Дорога

Это может показаться безумием, но это ее жизнь. Ее судьба, ее путь, по которому она слепо отправилась в судьбоносное путешествие. Бет понимала, что выбранная дорога полна ухабов, ям, крутых поворотов, а также спусков и подъемов, да и в целом была очень непроста, но шла она по ней с тем, с кем готова была и в пропасть спрыгнуть, поэтому не боясь и проживая жизнь от мгновения до мгновения, девушка старалась не думать о последствиях. *** Ярко-алый закат заливал собой бо́льшую часть небольшой комнаты, проникая через окно сквозь полупрозрачную тюль, что нервно трепетала от свежего, немного прохладного и слегка влажного воздуха. Шум неспокойной, бурлящей речки, протекающей почти рядом с фундаментом постройки, наоборот успокаивал её разгорячённый разум, проникая, казалось, в самое сердце. Их вечер постепенно подходил к концу. Небольшое семейство из пяти человек, включая Бет, медленно собирались, допивая свои напитки. Только она и Ник за весь вечер обошлись соком, позволяя родителям и его младшему брату в полной мере насладиться вином и ощущением празднества. — Бет, за тебя и твои водительские права, — неожиданное обращение Алекса заставило ее вздрогнуть и сконфуженно улыбнуться. Мужчина поднял вверх бокал и не дожидаясь других пригубил его, пристально смотря на девушку. Его взгляд был тяжёлым и пронзительным, и каждый раз смущал её, но, казалось, этого никто не замечал. — За нового водителя в нашей семье! — поддержали остальные и повторили действие. Смущенно поблагодарив всех, она сделала небольшой глоток сока и отставила стакан. Ей было приятно, что даже такую незначительную вещь отец Ника не оставил без внимания. Этот вечер был посвящён Саре, жене Алекса и матери Ника и Сэма. Её юбилей было решено провести в небольшом семейном кругу в загородном ресторане, что располагался возле реки в горной местности. Поздравления, комплименты лились в её адрес рекой, ведь не каждая сможет так превосходно выглядеть в пятьдесят лет. Бет действительно восхищалась не только её красотой, но и безграничной добротой и нежностью, что преобладали в ней сполна. Сыновья без умолку одаривали её комплиментами, шутили, восхищались и всеми силами старались скрасить этот вечер, Бет лишь тихо улыбалась, лишний раз старалась молчать, но там где было нужно пару слов всё же вставляла. Алекс же держался отстранено, хоть всем своим видом и показывал насколько он счастлив и поддерживает всеобщее веселье, но взгляд его серых, суровых глаз частенько был устремлён на тонкий силуэт девушки, задерживаясь на долю секунды. И тогда, казалось, что в глубине его глаз что-то менялось, делая их добрее и чуточку счастливее, но также быстро он отводил их к окну, полностью погружаясь в красоту здешних мест. Чрезмерно медлительный официант наконец подошёл к их столу. — Пойдем, дорогая, они справятся без нас, — Сара улыбнулась и взяла ее под локоть, увлекая за собой к выходу. Когда массивная стеклянная дверь отворилась и они вышли наружу, поток прохладного, влажного воздуха врезался в них, волосы Бет затрепетали, а подол и так короткого бежевого платье устремился вверх. — Ты так красива и нежна! Ах! Где мои девятнадцать лет? — мать Ника театрально вздохнула. Они медленно, не спеша пошли по деревянному мосту к проезжей части. Звук каблуков приглушённо отлетал от деревяшек, утопая в бурлящем шуме воды. — Вы и сейчас очень красивы, — она старалась не смотреть на женщину, чтобы совесть не дала о себе знать. Они остановились между двух припаркованных автомобилей и посмотрели в ту сторону, откуда только что пришли. В сумраке, освещённые тусклым свечением фонарей, отчётливо выделялись три мужские фигуры, но взгляд её карих глаз был прикован к силуэту