Глава 12. «Веер чувств»

— Спасибо за покупку, хорошего дня, — монотонно проговорила Рэй, провожая покупателя взглядом, а затем с уставшим вздохом, села на деревянный стул. Кейске обещал заезжать каждый раз после её смены, так как ночью не очень было безопасно возвращаться домой одной. Качаясь на сиденье, Рэй обдумывала прошлый разговор с Сейшу. На самом деле, ей стало легче, когда она высказала все обиды ему в лицо. Но что самое удивительное было, так это то, что он относился с пониманием. Для девушки было неким шоком, что юноша тогда додумался её обнять, и молча позволять бить его, высказывая всё что накопилось. От своих мыслей, Рэй непроизвольно улыбнулась, но осознав, что её уголки губ поднялись, сразу поменялась в лице. «О чем я вообще думаю…» Отбросив мысли в сторону, она встала и пошла на склад, пока посетители не появились. Хотя это было уже маловероятно, так как уже был конец её смены. В помещении девушка нашла швабру черного окраса. Почти каждый день теперь надо убираться, кроме субботы и воскресенья. Выйдя из подсобки-склада, Рэй тяжело вздохнула и оглядела пустой зал магазина. Тишина стояла почти звенящая и только тихое гудение старого холодильника с напитками да редкое поскрипывание половиц под ногами прерывали эту звенящую тишину. Она закатала рукава чёрной униформы, натянула резиновые перчатки и взялась за ведро. Вода была горячей и, от добавленного в неё моющего средства с ароматом лимона, исходил резкий запах. Девушка окунула швабру и начала медленно, методично мыть пол. Каждый угол, каждая щель между плитками. Она не пропускала ничего. Швабра двигалась ровными, лениво-усталыми движениями. Полы были старыми, потёртыми тысячами шагов покупателей. За окном уже стемнело, фонари на улице горели тусклым жёлтым светом, отбрасывая длинные тени на мокрый пол. Рэй как раз заканчивала протирать угол у стеллажа с чипсами, когда внезапная резкая боль пронзила затылок. Чья-то рука грубо дёрнула её за волосы, вынудив голову запрокинуться назад. Тихий сдавленный вскрик вырвался из горла. — Приветик, — пропел сладкий, до тошноты противный голос Наоки прямо над ухом, — так вот где ты подрабатываешь… а я думала у взрослых мужиков клянчешь деньги. Все-таки, с таким милым личиком можно многое сделать… Рэй невольно поморщилась. Сердце мгновенно заколотилось часто и тяжело. Она попыталась вырваться, но хватка была крепкой. — Не думала, что ты работаешь обычной продавщицей, — продолжала Наоки с издёвкой, — Хотя… знаешь, это даже не удивительно. Учитывая твой статус. Хаякава промолчала, стиснув зубы. Она медленно повернула голову, насколько позволяла чужая рука, и встретилась взглядом с Кеем. Тот стоял чуть сбоку, крепко обхватив её волосы и мило улыбался. Так искренне и дружелюбно, будто они встретились на прогулке в парке, а не в пустом магазине после закрытия. — Эй, не молчи, — прошептала Мия ей прямо в ухо. Горячее дыхание обожгло кожу, а следом в лицо ударила едкая струя сигаретного дыма. Рэй резко вдохнула и тут же закашлялась. Грудь сдавило знакомой, пугающей тяжестью. Она попыталась сдержать дыхание, но дым уже проник в лёгкие, вызывая противный спазм. — Ты адекватная?! — резко одёрнула её Наоки, — Я же говорила, что не сейчас! Она начнёт задыхаться со своей астмой, идиотка! Мия только фыркнула, но всё-таки промолчала. Рэй закашлялась сильнее, прижимая ладонь к груди. Глаза начало щипать, в горле першило. Она попыталась сделать шаг назад, но Кей тут же перехватил её за плечо, не давая отойти. — Что, плохо стало? — всё так же ласково улыбнулся он, — Бедненькая… Рэй не теряя ни секунды, дрожащей рукой выхватила из кармана униформы маленький ингалятор. Она быстро поднесла его ко рту и сделала два глубоких отчаянных вдоха. Холодное лекарство обожгло горло и через