Часть 16.

Сергей Разумовский. Зима, самое начало декабря. Вы с Серёжей решили погулять (а точнее ты решила его хоть немного выгулять, ведь он совсем из офиса не вылезал). Разумовский писался с кем-то по работе в своём телефоне. Он был так увлечён, что, казалось, совсем выпал из реальности. - Серёж, смотри под ноги хоть иногда, пожалуйста, - ты все боялась, что он навернется. - Да я вижу всё, - он продолжал печатать сообщение. - Мы же по лестнице идём. И тут лёд по всюду. Вдруг он, всё-таки, споткнулся и, слетев со ступенек вниз, распластался у подножия лестницы. Ты в ужасе рванула к нему. - Боже, ты цел?! - ты стала помогать ему подняться. - Да, - Разумовский какого-то черта радостно улыбался, - Слава богу телефон не пострадал! Ты опешила. - Телефон? Серёж, да ты же чуть шею сейчас себе не сломал! И вообще дай его сюда, - ты вырвала у него из рук гаджет. Разумовский недовольно нахмурил брови, но отбирать назад не стал. Вы вместе отряхнули его пальто от снега и пошли дальше. Олег Волков. Олег сидел на кухне с телефоном и листал ленту. Как известно, он хоть и суровый, но обожает смотреть на щеночков. Он мог часами смотреть смешные и милые видео с щенками, забывая про всё на свете. - Гляди, какой, - улыбаясь, Олег протянул тебе телефон. На экране ты увидела пост, в котором какая-то женщина предлагает взять щенка. Щенок был маленький, пушистый с огромными доверчивыми глазами. Казалось даже, что он улыбается. - Божечки, - только и смогла произнести ты. От умиления аж всё лицо стало сводить. - У меня был такой в детстве, - сказал Олег, забирая телефон обратно. – Золотистый ретривер. Большой такой, пушистый и очень добрый. Я когда вырос, всё мечтал снова завести такого. - Так давай заведём, - ты улыбнулась и легонько хлопнула Волкова по плечу. - Серый, скорее всего, будет против, - он хмуро покачал головой. - Собака же будет наша и будет ходить только в наших комнатах. - Нет. Собака должна иметь возможность ходить, где хочет или ей будет некомфортно. А Серёге будет некомфортно оттого, что она будет ходить везде. - Ой, да брось! Он привыкнет, ему даже понравится! – заверила ты Олега. – Ты посмотри, какое солнышко! Он точно будет нашим. Олег снова опустил глаза на экран телефона, разглядывая фото золотистого щенка, и широко улыбнулся. Шурик (Мальвина). Ты лежала на кровати, слушая музыку в наушниках. Настроение было паршивое, хотелось отгородиться от всего мира, поэтому ты закрылась на замок. Какое-то время ты наслаждалась любимой музыкой, и вот уже почувствовала, как твое состояние постепенно стало улучшаться. Вдруг в дверь начали громко колотить, так что тебе пришлось снять наушники. Ты собиралась встать с кровати, но не успела ты этого сделать, как вдруг дверь с ужасающим грохотом слетела с петель и свалилась на пол, едва не расколовшись пополам. На пороге стоял Шура, который эту дверь только что выбил. Вид у него был испуганный. - Эй, ты чего?! – только и смогла вопросить ты, таращась на парня во все глаза. От неожиданности у тебя бешено колотилось сердце. - Я постучался, но ты не отвечала. Подумал, что с тобой что-то случилось, - поднимая дверь, объяснил он. - Ясно. Ну, а дверь-то ты зачем выломал? - Я запаниковал! Попытался взломать, но не смог. Короче, в следующий раз просто не оставляй ключ в замке. Сашка с виноватым видом приладил дверь на место. По всей ее поверхности пошли трещины, а с одной стороны красовалась внушительная вмятина. Шура волнуется за тебя, прости его за дверь.:3 Кирилл Гречкин. Ты с тоской посмотрела на календарь. Приближалась осень. Какой же это кошмар. Вся в расстроенных чувствах ты лежала, глядя в потолок, и в твоих наушниках играла песня Виктора Цоя «Кончится лето». В груди неприятно ныло от осознания того, что скоро начнутся «красно-желтые дни». Ты не плакала, но на губах уже стала чувствовать неприятную горечь. Тут неожиданно Гречкин оказался рядом со тобой и бесцеремонно выдернул из твоего правого уха наушник. - Чё слушаешь? - весело спросил он, прикладывая наушник к своему уху, - Ой, как мрачно-то. Ты промолчала и просто с грустью посмотрела на него. - Да чего с тобой такое-то, кис? – он выдернул у тебя второй наушник и прижал к себе. – Давай рассказывай, что случилось. - Ничего не случилось, - ты потерлась щекой об его плечо. – Просто лето заканчивается, а я так не хочу… Не хочу осень. - И всего то? – Гречкин рассмеялся. – Это вообще поправимо. Давай просто, как холодать станет, уедем куда-нибудь. - Куда? - Да на Мальдивы хоть. - Серьёзно? – удивленно спросила ты. - А чё нет? Раз тебе не нравится осень, я увезу тебя от нее подальше. Устрою тебе бесконечное лето, - он мечтательно прищурился и закусил нижнюю губу. – Не будешь тогда грустить? А то ненавижу, когда тебе грустно.