по центру. Он манил к себе, не позволяя отвести взгляда, да ей этого и не хотелось, тем более в таком положении и с такого ракурса было сложно понять куда именно она смотрела. Он шёл на шаг впереди остальных, отличаясь ростом и шириной. Казалось, он был угрожающе массивным в сравнении со своими сыновьями. Скорее всего, они пошли в свою мать, имея худощавый тип телосложения, отчётливо выделяющийся в узости плеч, а вот рост все же был от отца. Приблизившись к ним, Ник сразу подошёл к ней и накинул свой пиджак на её плечи. Она благодарно улыбнулась и поцеловала его в щёку, в ответ муж её приобнял, словно хотел спрятать от пронизывающего ветра. В этот момент случайно столкнувшись со взглядом серых глаз, Бет заметила, как заиграли желваки на его лице, а рот сомкнулся в тонкую линию. Лишь секунда потребовалась и вот он снова контролирует свои эмоции. — Так как у нас только два водителя, один из которых ещё не совсем опытный, — невзначай заговорил Алекс, с усмешкой посмотрев на Бет, — предлагаю поступить так: Ник ты поедешь на моей машине с матерью и братом, а мы с Бет на твоей. Я хоть и пьян, но ситуацию могу контролировать и смогу подсказать или помочь на дороге. — Хорошо, отец. Без задних мыслей Ник протянул ей ключ от машины и крепче приобнял, оставляя тёплый, слегка влажный поцелуй на её виске. — Будь аккуратнее на дороге, — тихий шёпот на ухо. — Ты тоже. Парень забрал у отца ключи и сел на водительское сиденье его машины, крикнув на прощание: — Встретимся дома! *** Ей потребовалось время, чтобы настроить сиденье под себя, отрегулировать зеркала и в целом привыкнуть к ощущениям за рулём. Алекс сидел рядом в десятке сантиметров от неё, на переднем сидении, его взгляд неотрывно был прикован к ней. Ник как пару минут назад уехал, понимая, что ей потребуется время перед тем как отправиться в путь. Когда всё было готово, Бет медленно выехала на проезжую часть, с каждой секундой увеличивая скорость. — Не гони, мы ведь никуда не спешим, — его голос был тихим и нежным, не таким, каким был в ресторане. — Нужно уметь наслаждаться каждой секундой. Холодные кончики пальцев коснулись виска, от чего она невольно вздрогнула и почувствовала, как машину немного повело вправо, но крепкая мужская рука стабилизировала ситуацию, возвращая автомобиль к центру, а затем вновь нежно коснулась ее кожи и повела до уха, заправляя непослушные, длинные каштановые пряди за него. — Ты сегодня очень красива. От его прикосновений кожа пылала, а ум постепенно плавился, Бет двумя руками крепко сжала руль, от чего костяшки побелели, выдавая ее напряжение. Девушка всеми силами старалась сконцентрироваться на дороге, но удавалось ей это плохо, из-за чего машина нет-нет, да виляла, благо трасса была практически пуста. Тем временем тыльной стороной пальцев он продолжил медленно спускаться, нежно касаясь щеки, а затем шеи, отодвигая воротник пиджака его сына. — Ты пахнешь им, — грубо вымолвил он и потянул его вверх, стаскивая пиджак и откидывая на заднее сиденье. — Я не чувствую тебя! — Алекс… — Тс-с, — голос в миг стал мягким и нежным. Бет не уставала поражаться скорости смены его настроения. — Не отвлекайся от дороги. Его пальцы, задев тонкую подвеску, спустились к вырезу на платье, отодвигая ремень безопасности, что сдавил область между грудей. С ее губ сорвался тихий вздох, а по коже со скоростью света прошел импульс, от чего та покрылась миллиардом мелких, приятных мурашек. Казалось, каждый миллиметр её кожи был сверхчувствительным, словно все нервы оголились. Из-за этого каждое его прикосновение, даже дыхание, ощущалось в тысячекратном размере сильнее и чувствительнее. Алекс наплевав на правила безопасности, отстегнул ремень