несколько секунд спазм в груди начал понемногу отступать. Дышать стало чуть легче, но сердце всё ещё колотилось как бешеное, а в лёгких остался противный жгучий осадок. Она знала, что они в курсе. Все они прекрасно знали про её астму. И именно поэтому так любили это делать. — Ой, смотрите, уже ингалятор достала, — насмешливо протянула Наоки, скрестив руки на груди, — Как по расписанию. Кей продолжал крепко держать её за волосы, не ослабляя хватку ни на миллиметр. Он слегка дёрнул их вверх, заставив Рэй болезненно поморщиться. — Давно мы с тобой не играли в эту игру, да? — ласково прошептал он ей на ухо, — А ты всё такая же слабенькая. Мия стояла рядом и лениво выпустила ещё одну струю дыма в сторону Рэй, хотя и не прямо в лицо на этот раз. Она знала, что даже небольшого количества хватит, чтобы болезнь девушки дала о себе знать. — Я же говорила, — раздражённо бросила Наоки на Мию, — Не надо было сейчас дымить. Ты что, хочешь, чтобы она прямо тут начала задыхаться и вызывать скорую? К нам потом опять вопросы будут. — Да расслабься, — фыркнула Мия, — Мы же не первый раз. Она всегда так: пару раз пшикнет своей штукой и отходит. Правда, Рэй-чан? — Бедная астматичка. Сколько лет уже мучаешься? С детства, да? И всё равно не научилась нормально дышать. Рэй стояла, тяжело дыша, прижимая ингалятор к груди. Глаза слезились, ноги слегка дрожали. Она уже давно привыкла к их издёвкам, но каждый раз это всё равно било по нервам. Рэй сделала ещё один короткий вдох из ингалятора, чувствуя, как лекарство наконец-то начинает нормально действовать. Грудь всё ещё ныла, но злость внутри разгоралась сильнее страха. Она резко дёрнула головой, насколько позволяла хватка Кея, и посмотрела на них всех сразу. Её глаза горели усталостью и нарастающим раздражением. — Как же вы надоели… — сипло выдохнула она, голос был хриплым, но твёрдым, — Каждый раз, блять… На секунду в магазине повисла тишина. Даже Кей слегка ослабил хватку от удивления. Наоки приподняла бровь, явно не ожидая такого ответа. — Ого, — протянула она с издевательской улыбкой. — Смотрите-ка, наша тихоня наконец-то языком зашевелила. Мия фыркнула, выпуская дым в потолок. — И что ты нам сделаешь, а? Будешь жаловаться? Только вот кому? Рэй тяжело дышала, но уже не отводила взгляд. Она выпрямилась насколько могла, несмотря на то, что Кей всё ещё держал её за волосы. — Надоели, — повторила она уже громче, с настоящей злостью в голосе,— каждый раз одно и то же. Одни и те же тупые шутки, один и тот же дым в лицо. Вы что, больше ничего не умеете? Жалкие. Мия тихо присвистнула. — Ух ты, ты с каждым разом смелее и смелее. Кей дёрнул её за волосы сильнее, заставив Рэй болезненно поморщиться, но она не закричала. Только стиснула зубы. — Отпусти, — процедила она, глядя ему прямо в глаза, — или я сейчас так заору, что весь район сбежится. Наоки прищурилась. В её взгляде мелькнуло что-то новое. Легкое раздражение, смешанное с удивлением. Раньше Рэй обычно молчала или тихо плакала. Хотя нет, было иногда, когда она могла отдать отпор, но потом жалела об этом. — Смотри-ка, выросла, — процедила Наоки, подходя ближе, — Только не забывай своё место, астматичка. Мы можем сделать так, что тебе вообще дышать не захочется. Рэй не отвела взгляд. Сердце колотилось как бешеное, руки дрожали, но она продолжала смотреть на них с холодным вызовом. Рэй сделала ещё один короткий, судорожный вдох из ингалятора, чувствуя, как холодное лекарство медленно разливается по сдавленным лёгким. Спазм чуть отступил, но грудь всё равно горела, а в горле першило от густого сигаретного дыма, который Мия только что выдохнула ей прямо в лицо. Она выпрямилась насколько позволяла хватка Кея. Его пальцы крепко, почти до боли, сжимали её чёрные волосы у самого корня, натягивая кожу на