего уговора, Деймон, - продолжил принц, взывая дядю к ответственности за ранее сказанные слова, - ты дал мне дни на раздумья, и более я не сомневаюсь в своём предложении. Рейла, доселе тихо стоявшая подле и пристыженно пряча глаза от отца, вторя его словам о их с Эймондом поцелуе верхом на драконе, теперь же изумлённо глядела на мужчину, пытаясь осознать сказанное им ранее. Про уговор двух сторон она знала, но не в подробностях и красках, а попросту на ясном понимании, что таковой есть. О чём могли договориться двое мужчин - оставалось загадкой, скрытой тонкой вуалью. Одёрнув рукав дяди, тот всё так же не обратил никакого внимания на немой вопрос, продолжая выстаивать беззвучную битву взглядами с принцем-консортом. - Ты уже успел рассказать принцессе? - заметив девичье негодование спросил отец Рейлы. - Нет, однако уверен - против она совершенно не будет. - Тогда тебе стоит поспешить с признаниями до завтра, и если же она действительно не сочтёт твои решения за вздор - моя часть уговора будет выполнена. - улыбнулся Деймон, внимательно наблюдая за их лицами, - Ступайте дети, вам в пору хорошо выспаться пред завтрашним днём. Я даже закрою глаза на то, если совершенно случайно вы окажитесь в одних покоях. С последними словами мужчины Эймонд на сей раз самолично взял всё ещё смятенную девушку под локоть, бросая на неё умоляющий взгляд. И молил он о понимании и смирении. Теперь уже было бессмысленно скрываться, и тяжелое объяснение всё же догнало его в лице отца девушки. Сердце, что обычно не имело в себе переживаний отчего-то заволновалось, в особенности возможным ответом девушки. Если он прогадал - значит поставил на кон слишком многое и проиграл, без возможности вернуть всё обратно. Огибая последний лестничный пролёт до покоев Рейлы, Эймонд так и не обмолвился и словом, лишь ускоренно утягивая её за собой, надеясь, что та будет безукоризненно следовать ему. Их ждала долгая ночь откровений и признаний.