и сел немного боком к ней, его рука очертила её грудь, слегка сжав каждое полушарие, и заскользила дальше вниз, остановившись лишь у края слегка задравшегося подола платья. Она невольно усилила нажатие ноги на газ, машина вновь набирала обороты. За окнами совсем стемнело, минимальные огни здешних построек и проносившихся мимо автомобилей мелькали по обе стороны. Только Бет их совсем не замечала, ее взгляд был расфокусированным, блуждающим от капота вдаль и обратно, зато ощущения сконцентрировались только на его руке, что блуждала по ее бедру, время от время проскальзывая на внутреннюю сторону и оставляя после себя огненные дорожки. — Сбавь скорость, — потянувшись через подлокотник, он коснулся губами за девичьим ушком. Если поцелуй Ника был полон нежности и тепла, то этот поцелуй обжигал и разжигал страсть в них обоих, увлекая в пучину греха и похоти. Бет резко ударила по тормозам, из-за чего их тела бросило вперёд. Ремень неприятно врезался ей в кожу, а Алекс успел выставить руку вперёд, уперевшись о бардачок. Ночную тишину разрезал пронзительный сигнал автомобиля. Только сейчас девушка заметила, что всё это время за ними ехала другая машина, и благодаря дистанции и реакции водителя, он успел отреагировать, до скрежета ударив по тормозам, а затем объехав их по встречной полосе. — Я не хотела, просто ваши… Твои действия… — Все хорошо, просто езжай медленно и слушай, когда я тебе что-то говорю. Всё возобновилось. Они вновь ехали, на этот раз уже гораздо медленнее, Алекс снова сидел вполоборота к ней лицом, а его рука, бесцеремонно задрав подол платья, уверенно и напористо заскользила по внутренней стороне бедра к краю ее трусиков. Набрав полные лёгкие кислорода, Бет шумно выдохнула, когда почувствовала как мужчина пальцем заскользил через ткань там, где по всем нормам и правилам не должен был прикасаться. Обшивка руля заскрипела под силой сжатия тонких девичьих пальцев, но машина шла ровно и уверенно. — Как же ты прекрасна! — обжигающий шепотом у самой шеи. — Весь вечер только и ждал, когда смогу к тебе прикоснуться. Он продолжал средним пальцем скользить, дразня её и изредка подбираясь почти к самому краю и слегка оттягивая его, словно пытаясь проникнуть под ткань. Каждый раз она с замиранием сердца ждала, когда он это сделает и прикоснётся полноценно там, усмиряя жар, что с каждой минутой нарастал между ног. Но он продолжал играть, доводя ее практически до помешательства, ожидая, когда Бет сама попросит об этом. — Пожалуйста, — практически хныча вымолвила она и слегка поерзала на кресле от нетерпения. — Что? Бет вновь заерзала, а затем крепко взявшись одной рукой за руль, другой — взяла руку Алекса между своих ног и немного изменила траекторию, помогая проникнуть под ткань и наконец прикоснуться там, где все это время изнывало и требовало более активной ласки. — Держи руль обеими руками! Она послушалась его, вновь сжимая обе руки на кожаном обруче. Алекс тем временем заскользил пальцем между складочек, собирая обильно сочившуюся смазку, на мгновение задерживаясь на маленьком набухшем комочек и одаривая его парой-тройкой круговых движений, а затем вновь спускался вниз, и так несколько раз. — Там крутой поворот направо, — заметил он, перебивая достаточно громкие стоны и шумное дыхание девушки, замерев пальцем у дырочки. — Сбавь скорость и плавно поворачивай руль. Словно сквозь пелену Бет услышала его. Нога казалась ватной и непослушной, но она приложила все силы, чтобы перенести ее на педаль тормоза и плавно сбросить скорость. Приблизившись к повороту, она сделала все именно так, как велел ей Алекс, стараясь сконцентрироваться на самой дороге, но на середине мужчина резко ввел в нее палец, вырывая