затылке так, что глаза невольно слезились. — Попробуйте, — тихо, но чётко ответила она, глядя Наоки прямо в глаза. Голос был сиплым, охрипшим от кашля, но в нём уже не осталось прежней дрожи страха, — И где, кстати, Мамору? Или он наконец-то ушёл из вашей компашки больных? Тишина наступила такая, что было слышно, как за окном тихо шелестят осенние листья и где-то вдалеке проехала машина. Наоки замерла. Её идеально накрашенные губы приоткрылись, а глаза сузились в две злые щёлки. Она явно не ожидала, что Рэй осмелится ответить вот так. Не шёпотом, не с опущенной головой, а глядя прямо в лицо. Кей, державший Рэй за волосы, вдруг громко и нагло расхохотался. Грубый довольный смех разлетелся по магазину, отразившись от стеллажей с шоколадками и холодильников с напитками. — Ого, смотрите-ка, какая смелая стала! — сказал он достаточно громко, чтобы все услышали. Его пальцы сильнее натянули чёрные пряди, заставив Рэй запрокинуть голову ещё сильнее, — А ты ж, значит, с Баджи водишься? С тем самым Кейске Баджи из Томан? С длинноволосым янки, который всех вокруг себя строит и вечно в какие-то разборки лезет, как бешеный пёс? Девчонки мгновенно ожили, словно в магазин внезапно включили яркий свет. Наоки резко повернула голову к Кею, потом обратно к Рэй. На её лице вспыхнула смесь злости и жадного, хищного любопытства. — С Баджи?! — переспросила она почти визгливо, и голос её задрожал от возбуждения, — Серьёзно? С этим отмороженным психом из Томан? Мия присвистнула, лениво выпуская дым в потолок, и широко ухмыльнулась, показывая белые зубы. — Ни-ху-я себе, — протянула она, явно наслаждаясь моментом, — Наша тихая астматичка решила залезть под настоящего янки? Вот это новость. А мы-то думали, ты всё ещё девственница, которая боится даже посмотреть на парня. Наоки тихо захихикала, прикрывая рот ладонью, но глаза её блестели от злобного интереса. — И как он? — подхватила она. — Большой у него? Или сразу начинает трахаться как зверь, как все эти томановские отморозки? Кей наклонился ближе к уху Рэй, почти касаясь губами её кожи, и продолжил уже громче, специально для всех, с пошлой ухмылкой в голосе: — Теперь, значит, уже на его байке катаешься? Или он уже успел тебя прижать где-нибудь в подворотне? Рэй почувствовала, как лицо мгновенно вспыхнуло жаром. Смесь злости, стыда и ярости обожгла щёки. — Заткнись… — сипло бросила она, но голос уже дрожал от ярости. Наоки сделала шаг вперёд и грубо схватила Рэй за воротник униформы, притянув её к себе так близко, что Рэй почувствовала сладковатый запах её духов и ментоловой жвачки. — Значит, вот почему ты такая дерзкая, сука, — прошипела Наоки, и её дыхание обожгло лицо Рэй, — Думаешь, если за тобой теперь стоит этот томановский, то мы тебя пальцем не тронем? Глупая. Мы тебя с самого начала прессуем. Мы знаем, как и когда ты начинаешь хрипеть и задыхаться от одного дымка. И никакой Баджи тебе не поможет, когда мы по-настоящему возьмёмся за тебя. Мы сделаем так, что ты будешь умолять нас остановиться… как всегда. Кей дёрнул Рэй за волосы ещё сильнее, резко запрокидывая её голову назад. Боль обожгла затылок и девушка тихо зашипела сквозь зубы, не в силах сдержать этот звук. Он наклонился так близко, что она почувствовала его горячее дыхание на своей щеке и добавил почти ласково с мерзкой, похотливой ухмылкой, чтобы каждое слово услышали все: — А что, может, сравнишь, кто лучше? — голос Кея стал низким, маслянистым, — Я или этот твой томановский пёс Баджи? Расскажи честно, Рэй-чан… он тебя жёстко долбит или всё-таки по-нежному? А я бы мог и так, и так… хочешь, прямо сейчас покажу, как надо правильно? В магазине повисла густая, удушливая тишина, прерываемая только тяжёлым, хриплым дыханием Рэй. Наоки замерла, а потом громко, зло расхохоталась, явно