Часть 3

25 июня 1989 год Летний вечер был пропитан сыростью от появившейся росы, а волосы девушки нелепо завились в слабые кудри, которые волнами колыхались за плечами, пока кареглазая спешила домой. Стоя около подъезда, она подняла глаза, вглядываясь в окна квартиры: на кухне горел свет, а это значит, что брат точно дома, ведь родители уехали на дачу, оставив детей одних. Зайдя в подъезд, Алёна тихо прошла в квартиру, и так же тихо сняв босоножки, прошла на кухню, где кроме Вити, сидел Холмогоров, держа у переносицы замороженный кусок мяса. Девушка удивлённо изогнула бровь, глядя сначала на брюнета, а потом на брата, сидящего напротив с бутылкой пива. — Вить, что произошло? — взволнованно поинтересовалась кареглазая, подходя ближе. — Да Белый бешенный из армии вернулся. Кос ему о Ленке рассказал, а этот как дал ему в нос. Вот пытаемся понять, сломал или нет. — ухмыляясь отвечал Пчёлкин не глядя на сестру. — Вы хоть рану обработали? Если инфекция будет, то будет не до смеху, Вить. — объясняла девушка, и поняв по лицам мужчин, что рана не была обработана, тяжело вздохнула, продолжая, — Достань аптечку, я не дотягиваюсь. Я обработаю. Дождавшись пока светловолосый встанет и, достав аптечку, поставит её на стол, кареглазая вытащила оттуда всё необходимое, взглянула на Холмогорова, крепко державшего мясо у лица. — Кос, мясо убери, неудобно будет. И ты не перестарайся, его тоже долго держать нельзя. — тяжело вздохнув, проговорила Алёна, и пока брат отшучивался стандартным, — Всё-то ты знаешь. — закатила глаза, капая на ватку спирта, после чего поднесла её к разбитой губе брюнета. Видя, как тот морщится, пытаясь убрать ее руку, темноволосая шикнула, — Успокойся, что ты как маленький? Вы дерётесь, а потом ноете, что больно. — Алёнка, тебе же сказали, что он сам с кулаками набросился. Никто на его Ленку не наговаривал, лучше он от нас правду бы узнал, чем от кого-то другого. Ну, а как я виноват, если она этой...Как её там? — пытаясь вспомнить род деятельности Елисеевой, обратился к Пчёлкину брюнет. — Да манекенщица она, хотя «шалава» ей подходит больше. — вновь усмехаясь отвечал Витя, продолжая хлебать пиво прямо из стеклянной бутылки. Девушка ничего не ответила, лишь многозначно помотала головой, после чего убрала вату с губы Холмогорова, и, закинув её в мусорку, собрала всё обратно в аптечку. — Вить, убери обратно, пожалуйста. Ты, кстати, сегодня к Лазаревой идёшь? — вручая брату коробку с лекарствами, интересовалась Алёна. — Нет, у неё родители дома остались, а ко мне её не отпустят, поэтому сегодня ты под строгим братским надзором, и на дискотеку слинять не получится. — забирая из рук сестры аптечку, и убирая ее на полку, отвечал Пчёлкин. — Ты же прекрасно знаешь, что я и так не хожу. — с наигранным удивлением ответила кареглазая, покидая кухню. — Пока, Космос. — кинула напоследок темноволосая, после чего скрылась в комнате, закрывая за собой дверь. Быстро переодевшись в ночную рубашку, девушка включила настольную лампу, и, взяв в руки «Преступление и наказание», забралась на кровать с ногами, облокачиваясь спиной на стену. Спустя пару десятков минут, когда глаза Алёны почти слиплись и она вот-вот должна была провалиться в глубокий сон, к ней в окно прилетел камешек, который своим стуком заставил её подскочить, и встав на ватных ногах, подойти к окну. Выглянув на улицу, темноволосая увидела Холмогорова в свете уличного фонаря, которого, благодаря тому, что квартира находится на первом этаже, было очень хорошо видно. — Ты что творишь? А если бы разбил? — недовольно шепча, спрашивала девушка, пока мужчина продолжал улыбаться во все 32 зуба, если, конечно, после драки с Беловым, их не стало меньше. — Не разбил бы, камень маленький. — ответил чуть громче брюнет, и, почесав затылок, продолжил, — Пойдём прогуляемся? — Ты время видел? Третий час уже. — удивленно проговорила Пчёлкина, предварительно посмотрев на часы, стоящие на столе. — Да и ладно. Лето, всё же, и школу ты закончила. Выходи, давай, у тебя пять минут. — ставил свои условия голубоглазый, и получив от девушки лишь цоканье языком и недовольное «Жди, сейчас выйду.», самодовольно ухмыльнулся, глядя себе под ноги. Закрыв окно, девушка быстро надела сарафан, и тихо выйдя из комнаты, заглянула в гостиную, где сидя на диване, Витя заснул за просмотром фильма. Прикрыв дверь в гостиную, прошла в прихожую, где быстро надев босоножки, тихо вышла из квартиры, захлопывая дверь. Оказавшись на улице, Алёна тут же подошла к Холмогорову, сидящему