Сказка

Солнце давно скрылось за горизонтом. Летний воздух постепенно становился прохладным, а прибрежный ветер усиливался. На берегу моря, немного поодаль от рыбацкой деревеньки, стояла хижина. В печи потрескивали почти догоревшие брёвна, слабо освещая небольшую комнату. Нежный голос тихо напевал старинную мелодию, что увлекала за собой в далёкий, но кажущийся родным мир фэйри. Молодая женщина аккуратно перебирала непослушные рыжие локоны мальчишки, стараясь привести их в порядок. Она проводила по волнам волос резным гребнем, украшенным маленькой жемчужиной. — Больше не обрезай волосы. - Женщина отложила гребень, и погладила его по голове. Даже в простой речи её чувствовалось волшебство, а голос лился словно ручеёк. — Почему? - Мальчик обернулся к матери и непонимающе взглянул на её силуэт. — Каждая частица тела хранит в себе магию. Если станешь обрезать, можешь потерять часть силы. Поэтому не нужно делать этого, договорились, Ллир? - Она присела и перевела руку на его щеку. — Да… Я понял. Больше не буду. - Он устало зевнул, и прикрыл один глаз. — Если понял, хорошо, - Мать слегка усмехнулась, видя что Ллир, похоже, за день слишком утомился, чтобы слушать её сказки. - Давай ложиться, с рассветом начнутся приготовления к ярмарке. Мальчик довольно улыбнулся, и мигом оказался в своей постели. Женщина присела на край, снова поглаживая сына по голове, и завела мотив, что повествовал о дальних странах и старинных богах. ______________ Наступает один из важнейших праздников Эйнирских равнин, ярмарка в честь наступления Остары. Фестиваль пробуждения новой жизни после долгого сезона снегов. В это время сама богиня приходит и радуется наступлению нового сезона вместе с людьми, празднуя с ними и веселясь. Восемь дней продолжается весёлое и яркое шествие, сопровождаемое множеством ритуалов и торговлей. Даже в безымянной деревеньке на берегу моря вот-вот развернётся торжество. Все жители с первых лучей солнца погружены в праздничную суету: местный ремесленник с женой украшают уже распустившимися голубыми цветами свой дом и прилавок, у приезжего торговца под тяжестью груза едва не сломалась повозка, и пара деревенских мужиков помогают ему не растерять свой товар, женщины вплетают в волосы яркие ленты для одного из ритуалов, пара маленьких детей веселится и играет с собаками, а чья-то мать кричит о том, что никакой помощи от них не дождёшься. Прибывшему совсем недавно менестрелю хватает лишь наслаждаться долгожданным теплом, лёжа на просохшей соломе возле конюшни. Среди суматохи шныряет рыжий парнишка, помогая то тому, то другому. Уже к полудню он едва не валился с ног. В маленьких поселениях так принято, ведь каждый друг друга знает. И безусловно, дети не остаются в стороне от подготовки к ярмарке. — Может присядешь хоть ненадолго? - К продолжающему выкладывать на прилавок украшения Ллиру подошла обеспокоенная девушка. - Выглядишь уставшим. — А, Лэя? Мне нужно закончить работу и разложить всё как следует. Но как только закончу, думаю можно будет немного отдохнуть. - Не взглянув на неё, он продолжал аккуратно расставлять изделия мастера по обработке камня и металла. Всё ещё нежный голос мальчишки напоминал напев, каждую фразу он проговаривал именно так, переняв эту черту от матери. — Тогда я подожду, мы с Кэллин пойдём на берег, и ты идёшь с нами, это не обсуждается! - Она весело хлопнула в ладоши, получив в ответ воодушевлённый взгляд, при слове “берег”. Верно, отвлечь его от работы можно было только мыслью о том, что он увидит море. Ллир кивнул подруге, и вновь принялся за дело. Закончив со своей работой, он нашёл глазами Лэю, что неумело заплетала косу сестре где-то поодаль от людских глаз, чтобы не заметили что они отлынивают. Как только Ллир приблизился, младшая девочка выскочила из тугой хватки сестры, и бросилась к нему. — Она пытается мне косу оторвать! Ллир, спасай скорее! - девочка спряталась ему за спину и опустила взгляд. — Ну что ты, я ведь учусь. А может по-другому заплести, я бы могла… — Так мы идём на берег или нет? - Ллир перебил её, скрестил руки на груди, устремив взгляд на Лэю. — Конечно-конечно, и чем