довольная поворотом. — Ого, Кей, ты сегодня в ударе, — протянула Наоки, облизнув губы, — Слышала, Рэй? Тебе предлагают сравнительный тест. Может примешь предложение? Посмотрим, кто из янки лучше справляется с тобой? Рэй чувствовала, как лицо пылает. Смесь ярости, стыда и омерзения захлёстывала её с головой. Сердце колотилось так сильно, что отдавалось в висках. Она стиснула кулаки так, что ногти впились в ладони, и, несмотря на боль в затылке, процедила сквозь зубы: — Ты… больной ублюдок. Кей только шире улыбнулся и слегка потянул её волосы вверх, заставляя смотреть ему в глаза. — Больной? — переспросил он почти нежно. — А вот Баджи, значит, нормальный? Интересно, он уже успел тебе в ротик засунуть или пока только пальцами балуется? Расскажи нам, мы же все свои. Мия громко заржала, а Наоки подошла ещё ближе, грубо схватив Рэй за подбородок и заставив посмотреть на себя. — Давай, астматичка. Отвечай. Или боишься, что мы расскажем всей школе? Рэй тяжело дышала, лёгкие снова начали сжиматься, но в глазах уже полыхала настоящая, неподдельная ярость. Она больше не хотела молчать. Не хотела терпеть. — Пошли вы все на хуй… — сипло, но чётко выдохнула она, глядя Наоки прямо в глаза. — Особенно ты, Кей. Ты всё равно останешься жалким, недотраханным придурком, который может только языком трепать. Кей на секунду опешил, а потом его лицо исказилось от злости. Хватка на её волосах стала железной. — Ах ты сука… В следующее мгновение он резко схватил Рэй за плечи и с силой прижал её спиной к ближайшей стене. Девушка глухо ударилась лопатками о твёрдую поверхность и воздух на секунду выбило из груди. Кей навис над ней всей своей высокой, широкоплечей фигурой, полностью закрывая обзор. Одной рукой он крепко обхватил её тонкую шею. Он не душил до потери сознания, но достаточно сильно сжимал, чтобы Рэй сразу почувствовала давление и начала задыхаться. Её дыхание стало прерывистым, частым. — Думала, можешь так выражаться обо мне? — прошипел он ей прямо в лицо, почти касаясь губами её губ. Его дыхание было горячим и тяжёлым, — Не боишься последствий? Рэй инстинктивно вцепилась пальцами в его запястье, пытаясь хоть немного ослабить хватку. Сердце колотилось где-то в горле. Кей свободной рукой медленно провёл по её талии, спустился ниже и жадно сжал бедро. Его пальцы сильно впились в мягкую плоть через тонкую ткань юбки. Потом ладонь скользнула назад, обхватывая упругую попу, и он грубо притянул её бёдра к себе, вжимаясь своим уже твёрдым возбуждением. Хаякава давно не испытывала такого рода унижения. Внутри ей хотелось кричать и плакать, но она упрямо подавила свои эмоции и сглотнула слезы, не поддаваясь панике, хотя в данный момент ей просто хотелось забыть обо всем, обо всем, что сейчас с ней он делал. Это было настолько унизительно, что хотелось поскорее это закончить. — Ты наша игрушка, Рэй, — рычал он ей на ухо, голос стал ниже и опаснее, — а игрушки не имеют права отказывать хозяинам. Его пальцы продолжали мять её ляжки, сильно сжимая кожу, поднимаясь чуть выше, но не переходя дальше. Он жадно разминал её ягодицы обеими руками, прижимая девушку к стене так плотно, что она полностью ощущала жар его тела и твёрдость через одежду. Кей медленно тёрся о неё бёдрами, специально медленно и надавливая, чтобы она почувствовала каждое движение. В комнате стояла тяжёлая, напряжённая тишина. Мия тихо хихикнула и, сделав зятяжку сигареты, достала телефон. Экран вспыхнул и она начала снимать на видео, слегка наклонив голову и покусывая губу. — Кей, ты зверь… — прошептала Наоки возбуждённо, — Это точно в сеть пойдёт. Кей лишь усмехнулся уголком рта, не отводя взгляда от лица Рэй. Он снова сжал её шею чуть сильнее, заставляя голову запрокинуться, и провёл горячими губами по её скуле, потом