на лавке, и глядя на него сверху вниз, недовольно проговорила. — Не бросай мне больше камни в окно, лучше уж сам стучись. — Договорились. Ну, что ж, прошу. — проговорил мужчина, и встав с лавочки, протянул Пчёлкиной-младшей руку, направляясь в сторону парка. — Если Витя узнает, он меня запрёт дома, а тебе доломает нос. — хихикая, подметила Алёна, глядя на мужчину. — Не узнает, он после пива крепко спит, а до утра я тебя точно верну обратно. Если захочешь - могу и через окно. — ухмыляясь предлагал брюнет, на что ему пришлось уворачиваться от подзатыльника. — Забудь про мои окна, умоляю. Люди давно придумали дверь. — с улыбкой проговорила Алёна, закатывая глаза. *** Оказавшись в парке, пара села на одну из лавочек, ни на секунду не переставая общаться. — Я помню, ты ещё только родилась, вроде, а нас всех Витя к себе позвал, мол машинками новыми похвастаться, которые отец ему тогда купил, и вот пока все с машинками играли, я от тебя не отходил. Не знаю, будто ты не Витина сестра, а моя, долг что ли какой-то чувствовал. Вот так и приходил «поиграть», а на деле у твоей кроватки сидел, пока меня отец не забирал домой. Витя обижался, конечно, дулся, мол ты у него друга забираешь, но потом ты подросла, и уже со своими подругами играла, а я как-то не к месту там был, так и перестал. — рассказывал о детских воспоминаниях, мужчина, с улыбкой глядя перед собой. — А сейчас ты уже школу закончила, и осенью на первый курс идёшь, куда так время бешено летит? — пытаясь переварить мысль, брюнет проговорил ее в слух, но вместо ответа, почувствовал, как девушка опустила голову ему на плечо. Вдруг мужчина опомнился, — Ты не замерзла? Что-то я совсем забыл, что летом ночью бывает прохладно. — и сняв с себя пиджак, накинул его ей на плечи, оставаясь в свитере, после чего аккуратным движением вернул голову девушки к себе на плечо. — Я помню лишь то, что когда вы ещё учились в школе, в классе 8, когда Машка Воробьева из вашей параллели, обиделась на то, что Витя её продинамил и она, решившись отыграться на мне, начала со своими подружками меня задирать, ты ей что-то сказал и она вообще перестала на меня внимание обращать. Что ты ей такого сказал? — спросила Алёна, посильнее укутываясь в пиджак. — Я лишь сказал о том, что если она не перестанет, все в школе узнаю как у неё все пятёрки вышли. — с ухмылкой объяснял мужчина, улыбаясь от воспоминаний. — А как она их получила? Она же, вроде, отличницей круглой была. — с недопониманием переспросила кареглазая, пытаясь сложить в голову логический пазл. — Так у неё же отец тоже шишка ЧленКор, как и мой. Только ей оценки ставили не за знания и умения, а из-за должности отца и его умения подмазать нужным людям. Так Машка и стала отличницей, а на самом деле, она же тупее Ясеня, два и два не сложит. — хохоча с новой силой, объяснял голубоглазый, вспоминая испуганный взгляд Воробьевой. Шокировано слушая историю, Алёна то и дело прокручивала в голове все детали. — В школе её до сих пор в пример ставят, как лучшую ученицу школу. С такой учебой каждый, как ты выразился, Ясень, будет лучшим учеником. — находясь по-прежнему в недоумении от услышанной информации, шутила Пчёлкина. — Космос, сколько времени? — вдруг опомнилась девушка. — Без трёх минут четыре. — спокойно ответил брюнет. — Пора возвращаться? — и получив кивок, встал первым, после чего протянул Алёне руку, помогая встал. *** Оказавшись у подъезда Пчелкиных, пара долго стояла молча, не желая прощаться, но все же солнце уже начинало всходить, а это значит, что расставание неминуемо. — Оставь пиджак у себя, потом вернешь. — предложил мужчина, про себя подмечая, что на девушке пиджак смотрится куда лучше. —Что за жест небывалой щедрости, Холмогоров? Может, ещё и ключи от машины дашь? — с улыбкой глядя на брюнета, шутила Пчёлкина, на что получила ответ, — На права сдашь и забирай, а пока опасно. Поняв, что время поджимает, девушка быстро чмокнула Холмогорова в щеку, и забежав в подъезд, скрылась за его дверьми. Пройдя в квартиру, кареглазая тихо сняла обувь, и войдя в комнату, закрыла дверь на защелку, плюхаясь на кровать прямо в уличной одежде, пропитанной одеколонном Холмогорова. *** Как только темная макушка скрылась за дверьми подъезда, мужчина, будто загипнотизированный, поднес руку к щеке, на которой только что девушка оставила поцелуй, прежде чем убежать домой. Простояв так ещё пару минут, брюнет неспешно пошел к машине, сев в которую, он сразу же перевёл взгляд на окно, ведущее в спальню Пчёлиной-младшей.