«Бежать, чтобы не догнали»

      Девушка, укутанная в коричневый плащ, бежит мимо людей, работающих в гавани. Люди кричат ей вслед, чтобы та смотрела по сторонам, но девушке было не до этого. Её единственная цель – выжить. Она перепрыгивает через очередное препятствие, приземляется на вымощенную плиткой дорогу и сразу же перекатывается вперед. Удар был болезненным, но у девушки не было времени на жалость к себе. Вскочив на ноги, она вновь бросилась бежать.       Позади нее по брусчатке мчались здоровые дрюскелли, а рядом с ними их преданные волки. Из распахнутых окон выглядывали любопытные люди.       Джерхольм — город, раскинувшийся на западном побережье Фьерды, является ее столицей. Был поздний вечер, порт был похож на лабиринт: узкие улочки, бесформенные здания — идеальное место, чтобы уйти от погони. Кирпичные дома выстроились ровно и величественно, соединяясь между собой переулками, где становилось всё темнее и темнее.       Элисса — молодая девушка чуть старше двадцати — уверенно и ловко петляла по этим улицам. Она отлично знала каждый поворот Джерхольма на пути от Ледового дворца к порту и смогла бы преодолеть этот маршрут даже с завязанными глазами и руками. И она отлично знала, как можно уйти от погони. Годы тренировок не прошли даром. Если бежать прямо, то тебя непременно поймают, но если двигаться зигзагами, шансы выжить значительно возрастают.       Она продолжала бежать, пока ритмичный топот стражников Фьерды и рычание волков за спиной не растворились в ночной тишине. Теперь она слышала лишь шорох своих ботинок и голоса тех немногих людей, которые все еще работали в гавани.       Элис надеялась найти корабль, который принадлежал бы не только пиратам. Хотя, честно говоря, даже они казались ей лучшим вариантом, чем быть сожжённой на костре своими же людьми.       Девушка не оглядывается. К лаю волков она давно привыкла. Они её не пугают, но огонь… Однажды она соприкоснулась с ним, и с тех пор он стал её худшим кошмаром.       Наконец, вынырнув из лабиринта улиц возле порта, она смогла замедлить шаг и тенью прокралась вдоль причала к покачивающемуся судну. Элисса не смогла разглядеть название корабля, но было ясно, что он готовился к отплытию.       Несмотря на поздний час, на борту кипела работа: матросы сновали по мосткам, перенося грузы и заканчивая последние приготовления на палубе. Двое — парень и девушка шуханской внешности — стояли на страже, о чем-то тихо переговариваясь. Одеты они были опрятно, но явно не подходила на форму матросов Фьерды, Шухана или Керчии.       Идеально.       Натянув капюшон ещё ниже, Элисса незаметно прокралась под трапом и, перепрыгнув небольшое расстояние от причала до корабля, ухватилась за веревки. Её было почти невозможно заметить, разве что специально заглянув вниз.       Перебравшись через борт и схватив первый попавшийся мешок для маскировки, девушка проскользнула мимо матросов и принялась осматривать корабль в поисках укрытия. Отсек в трюм! Открыт! Идеально! Только сейчас она осознала, что забралась на китобойное судно. И зачем оно понадобилось пиратам? Кто их поймет, верно?       Трюм уже был заполнен мешками с едой, бочками вина и кваса. В самом дальнем углу нашлось небольшое пространство, где Элисса запросто может спрятаться на время плавания. Здесь есть и еда, и питье – что еще нужно для жизни?       Она свернулась калачиком, достала из-под одежды цепочку с кулоном — символ ее семьи — и начала осторожно перебирать его пальцами.       Прощай, дом. Прощай, семья. Может быть, я найду новый дом где-нибудь в другом месте.