по шее, слегка прикусывая кожу зубами. — Смотри на меня, — приказал он жёстко, — я хочу видеть, как ты ломаешься. Ты ведь уже жалеешь, да? Рэй тихо всхлипнула, не выдержала, ноги подкашивались. Воздуха катастрофически не хватало, голова кружилась, а тело предательски реагировало на его грубые, собственнические прикосновения. Дрожь пробегала по коже каждый раз, когда он сильно сжимал её ляжки или попу. — Пожалуйста… — едва слышно выдохнула она дрожащим голосом. — Пожалуйста — что? — Кей усмехнулся зло и хищно, сильнее вдавливая её в стену, — Проси как следует. Может, я тогда… В этот момент всё произошло резко и неожиданно. Дверь с грохотом распахнулась и Кей даже не успел повернуть голову. Его тело отлетело в сторону, словно тряпичная кукла, и с тяжёлым глухим звуком рухнуло на пол. Он лежал на спине, ошеломлённый, изо рта текла кровь, глаза были широко раскрыты от шока. Голова гудела, в ушах звенело. — Что за… — только и успел прохрипеть Кей, пытаясь приподняться. Наоки и Мия ахнули почти одновременно. Мия, которая снимала, замерла на секунду с открытым ртом, но потом быстро опустила камеру чуть ниже и продолжила снимать. Никто не собирался остановить происходящее. Баджи не сказал ни слова. Он молча шагнул вперёд, навис над Кеем и резко сел ему на грудь, прижимая коленями руки к полу. Его лицо было искажено той самой дикой, безумной яростью, которую все в Томан знали слишком хорошо. Первый удар кулаком пришёлся Кею в скулу, второй — в нос, третий — снова в челюсть. Баджи бил тяжело, методично, с той самой звериной силой, от которой у противника хрустели кости. Кровь брызнула на пол. Кей пытался вырваться, дёргался под ним, но Баджи был тяжелее и очень и очень злым. — Ты совсем охуел? — наконец процедил он низким, рычащим голосом, продолжая наносить удары. — Чё? Неприятно? А ей думаешь было приятно?! Он схватил Кея за воротник одной рукой, приподнял и снова врезал кулаком. Каждый удар звучал глухо и страшно. Кей уже почти не сопротивлялся, только хрипел и делал никчемные попытки закрыться. Рэй медленно сползала по стене на пол, хватая ртом воздух, с красными следами от пальцев на шее и бёдрах. Она смотрела на происходящее широко раскрытыми глазами, всё ещё не до конца понимая, что произошло. Её рука методично приползла к карману и коснулась ингалятора, приподнимая ко рту и тяжело дыша в него, набирая воздух. Через несколько секунд Баджи резко остановился. Он тяжело дышал, костяшки пальцев были разбиты и в крови. С тихим рычанием он поднялся с Кея, который остался лежать на полу ошеломлённый с разбитым лицом и помутнённым взглядом. Кей пытался приподняться на локтях, но только застонал и снова упал. Баджи медленно повернулся к девушкам. Его глаза всё ещё горели дикой яростью. Он шагнул прямо к Мии, которая стояла ближе всех. — Дай сюда, — тихо, но угрожающе сказал он. Мия не успела отреагировать. Баджи вырвал телефон у неё из рук одним резким движением. Девушка испуганно пискнула. Он быстро нашёл видео, нажал «удалить» и подтвердил действие. Затем швырнул телефон обратно ей в руки. — Если где-то осталось, то лучше сами удалите, — холодно добавил он. Баджи обвёл взглядом всех девушек. В комнате повисла мёртвая тишина. Он стоял посреди комнаты, высокий, растрёпанный, с окровавленными кулаками и от него буквально веяло опасностью, — Вам повезло, что вы – девочки, — прорычал он низким, тяжёлым голосом, в котором слышалась настоящая угроза, — Томан не издевается над женщинами. Запомните это раз и навсегда. Если я ещё раз увижу, что вы снимаете подобное дерьмо и покрываете такого ублюдка, — он кивнул на лежащего Кея, — то мне будет похер, что вы девчонки. Поняли? Девушки испуганно закивали, Мия крепко сжала телефон и отступила назад. Никто не посмел возразить. Затем он снова перевёл взгляд на Кея, который пытался отползти. — А с тобой, сука, мы ещё поговорим отдельно…