из груди протяжный стон. Из-за неожиданности и желанного чувства заполненности, девушка вновь дернула руль, машину резко повело вправо, но свободной рукой Алекс снова помог стабилизировать автомобиль, ничего не сказав. Он активно задвигал в ней пальцем, через пару секунд подключая и второй, попутно продолжая держать руль и поглядывать на дорогу. Машина постепенно сбавляла скорость, так как они шли вверх. Её нога забыла о педалях, а руки — о руле. Откинувшись на широкую спинку кресла, Бет позабыв о всяком стыде громко застонала, приподнимая таз и уже сама насаживаясь на него. — Такими темпами мы далеко не уедем, — подметил он и резко вынул пальцы. По салону разнёсся протяжный стон разочарования, а туманный, рассерженный взгляд шоколадных глаз устремился на него, напрочь позабыв о дороге. — Я хочу тебя! — Словно капризный ребенок, громко сказала она. Он, казалось, не обращал на нее внимание, что-то высматривая в ночной темноте, скудно освещённой фарами. — Видишь вон то дерево? Алекс указал на раскидистое, массивное дерево в ста метрах от них, к которому ввела покрытая щебенкой небольшая дорожка. — Езжай туда. Бет словно облили холодной водой. Она резко поддалась вперёд и вцепилась в руль, грозясь оторвать его, понимая как глупо позабыла о том, что тут именно она водитель. Стараясь притупить не угасающее возбуждение, она немного надавила на газ, а приблизившись к необходимому повороту наоборот затормозила машину и свернула на небольшую дорожку, после полностью остановилась, заглушая мотор под раскидистыми, пышными ветвями дерева. — Хорошая девочка, — похвалил он, — а теперь иди сюда. Настойчиво, но не грубо мужчина надавил ей на затылок и потянул к себе. За считанные секунды она успела отстегнуть ремень и поддаться вперёд, навстречу жарким и столь необходимым объятиями. Практически в темноте их губы без труда нашли друг друга, а когда кончики языков соприкоснулись и после заплясали в башенном танцы, внутри Бет, казалось, взорвался фейерверк, яркостью и красочностью затмевая разум и здравый смысл. Она забыла и старалась даже не вспоминать, что муж ждёт ее дома, пока она целуется где-то на отшибе с его отцом. Что сегодня день рождения его матери, и по совместительству жены Алекса. Что этот мужчина старше нее на тридцать один год, и в кругу семьи она зовёт его отцом. Всё разом было забыто и спрятано в самом тёмном и далёком уголке ее разума, и только глубокой ночью, лежа в одной постели с Ником, она будет тихо плакать, вспоминая все это и проклиная себя, что так ужасно поступает с дорогими людьми. Но сейчас есть только он, она и эта машина… На мгновение разорвав поцелуй, они посмотрели затуманенным, возбуждённым взглядом прямо друг другу в глаза, обо понимая, что будет дальше, и никто не был против. Нащупав сбоку на кресле кнопку, Алекс отодвинул его до упора и уложил спинку, увлекая за собой Бет. — Иди ко мне, моя девочка. Перелазить через подлокотник было крайне не удобно, но оно того стоило. Через полминуты она сидела на нем, чувствую твердость под собой. Ее ноги располагались по бокам мужчины, а руки сквозь ткань помятой рубашки блуждали по упитанному, подтянутому телу. Бет вновь потянулась к его губам, зарываясь в практически полностью седых волосах. Ее тонкие пальцы перебирали пряди, изредка массируя кожу головы, а губы то блуждали по лицу, то возвращались вновь к губам. — Хочу тебя, — шептала будто бы в помешательстве она, двигая тазом на его паху. Он бесцеремонно закинул подол платья ей на спину, поглаживая ягодицы и сжимая их до девичьего вскрика, Бет же покрывала поцелуями каждый сантиметр его шеи, ловко растягивая пуговицу за пуговицей. Когда последняя поддалась, она резким движением