перекусить найдётся, - Она взяла в руки небольшую корзинку и приоткрыла ткань на ней. Сразу раздался аромат свежеиспечённого хлеба и мёда. — Так даже лучше, - Он вдохнул запах и, кажется, впервые за это утро улыбнулся. Кэллин, что уже чуть отступила от него, не отрывала взгляд от этой улыбки. Спустя некоторое время трое покинули деревню, а вскоре показался скалистый берег и уже обустроенное место, куда они приходят как только выдаётся случай. Прохладный морской ветер окатил Ллира, и он остановился, вслушиваясь в плеск волн и ловя далёкие голоса птиц. Каждый раз, видя морской простор, на него накатывала светлая тоска. Тоска по недосягаемому дому. Мать говорила что ощущает то же самое, и извинялась, ведь из-за неё ему приходится испытывать это чувство. — Снова застыл? - Голос Лэи вернул его из наваждения. - Давай, у нас не так много времени, пока не заметят что мы сбежали. - Она с лукавой улыбкой разместилась на привычном камне и подала сестре ломоть хлеба, сама достала горшочек с мёдом и маленький ножик. — А ведь это всё вы, утащили меня, хотя я прилежно помогал мастерам. - Он расслабленно уселся рядом и взял уже отрезанный и щедро намазанный мёдом кусочек хлеба. — Да-да, такие мы злые феи. - Девушка насмешливо исказила голос и откусила свой хлеб. — Но если что, Лэя старшая, так что ей и отвечать! - Кэллин подсела ближе к мальчику и тоже начала есть. — Плохая вы компания, заставляете бездельничать. - А сам довольно доедал хлеб с мёдом, сидя в любимом месте, глядя на море, и общаясь с дорогими друзьями. Вскоре обед был съеден, но троица не спешила возвращаться в деревню, принявшись играть. Собирая на берегу плоские, сточенные морскими волнами камни и ракушки, выстраивать башни. Ллир сосредоточенно положил белоснежную раковину на вершину своей башенки, но неверное движение - и она развалилась. Рядом Лэя разочарованно рассматривала свою разрушенную постройку, перебирая маленькие коричневые ракушки, и уже выбрала из них несколько чтобы забрать в коллекцию. И только у Кэллин башня осталась устойчиво возвышаться над песком. — Ха! В этот раз я победила! - Кэллин с улыбкой оценив свой успех, повернулась к друзьям. — Признаю, это заслуженно, - Ллир подошёл и возложил ей на голову венок из свежих трав и трёх цветков, что собрал с поросших камней неподалёку. - Теперь ты - Королева берега! — Но только сегодня! В следующий раз верну свой титул обратно. - Её сестра уже собирала корзинку, и заметив как краснеет и отводит взгляд Кэллин рядом с Ллиром, слегка усмехнулась. Похоже, ей забавно наблюдать за ними, а весь поход был затеян ради этого. — Ну что, пора возвращаться. Мы слишком засиделись, солнце скоро начнёт клониться к закату. Не хочется долго слушать нотации дяди. Они совсем немного отошли от берега, сёстры впереди, но мальчика море всё не отпускало. Однако громкий оклик привёл его в чувства. — Ллир! - Со стороны деревни к ним бежал юноша, ученик ремесленника. - В деревню пришли солдаты! - Он остановился чтобы перевести дух. — И что? - Лэя скучающе вздохнула. - На ярмарке часто бывают солдаты, не так уж это удивительно… — Нет! - Юноша наконец отдышался. - Солдаты эти направились к твоему дому, Ллир. Кажется сам лорд Рейнора с ними… Твоя мама ведь сейчас должна быть? - Он не успел закончить, как мальчишка ринулся в сторону своего дома. ______________ Свежий морской ветер порывом налетел на берег, окончательно расплетая свободную чёрную косу. Молодая женщина неподвижно стояла с закрытыми глазами лицом к морю, а её одежды развевались на ветру. Каждый день выходя на этот берег, она тоскует от того, что не может вернуться домой. Корит себя, как была беспечна тогда, ослушалась родных и вышла к людям. Любопытство, страсть, наивность, нет, даже глупость, вот что затмевало ей разум двенадцать лет назад. Глупая, глупая Уна. И сейчас, она могла лишь вспоминать, каково быть свободной. Вскоре ветер стих, и приятная прохлада исчезла, как и её грёзы. Пора возвращаться к работе. Во время ярмарки Уна не выходила в деревню - ей было слишком некомфортно в людской толпе. Поэтому, отправив сына на ярмарку, она занялась уборкой хозяйства. Всего