***

— И как давно это происходит? — спросил старший Хаякава, сидя на диване рядом со своей сестрой, пока Баджи нервно ходил по комнате туда-сюда. Парень после поездки молча взял Рэй и просто заявил прямо, что это не оставит это так, тем самым рассказав всё Сугуру и подтолкнув Рэй признаться во всем, что она так давно держала внутри. — Не помню. Со средней школы, наверное, — тихо ответила она, смотря на пол и дрожащими губами выпивая воду. Сугуру тяжело вздохнул и положил руки на голову, откинувшись назад, а затем когда его руки опустились, он одной рукой прижал Рэй к себе. — Я клянусь, я выбью всю дурь из этих ублюдков! — внезапно повысил голос Кейске и от злости ударил ногой об стену. — Оп-оп. Аккуратнее там, — спокойно сказал Сугуру, при этом поглаживая свою сестру по голове, которая уткнулась лицом в его грудь, — хотя знаешь, я тоже не против. Рэй сидела, уткнувшись лицом в грудь брата, и чувствовала, как внутри всё дрожит. Это было странное, почти болезненное облегчение. Словно огромный, тяжёлый камень, который она тащила годами на своих плечах, наконец-то хоть немного сдвинулся. Она больше не была одна с этим. Но вместе с облегчением пришёл стыд — жгучий, липкий. Ей было стыдно, что Баджи увидел её в таком состоянии, что Сугуру теперь знает, как долго она молчала и терпела. Стыдно, что её тело до сих пор помнило грубые руки Кея на шее, на бёдрах. Следы от пальцев всё ещё горели на коже, и каждый раз, когда она вспоминала, как Кей прижимал её к стене, внутри поднималась тошнотворная волна. Она чувствовала себя маленькой. Слабой. Грязной. Но объятия Сугуру были тёплыми и надёжными. Точно такими же, как в детстве, когда она приходила к нему плакать из-за родителей. Его ладонь медленно гладила её по волосам и от этого Рэй хотелось одновременно заплакать и никогда не отрываться. В груди теснило. Слёзы уже стояли в глазах, но она упрямо сдерживала их, только сильнее вцепилась пальцами в ткань его футболки. Баджи продолжал нервно мерить комнату шагами. Его присутствие было тяжёлым, ощущалось как электрические волны в воздухе. Рэй иногда украдкой поднимала взгляд на него. Смотрела на растрёпанные длинные волосы, на окровавленные костяшки, на то, как он сжимает и разжимает кулаки. — Я не хотела вас в это втягивать… — тихо прошептала она, голос дрогнул. — Думала, само как-то… закончится. Тем-более, я все равно в другую школу перевожусь скоро. Сугуру только крепче прижал её к себе и поцеловал в макушку. — Дура ты у меня, — мягко сказал он. — Но теперь это уже не твоя проблема. Кстати о школе, Кейске, скажешь в какую школу ты идешь? Баджи наконец остановился. Он посмотрел на Рэй долгим, тяжёлым взглядом, потом резко провёл рукой по своим волосам. — Та я там редко бываю вообще, — прошипел он, — но могу написать завтра. Рэй слегка отстранилась от груди брата и посмотрела на Баджи. Их глаза встретились. Она впервые заметила, какие у него яркие, почти сумасшедшие глаза. — Спасибо… — едва слышно сказала она. — За то, что вмешался. Я… правда не знаю, что бы было, если бы не ты. Баджи на секунду смутился, отвёл взгляд и фыркнул, почесав затылок. Старший Хаякава лишь тихо хмыкнув от их взаимодействия, а затем: — Останешься на ночь? — вдруг предложил он, — Уже поздно. А завтра вместе подумаем, что делать дальше. Этих придурков просто так не оставим. Баджи кивнул, не раздумывая. — Останусь. Поздно вечером, когда все разговоры наконец затихли, Сугуру с Баджи быстро постелили матрас на пол в гостиной. Сугуру бросил сверху пару одеял и подушек, буркнув, что «нормально будет». Баджи только кивнул, стянул с себя жёлтую куртку Томан и бросил её на спинку дивана. Рэй помогла принести воду и