***

      В трюме почти не было света. Спрятав цепочку обратно, Элисса попыталась уснуть, но ничего не выходило. Жесткая «постель» из мешков с мукой была не слишком-то удобной, вдобавок голова была забита многочисленными вопросами: «Что дальше?», «Что, если меня обнаружат?», «Куда плывет это судно?».       Элисса почувствовала, как корабль начал медленно, даже слишком медленно, плыть. И для «в очередное раз» пленницы мир сузился до оконной решетки, сквозь которую можно было разглядеть звездное ночное небо.       Вскоре она уснула. Сон девушки был глубоким и безмятежным, несмотря на покачивание корабля. Первые лучи солнца, пробившиеся сквозь иллюминатор, коснулись ее лица и пробудили от сна. Элисса пошевелилась, лениво потянулась и наконец открыла глаза. До ее слуха донеслись знакомые звуки: матросы суетились на палубе, их голоса сливались в знакомую, но непонятную мелодию. Элисса, мало что понимавшая в навигации, не могла вновь не задаться вопросом, куда именно направляется их корабль.       Минул день точно, а они все продолжали плыть на запад. Если это действительно запад, то их целью могли быть либо Керчия, либо Новый Зем. И уж лучше второе. Там она могла бы найти спасение. Как Элисса поняла, что они движутся на запад? Вот это было просто: солнечный луч утром проник в трюм со стороны правого борта.       Пока что ей неплохо удавалось скрываться. Если кто-то спускался в трюм, нужно было сидеть тише воды, ниже травы; еду она взяла лишь один раз, и то совсем немного.       В Новом Земе подошел бы любой порт. Из любого порта можно было бы скрыться, особенно такой, как она. Ей даже могли бы помочь. Но если Керчия… Ничего, Элисса выкарабкается. Найдет способ, как и всегда.       На второй день девушка все также пряталась в мешках, держа наготове свой верный меч. Плыли они, по ее меркам, уж слишком быстро. Интересно…       Она слышала топот и голоса сверху. Люди то спускались сюда, то вновь поднимались. Сколько времени ей понадобится, чтобы проплыть и остаться незамеченной, было неизвестно. Хуже всего было то, что воздух был пропитан невыносимым зловонием.       Только сейчас к ней пришло осознание, что ей действительно удалось сбежать. На глазах наворачивались слезы при мысли о том, что ей пришлось бежать из родного дома. Сейчас она лишь надеялась, что отец не узнает, что его любимая жена посодействовала этому.       — Беги, дорогая. Беги и не оглядывайся.       И Элисса побежала.

