Глава 82: Ответы

П/А: Алекс наконец-то получает свой разговор.

-х-Х-х-

      Алекс действительно не любит, когда ее держат в неведении. И да, она понимает, насколько это, блядь, иронично, учитывая ее род деятельности как спящего агента ФРА. Она, по сути, была в неведении последние семь лет, застряв в тупике Собачьего Города, играя в бармена без малейшего понятия, чем закончится это задание.       Тем не менее, это было одно. А это? Это было нечто совсем иное. Что бы, черт возьми, ни происходило, ее дергали за поводок, и ей это не нравилось. Быть государственным агентом, запасным инструментом в ящике НСШ, ожидающим своего часа, — это одно. Совсем другое — быть игрушкой в руках какого-то выскочки-наемника, которому каким-то образом удалось убедить Майерс предоставить ее в его распоряжение.       … Может, если бы она чувствовала, что у нее есть какая-то цель во всем этом, Алекс не была бы так чертовски раздражена. Но все, что поручил ей Ви, — выманить Хансена, чтобы он мог прикончить того ублюдка и принять его облик.       И ладно, это было… как угодно. Круто, полагаю. Но после этого она чувствовала себя отстраненной ото всего. У нее и Со Ми даже не было возможности поговорить. И Алекс была почти уверена, что они не отправляют Со Ми обратно в НСШ, что делало всю ситуацию еще более подозрительной.       Поэтому, когда Ви связался с ней, чтобы сообщить, что им нужно поговорить, Алекс пришла готовая с вопросами и заряженным пистолетом, потому что казалось, что либо ей вот-вот прилетит пуля, либо… ну, в этом-то и проблема, не так ли? Она не могла, блядь, додумать, что означает это «либо».       Единственное, на что она действительно могла опереться, — это слова Ви, сказанные тогда в «Черном Сапфире». — Дай мне немного пространства для маневра, Алекс… и я позабочусь, чтобы все закончилось так, как тебе хочется. Даже если это означает тепленькое местечко на пляже до конца твоих дней.       Тогда она позволила этому случиться. Она позволила всему случиться. Но сейчас? Что ж, достаточно сказать, что у нее начали возникать сомнения. И, возможно, некоторые сожаления. — Уверен, у тебя есть вопросы.       Хотя этот разговор не обязательно ощущался как засада, приходилось признать. Ви был там с Альт, но, насколько могла судить Алекс, только они двое. Не значит, что они все равно не прикончат ее до конца, конечно.       Можно было бы предположить, что это требует более… дипломатичного подхода. Но к черту это. Если у них действительно плохие намерения, то жесткий и быстрый подход выявит их быстрее, чем любое мягкое и медленное дерьмо, которое она могла бы провернуть. Плюс, жесткий и быстрый подход заставит ее чувствовать себя лучше, в конце концов. — Чертовски верно, у меня есть вопросы. Потому что с моей точки зрения, я дала тебе пространство для маневра, а ты использовал его, чтобы поиметь меня.       Она внимательно наблюдает за ними обоими, ища скрытый гнев или ярость из-за ее едкой реакции. Но в конечном итоге все, что она получает, — это развлеченный хихиканье от Альт и усмешку от Ви. Последний просто качает головой. — Если бы я тебя имел, ты бы уже знала, Алена.       Ах, черт, вот оно. Алекс (потому что для всех она уже давно не Алена) прямо на месте выхватывает пистолет и направляет его в голову Ви. — Откуда ты знаешь это имя?       Ви молчит, совершенно невозмутимый пистолетом у лица. Но Альт… — Просто. Я не позерка. Я действительно Альтьера Каннингем, величайший нетраннер в истории.       Это… Алекс сужает глаза, ее прицел не дрогнул ни на мгновение. — Во-первых, это чертовски нарциссично, даже если это правда. А как насчет Бартмоса и Паука Мерфи, а?       Блондинка просто пожимает плечами. — Труп Бартмоса засунут в холодильник на свалке, а Паук Мерфи ушла из дела десятилетия назад, пока еще могла, умная девочка. Думаю, после всего я могу с уверенностью сказать, что превзошла их обоих. В конце концов, я все еще здесь.       Алекс презрительно фыркает. — Да, что подводит меня ко второму. Альтьера Каннингем, блядь, мертва. Уже больше шестидесяти лет. Ты не можешь быть ею, ты должна быть…       Она замолкает, пристально глядя на них обоих. Алекс не глупа, большое спасибо. Она умеет читать язык тела. И она видела ужас на лицах обоих близнецов Кассель и Со Ми в определенные моменты операции. Ужас, который был направлен не на Ви… а на Альт. Тот вид ужаса, который возникает, когда ты, блядь, не в своей тарелке. — Вы, должно быть, шутите.       Наконец говорит Ви. — Уверяю тебя, нет. И да, Альт — именно то, что ты думаешь. Вдобавок к тому, кем она себя называет.       