полотенца, но говорила мало. Усталость и пережитое навалились на неё тяжёлым одеялом. — Ты в свою комнату, — мягко сказал Сугуру, обняв сестру, — спокойной ночи. Рэй кивнула и ушла к себе. Дверь закрыла неплотно, оставив небольшую щель. В комнате было тихо, только лунный свет пробивался сквозь шторы. Она переоделась в первую попавшуюся футболку с шортами, легла на бок, свернувшись калачиком и натянула одеяло до самого подбородка. Внутри всё ещё было неспокойно. Следы от пальцев Кея на шее и бёдрах слегка ныли, напоминая о том, что произошло. Каждый раз, когда она закрывала глаза, перед ней всплывала картина: его лицо в ярости, железная хватка на шее, грубые ладони на её теле. Но теперь к этому примешивался образ Баджи, то как он молча ворвался и просто начал бить это животное, не задавая вопросов. От этой мысли по телу пробегала странная, тёплая дрожь. Она чувствовала себя в безопасности… и одновременно смущённо. Прошёл примерно час. Дом погрузился в глубокую тишину. Дверь в комнату Рэй тихо скрипнула. Кто-то вошёл почти бесшумно, босиком, в чёрной майке и спортивных штанах. Он осторожно прикрыл дверь за собой и на секунду остановился, глядя на девушку. Рэй лежала на боку лицом к стене, спиной к нему, но по дыханию он понял, что она не спит. Черноволосый медленно подошёл и сел на край кровати, рядом с ней. Матрас слегка прогнулся под его весом. Баджи не стал ложиться, а просто сидел, слегка сгорбившись, опираясь локтями на колени. Длинные чёрные волосы растрепались по плечам. Несколько секунд стояла тишина. — Не можешь заснуть? — тихо спросил он низким голосом, почти шёпотом, чтобы не разбудить Сугуру в соседней комнате. Рэй слегка вздрогнула, но не повернулась. Она ещё сильнее сжалась под одеялом, чувствуя, как щёки начинают гореть. Сердце заколотилось быстрее. Его присутствие рядом было… слишком ощутимым. Тепло тела, лёгкий запах его кожи и мыла после душа, низкий голос… Всё это странно успокаивало и одновременно нервировало. — …Не очень, — честно прошептала она. Баджи помолчал, потом осторожно положил ладонь ей на плечо поверх одеяла. — Я до сих пор в ярости, — признался он, — когда увидел, как этот ублюдок тебя лапает… У меня просто кровь вскипела. Рэй медленно повернулась к нему. Их взгляды встретились в полумраке. Она молча придвинулась ближе и уткнулась лбом ему в грудь, а потом ещё сильнее прижалась всем телом, словно искала защиты в его тепле. Её руки осторожно легли ему на талию, а ноги слегка коснулись его коленей под одеялом. Она это сделала не думая, словно в ней что-то пробудилось, по типу инстинкта. Хотя у людей их не бывает, не так-ли? Баджи мгновенно напрягся. Его тело застыло, а щёки вдруг покрылись лёгким румянцем. Он явно не ожидал такой близости. Сердце заколотилось быстрее и он сам это почувствовал. Баджи Кейске, который мог без страха лезть в самые жёсткие драки, сейчас смутился, как мальчишка, кем он и являлся, на самом деле. — Р-Рэй… — тихо пробормотал он, голос слегка дрогнул. Он отвёл взгляд в сторону, почесав затылок свободной рукой, — Ты… это… так внезапно… Его рука, лежавшая на её плече, стала немного неловкой. Он не знал, куда её деть. То ли крепче обнять, то ли отстраниться? В итоге он осторожно обвёл её талию рукой, но сделал это очень аккуратно, словно боясь слишком сильно прижать. Длинные волосы упали ему на лицо, скрывая часть смущённого выражения. Рэй почувствовала, как его тело стало горячим. Она слышала, как чаще бьётся его сердце под майкой и это почему-то заставило её улыбнуться уголком губ впервые за вечер. — Извини… — прошептала она, не отстраняясь. — Просто... Баджи тяжело выдохнул и отвернулся ещё сильнее, пытаясь скрыть покрасневшее лицо. Он кашлянул в кулак. — Да нормально… лежи, — буркнул он, стараясь звучать как