три утки, столько же кур, одна коза, и небольшой вспаханный кусочек поля. Для этой деревни хозяйство было скудным, но достаточным чтобы жить и изредка торговать. Собрав куриные яйца и подоив козу, она зашла в дом чтобы немного отдохнуть. В последнее время дышать становилось трудно. Долгая разлука с родиной даже фэйри будет угнетать, а в конце концов может и погубить. Уна с трудом разложила молоко и яйца по предназначенным местам, и села на лавку возле окна. Из него видно море. От мыслей её отвлёк громкий дверной скрип и тяжелые шаги. Через несколько мгновений посередине комнаты стоял высокий человек, одетый в дорогие синие ткани, с мечом за поясом и резной шкатулкой в руках. Она не хотела оборачиваться. Она знала кто он, и потому не хотела видеть. Никогда. — Почему ты не встречаешь меня, Уна, моя фея? - Его голос звучал до боли сладко, и её душу, давно забывшую чувства, резал словно клинок. — Зачем ты здесь? - Она удосужилась подняться и боком повернуться к нему. — Почему ты так груба со мной, - Мужчина сделал шаг к ней, но получил в ответ острый взгляд карих глаз, и более не смел приблизиться. - Я лишь хочу увидеть сына. — Впервые за двенадцать лет. Уходи. Уходи, Алдрен, иначе… — Иначе что? Я не поверю что твоя магия не развеялась за всё то время, что ты здесь, моя фея. - Он подошёл к окну, из которого виднелось море и усмехнулся, глядя на женщину. - Сперва выслушай в чём дело, потом решай что будешь делать. — Быстро говори, и убирайся. - Она всё же повернулась к нему. К человеку, что обрёк её на жизнь в неволе. — Окончилась война на Севере, теперь в моём королевстве будет спокойно. И мне нужен наследник. - Алдрен посмотрел на неё, и для Уны всё стало ясно. Он хочет забрать его. Забрать её Ллира. Куда-то на Север, куда-то далеко от моря и от неё. — Ни за что. — Даже за это? - Он приоткрыл шкатулку. На мгновение комната залилась серебряным сиянием, и Уна застыла, глядя на его источник. Тюленья шкура. Белоснежная тюленья шкура, о которой вспоминать было так больно. Шкурка, что некогда принадлежала ей. — Что ты себе позволяешь… — Я верну её. Но ты должна отдать мальчишку мне. Что тебе стоит? Разве ты не этого желала, вернуться в море? Теперь ты сможешь. — Хочешь чтобы я выбирала между свободой и родным сыном!? - Уна повысила голос и его мелодия словно ударила по Алдрену. - Ты не посмеешь. Я… Не смогу. — Неужто хочешь продолжать жить здесь? Что ж, - Он закрыл шкатулку, на которую Уна смотрела как заворожённая. - В таком случае не стану тебя принуждать. Но помни, я хотел договориться по-хорошему. — Ты это называешь по-хорошему? Ты и впрямь настолько порочный человек? — Уж какой есть. - Он направился к выходу. — Подожди… - Она закрыла глаза, из-за чего по щекам покатились слёзы, сдержать которые она была уже не в силах. — О? Так ты одумалась? - Стоя спиной к ней, мужчина, ухмыльнулся. - Держи. - Он обернулся и протянул шкатулку. Руки Уны дрожали, но всё же она крепко сжала шкатулку и рухнула на колени. Внезапно дверь отворилась, и Ллир влетел внутрь. Не разбираясь что здесь происходит, он ринулся к матери, встав перед ней, и загородив от незнакомца, раскинул руки. — Кто ты такой?! Что тебе нужно от моей мамы? Если это ты заставил её плакать, горько пожалеешь! — Надо же, какой хороший юноша. Ты молодец что воспитала его таким. - Мужчина оценивающе взглянул на сына. Похоже, черты ему достались от матери. Если бы не одежда, возможно его было бы не отличить от девчонки. Но рыжие волосы, что непослушно завивались и ясные бледно-голубые глаза - явное сходство между ними. Ллир тоже заметил это, рассматривая человека перед ним. На Западе редко можно было встретить чистокровного эйнирца, коими считались высокие и суровые северяне. Мальчик опустил взгляд и заметил меч на поясе незнакомца и его сердце заколотилось с новой силой. Но он не отступил, продолжая заслонять собой мать. — Ллир, послушай. - Уна утёрла слёзы и приобняла мальчика со спины. - Этот человек - твой отец. - Её голос звучал тоньше капель дождя. - Тебе нужно будет отправиться с ним. — Что? - В его глазах отразилось непонимание. Ллир хотел обернуться к