xxxix. kyoto again

      Обычный пятничный поход в любимый бар Коу проходит мимо Марико — Марико в голове прокручивает сцену ссоры с Мадокой перед уходом к друзьям. Впервые на её памяти терпеливая и молчаливая Мадока взбунтовалась, заявив, что если Акихиро не сбавит обороты, то будет оставаться и на выходные в колледже. Или гостить у Касуми, с которой ещё недавно могла ругаться.       Ситуация была замкнутым кругом — Акихиро хоть и обещал не вмешиваться в процесс воспитания девочек, невольно вносил свою лепту. Теперь осталось дождаться того, что взбунтуется и Момо. Только той идти некуда — не к Кио же, которого собственная семья сама бы с удовольствием из дома выставила. Марико понимала Мадоку — ей самой не нравилась модель поведения дяди, который никак не желал исправляться, несмотря на её просьбы.       — Марико!       Она закатывает глаза, придерживая пальцами ворот расстёгнутого пальто и не сбавляя темп. Кто бы сомневался, что догонять её отправится Сатору, которого ей тоже в последнее время из-за дяди хотелось видеть меньше — невольно всплывали в голове слова Акихиро о том, как ей придётся рассчитываться за всё то, что Годжо для неё делает.       — Возвращайся в бар, Сатору, — говорит она, когда он нагоняет и обгоняет её, оказываясь перед лицом. Марико хочет обойти его, но Годжо не даёт. Тогда Марико вздыхает и останавливается, смотря на него взглядом: «Ну что ещё?»       — Только с тобой.       — Зачем? Вы все ясно дали мне понять, что мои мысли — странные, — говорит Марико. — Я поделилась с вами, друзьями, своими сомнениями, никак не ожидая, что на меня будут смотреть как на чокнутую.       — Тебе показалось.       — Что-то в баре ты не был таким словоохотливым, — отрезает она. — Я действительно считаю, что дядя стал каким-то не таким, но я не могу понять, что в нём не так. Не надо разговаривать об этом со мной сейчас, я в курсе, что мои размышления — беспочвенны, — прерывает открывшего рот Сатору. — Возвращайся к ребятам, а я домой — устала.       — Нет.       — Что «нет»?       — Останусь с тобой, — Сатору сокращает разделяющее их расстояние и, подняв руку, заправляет девушке прядь волос за ухо. — Я согласен с тобой, Акихиро — странный, но он всегда мне таким казался. Если помнишь, он косо смотрел на меня ещё с юности. Не думаю, что я буду звучать объективно. Марико-о-о, — мягко тянет он последнюю гласную в её имени, и Накамура поднимает голову, смотря ему в глаза, — перестань хмуриться. Улыбнись — у тебя красивая улыбка.       — Хватит мне льстить.       — Не люблю лгать, — Сатору доволен результатом — уголки губ Марико приподнимаются в улыбке. — Поехали ко мне? Проснёмся вместе, я приготовлю завтрак.       — Соблазнительно, — Марико щёлкает его по носу и отстраняется, — но завтра утром мне нужно быть в Киото.       — Что в Киото?       — Всё тебе расскажи, Сатору. Возвращайся к ребятам и не выскакивай за мной в рубашке — на улице прохладно, — в этот раз Сатору не мешает ей уйти. Смотрит вслед и думает, что Марико Накамура отличается от многих женщин, с которыми ему приходилось иметь дело. Он не держал её — Марико была вольна делать всё, что захочет: приходить и уходить тогда, когда вздумается ей.       Сатору вспоминает её подростком: такая же. Пока в центре внимания находилась Кимико, Марико была предоставлена сама себе и поступала так, как считала нужным. Рано повзрослела.       Утахиме выглядит удивлённой, когда субботним утром видит на пороге своей квартиры Марико. Но ещё больше её удивляет вопрос, который задаёт бывшая одноклассница:       — Привет. Существует ли техника, с помощью которой можно вернуться из мира мёртвых?       — Привет, — отвечает на автомате Утахиме. — Тебе бы лучше спросить Сатору об этой технике. Его клан…       Марико её перебивает.       — А мы можем обойтись без него в этой схеме?       Утахимэ смотрит удивлённо — ответ Марико звучит несколько жестче, чем нужно.       — Можем, конечно. Тогда придётся искать информацию в одиночку, и процесс займёт некоторое время.       Утахиме сама не знает, почему появилось «можем». Они особо не были подругами, Марико проводила время с Сатору, Коу, Сёко, иногда — с Сугуру, но никак не с ней. Но вот сейчас на пороге стоит Марико, и именно Иори соглашается помочь. Почему? Потому что Марико не пожелала обращаться со всем эти к Сатору? У клана Годжо, таких могущественных и невероятных, наверняка ей информация. Утахиме знает — он бы не отказал. Не ей. Марико бы получила желаемое. И получилось бы наверняка быстрее. Почему Марико не хочет его привлекать?       Ладно, отмахивается она мысленно, это не её дело. Никто за язык не тянул — сама ляпнула. Может, Накамура скажет, что обойдётся и без неё, сделав всё в одиночку, получив от неё предположения?       Марико кивает, говоря:        — Меня это устроит.       И Утахиме почему-то это устраивает тоже.