обычно, но получилось немного сдавленно, — Просто… я не привык, чтобы ты так… близко. То есть… ну ты поняла. Рэй не ответила. Она осталась сидеть рядом с ним, всё ещё прижимаясь боком к его груди. Баджи сидел на краю кровати, слегка сгорбившись, а она повернулась к нему и теперь сидела почти вплотную, уткнувшись лбом в его плечо. Её руки осторожно лежали у него на талии, а ноги были поджаты под себя. Одеяло сползло до бёдер, но она даже не заметила. Тишина между ними стала густой и живой. Рэй медленно подняла голову. Их взгляды случайно встретились в полумраке комнаты. И в этот момент всё будто замерло. Глаза Баджи смотрели прямо на неё. Близко, слишком близко. В них отражался лунный свет и, обычно дерзкий, почти безумный, взгляд сейчас был другим… мягким, растерянным и невероятно тёплым. Рэй не могла отвести глаз. Она видела каждую мелочь. Как слегка дрожат его длинные ресницы, как прядь чёрных волос упала ему на лицо, как он приоткрыл губы, словно хотел что-то сказать, но забыл слова. Баджи тоже не отводил взгляд. Его сердце стучало так громко, что, казалось, она тоже могла его слышать. Рэй тоже не могла отвести взгляд. Сердце колотилось так сильно, что отдавалось в ушах. Она чувствовала тепло его тела, запах кожи после душа, лёгкую нотку чего-то сладковатого, наверное, от мужских духо, которую он набрызгал на себя. Всё это кружило голову. Баджи медленно наклонился ближе. Рэй, будто в трансе, тоже подалась вперёд. Расстояние между ними таяло с каждой секундой. Их носы уже почти соприкасались. Его рука, которая раньше лежала на её плече, теперь осторожно скользнула по её щеке, большим пальцем нежно проведя по скуле. Прикосновение было удивительно мягким для такого грубого парня, как он. Оба одновременно прикрыли глаза. Веки Рэй дрогнули и опустились. Она чувствовала, как его дыхание обжигает её губы. Ещё чуть-чуть и их губы бы встретились. Она уже представляла, какие они будут. Тёплые, чуть шершавые от недавних нервных покусываний. Сердце готово было вырваться из груди. Внутри всё сладко сжималось в предвкушении, тело тянулось к нему само, словно магнитом… Баджи тоже прикрыл глаза, наклоняясь ещё на миллиметр. Его пальцы на её щеке слегка задрожали. Губы были уже так близко, что между ними почти не осталось воздуха… И в этот самый момент Рэй резко опомнилась. В голове словно вспыхнула яркая, болезненная вспышка. Перед глазами мгновенно пронеслись кадры: холодная стена за спиной, железные пальцы Кея на её шее, его тяжёлое, возбуждённое тело, грубо прижимающееся к ней, злой шёпот «ты моя игрушка». Страх, отвращение и паника ударили одновременно. Она резко отстранилась назад, оттолкнувшись от его груди руками. Глаза мгновенно распахнулись. Лицо вспыхнуло ярко-красным. Она не издала ни звука, просто отодвинулась на расстояние вытянутой руки, тяжело дыша. Баджи тоже резко открыл глаза, явно не успев понять, что произошло. Его рука всё ещё висела в воздухе возле её щеки. На лице отразилась целая буря. Сначала растерянность, потом лёгкий шок, ну и в конце, смущение и нотка вины. Повисла тяжёлая, удушающая неловкость. Они сидели рядом на кровати, но теперь между ними пролегла пропасть. Баджи медленно опустил руку и отвернулся, проведя ладонью по лицу и откидывая волосы назад. Он кашлянул, явно пытаясь собраться с мыслями, но слова не шли. Рэй обхватила себя руками, натянув одеяло повыше, и уставилась в пол. Сердце всё ещё бешено колотилось, но теперь уже не от волнения, а от стыда и остатков паники. — Извини… — наконец едва слышно прошептала она дрожащим голосом. Баджи кивнул, не глядя на неё. Он тоже выглядел растерянным: теребил край своей майки, сжимал и разжимал кулаки. — Нет, это ты извини, — тихо ответил он хриплым голосом, — Я перегнул. Ты и так сегодня… Я не должен был.