Ревность к сестрам — Чимин.

— Ну хватит! Да хватит, я кому сказала?! Детский визжащий крик так и продолжает разноситься по двору дома твоих родителей. Отец с матерью сейчас поди попивают коктейльчики на берегу моря, а ты вместе со своим парнем Чимином присматриваешь за Хлоей — твоей младшей сестрой. Только вот есть несостыковочка одна… Это ТЫ присматриваешь, да ещё за парнем в придачу! Эта парочка прямо сейчас резвится на лужайке, бегает друг за другом с хи-хи-ха-ха, а ты, как злая тетка, следишь, чтобы ничего не случилось с ними и не пришлось ехать в травмпункт. Ведь однажды кое-кто, а именно Пак Чимин, шел спокойно по коридору, завернул за угол и сломал кость стопы, после чего слег с гипсом на месяц. А ты порхала над ним, как настоящая женушка, хоть таковой и не являешься (но ужасно хочешь!). Тебе конечно нравилось быть нужной для него, но повторения с уже двумя близкими людьми — не хотелось. — Да ладно, Т/и-ша, повеселись с нами, — кричит Чимин тебе, которая сидит под тенью навеса к дому и пьет холодный лимонад. На улице жарко и парень бы тоже сейчас находился рядом с тобой, если только не маленькая озорная мартышка, что окольцевала его ноги. — Сам веселись с ней, — бурчишь ты, злостно закатывая глаза. «Ревнует» — думает Чимин и улыбается пухлыми губами так, что даже ты видишь улыбку, оттого впадаешь в непонимание. «Ха! Он ещё и лыбится. Обалдеть!» — отвечаешь ему мысленно ты, скрестив руки на груди. — Да-а! Сестра, пошли с нами. Чимин мне так нравится, — весело зовет тебя младшая. — Отдай мне его, а? Я обещаю, что буду хорошо заботиться о нем. Ушам своим не веришь! Твоя младшая сестра сейчас призналась в том, что собирается увести твоего парня! Нет, это уже ни в какие ворота. Отложив стакан пузыристого лимонада на стойку рядом, ты поднимаешься с уютного кресла и движешься прямо на парочку, что громко смеется, даже не обращая внимания на твою персону. — Хлоя, позволь мне кое-что сделать, — тянешь миловидно, будто бы ничего плохого не задумала. Частично это так, но есть кое-кто, что сделать так и чешется. Сестра неохотно (это видно по её расстроенному личику) отстраняется от Чимина, а ты, в свою очередь, словно дикая фурия, накидываешься на своего парня, захватывая ладонями его скулы. — Пак Чимин, меня бесит твоя любезность с этой соплей, несмотря на то, что она моя сестра, — рычишь ему прямо в лицо. — Да ладно, Т/и, ревность тут не уместна, — улыбающе, отнекивается парень, хотя самому нравится твоя прямолинейность. — Мне плевать. Ты провинился и поэтому, получишь своё наказание, — сочишься ядом, прежде чем впиться зубами в пухлые губы напротив. Чимин вздрагивает скорее всего от боли, нежели от неожиданности. Он давно привык к твоим выходкам, но к последствиям от них — нет. Как и сейчас, когда ты безжалостно сминаешь, нет (!) — поедаешь его губы со скоростью ветра, даже не стараясь подарить нежность, тепло или заботу. Ты просто-напросто пытаешься отомстить таким способом за его внимание к маленькой сопернице. Твои губы намного меньше чимининых, но это не останавливает сейчас терзать их беспощадно, словно пытаться выведать от них запретное, сжимать меж передними зубами сначала верхнюю, потом нижнюю, с последующим засасыванием каждой. Парень мычит и стонет в поцелуй, но не пытается увернуться — принимает все, что ему ты даешь, до последнего твоего укуса. Наконец отрываешься с громким чмоком и бросаешь взгляд на губы. Ухмыляешься довольно, видя красные пятна, что кровоточат местами едва-едва — наказала, как и планировала, пусть и своеобразным образом. — Это называется наказание за плохое поведение. Видела, как я чуть не съела губы Чимина? Это больно, поверь, и если ты продолжишь строить глазки МОЕМУ Чимину, то я сделаю так же с твоими, — хищно смотришь на младшую сестру, в то время как она начинает пятиться шажками назад, медленно-медленно уходя от злобной старшей сестры. — Т/и, ты плохая! Я все расскажу маме с папой, и то, что ты почти съела Чимина. И меня хотела съесть, — кричит девочка тебе, когда убегает в дом. А ты лишь победно хмыкаешь. Парень подходит к тебе сзади, прижимаясь телом к твоему, и шепчет на ухо, отчего появляются мурашки: — Зачем ты так с ней? Мы же просто играли. — Я видела, как вы чуть не заигрались, — фыркаешь недовольно и специально отодвигаешься от него, показывая всю свою взрослую (нет, детскую) обиду. — Да ладно, булочка моя, не дуйся. — Булочка?! — вскидываешь брови вверх от такого обращения к себе, пусть оно и милое и нежное, но сейчас тебе крайне неприятно слышать такое. — Тебе напомнить, кто тут больше походит на хлебобулочное изделие, которое я чуть не съела? Парень невинно хлопает глазками, мол, ничего не знаю, для меня ты все равно булочка с корицей. — Тогда… — Чимин снова пододвигается ближе, обнимая тебя со спины. — Давай ты сегодня полакомишься мною полностью? — Офигел, Пак Чимин? Сегодня я сплю с сестрой, а ты один. Может это заставит тебя одуматься и больше не заигрывать с младшей сестрой своей девушки! — бросаешь ему и гордо отправляешься в дом, оставляя парня стоять, дуть искусанные губы и произносить обиженно: — Т/и, а ты и правда плохая! Я всё родителям расскажу!