Черт. Это было, блядь, безумием. Тем не менее, Алекс достаточно знает, чтобы перевести пистолет с Ви на Альт. Самый большой источник угрозы в комнате и все такое. За исключением того, что если Альт — это то, что они говорят, то это тело — просто «Гемини», не так ли? Стрельба в нее не убьет ее.       Алекс быстро переводит пистолет обратно на Ви. Он все еще должен быть плотью и кровью, верно? И Альт, похоже, заботится о нем, так что если она хочет минимизировать опасность, держать его на прицеле, вероятно, ее лучшая ставка на данный момент. За исключением… — Ты впадаешь в катастрофизацию.       Голос Альт заставляет глаза Алекс сузиться. — Прошу прощения?       Блондинка просто улыбается, совершенно беспечная. — Ты слишком усложняешь. Пытаешься решить, на кого из нас направить пистолет. Хотя на самом деле это бессмысленно. Этот пистолет никогда не выстрелит, и ты должна это понимать.       Ах. Верно. Черт. Отчаяние накрывает ее, когда Алекс направляет пистолет обратно на Альт и нажимает на курок. Ничего не происходит. Или, скорее, пистолет заклинивает, потому что, конечно, ИИ, выдающий себя за нетраннера, уже успел взломать ее пистолет, вызвав Сбой Оружия, без ведома Алекс.       Выругавшись, Алекс отбрасывает пистолет в сторону и стоит, чувствуя… она не уверена, что чувствует. Безнадежность? Обреченность? Странным образом, почти… прилив сил?       Выпустив содрогающийся вздох, она сосредотачивается и сужает глаза на Ви. — Ладно тогда. Что теперь будет со мной?       Ви улыбается. — Что захочешь, Ксенакис.       Это… — Я же говорил тебе, не так ли? Дай мне пространство для маневра, и я добьюсь для тебя свободы. — Не совсем это ты сказал. Ты обещал теплое местечко.       Его улыбка становится шире, Ви пожимает плечами. — Тогда, полагаю, я перевыполняю обещание. Наши переговоры с Майерс завершились несколько дней назад. Можно сказать, мы поставили ее на колени и заставили молить о пощаде.       Что. — Она отказалась от надежды когда-либо вернуть контроль над своей Сойкой. Со Ми теперь свободна. И в то же время я заставил ее отдать и тебя нам. На бумаге ты будешь постоянным связным ФРА в моей команде, но по факту… ты больше не подчиняешься Майерс, ФРА или кому-либо еще в НСШ.       Нет, серьезно, что?       Альт вступает, на ее лице тоже ухмылка. — Ви не ошибается. Мы поставили Майерс раком и заставили ее сдаться, чисто и просто. А это значит, что ты в чистоте. Свободна наконец-то быть самой собой.       Господи, это были какие-то доисторические отсылки. Алекс почти может поверить, что Альт — это та, за кого себя выдает, только по ним. Но они серьезны, не так ли? Какая такая грязь у них на Майерс, чтобы все это провернуть? — Ничего страшного, если ты не поверишь нам сразу. Твои новые приказы должны поступить через надлежащие, гораздо более медленные каналы где-то в течение следующего дня или около того, и… — Нет.       Алекс перебивает Ви, качая головой. — Нет… Я верю тебе. У меня сейчас не так уж много выбора, кроме как поверить тебе, не так ли? Если я не поверю тебе, то я в любом случае в дерьме. Либо ты лжешь, и тогда Майерс и НСШ обрушатся на всех нас, как тонна кирпичей… либо ты говоришь правду, и Майерс продала меня, чтобы прикрыть свою задницу из-за какой-то, блядь, грязи, которая у тебя на нее есть.       Она не выуживает информацию этим последним замечанием. Правда, нет. Поэтому более чем удивительно, когда они просто… рассказывают ей. — Майерс была очень, очень непослушной стервой. Она переходила за Черную Стену, чтобы обогнать своих соперников и врагов, получить преимущество в конкурентной борьбе, если хочешь. — Со Ми была ее орудием выбора, но каждый раз, когда она заставляла Со Ми использовать Черную Стену в своих целях, она убивала ее по крупицам. — Вот почему Со Ми предала Майерс Хансену в первую очередь, потому что знала, что выживет только если каким-то образом вырвется из когтей Майерс. Она отчаялась… и все это — результат того отчаяния.       … Святое чертово дерьмо. Рот Алекс открывается и закрывается беззвучно, и она наконец пошатывается, чтобы сесть. Ви сидел все это время, а Альт стояла, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди. Оба наблюдают за Алекс с сочувственными взглядами, пока она… переваривает поток информации, который они только что на нее обрушили.       Это дерьмо было не фунт изюма. Президент, блядь, НСШ, возилась с Черной Стеной и нарушала дюжину международных договоров. Это то дерьмо, за которое людей стирают. Единственное… единственное спасение в том, что если они правы, то она отрезана. Со Ми была золотой курочкой, и Майерс потеряла к ней доступ. В то же время привлекая внимание, блядь, ИИ, который находился по ЭТУ сторону Черной Стены, если верить заявлениям Альт Каннингем.       … Чтоб ее. Чтоб ей пусто было. — Что, черт возьми, теперь будет со мной? — Ты уже спрашивала об этом. И мы уже ответили.       Алекс фыркает. — Но черта с два, вы просто так отпустите меня. Никак вы не позволите мне самой решить.       Ви наклоняет голову набок и приподнимает бровь. — А почему нет?       Хмурясь, Алекс откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди. — Потому что… потому что никто не делает ничего подобного для кого-то, кого не знает, просто так. Вы хотите чего-то от меня. Вы должны хотеть чего-то от меня.       Ей ненавистно, как в ее голосе в конце прорывается маниакальная нотка. И ей вдвойне ненавистно, как Ви и Альт обмениваются долгим, безмолвным взглядом. Наконец, Альт поворачивается к ней и говорит. — И как ты думаешь, чего мы хотим от тебя, Алекс?       Это… что они могли хотеть от нее? Ее навыки агента-инфильтратора? Возможно, но она уже видела, как легко они проникли в «Черный Сапфир». Казалось, они взяли ее с собой просто так, а не потому что нуждались в ней.       Так чего же тогда? — Я… я не знаю.       Почти мягко Альт кивает. — Может, потому что… мы ничего от тебя не хотим. Мы просто хотим, чтобы ты впервые приняла решение для себя. Чтобы наконец смогла выбрать свой собственный путь и найти свое собственное счастье.       Рот Алексис на секунду открывается и закрывается, недоверие тяжелым грузом лежит внутри нее. Они не могли быть серьезны. Но они были серьезны. Это действительно происходило. Черт, это было похоже на лихорадочный сон, но она знала, что это не так. Она знала, что все это реально. — Так… что? Вы просто так отпустите меня? Позволите мне обосноваться на каком-нибудь тропическом пляже где-нибудь на эдди президента?       Ви кивает. — Если это то, чего ты хочешь, то да. Или мы могли бы помочь тебе вернуться к твоей первоначальной страсти — быть актрисой брейнданса, если бы ты захотела. Ведь никто не знает Алену. Ты могла бы легко переизобрести себя.       Это… было хорошее предложение, но нет. — Думаю, я откажусь. Я больше не считаю себя Аленой и… и ФРА довольно основательно выбило из меня любое подобное желание. Я провела более чем достаточно времени, нося лица других людей и играя роли, спущенные сверху. С меня хватит. Я готова… я готова отдохнуть. — Тогда так и будет. Ты сделала это, Алекс. Ты заслужила вечный комфортный отпуск.       Черт побери, она сейчас заплачет. Это было… все слишком хорошо, чтобы быть правдой. И все же она больше не сомневалась. Не было причины, никакого долгого обмана. Это было реально. Блядь, она вроде как хотела… — Могу я отблагодарить вас обоих? Напоследок, так сказать?       Ви хмурится и качает головой, в то время как Альт лишь усмехается. — Тебе не нужно делать ничего, чтобы отблагодарить нас, Алекс. — Но что, если я хочу? Я была третьим колесом во многих серьезных отношениях, Ви. Иногда себе во вред, но не всегда. Думаю, в этот раз… я бы ни капли не возражала.       Ви открывает рот, но на этот раз его перебивает Альт. — Вообще-то, Ви и я в последнее время слишком часто развлекались со множеством женщин. Если уж это произойдет, думаю, это должны быть только вы двое. Так ты сможешь почувствовать, каково это — когда мужчина целиком сосредоточен на твоем удовольствии. Ви действительно нечто особенное, когда он… сосредотачивается.       Взгляд Алекс мечется между Ви и Альт. Ви выглядит слегка раздосадованным… но не незаинтересованным. Альт выглядит просто развлеченной. В конце концов, Алекс просто пожимает плечами. — Я согласна на все, что угодно. Просто было бы неправильно не показать вам свою признательность за все, что вы для меня сделали.       Ви хрюкает. — Я не хочу, чтобы ты позволила мне трахнуть тебя только потому, что показываешь мне свою «признательность».       Его сухой тон заставляет Алекс фыркнуть от смеха. — Ладно тогда. Оказывается, хорошие мужчины, творящие мне добро, заводит меня и возбуждает. Никогда не знала раньше, потому что в моей жизни не было ни одного хорошего мужчины, который бы сделал мне что-то хорошее. Я, блядь, мокрая от тебя, Ви, так почему бы тебе не вытрахать меня до потери пульса и не отправить меня в путь… с твоим сумасшедшим ИИ-питомцем или без него.       Забавно, но Ви хмурится на это больше, чем Альт. На самом деле, Альт издает резкий смешок, ее глаза весело сверкают от развлечения, пока она и Алекс обе ждут, когда Ви примет решение.