матери, но та крепко держала его, не давая этого сделать. Не хотела чтобы он видел какое лицо у матери, что меняет сына на свободу. - Но как же ярмарка? Я должен помочь мастеру Даррену и Лэе. И ещё… — Смел и трудолюбив, похвально. - Алдрен подошёл к нему и протянул руку. - Вот только тебе суждено быть не просто подмастерьем в маленькой деревеньке, о нет. В будущем ты станешь королём. - От этих слов внутри Ллира всё похолодело. Королём? С какой стати? Неужели человек перед ним, отец, действительно король? Как это возможно? Это не ложь? Но как же… — А матушка? Я никуда не пойду без неё. Я её не брошу, ни за что! - Уна застыла, сжимая плечи сына. После этих слов она больше не имела права смотреть ему в глаза. — Пойдёшь. Ещё как пойдёшь. Так твоё имя “Ллир”*? - Он усмехнулся, и отошёл, понимая что руку мальчик ему не протянет. Не сейчас. - Назвала его в честь того, что любишь больше всего? - С наигранной грустью мужчина посмотрел на Уну. Она же без слов поднялась и взяла руку сына в свою. — Прости. Мне нет оправдания. - Продолжала она, всё ещё не глядя на мальчика. - Я верю, однажды ты станешь великим человеком. Всё, чего бы ты не пожелал, исполнится. И если Всесильные будут милостивы, я увижу тебя вновь. - Уна с трудом отпустила его руку, и быстро вышла из дома. Ллир побежал следом, Алдрен же вышел последним, окинув взглядом эту маленькую комнату. Море ближе к закату разбушевалось. Солнце окрашивало берег и воду в алый. Уна медленно, но уверенно, шаг за шагом, подходила всё ближе к морю. И вот уже солёные воды окропили её платье, ноги, лицо. Резная шкатулка оказалась далеко позади, а волшебная тюленья шкурка была в руках шелки. — Мама! - Скалистый берег был усыпан белыми гладкими камнями. Ллир поскользнулся и упал прямо на них, получив несколько ссадин. Силуэт матери становился всё менее различим, ни то от шума и плеска волн, ни то от слёз, что затмевали ему взор. Закатное небо, алый свет, бушующее море, скалистый берег и силуэт, уходящий вдаль, постепенно растворяясь среди волн. Таким было последнее воспоминание о матери. ______________ — Прежде ты жил в отдалении от замка, в небольшом поместье западнее отсюда, у берега моря. Там тебя растили и обучали грамоте, этикету и военному делу. Твоё здоровье всегда было слабым, потому требовалось частое присутствие лекаря. Им была загадочная женщина из ветхой лачуги на самом берегу. Добрая, хотя и странная, она проявляла к тебе заботу, к тому же ты дружил с её сыном. Да, этот мальчик, Ллир. Дерзкий, но весёлый и смелый мальчишка, вы были хорошими друзьями. Вот только… Однажды произошёл несчастный случай. Гуляя по возвышающемуся берегу, он вдруг соскальзнул вниз и разбился о скалы. Мать не смогла пережить гибели сына и тоже вскоре скончалась. Тебе было грустно и одиноко от потери друга, ты долго скорбел. Но в скорби нельзя жить вечно. Ты сохранил воспоминания о том, как вы играли вместе. О том, каким был этот мальчик. Теперь это лишь воспоминания, его больше нет. Он погиб. Трагически и несправедливо, но на всё воля Богов. Теперь же ты здесь, мой сын. Продолжишь усердно учиться и тренироваться чтобы стать достойным наследником. Храня память о своём детстве вдали от родного дома, бок о бок с простыми людьми, ты сможешь сделать их жизнь лучше. Ведь так ты обещал своему другу, верно, Теоран? — Да, отец. Я помню это. Я обязательно стану вашим достойным наследником и пронесу обещание старому другу сквозь года. ______________ Старинный замок на севере Эйнирских равнин возвышался над городом, в сердце которого стоял уже многие века. Не так давно король вернулся из военного похода, и в этом замке вновь кипела жизнь. Юный принц должен был впервые показаться своему народу и придворным на предстоящем балу через несколько дней. С рождения его здоровье было очень слабым, потому никто не надеялся что мальчик проживёт хотя бы пару лет. Но вот прошло уже двенадцать, подходящее время объявить что наследник здоров и способен однажды принять титул отца. ______________ *Ллир - в переводе с ирландского означает “море”, поэтому Алдрен сказал что она назвала его в честь того что любит больше всего