***

      На третий день корабль продолжало сильно раскачивать на неспокойных волнах. Несмотря на свою отточенную выносливость, Элисса с трудом удерживала глаза открытыми. Её накрыла непреодолимая усталость, из-за которой было почти невозможно устоять перед искушением поспать. Она слишком долго не спала, и веки казались ей невероятно тяжелыми.       Внезапно сквозь темную пелену дремы Элис почувствовала, что груз на ней ослаб. Девушка быстро вложила меч в ножны и потянулась за своим верным кинжалом, подаренным отцом много лет назад. Крепко сжав его, она приготовилась к обороне. Ее сердце бешено колотилось.       И вдруг кто-то запел. Это была простая песня со странной и бессвязной структурой. Пение мужчины звучало так легко и непринужденно, что заставило девушку наклониться в удобной позе и быть готовой к удару.       Чтобы найти ее, нужно убрать ещё два мешка.       — А теперь, милая леди, прошу вас сдаться. Не хотелось бы прибегать к грубой силе.       Последний мешок убран. Девушка мгновенно вскакивает на ноги, отряхивая плащ назад. Она принимает боевую стойку, крепко сжимая кинжал в руке.       Перед ней стоял молодой парень, возможно, на год или два старше ее. Его ярко-рыжие волосы, казалось, танцевали в солнечном свете, проникающем через иллюминатор, отражая красивую гамму красных оттенков. Его глаза были очаровательного зеленого оттенка, намекающего на озорной ум, и они пристально изучали ее, в уголках его губ играла легкая ухмылка. Его заостренный подбородок придавал чертам лица резкость. Девушка не могла не заметить, как свет ласкает его кожу, открывая нос, который был когда-то сломан, но теперь зажил. Рядом с ним стоял высокий, широкоплечий мужчина с поразительными золотистыми глазами и шуханскими чертами лица, которые выделяли его в этой обстановке.       Элиссе казалось, что она смотрит на уверенного в себе рыжего лиса, а в его дерзкой ухмылке сквозило озорство. Он осмотрел ее с головы до ног, задержавшись взглядом на ее небесно-голубых глазах, словно пытаясь разгадать скрытые в них секреты. Воздух между ними, казалось, потрескивал от электрической энергии, ощутимого напряжения, которое одновременно будоражило и нервировало.       — Кто ты?       Девушка быстро сообразила, что делать. Если её раскрыли, то нужно притвориться обычной фьерданкой, которая, как ни странно, понимает чужий язык — равкианский.       — Обычная беглянка.       Она гордо вскинула подбородок, придавая себе уверенность. Парень усмехнулся.       — Обычная беглянка, значит… Беглянка, сбежавшая из Фьерды и при этом отлично говорящая на моём родном языке.       — Я очень образованная беглянка.       — Может, ты удивишься, но я тебе не верю.       Девушка молчала, внимательно изучая парня, который, как она поняла, был здесь главным, и его здоровяка-спутника, не сводившего с неё взгляда.       — И что же нам с тобой делать, беглянка?       — Мне просто нужно было сбежать из Фьерды. Можете высадить меня на ближайших землях.       — И что нам за это будет?       — Ну, если не считать, что это судно кишит гришами, я могу пригодиться в его управлении. Что-то да я понимаю в китобойных суднах.       На мгновение лицо капитана исказилось от удивления, а его помощник явно был поражён. Но, вопреки всем ожиданиям девушки, раздался смех. Лис засмеялся, взглянув на здоровяка.       — А она наблюдательная. Нам бы не помешали такие.       — Кап…       — Толя. — Лис жестом велел ему замолчать. Тот сразу умолк, недовольно цокнув. — Здесь меня зовут Штурмхонд.       Он протянул девушке руку для рукопожатия.       Элисса смотрела на его руку, тщательно всё обдумывая. Не может быть, чтобы он так быстро согласился. Чтобы всё было так просто. Сделав глубокий вдох, она медленно протянула ему руку. Ее рукопожатие было крепким, но не властным, и она вежливо кивнула ему, когда их руки соприкоснулись. Что-то в его поведении заставило ее почувствовать себя неловко, но она напомнила себе, что у нее не было другого выбора.       — Такие, как ты, мне нужны в команде. Ох, Толя, видел бы ты, как ловко она запрыгнула на мой корабль.       Теперь её очередь удивляться.       — Зачем тогда было устраивать весь этот цирк? — спросила девушка, медленно опуская кинжал.       — Я люблю развлечения.       Элисса, с учащенно бьющимся сердцем, медленно выдохнула и быстро спрятала кинжал под свободной рубашкой. Она выпрямилась, решительно встретив взгляд пирата.       — Меня зовут Лив, — твердо произнесла девушка.       Штурмхонд явно ей не поверил.       Я — Элисса Брум, дочь Конунга Никласа Брума, короля Фьерды. Я — сбежавшая принцесса. Я не только родилась в королевской семье, но и обладаю даром — или, скорее, проклятием. Видите ли, я — ведьма.       Жители Фьерда всегда были суеверными людьми, быстрыми на осуждение и еще более быстрыми на наказание. Узнав о моем даре, меня немедленно заклеймили как мерзость, представляющую опасность для их образа жизни и саму угрозу стабильности их королевства. Мой отец, человек, который должен был защищать меня, поддался их страху и паранойе и приговорил меня к медленной, мучительной смерти на костре.       Но я не мученица и не позволю им так легко лишить меня жизни. Я вырвалась из их лап, убежав в ночь и поклявшись найти убежище за пределами Фьерды. Я знаю, что где-то там должны быть такие же, как я, прячущиеся среди простых людей, живущие в постоянном страхе быть обнаруженными.       А пока я должна сохранять бдительность, постоянно высматривая преследователей. Стражи Фьерды неустанно охотятся за мной, и их намерения ясны: сжечь меня на костре и избавить свой мир от скверны колдовства. Но я не позволю им победить. Я буду бороться изо всех сил, чтобы выжить в этом кошмаре и обрести свободу, в которой мне было отказано слишком долго.       Итак, мой дорогой читатель, я даю тебе торжественное обещание: я не уйду тихо во тьму. Меня не сожгут на костре, как какое-нибудь беспомощное животное. Я буду сражаться до последнего вздоха и не успокоюсь, пока не восторжествует справедливость, и жители Фьерды не научатся принимать магию, которая живет в каждом из них, а не бояться ее.