распахнула полы рубашки и заскользила ладонями по широкой груди, с вожделением и восторгом любуясь картиной. — Ты так красив… Алекс не в силах терпеть, застонал и прижал одной рукой ее грудью к своей, а второй отодвинул в сторону полоску трусиков и коснулся несколькими пальцами, вновь собирая влагу, чтобы потом размазать по члену. — Не так, как ты, — прошептал ей в самые губы и резко вошёл, поцелуем заглушая крик вперемешку со стоном. Они двигались в унисон, отдаваясь друг другу сполна. Салон автомобиля был пропитан запахом их тел и любви и наполнен сдавленным дыханием Алекса и нежными стонами Бет, что были усладой для его слуха. Окна запотели, сквозь них не было видно ничего, а если бы и было возможно что-то разглядеть, им было бы все равно. Кроме них самих не существовало больше никого и ничего. — Люблю тебя, — шептал он, прижимая ее к себе все сильнее. Его движения были глубокими, резкими и при этом нежными. С каждым толчком внутри Бет все сжималось, растекаясь приятным чувством напряжения внизу живота. Пальцы на ногах невольно поджимались, а голова запрокидывалась назад, оголяя тонкую, белую шею. Ещё десяток толчков и она почувствовала, как тело мужчины напряглось, а внутри нее запульсировал член. Крепкие руки прижали к груди, не позволяя сдвинуться. Ещё около минуты она чувствовала, как он пульсировал в ней, а тело содрогалось в долгожданном экстазе. Когда же Алекс немного пришел в себя и более менее стал контролировать свое тело, не выходя из нее, он просунул между их потными телами руку и прикоснулся к набухшему чувствительному бугорку. Ей потребовалось всего пару движений, чтобы присоединиться к нему, и теперь уже он ощущал ее содрогания и цепкие пальчики на своих плечах, сжатые, казалось, до предела. *** Сизое облако дыма вырывалось из его рта и устремлялось ввысь, постепенно становясь блеклым и ели заметным. Облокотившись бедром о капот машины, он любовался ею при свете луны, желая продлить мгновение как можно дольше. Бет стояла чуть в стороне, изредка бросая на него все ещё затуманенный, счастливый взгляд, усердно стараясь разгладить заломы на платье. Благо, на крайний случай, в багажнике лежал тонкий кардиган, который она могла надеть и скрыть последствия их поездки. Волосы же она расчесала и слегка пригладила. Теперь всегда в ее сумке неотъемлемой вещью была маленькая расческа и пудреница, ведь не всегда знаешь, в какое мгновение жизни все это может пригодиться. — У вашей рубашки вид получше, папа, — она с озорством посмотрела на него и засмеялась, заметив как искривились его губы, а через мгновение он подхватил ее смех. Ещё несколько минут постояв, каждый вернулся на свое место. Алекс вернул креслу прежний вид и на этот раз пристегнул ремень безопасности, а Бет все же надела кардиган и открыла окно наполовину, чтобы проветрить машину встречным ветром. На этот раз за рулём она держалась куда увереннее, без проблем разворачивая машину и выезжая на все такую же пустую трассу. Прохладный ветер прогонял из салона остатки их страсти, унося прочь. Бет смотрела вдаль, стараясь успокоить себя и свои мысли, и настроиться на встречу с Ником и всеми остальными. — Не целуй его больше при мне, — неожиданно сказал он, сжимая до боли руку на ее бедре, — никогда. Она на секунду перевела взгляд с дороги на него, заметив вновь суровые черты на его некогда расслабленном лице и тяжёлый взгляд серых глаз, словно грозовое небо в мае, и улыбнулась, надеясь тем самым притупить вспыхнувшее в нем чувство ревности. — Хорошо. Ее шепот унес ветер, а взгляд теперь то и дело блуждал от дороги к тонкому золотому обручу на безымянном пальце, что горел и отдавал болью, словно прожигал плоть до самых костей.